Печать
Категория: главная
Просмотров: 1184

Жизнь прожить – не поле перейти

Никто не забыт,
Ничто не забыто.

Однажды поехала я с отцом на празднование 9 мая к поселку Благодатное, а не к городскому памятнику воинам – освободителям, как всегда.

По пути в село папа сказал тревожным голосом, что хочет мне показать что-то важное. Я фантазировала на разные темы, но так и не смогла придумать, что за сюрприз ожидает меня.

Приехав в село, мы подошли к большому мемориальному комплексу, который состоял из большой длинной стены, на которой было множество табличек с  фамилиями и инициалам. Папочка уверенно, но медленно подошел к одной из черных табличек. Он шел так, будто знает эту тропинку, но боится ступить шаг вперед.

-         Смотри, Анечка, - сказал папа ласковым, как всегда голосом, - эта каменная стена увековечила память о твоем прадедушке.

               После этих слов я увидела, что на черном фоне, серебристыми буквами  написано «Чиж Н.А.» .

1. Путешествие к раньше неизвестному

               По пути домой мы молчали. У меня крутилось в голове множество вопросов. Кто таковой «Чиж Н.А.»? Почему эта фамилия, такая же как у меня, высеченная на стене памятника? Почему мне об этом никто не рассказывал? Мои мысли внезапно оборвались, потому что я увидела, что мы едем по совсем незнакомой мне дороге.

-         Папочка, а мы куда едем?

-         К твоей бабушке, которая расскажет тебе историю одной жизни. – ответил мне отец, подъезжая к незнакомому дому.

У двери стояла преклонных лет женщина. Глаза ее были полные слез, а в тех слезах чувствовалась и радость, и тревога. Она нас радостно встретила, угостила пирогами.

-         Ну вот какой наш будущий лидер! – сказала незнакомка, обращаясь ко мне.

Я смутилась и, будто что-то не понимая, посмотрела на женщину. Начался длинный разговор между старшими, во время которого женщина постоянно вспоминала раньше незнакомого мне Николая. Я тихо сидела на скамье, не вмешиваясь в разговор, но слушая их, у меня назревало еще больше вопросов.

  - Я тоже хочу знать, - воскликнула я скороговоркой.

 -  Тетя Женя, он тоже был таким любознательным? – спросил улыбаясь мой папа у бабушки.

 - Да, я именно таким его и помню. - вытирая слезу ответила бабушка Женя. – Анечка, сегодня не простой день, сегодня праздник, и не один, а двойной, - начала бабушка.

2. От роду и к началу войны

 В 1905 году 9 мая родился мой отец, а твой прадедушка Чиж Николай Алексеевич. Родился он в Белоруссии в Могилевский области Чертковского района.

Жил он вместе с родителями, пока не исполнилось 19 лет. После того семья переехала в город Таганрог, где Николай после обучения работал на военном  авиационном заводе. Сделал маленькую карьеру, ведь его повысили, и он был теперь начальником цеха.

Жизнь шла неторопливо. Юные годы были преисполнены романтики и ответственности, ведь не каждому по силам в свои 25 лет заботиться о своих меньших братьях и присматривать за больной мамочкой. Как тяжело не было, а жизнь продолжалась и нужно было как-то жить.

В 1935 году отец познакомился с будущей моей мамой  Захаровой (Чиж) Ниной Андреевной. Через год, в октябре в 1936 году родители зарегистрировали свой брак. Жили они пусть и не в достатках, однако любили, ценили и уважали друг друга. В 1937 году родилась я – Чиж Евгения Николаевна, а в 1939 году мой меньший брат – Чиж Александр Николаевич. Жили мы вот такой молодой дружной семьей в Таганроге до 22 июня в 1941 году. Сразу после того, как было поставлено в известность во всех средствах массовой информации, что началась война, отец оказался в трудном положении. Завод, где он работал, начал эвакуацию на Урал, и ему, как начальнику цеха, крайне нужно было переезжать. Но отец не думал, что будет с ним и его работой. В первую очередь, что он спешил сделать, - это защитить свою семью, спрятать их в надежном месте, дать своим детям безопасные условия для жизни. Через это он не едет вместе со своими товарищами по работе на Урал, а спешит к своим родителям, которые к тому времени проживали в Донецкой области, поселок Благодатное. Мама радостно встретила сына и его семью, окружила  их своим вниманием. Хотя отец и пытался вернуться на работу, но было уже слишком поздно, потому что линия фронта была перекрыта. Почти сразу после переезда твой прадедушка, Анечка, пошел на призывной пункт как доброволец. Только он стал на учет, его сразу отправили на фронт из Амвросиевского района с. Благодатное.

                                      3. Роковые десять дней

Крутой поворот событий за десять дней резко изменил жизнь нашей семьи. Как будто недавно мы все вместе ходили на рыбалку, которую так любил папочка, смеялись, веселились, игрались с любимым отцом, а теперь.

Мы все время находились с бабушкой, которой долгое время надоедали вопросами, где наш батенька, когда он будет опять с нами. Я помню, что когда мы просыпались утром, то долго сидели и скулили с братом за отцом, который приходил к нам во сне, который приснился нам таким улыбающимся, таким счастливым, - остановилась бабушка Женя, ибо слезы уже текли по ее раскрасневшимся щекам. Мы рассказывали эти сны мамочке, которая все время ходила с красными заплаканными глазами, а ночью крепко нас обняв, обещала нам, что скоро вернется живой, как всегда веселый, наш дорогой папочка. Каждую ночь мы вспоминали и плакали за ним все трое, а утром, пока мы с братом еще спали, мама садилась за стол и писала письма. Письма из фронта, которые через свою треугольную форму назывались треугольниками, приходили от папы часто. Каждую неделю мы получали письма, читая которые все плакали и радовались, ведь он живой, если пишет. Заканчивались они всегда одной и той же фразой: «Люблю. Целую. Скучаю за детьми». Мама отписывала на каждый треугольник по два – три письма, в которых обводила наши детские ладошки и ножки. В ответ мы получали от папы: «Ого! Как вы выросли!». Каждое письмо как мама, так и папа сохраняли. Жаль, на сегодняшний день не сохранились у меня письма из фронта, - всхлипывая и, будто оправдываясь, говорит бабушка, - но как с ними носилась мама!.. Мамуля наша. Она каждое письмо знала наизусть; она держала его минут  десять возле сердца, вытирала слезы и продолжала дальше читать; она целовала его, ибо представляла руки своего единственного, любимого мужчины, что касались письма, когда писали. Писали весть о том, что ЖИВЫЕ.

Немного позже, после переезда, мама устроилась на работу по специальности. Еще в Таганроге она работала в больнице, а теперь в госпитале была старшей операционной медсестрой.

Отец служил танкистом. Обо всех своих подвигах и путешествиях на железной машине извещал нам в письмах. Для нас, малых, это были какие-то настоящие героические подвиги. А сколько таких героев было, и сколько их не вернулось.

4. Весть о смерти

После марта в 1944 года мы, Анечка, не получали больше писем. Слышало сердце что-то нехорошее, но надежда умирает последней. Каждый день мы ожидали, что он зайдет во двор.

После того, как закончилась война все, кто выжили, возвращались домой, к своим разгромленным домам, к мертвым родителям, к покинутым селам.

Уже было вернулись и те, что шли вместе с отцом на фронт, а его все нет. Тогда мама обратилась в военкомат, а это был уже 1946 год, с просьбой найти куда и когда в последний раз был направлен ее муж. А сама молилась. Молилась Богу, чтоб то, чего она так боялась - было неправдой. Немного позже пришла нам весть о смерти Чижа Николая Алексеевича.

Я помню, - не сдерживая слез, говорит бабушка Женя, - что получив ту страшную «похоронку» мама  упала в страшную истерику. Плач и крики, слезы все лились и лились. Нам не верилось в то, что произошло. Как так может быть, мы себя спрашивали. Это миф, это неправда, ведь три года на фронте пробыть и выжить, это не просто, и в результате, как сообщили в военкомате «сгорел в танке».

Долго мы не могли прийти в чувство, все не верилось. Было больно даже думать об этом. Больно, ибо даже не было останков, не было могилы, куда можно было бы прийти, поплакаться. Правду люди говорят: «Надписи сотрет ветер, смоет вода, сотрет течение времени, и только одна память сбережет в себе  то  яркое мгновение, которое пронесет сквозь сотни и тысячи лет».

Мой папа остался со мной в моей памяти таким, которым был всю свою жизнь – любимым, хорошим, чутким, кротким, родным, трудолюбивым мужчиной. Он имел «золотые руки». Всегда был передовиком. Никогда не любил ложь и трусость. Все время нам говорил: «Растите достойными Людьми».

5. «Растите достойными Людьми» - из поколения в поколение

После этих слов Евгения Николаевна тяжело вздохнула, да, будто груз с плеч сняла. Потом  посмотрела на меня и спросила: – А как ты учишься, внучка? Вижу, Алексей, что растет у нас новый лидер. Так – так, это все гены – устало улыбнулась теперь не незнакомая для меня женщина, а та, которая из поколения передала в новое поколение ту важную информацию о своих, наших предках.

Обдумывая все то, что я услышала, меня охватило чувство гордости за своего прадедушку. За то, что в моем роду такие люди, за то, что они смогли, несмотря ни на что, не только прожить, а достичь чего-то в жизни.

Вот взять, например бабушку Женю, она, несмотря на свое здоровье, продолжает работать. В данный момент она депутат сельского совета Амвросиевского района, помощник – консультант на общих основах депутата Амвросиевского районного совета Якубовского А.И.  А еще она очень хорошая и чуткая женщина, красивая хозяйка и любящая мать, бабушка и прабабушка, она – достойный Человек.

Обещание

По пути домой, доедая вкусный кусочек пирога, что дала в дорогу бабушка, я сказала папе так:

-         Я хочу быть похожей на наших предков. Вот вырасту я и никогда в жизни тебе, папочка, не будет стыдно за меня и мои поступки. Вот увидишь, я вырасту достойным Человеком!

-         Так, дочурка, это все наши гены! – улыбаясь ответил  папа.

 С того времени прошло два года, а в юном сердце остались слова моей бабушки Жени. Отныне для меня 9 мая это не только праздник Победы над фашистскими захватчиками, но и день рождения моего   прадедушки, о котором я узнала так недавно – Чижа Николая Алексеевича. Мы часто с семьей ездим в село Благодатное, к тем черным плитам с серебристыми буквами, на которых увековечились 600 фамилий односельчан, которые так и не вернулись с фронта. Среди них фамилия и моего прадедушки.

Спи спокойно, ты не забыт, ничто не забыто.