Поиск  

Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки
Поиск - Метки
   
Здесь нашел интересный обзор

                                      Пушкин? Пушкин…

                                                                                                                                                                      Он  погиб 180 лет назад.

Более 150 лет пушкиноведы не прекращают работы. Сколько написано интересных и не очень книжек, какие глубокие исследования проведены, какая точная хронология составлена! Куда там любителю соваться со свиным рылом да в калашный ряд!

 

Но нигде не нашел я ответа – почему ОН так любим?  Почему о нем знает действительно каждый русский с 6-8 лет? Просто хочется понять – почему Пушкин? Разве не прикольнее звучало бы: «А за тебя кто – Чернышевский  сделает?». Или: «А думать кто – Герцен будет?».  Разве не чудесны стихи Мандельштама или Фета? Но мы можем услышать «я не люблю/не понимаю» о Некрасове, Блоке, Маяковском, Евтушенко и пр., и никогда --  о Пушкине!

Мы даже благосклонно относимся к официальным штампам  «Пушкин  наше  все» и «солнце русской поэзии». Почему?

Может потому, что, в отличие от Людовика XIV не сам провозгласил себя таковым (был бы жив, скорее всего высмеивал бы  такой пафос) и никогда не относился к себе серьезно настолько, чтобы выглядеть жалко и смешно (помните анекдот о короле-солнце и Буало: когда поэт сказал, что все рано или поздно умрут,  Людовик так на него посмотрел, что, поперхнувшись, поэт угодливо добавил: «Я хотел сказать, почти все…» ).

Может потому, что он близок  всем, ВСЕМ нам:

женщинам (хорошеньким  за  «гений чистой красоты», умненьким  за Татьяну),

мужчинам («Есть, что почитать любимой!»)

старикам за зрелую мудрость и беспросветный оптимизм,

 детям за складные чарующие  сказки,

школьникам («учить легко»),

учителям («ну уж о Пушкине эти  оболтусы  хоть что-то расскажут!»),

историкам  за неожиданное усердие в изучении пугачевщины,

экономистам за пропаганду Адама Смита,

математикам за структурированность  ямбов и хореев,

биологам-экологам (да таких  обширных, обильных и влюбленных описаний природы нет ни у одного мирового поэта),

военным славной  «Полтавой», «и вечной памятью двенадцатого года»,

пацифистам, потому что «бывают ссоры и без драки»,

патриотам за ответ «Клеветникам России»,

гурманам за один только страсбургский пирог,

стоикам, потому что «если жизнь тебя обманет, не печалься, не сердись!

лирикам за романтизм и бесстрашие в излиянии чувств,

физикам ( «говорят, гениально, но вот же можно --  просто и гениально!»

литературоведам  («ну как так вот так – гениально, но  просто?!»),

петербуржцам ( о Петербурге ОН  писал больше, чем о других селеньях)

москвичам, потому что в Петербурге, в отличие от Москвы «нет ни муз, ни Пресни, ни харит»,

новоявленным дворянам за «энциклопедию русской  дворянской жизни»,

пролетариям, по крайней мере, за «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!»…

и всем вместе за «нормальный» русский язык, глубину и парадоксальность при легком, летящем слоге, честность и самоиронию. А подумайте, есть ли в наше время писатель, филолог, блогер (ну кто-нибудь!), чей (русский) язык  и мышление опережали бы время лет на 150-200?

Ну хорошо, нам дорог и нами (земляками) любим. С ближайшими соседями тоже понятно – Александр Сергеевич воспел и украинскую ночь, и степи Бессарабии, и гордый Кавказ, и Азию.

Но ведь во всем мире «от западных морей до самых врат восточных» Пушкина переводят на иностранные языки (перечень только классических переводов занимает не одну страницу мелким шрифтом),  читают на русском и почитают как  величайшего поэта. Чем он близок другим народам?

Как француз он всегда без денег, но не вешает нос. А как же хандра, спросите вы? Да разве у Пушкина отчаянье-тоска? Что вам представляется сразу при словах «Пушкин хандрит»? Болдинская осень, Михайловское, злость, сарказм, закушенное перо, ночные бдения над листом, брюзжащие письма, шутки с няней, легкий флирт, «Онегин», «Домик в Коломне», «Повести Белкина», «Маленькие трагедии»…счастье! Разве это душевная болезнь? Это жизнь души!

В сложнейших  нешуточных финансовых тисках перед свадьбой  пишет Нащокину в холерную Москву, чтоб непременно был жив: «во-первых, потому что он мне должен, 2) потому что я надеюсь быть ему должен, 3) если он умрет, не с кем мне будет в Москве молвить слова живого, т. е. умного и дружеского».

Как итальянец, говорлив, открыт в проявлении чувств, склонен к  авантюрам, розыгрышам, маскарадам (что вытворял в Одессе!) и ради острого словца не пожалеет и отцов нации:

Полумилорд, полукупец,

Полумудрец, полуневежда,

Полуподлец, но есть надежда,

Что станет полным, наконец…

О непосредственном начальнике, между прочем.

А как влюбчив! Но нет, как в истории дон Жуана, обиженных, и дамы сердца испытывают к нему приязнь всю жизнь.

Как испанец в вопросах чести взрывоопасен и  без компромиссов. Любой гранд признал бы его храбрость и воспел «дцать» дуэлей, из которых большая часть была инициирована поэтом! Но стоит отметить, что вызовы большей частью делались им не из чванства или фанфаронства – причинами были сплетни, шулерство и прочие вопросы Чести. И еще большее уважение вызвало бы у горячего испанца умение Пушкина при таком  темпераменте приносить извинения, если был не прав. (Вечная память генералу Инзову, который своими  отеческими арестами, возможно, спас поэта от более ранней гибели).

                                                                

Как истый англичанин небрежно элегантен и небрежно остроумен. Не случайно именно «лондонскому денди» приписывают походя придуманное название имения Остафьева. А история с монументом  Екатерины II, когда Пушкин придумал оригинальный способ поправить денежные дела,  принуждая Николая Iвызволить  медную Бабушку из подвала Гончаровых! Если дело не сладилось, то только по причине тостокожести «внучка», а не по недостатку хитроумности, эпистолярного таланта и тонкого ироничного расчета поэта! В письме с нижайшей просьбой всемогущему и весьма верноподданному Бенкендорфу  не может изменить себе: «…кроме государя, разве только его покойная августейшая бабка могла бы вывести нас из затруднения…» А ведь понимал, что самодержцу все передадут, что зависим от прихоти «самогО» –  снисходительно усмехнуться или…вычеркнуть из жизни наглеца.

Пушкин с юности проникся историей и культурой других стран,  писал на иностранных языках стихи,  переводил древних и современных ему поэтов. Писал о Греции, Италии, Испании. В его картинах и картинках не национальная атрибутика, а дух стран и эпох.Мог остаться успешным автором, творящем на «родном» французском, но в летящей, стремительной, блистающей своей короткой жизни успел создать  свою  (и нашу)  вселенную Русской Литературы.

Ну что же такое Пушкин? Северная практичность, южная порывистость, западная гуманность и восточная мудрость…

И, да, вот оно, не географическое, не национальное, а общечеловеческое (общее для человечества), те качества,  что не припишешь одному народу, но у всякого народа есть их носители--хранители цивилизации:

порядочность, верность, неравнодушие, сомнение в себе и в привычной истине, стремление к свету и чистоте.

                           …Дорогою свободной

Иди, куда влечет тебя свободный ум,

Усовершенствуя плоды любимых дум,

Не требуя наград за подвиг благородный.

Они в самом тебе. Ты сам свой высший суд…

Но что это я все о характере,  нравственных качествах; не по ним  Пушкина оценивают как поэта, скажете вы. Просто  его стихи – он сам, весь, без личин, светского кривлянья, без желания казаться лучше. Читайте его произведения подряд, не по  темам, датам и жанрам, и вы попадете в поток неуловимо, прихотливо и многообразно меняющихся чувств, настроений человека с огромной и светлой душой.  Это его жизнь…         

                                                                                    

Недаром так часто перемежались рифмами его письма  и  любил он отвечать на злобу дня оппонентам стихами. Это первое движение души,  первая реакция на происходящее – дурное ли, радостное -- выливается у поэта на бумагу, мне кажется, мыслью более скорой и точной, чем в прозе.

На далекой горячей и во многом еще дикой  родине Ганнибала («…усерден, неподкупен, царю наперсник, а не раб»), говорят, очень почитают Пушкина и хотели бы создать его музей. Ну какое дело до нашего поэта людям с другим менталитетом и, скорее всего,  не знающим его стихов?  Как без понимания могло родиться уважение или особое отношение? Может быть, общаясь с заезжими русскими, африканцы  видели  вдруг изменившееся, подобравшееся лицо, легкую невольную усмешку, бесенят в их  глазах при слове: «Пушкин?»  

Разве у вас не отразится на лице реакция на возникший в сознании образ? Ну произнесите: «Пушкин»…  

   
   
© ALLROUNDER