- Подробности
- Автор: Super User
- Категория: Работы участников
- Просмотров: 108
Акбаров Агил Адил оглы
Мой дедушка — герой своего времени
Когда мой дедушка был молодой, он работал пожарным. Однажды он рассказал один страшный случай. Во время его службы (это было в 1986 году) его вызвали на пожар в Чернобыль. Взрыв, произошедший в одном из энергоблоков, полностью разрушил реактор. В различных помещениях и на крыше начался пожар. Пожар продолжался 10 дней и окончательно его потушили только 10 мая.
Пожарные, которые первыми прибыли на место катастрофы, не имели изолирующих противогазов. Их просто не предупредили об особенностях ситуации. В результате радиоактивные вещества попали в дыхательные пути ликвидаторов.
Задача дедушки заключалась в том, чтобы вывезти как можно больше людей, и он поехал на большой фуре. Когда мой дедушка приехал в зону бедствия, он увидел, что пожар был везде. Все было в тумане, и из-за этого спасать людей было гораздо тяжелее. Ещё он мне рассказал, что увидел, как один мужчина пошёл спасать людей. Он бесстрашно пошел в огонь и, к сожалению, сильно обгорел и не выжил. Вдалеке мой дедушка увидел маленького мальчика, который стоял в тумане и плакал. Выяснилось, что он плакал от того, что у него в огне сгорела вся семья. Дед помогал людям добраться до машины, возвращался за другими. Когда в фуре дедушки собиралось 25 человек, он отвозил их в безопасное место. Всего он смог спасти 76 человек. За это в течение жизни ему вручили 4 медали.
Мой дед родился в СССР, он не воевал, не был участником каких-то военных действий, но он был героем своего времени, и я считаю его героем, защитником, ведь он, находясь в опасной зоне, рискуя своей жизнью, спасал людей – русских, украинцев, татар, белорусов, киргизов.
_____________________________________________________
Андреев Артем
Обычный день. Необычное сердце.
Бывают ли герои среди нас? Не на страницах учебников истории, а здесь, в соседнем дворе, в параллельном классе? Мы часто думаем, что подвиг — это что-то грандиозное, требующее нечеловеческой силы. Но иногда он тихий, стремительный и решающий. Его совершают обычные люди, у которых в решительную секунду находится одно бесценное качество — готовность не пройти мимо. Таким человеком оказался семнадцатилетний Данила Сазонов из подмосковного Королёва.
Всё произошло в обычный осенний день. Данила возвращался с тренировки по плаванию. Возле одного из домов он заметил странное оживление и услышал испуганные крики. Взглянув наверх, он увидел, что на карнизе пятого этажа, высунувшись из окна, висит маленькая девочка. Она судорожно цеплялась за холодный бетон, а ее пальцы вот-вот должны были разжаться. Люди внизу в ужасе звонили в службы спасения, но время стремительно уходило.
И здесь началось то, что мы потом назовём подвигом. Данила не стал ждать. Он мгновенно оценил обстановку: под балконом девочки находился массивный навес над входом в подъезд. Не думая о себе, парень, используя навыки скалолазания, которым увлекался в свободное время, стал карабкаться по водосточным трубам и выступам стены. Каждое движение было на грани риска. Любой неверный хват — и падение с высоты третьего, а затем и четвёртого этажа.
Через несколько вечных минут он оказался на том самом навесе, прямо под ребёнком. Девочка уже почти не держалась. «Держись! Я с тобой!» — крикнул он, стараясь звучать максимально спокойно. В этот момент её пальцы соскользнули. Девочка упала, но не вниз, а прямо на руки Даниле. Он поймал её, амортизировал удар, и они оба остались лежать на холодном металле навеса, пока спасатели не помогли им спуститься вниз. Всё обошлось лишь парой синяков и испугом.
Кто он, этот парень, бросивший вызов высоте? В школе Данилу знают как прилежного, но не заносчивого ученика. Увлекается спортом, историей, много времени проводит с младшей сестрой. Его друг Артём говорит: «Он всегда был таким — если кто-то в беде, первым бежит помогать. Не для галочки и не напоказ. Просто по-другому не может».
Когда журналисты спросили Данилу, о чём он думал в тот момент, он лишь пожал плечами: «Ни о чём не думал. Надо было действовать. Любой бы на моём месте так поступил». Но в этом-то и вся суть. Не любой. Именно он, с его отзывчивым сердцем и смелой душой, оказался в нужном месте в нужное время и сделал выбор — рискнуть собой ради чужой жизни.
Данилу Сазонова наградили медалью «За спасение погибавших». Но главная награда — это сама спасённая жизнь и пример, который он подаёт всем нам. Его история доказывает: герои живут рядом. Они не носят плащей, а ходят в кроссовках и спортивных кофтах. Их сила — не в мускулах, а в силе духа и умении сострадать. Подвиг — это не обязательно война. Это миг, когда чья-то жизнь оказывается в твоих руках, и ты не отступаешь.
Этот случай заставляет задуматься: а я смог бы? А как бы поступил я? И, возможно, именно такие вопросы, рождённые примером обычного парня Данилы, и есть самое важное. Потому что они зажигают в нас тихую надежду и веру в то, что доброта и отвага — не пережиток прошлого, а самая настоящая реальность сегодняшнего дня.
___________________________________________________
Андрианова Наталья
Вячеслав Эпштейн - архитектор невидимого.
Представьте учёного, который научился «разговаривать» с бактериями, с которыми раньше никто не мог пообщаться. Это Вячеслав Эпштейн — микробиолог, придумавший способ изучать микробов, которых раньше вообще нельзя было исследовать в лаборатории.
Дело в том, что в природе живёт огромное количество бактерий — намного больше, чем мы можем увидеть или представить. Проблема в том, что большинство из них никак не получалось вырастить в чашке Петри. Учёные называли их «некультивируемыми» — то есть такими, которые не хотят жить в лаборатории. Из за этого человечество знало лишь про 1% всех бактерий, а про остальные 99 % почти ничего не понимало.
Но Эпштейн нашёл выход — он придумал хитрое устройство под названием iChip. Это пластинка с тысячами крошечных «комнаток». В каждую такую «комнатку» попадает только одна бактерия. Потом этот чип помещают прямо в природу — в почву, воду или песок. Бактерия живёт в своей «комнатке», но в привычной среде, поэтому она не умирает и начинает расти.
Получается, Вячеслав не заставлял бактерии жить по нашим правилам, а наоборот создал для них комфортные условия прямо там, где они привыкли жить. С помощью iChip учёные смогли изучить сотни ранее неизвестных видов бактерий.
Одно из самых важных открытий — новый антибиотик под названием теиксобактин. Это большое событие, потому что сейчас многие бактерии научились «не бояться» обычных антибиотиков. Такие микробы называют «супербактериями».
Теиксобактин умеет бороться даже с ними. К тому же он действует иначе, чем старые антибиотики, поэтому бактерии не могут быстро к нему привыкнуть. Открытия Эпштейна важны не только для учёных, но и для всех людей. Во первых, они дают надежду на лечение болезней, которые сейчас трудно победить. Во вторых, мы лучше понимаем, как бактерии влияют на нашу планету. В третьих, учёные теперь могут исследовать микробов, о которых раньше даже не знали.
Конечно, есть и сложности. Например, iChip непросто делать и настраивать. Найти новый антибиотик — это ещё не всё: нужно долго проверять, чтобы он не вредил людям. К тому же такие исследования стоят дорого, и не все страны могут их себе позволить.
Тем не менее пример Эпштейна показывает, что иногда нужно просто подумать иначе. Вместо того чтобы заставлять бактерии жить в лаборатории, он принёс лабораторию к бактериям. Его изобретение стало волшебным ключиком, открывшим дверь в огромный невидимый мир микробов.
Благодаря таким учёным мы узнаём всё больше о мире вокруг нас и находим способы бороться с болезнями. А это значит, что в будущем люди смогут жить здоровее и дольше. Вот что значит настоящая наука!
___________________________________________________________
Бабушкина Софья
Дыхание детства
«Все мы родом из детства», – писал французский писатель Антуан де Сент-Экзюпери, открывая нам простую, но глубокую истину: наше детство – это не просто глава, а незримый фундамент, на котором строится вся наша дальнейшая жизнь. Это тот самый источник, который питает нас силой, вдохновением и той неповторимой искренностью, которую мы так часто теряем, окунаясь во взрослые заботы. И если есть место, где это детство не только не уходит, но и помогает вернуться к себе самому, то это, безусловно, Международный детский центр «Артек».
Для многих «Артек» – это не просто летний лагерь, а целая эпоха, место силы и становления себя как личности. Это место, откуда «родом» целое поколение, чьи сердца навсегда остались там, среди величественных сосен и ласковых волн Черного моря. Воспоминания об «Артеке» – это не просто кадры из прошлого, а важная часть нашей непростой жизни. В этом году прекрасная страна детства отмечает грандиозный юбилей – столетие со дня основания самого лагеря. За сто лет центр преображался и расширялся: были созданы и построены новые лагеря, а корпуса старых были реконструированы. Но традиции любимого Артека по сей день остаются неизменными. Мне посчастливилось стать частью большой артековской семьи уже 3 раза, и я с гордостью и честью могу называть себя настоящим артековцем!
Взрослая жизнь с её сложными задачами и зачастую циничным взглядом на мир, имеет свойство затягивать. Мне это до боли знакомо, ведь совсем скоро я покину стены своей родной школы. Сознательная жизнь — это не тот период времени, который позволяет расслабиться. Она приносит много забот, переживаний и зачастую наполнена серыми и тусклыми оттенками. «Взрослая» жизнь — это бурлящий водоворот обязанностей и решений, от которых в будущем зависит наша судьба. В этом водовороте мы рискуем потерять ту самую искренность, тот взгляд «сердцем», о котором говорил Антуан де Сент-Экзюпери, когда рассказывал историю золотоволосого мальчика в своей сказке «Маленький принц». Взрослые, с их вечной занятостью, часто похожи на обитателей других планет из книги – поглощенные собой, не видящие главного. И вот тогда, когда кажется, что связь с детством совсем утеряна, «Артек» становится тем самым «островом», где можно временно забыть о «взрослых» проблемах.
Здесь, в «Артеке», царят другие ценности. Дружба, построенная не на выгоде, а на искреннем общении. Честность, открытость, стремление к чему-то светлому и важному. Эти идеалы, которым учат в «Артеке», во многом перекликаются с теми, что несет в себе философия Экзюпери. Здесь дети не столько «взрослеют», сколько обретают мудрость, не теряя при этом своей внутренней чистоты.
Немаловажную роль в этом процессе играют взрослые – вожатые, педагоги. Они, будучи сами носителями этих светлых ценностей, становятся для детей проводниками. Они помогают им не только освоить морское дело или подготовиться к звездному походу, но и сохранить своего «внутреннего ребенка» – того, кто способен удивляться, мечтать и верить в чудеса. Вожатые помогают детям увидеть главное, понять, что действительно ценно, научить их быть «прирученными» и «приручать», то есть строить настоящие, глубокие отношения.
«Артек» – это место, где возвращаешься не только в прошлое, но и к самому себе. Это пространство, которое помогает укрепить ту самую связь с детством, с его чистотой, искренностью и верой в добро. Именно эта связь, эта «родом из детства», дает нам силы противостоять взрослой суете, сохранять свою индивидуальность и видеть мир сердцем. И пока существует «Артек», пока есть места, где детство может расцвести во всей своей красе, мы знаем, что оно никогда не уйдет – оно всегда будет с нами, напоминая о том, что по-настоящему важно.
______________________________________________
Баннова Полина
Хранители времени
В тихом городке Сызрань, где старинные дома переплетаются с современными улицами, жила любознательная десятилетняя девочка по имени Майя. Она обожала истории о прошлом своего города, особенно те, что рассказывала ей бабушка: о купцах на Волге, о звоне колоколов разрушенных церквей, о тайнах, спрятанных в узких переулках. Но больше всего Майю манила старинная площадь у белокаменного Кремля на берегу Волги, где всегда кружили стаи голубей.
Однажды весенним вечером, когда солнце клонилось к закату, а в воздухе плыл дурманящий аромат сирени, Майя пришла на площадь, чтобы полюбоваться закатом над Волгой и покормить птиц. Голуби, обычно спокойные, вдруг встревожились. Девочка не заметила, как наступила на сухую ветку — резкий, хрустнувший звук вспугнул стаю. Взмах десятков крыльев слился в ослепительную спираль света. Воздух загудел, земля ушла из-под ног, и Майя почувствовала, как время вокруг нее сжалось, и она куда-то полетела…
Очнулась она на брусчатой мостовой, в клубах пыли от проезжающей конной повозки. Вокруг возвышались деревянные дома с резными ставнями, мужчины в длинных кафтанах грузили бочки на пристани, в воздухе витали запахи смолы и свежеиспеченного хлеба. Над головой, на том же месте, где и всегда, кружили те же серебристые голуби. Майя огляделась. Что произошло? На главной улице снимают кино? На стене одного из домов висела табличка «Улица Большая». Точно, так раньше, много-много лет назад называлась улица Советская – старинная, центральная улица города.
– Эй, ты уснула, что ли? Посторонись, не видишь – лошадям проехать надо! – прикрикнул на нее бородатый извозчик. Майя, вдруг испугавшись, поняла: она в прошлом. Голуби — не просто птицы. Они хранители, те, кто связывает эпохи, защищают город от забвения.
Страх сменился любопытством. Майя бродила по Сызрани XIX века, рассматривала вывески со старославянскими буквами, слушала говор купцов, торгующихся у пристани, улыбалась красиво одетым детям и их гувернанткам, гуляющим по площади у Кремля. Перезвон колоколов Казанского Собора, зовущего к вечерней службе, будто разбудил девочку. Она поняла, что ей пора обратно, в свое время. Но как вернуться обратно в 2025 год?
Вдруг Майя увидела девочку, очень похожую на нее. Одета девочка была в серое льняное платье с голубым поясом, на ногах были бархатные туфельки.
В руках она несла небольшой полотняный мешочек. Увидев Майю, она остановилась и удивленно спросила:
– Девочка, Вы откуда? Вы очень похожи на меня, только очень странно одеты.
– Просто я…Долго объяснять. Как тебя зовут?
– Мария. Я иду кормить голубей, пойдемте со мной?
– Но у меня нет с собой хлеба. – Девочка рассмеялась.
– У меня в мешочке много крошек и засохших корочек. Но, если хотите, вот вам монетка, забегите в булочную, к вечеру там остаются копеечные булочки. И девочка протянула медную монетку. На монетке было выбито - 1824 год.
Майя покрепче зажала монетку в кулаке. Она увидела голубей, сидящих стайкой возле Кремля. Один, крупнее других, с аметистовым отливом на шее, устремил на нее пронзительный взгляд. В тот же миг в уме девочки вспыхнули образы: пожары, войны, разрушения, и среди всего этого — голуби, словно ангелы-хранители, незримо сохраняющие дух города.
Девочка из прошлого раскрыла полотняный мешочек и рассыпала крошки хлеба. Стая взмыла вверх. Свет, гул, падение…
— Вернись, — прошелестел ветер. Девочка из прошлого раскрыла полотняный мешочек и рассыпала крошки хлеба. Стая взмыла вверх. Свет, гул, падение… Майя очнулась на асфальте у Кремля. Шумели автомобили. Кричали что-то друг другу шоферы автобусов. Из открытых окон колледжа искусств неслись звуки скрипки и фортепиано. Майя разжала кулак – на ладони лежала медная монетка 1824 года.
С тех пор Майя каждый день приходит к голубям, зная их тайну. Она достает крошки из полотняного мешочка и кормит птиц. Девочка записывает истории бабушки, собирает старые фотографии, а голуби все кружат над крышами, следя, чтобы прошлое всегда оставалось живым дыханием настоящего.
Город меняется, но ни одна его частица не затеряется во времени - пока живы хранители.
Память о войне
Память, мост, земля и ветер,
Мгла, огонь и сильный голод.
Пришла война, когда ни вечер,
Ни день не уберегли, лишь холод
Бил в то утро рано, прям в глаза,
Хотя казалось, что лета зной
Окутать должен, как лоза.
Но фашистской души гной
Решил иное. Шум и гам.
Тишины забыты лики.
Взрывы, выстрелы и там,
Я помню, были чьи-то крики.
Где-то там, где стоял мост -
Рваной раной дышит ров,
Возле - братская могила пост
Свой держит, безмолвный зов
Для тех, кто помнить должен,
Что он не один, все.. почти рядом,
Что путь для всех один, он сложен,
Он душит всех и травит ядом.
Война закончится вот-вот,
Мир на земле вновь воцарится,
Но русский погибал народ,
И сколько их не возвратится...
Позабыт навек покой,
Но каждый подвиг помнить должен,
Помни ты, пока живой,
Как военный путь был сложен.
Растревожь былую память,
Поклонись отцам и дедам,
Что подняли России знамя
За нашу общую Победу!
___________________________________________________
Бобов Владимир
Григорий Перельман и доказательство гипотезы Пуанкаре.
Когда мы становимся подростками, математика часто кажется нам скучной и сложной. Большинство ребят уверены, что она им вряд ли пригодится, но если присмотреться, то за формулами и теоремами скрывается настоящее искусство цифр и упорный труд учёных. Иногда слова кажутся такими знакомыми и понятными, но когда их соединяешь вместе, то понимаешь, что смысл скрыт. И только благодаря фундаменту знаний и колоссальным усилиям нейронов мозга он становится нами осязаем. Это похоже на разгадывание сложной головоломки, где каждый шаг имеет значение, и вот такие идеи и открывают перед людьми больше возможностей и новые горизонты.
Одним из самых необыкновенно грандиозных примеров стала гипотеза Пуанкаре, доказанная российским математиком в 2002-2003 годах. Григорий Яковлевич Перельман - российский математик, имя которого известно во всём мире благодаря доказательству гипотезы Пуанкаре, одной из семи «задач тысячелетия», сформулированных Математическим институтом Клэя. Эта гипотеза более ста лет считалась одной из самых сложных нерешённых проблем математики. Она относится к топологии — науке, изучающей свойства фигур, которые сохраняются при растяжении и сжатии без разрывов. В ней утверждается, что любое замкнутое трёхмерное пространство без отверстий можно рассматривать как трёхмерную сферу. На первый взгляд это кажется абстрактным и непонятным. Если представить, что наш мир — это огромный «математический объект», становится ясно, насколько важно понять его форму.
Перельман доказал гипотезу с помощью метода потока Риччи, который позволяет «выравнивать» пространство, как если бы аккуратно разглаживали ткань. Он добавил свои идеи и сделал доказательство полным, решив задачу, над которой математики всего мира трудились более ста лет. Когда я читал об этом, я представлял себе, как один человек в одиночку, не стремясь к наградам и вознаграждениям, смог разгадать такую сложную загадку, и это действительно вдохновляет. Несмотря на всемирное признание, Перельман отказался от Медали Филдса и от премии в один миллион долларов. Он подчёркивал, что его интересует не статус, а сама наука, и что вклад других математиков также должен быть оценён. Такой поступок сделал его символом научной честности и независимости.
Хотя такие открытия редко применяются сразу на практике, их значение трудно переоценить. Они формируют фундамент науки и помогают развивать физику, технологии и современные методы моделирования. История Перельмана показывает, что математика — это не просто формулы и правила. Это живой процесс, где терпение, внимательность и стремление к истине способны изменить наше представление о мире. И иногда кажется невероятным, что одна лишь идея, доведённая до конца, может открыть совершенно новый взгляд на пространство, в котором мы живём.
______________________________________________
Волкова Валентина
ГЕРОЯМ ПОСВЯЩАЕТСЯ
У каждого из нас есть свой герой,
Он жизнь свою отдал ради Победы.
Короткий отведён был путь земной,
Уходят безвозвратно наши деды.
Любовь к героям не искоренить,
Она вросла в нас с самого начала.
Не бойся имя вслух произносить,
Любовь на подвиги бойца толкала.
Родное фото бережно храним,
Которое осталось с дней военных.
Остался в нашей памяти таким –
Парнишкой молодым, улыбчивым и смелым.
Как жаль, что унесла тебя война,
Что не успел ты жизнью насладиться.
Семью создать, пожить сполна,
Любовь свою найти и в чувства погрузиться.
А может и нашёл ты девушку свою,
Ради которой так уверенно сражался.
Но проиграл ты в том безжалостном бою...
Так счастья своего и не дождался...
А девушка ждала тебя тогда,
Верила – любовь спасёт, боец вернётся.
Но постучалась в дом беда,
И ниточка надежды с похоронкой оборвётся.
И детский смех родных своих детей
Ты не услышишь – родиться не успели.
Дать жизнь, понянчить малышей...–
В одночасье рухнули мечты и цели.
И матери придётся пережить
Потерю мужа, а теперь и сына...
Как череду смертей остановить?
Война безжалостно сметает как лавина.
Навечно с нами будет наш герой,
Он жизнь свою отдал ради спасения,
Спасения земли нашей родной
И человеческого продолжения.
_________________________________________
Гомзяков Кирилл
Автор, который будет
Было то состояние, в каком человек пребывает лишь ранним утром, когда просыпается, недополучив свою долю сна, и сразу идёт куда-нибудь, ёжась от ещё висящей в воздухе ночной прохлады. Именно в таком состоянии большинство людей преодолевают дорогу от дома до автобусной остановки или парковки, не думая о дороге, стараясь лишь не заснуть, а ноги сами идут по привычному пути.
Состояние это не отпустило пока что и Павла, сидевшего в маршрутке и удерживавшего внимание на экране телефона, где расплывчатыми точками виднелись шахматные фигуры. Предстояло не заснуть ещё одну остановку.
Светофор загорелся зелёным, маршрутка тронулась с места, оставив позади строящийся многоэтажный дом, и Павел, убрав телефон в рюкзак, встал и начал пробиваться к выходу.
Остановка. Он спрыгивает на покрытую инеем и редким снегом землю. Вот и чёрная ограда с открытой калиткой. Павел заходит внутрь и идёт по школьному двору, покрытому тонким слоем снега, испещрённого следами, открывает металлическую дверь и, пройдя металлоискатель, оказывается в привычном коридоре. Тепло, голоса проходящих школьников. Павел подходит к часам, и, прищурившись, смотрит. 7:52, всё нормально, ещё полчаса до начала уроков.
***
На доске красуется надпись чертёжным шрифтом: «Пока ты строишь графики, кто-то строит небоскрёбы», привычный бумажный запах кабинета математики, картонные геометрические фигуры на полках, таблицы признаков делимости и простых чисел на стенах. Павел кладёт рюкзак на пол около парты, застёгивает пиджак и подходит к троим одноклассникам, что-то обсуждающим у доски. Решают какую-то задачу по физике. Судя по чертежу, олимпиадную. Павел поглядел на листок с условием, лежащий на первой парте, и вздохнул – сложнейшая задача, ему даже не понятно, каким путём решать.
Пока приготовился, пока сыграл с одноклассниками партию в шахматы, уже началась алгебра.
Ненавистные степени и особо ненавистные квадраты разностей и сумм. Вот были же функции, было же всё нормально, теперь пошли опять повторять квадраты. Причём, похоже, задачи чуть ли не олимпиадные, особой сложности. Павел сидел, едва успевая записывать разложения на множители в тетрадь, не то что понимать…
Да чё уж там, полез в лицей инженерного профиля, стань технарём, вздохнул Павел.
Прозвенел звонок, и школьники, убрав вещи в рюкзаки, двинулись на второй этаж, к кабинету биологии.
Во владениях биолога всё было как всегда: окна зашторены, свет выключен, прославившаяся на всю школу «бедренная кость мальчика», показываемая только девятиклассникам, убрана в полку стола, проектор транслирует на доску изображения с ноутбука. И сам хозяин сидит, одетый в свою обычную серую кофту, в кресле, перед экраном, освещённый его мертвенно-бледным светом.
Снова звонок, ученики заходят в класс и рассаживаются, достав из рюкзаков пеналы и тетради.
Биолог открыл портал «Моя школа» и заговорил:
- Так, значит, покрытосеменныхмы закончили, так что теперь у нас опрос. На следующем уроке контрольная. Ну, кто там у нас? Пусть будет Коля. А нет, у него тройка, всё в порядке. Что с троечников спрашивать, у них всё хорошо, знают что надо и всё. Спрашивать отличников надо, пятёрки исправлять. Ну, Владислав, почему на корнях бобовых образуются наросты? Нет, не сообразил. А ты сообразил? – глядит биолог на Павла. Тот собирается ответить, но в этот момент раздаётся стук в дверь. Входит классный руководитель, учительница русского и литературы, и говорит:
- Олег Германович, можно мне сделать объявление? Ребята, в годовщину прорыва блокады Ленинграда у нас будет мероприятие– небольшой школьный концерт, так что если кто хочет прочитать стихи или подготовить другое выступление, обращайтесь ко мне.
Классный руководитель ушла, и биолог, забыв, какой был вопрос, задал уже следующий, про систематику, Валере. Павел же тем временем сидел, думая. Нет, надо попробовать. Нельзя больше тянуть.
Целый год уже тянули. Довольно. Раньше писал лишь для себя, писал под настроение, писал в качестве хобби. Но полно. Это уже больше, чем хобби. А сейчас выпала такая возможность…
Только однажды появился шанс. Год назад мама попросила написать стихотворное поздравление коллеге на юбилей, рассказала, что он пописывает стихи, режет по дереву. Но Павел отказался – как можно писать поздравление человеку совершенно незнакомому?
И вот теперь… второй раз такая возможность, и нельзя, ни в коем случае нельзя упускать её…
- Ну а ты, Павел, сообразил?
- Можно повторить вопрос?
- Ну ноль баллов.
Да чё уж там, ладно. Не это сейчас важно.
Прозвенел звонок на большую перемену, биолог изрёк своё традиционное: «Свет зажгу, зажмурьтесь», иПавел поспешил не в столовую, а на второй этаж, в небольшие, по сравнению с физикой и математикой, гуманитарные владения – истории, русского, литературы и искусства. Там постучал в дверь двадцать седьмого кабинета и вошёл. Рядом со столом классного руководителя стоял Максим из параллельного класса. Классный руководитель обратила свой взор на Павла. Тот начал:
- Вы говорили про концерт… Я думаю, что смогу написать и прочесть стихотворение на тему блокады.
- Я правильно поняла, что ты не написал ещё, но напишешь?
- Да.
Классный руководитель задумчиво поморщилась и сказала:
- У нас Максим тоже претендует на чтение. Ладно, давайте так – через три дня вы продемонстрируете стихотворения организующим мероприятие учителям, и мы решим, кому читать.
Максим взглянул на Павла. Не так, как раньше, когда они были просто учениками разных классов и не обращали друг на друга внимания. Взглянул оценивающе, слегка прищурясь. Настороженно. Внимательно. Пристально. Павел также взглянул на Максима.
Оба они теперь стали конкурентами…
***
Павел сидел, судорожно дописывая очередную задачу. С почерком у него и без того плохо, а теперь он ещё и торопился, так что вряд ли решение будет понятно без пояснений…
Но сейчас не до этого: важнорешить задачи вперёд, а затем с чистой совестью думать о стихотворении. Геометрия – не самый лёгкий предмет, да и не самый любимый, но, к счастью, сейчас начали новую тему, а первые задачи всегда легче.
Вот и последняя, 10.13: «На рисунке 84 АВ = ВС, угол А = 30 градусов…»
Так, что там… Треугольник АВС равнобедренный, углы А и В известны, достаём третий угол и доказываем параллельность по накрест лежащим…
Павел кратко записал решение, пометил на чертеже равные углы и откинулся на стуле.
Стихотворение, значит. Про блокаду… Что там – метроном, полумёртвые от голодажители, авианалёты, бомбардировки, вмёрзшие в лёд корабли Балтфлота, куски мёрзлого хлеба, на… кажется, пятьдесят пять процентов сделанного из целлюлозы. Хорошо, что я люблю историю, подумал Павел. Кстати, после школы надо будет зайти купить в киоске исторический журнал…
Не отвлекаться! Значит, образы наметили. Теперь… придумывать. Как бы начать?
Звенит звонок, все встают с мест, собирают рюкзаки и бегут на обед. Как часто ждалПавел этого звонка, а теперь он даже мешает, такой резкий, звенящий, бьющий, рвущий мысли! Продолжался бы урок, сидел бы,спокойно размышлял над стихом, а не стоял бы в громкой очереди за едой…
Один день уже прошёл, и абсолютно бесполезно. Остаётся ещё два– этот, половина которого уже миновала, и следующий.
Павел отстоял очередь, тщетно пытаясь что-нибудь придумать, и, взяв еду, отошёл к столу. Там, стараясь не думать о лезших в голову посторонних вещах, снова начал придумывать. Но нет, не пришли к нему ни рифмы, ни начало, ни окончание, ни общий дух стихотворения. Лишь врывались то и дело мысли о грядущем уроке черчения, о контрольной по покрытосеменным, к которой ещё надо готовиться, о зачёте по карте Австралии, обещанному на следующей неделе, и захватывали эти мысли мозг, и насильно возвращал Александр себя к стихотворению, и снова уходил куда-то в сторону…
Ничего так и не придумывалось.
- А я вот уже написал. –Павел оборачивается: за столом рядом сидитМаксим, увлечённо беседующий с одноклассниками – Сначала думал, думал, а потом догадался – открыл нейросеть, забил что нужно и готово. Только подредактировать надо.
- Да ты хорош! – смеётся кто-то за столом.
- А чё? – спрашивает Максим – Стихотворение-то моё, она только словечки подобрала да срифмовала по тому, что я в неё забил. Ведь не зазорно же инженерам с помощью программ чертежи делать!
Максим, доев, взял тарелку и отошёл, а Павел остался сидеть, уже не жуя безвкусную еду, уже не обращая внимания на запахи, на грязный стол, не думая ни о чём. Вот так ущерб… Как мог он так… надругаться над творчеством? Ведь написать с нейросетью – это всё равно что… украсть. Ну забил ты образы, ключевые слова, тему – но все предложения, рифмы не твои, не собственные. Это всё равно что… забить условия задачи в нейросеть, а затем говорить, что решил её сам – ведь условие-то дано тобой!
И как может он писать, как может он?..
Павел встал, отнёс посуду и направился к выходу. Как так можно? Впрочем, с Максимом-то ясно – он победитель олимпиад по физике и математике, он задачи решать умеет, но понятия не имеет, что такое писать, для него это лишь очередная задача, которую он – любыми способами – должен решить.
Нет! Я оправдываюсь, обвиняя соперника, а что я придумал? Вот именно, что ничего. – он толкнул дверь в кабинет, зашёл, сбросил рюкзак на пол.
Осталось меньше двух дней. А ещё контрольные, готовиться надо.
И ничего не придумывается…
- Павел! Эй, Павел! – он поднял голову и увидел перед собой Андрея – Ну что ты, пишешь?
Интересуется. Ага. Никогда до тебя дела нет, а как подгадить параллельному классу, превзойти его в чём-нибудь – так на руках носить готовы.
- Нет ещё.
- А вот Макс с нейросетью написал. Мне это Егор рассказал, он…
- Я знаю. – сквозь зубы проговорил Павел. Ещё приставать будут, советы давать. Как советы давать, так каждый…
- Ну так чё бы тебе, это, тоже с нейросетью не написать? Что, Максу можно, а тебе нельзя? Да возьми и напиши.
- Стыдно. – отрезал Павел.
- Да чё стыдно? Он написал, значит и ты можешь…
- Да отстань ты! Думать мешаешь! – заорал Павел.
Удивлённый Андрейчто-то пробормотал и отошёл, пятеро одноклассников оторвались от игр в телефоне и посмотрели на Павла.
Меньше двух дней…
***
Тесный автобус остановился, и Павел спрыгнул на мокрый от растопленного реагентом снега асфальт. Воняло бензином и выхлопами, снег по краям дороги уже успел почернеть, а солнце скрылось за одинаково безразличными ко всему тучами. Последний, третий день. Завтра читать, а ничего не готово, за три дня ничего… Написана пара вариантов, но все они такие пустые, такие глупые, такие детские, такие очевидные… Все они не годятся, определённо не годятся. Это не стихотворения, а так, рифмовка.
Павел прошёл мимо территории детского сада с выцветшими заборами, с заснеженными каруселями,с наполовину заржавевшими и лишившимися краски лестницами. А завтра читать…
Одинокое кирпичное здание, голуби, сгрудившиеся на оттаявшем благодаря тёплой трубе кусочке земли, потрескавшийся асфальт с выбоинами, чёрные точки собачьего кала на тонком слое снега… А время поджимает, уже классный руководитель спрашивала, готовы ли стихотворения, и пришлось соврать, хотя понятно, что ни один из вариантов не подходит.
Завтра читать…
И промозглость какая-то пошла по телу, и ветер ещё этот дует. Снег летит, глаз поднять не даёт. Руки мёрзнут, пусть и в карманах…
Так неприятно… Раздражительно… До брезгливости!
Завтра!…
Павел подходит к дому, поднимается на свой этаж, проходит по тусклому коридору и, открыв дверь, заходит в квартиру. Горит свет, значит, дома кто-то из родителей. Надо будет быстро поесть и сесть писать.
Из кухни выходит мама:
- Привет. Как дела?
- Нормально.
- Стихотворение ещё не написал?
- Нет. – говорит Павел, садится на скамью и наклоняется, чтобы снять ботинок.
- А мы сегодня поздравляли коллегу. Того, которому стихотворение хотели.
- Угу. Стихотворением поздравляли?
- Да.
- Из интернета? – спрашивает Павел, почти что уверенный, что ответ будет утвердительный, а потому не особо слушающий.
- Нет. Коллега с нейросетью написала.
- С чем? – Павел замер с ботинком в руке.
- С нейросетью. Забила рифмы, черты человека, и получилось…
- П-прочитай.
Ваш стих – как виртуозный штрих,
Ваш нож отточен, словно фраза!
А ведь не так уж и плохо. Далеко не шаблонное сравнение… Не ожидал от нейросети такого.
Резец по дереву скользит,
Шедевр рождая раз за разом!
А вот это, кажется, перебор. Хотя – это ведь хвалебное стихотворение, поздравление…
Я не рассказывал маме про Макса с его нейросетью…
Пусть вдохновенье в сердце бьётся
А жизнь – как гладкий срез ведётся!
Тоже неплохо. Хотя как может вдохновение биться?
Теперь не только Макс, но и мамины коллеги прибегли к помощи нейросети…
Пусть строки ложатся, как шёлк на страницу,
И вдохновенье не знает границ!
Сбитый ритм. Совсем сбитый. Строки несоразмерны…
Коллеги пусть ценят, друзья уважают,
В сердце тепла, а в душе – доброты!
Тоже неплохо для поздравления. И ритм снова выровнялся… Совсем неплохо. А ведь предлагали, предлагали же мне написать!
Пусть тебе звёзды удачу сплетают,
Эк завернули!
Счастья, здоровья, достатка, мечты!
Логично. Я отказался писать – написала нейросеть.
***
Что же делать? Кругом темно, и лишь настольная лампа да свет ноутбука ярким пятном выхватывают стол, за которым сидит Павел. Нет, не получится из меня поэт, подумал он. Не получится! И технарь не получится – тошнит от одного вида чертежей… Зачем поступил в инженерный лицей? Лучше бы оставался в обычной школе, был бы единственным отличником класса, гордился бы тем, что умеешь правильно писать слова и знаешь таблицу умножения!
Что же делать? Одиноким опухшим глазом светит фонарь за окном.
И так душно… А завтра окажется, что нет у него стихотворения, и опозорится Павел перед учителями, а Макс с нейросетью победит…
И ничего не придумывается.
Придётся. Чтобы сохранить лицо, придётся. Павел открывает браузер и подносит мышь к значку…
Нет! Нельзя… Это же воровство.
Но опозориться ещё хуже! Придётся. Он открыл нейросеть и начал писать.
Нет! Нельзя сидеть и ждать вдохновения, нельзя тянуть время.
Раньше можно было.
Но раньше жили без нейросети. А сейчас появилась она.
И не нужны станут поэты, художники, писатели, композиторы – зачем они, когда есть нейросеть? Она не ждёт вдохновения. Она напишет на любую тему. Напишет что нужно, как нужно и когда нужно! Чувства, вкладываемые людьми в искусство, будут заменены более дешёвыми, доступными и, возможно, более понятными штампованными произведениями нейросети.
А люди? Те, кто пережил блокаду, те, кто умирал от голода, но город не сдавал? Разве для того они совершали свой подвиг, чтобы потомки, не способные создать что-то самостоятельно, просили помощи у нейросети и приносили пустое, штампованное стихотворение? Что бы они подумали, что бы почувствовали, увидев такое отношение?
Нет! Нельзя сидеть и ждать. Надо создать самому и сейчас!
Надо лишь захотеть, надо лишь проникнуться нужной темой, нужно олицетворить себя с нею, закрыть глаза и стать участником блокады, увидеть, ощутить, услышать всё, что было там, самому, пусть и на секунду, обессилеть от голода, согнуться под тяжестью ведра с водой, набранной из лунок в Неве…
Духота прошла.
И вдруг слова появились у него в голове. Словно дверь отворилась сама собою…
Пустая комната. Разрывов отдалённый гул
И нарастающие звуки метронома,
А дальше… дальше пусть будет налёт, зенитчики.
И в небо тысячи артиллерийских дул,
И наблюдатели на крыше дома.
Так, а вот и в второе:
Хлеб, согреваемый замёрзшими руками.
И лёд везде – на улицах и на Неве,
И Медный всадник, скрытый весь мешками
Нет, не звучит как-то про Медного всадника… Пусть будет так:
И памятники, скрытые мешками
С песком. И бомберы в небесной синеве.
Нет, «бомберы» как-то не годятся… Какие у них были модели бомбардировщиков? Хенкели и ещё… Ах да, юнкерсы, как я мог забыть. Вот так хорошо:
С песком. И юнкерсы в небесной синеве.
А теперь нужно красивое окончание… Что-нибудь про сплочённость, про то, что отметены всё прежние проблемы и желания…
Конфликты прошлые, проблемы, страхи, споры –
Забыто всё, мечты все – об одном.
Стоит обложенный, непокоренный город
В непобедимый организм сплочён.
Хорошо. Завтра надо будет это выучить.
***
В кабинете физики витал острый запах спирта, разлитого на полу и партах. По этому, а ещё по продырявленной канистре, гдеи был скорее всего спирт, отчаянно летающему из стороны в сторону маятнику Ньютона, суетящемуся с тряпкой у спирта физику и полуразвалившемуся полиспасту, сиротливо стоящему на первой парте, можно было смело заключить, что на прошлом уроке со старшеклассниками был устроен какой-то грандиозный, но провалившийся эксперимент.
Вот прозвенел звонок, и Павел сел за свою парту. Автоматически достал тетради, пенал и поглядел невидящим взглядом на доску. Было повторение давления – его любимой темы, но теперь он не видел чертежа и условий задачи, не следил за ходом решения, не слышал пояснений физика. Всё в нем сосредоточилось на одном.
Тревожно. Вдруг я забуду стихи посреди чтения? А если Макс с его нейросетью победит? Тогда окажется, что я пишу ещё хуже, ещё никчёмнее нейросети, и конец всем моим мечтам… вернее, мечты-то останутся, но это будут только мечты. А на следующем уроке зачёт по квадратам чисел и степени двойки до десятой, а я не успел подготовиться…
И одноклассники. Спрашивают, готов ли я. А я не могу им прочитать… боюсь, оттягиваю момент. Ведь это моя первая попытка, мой дебют, и если я проиграю, проиграю нейросети!...
Нет, не думать об этом, сказал себе Павел, стихи я написал и выучил, осталось лишь прочитать, напрасным беспокойствомничего не выиграть.
Так, что там, сообщающиеся сосуды одинаковой площади с маслом и водой…
Простая же задача, почему не получается! И мозг всё возвращается к тому же. Скорее бы это кончилось, скорее бы…
Снова звонок. Пора. Все идут в столовую, а Павел, собрав рюкзак, направляется к актовому залу. Там всё и решится. Там всё сходится…
Он идёт, не чувствуя ног, сталкиваясь с идущими навстречу, повторяя в уме стихотворение, стараясь отмести тяжёлые мысли, червями подтачивающие мозг.
Вот и актовый зал. Четыре учителя – истории, искусства, классный руководитель и ещё одна учительница литературы. Максим уже стоит.
Павел поздоровался и сел – он не мог выступить сразу, нужно было успокоиться. Читает Максим. Сосредоточься. Обращай внимание на каждое слово, тщательно слушай, сравни его стихотворение со своим. Хотя нет, не его, а нейросети…
Максим уверенно выходит вперёд и начинает читать:
В огне и стуже, в дни разлуки,
Сквозь мрак войны, сквозь беды и муки,
Стоял Ленинград, как крепость в час,
С надеждой в сердце и с болью в глазах.
Снегом белым укрыты улицы,
Где смех и радость царили в юности,
Теперь лишь тени, голод и страх,
Но дух не сломлен – он жив в сердцах.
Сквозь голод, холод и разруху,
Сквозь слёзы, страх и чёрную вьюгу,
Люди шли вперёд, не зная страха,
Словно светлое утро – надежда в их шагах.
Звон колокольчиков в тишине,
Звёзды над Невой – как мечты в огне,
Они выстояли, не сломлены были,
В блокадном аду – сердца не погасили.
Нет, у меня ещё есть шансы, подумал Павел. У нейросети рифмы слабые, какие-то рваные образы. Да только я написал меньше, да и просам подвиг сказано не так много, как у Макса. Ну да ладно. Я написал то, что видел я, и будь что будет.
Павел вышел и начал читать…
Когда он закончил, учителя переговаривались меньше минуты, а затем классный руководитель обратилась к Максу:
- Знаешь, твоё стихотворение какое-то… неискреннее, будто написано по трафарету.
Как точно она определила, подумал Павел.
- А ты, Павел, написал пусть и меньше, но искреннее. Ты будешь…
Дальше всё закрылось в его глазах радостью облегчения. Дослушав учителей, он вышел из актового и побежал в столовую. Придётся постоять в очереди, ну да чё уж там, главное, что победил.
Павел входит в столовую, и тут же его окликают:
- Ну что? Выиграл? Хорош!
- Сколько до звонка? – спрашивает Павел, хотя ему неважно, и радостно бьётся лишь одна мысль: «победил»…
- Пятьдесят минут. Быстро ты. Кстати, ещё успеем повторить квадраты.
Павел стоял, не обращая внимания на сомнительные запахи столовой, на гомон вокруг. Он выиграл, тест по квадратам напишет, подготовится… а что ещё нужно для счастья?
________________________________________________________________
Грищенко Анна
Мой Петербург
Мой родной край - это город Санкт-Петербург. Многие его называют «Питер», но мне это не нравится, потому что оно не отражает все величие города. Петербург - это не просто какой-то город, это город истории и место сильных и смелых людей, ведь именно про наш город говорят, что он построен на костях и на крови. Величественная столица была возведена ценой жизни тысяч обычных людей. Потому и говорят: «Построен на костях». Это память о страшной человеческой цене грандиозного замысла Петра I.
А ещё Санкт-Петербург называют городом мостов. Самые красивые из них это Аничков, Дворцовый, Троицкий, Литейный, мост Александра Невского, Володарский и многие другие. И более того! 18 мостов разводные. Самые красивые мосты перекинуты через реку Неву. Для меня река Нева ассоциируется с красивой серой кошкой, с голубыми умными глазами. Кошка спокойная, тихая и только с сентября до ноября становится дикой и пытается выбраться из каменных оков. До строительства дамбы она выходила из своих берегов и в Санкт-Петербурге случались наводнения, а когда же кошечка успокаивалась, то возвращалась обратно в свой дом.
Больше всего люблю в своем родном крае «белые ночи». Может кому-то они и мешают заснуть, но для меня это лучшее время, когда оживают памятники, становятся краше дворцы и музеи, происходит все, как в сказке. Ты будто сам становишься сказкой.
Но все-таки самым главным является не это. Как еще называют мой родной город? Правильно! Город-музей! А самый известный - это Эрмитаж. Он настолько большой, что обойти его и просмотреть все экспонаты в залах не хватит ни дня, ни недели.
Шагнув с шумной Дворцовой площади в изящный Зимний дворец, попадаешь в мир, где время застывает, и перед тобой открываются врата в далекую историю. В этом здании будто все еще живет дух императрицы Екатерины II. Пройтись по залам этим - значит совершить путешествие сквозь века искусства.
А ещё у Санкт-Петербурга было имя Ленинград. И Ленинград помнит свою историю. Самое трудное время для города - блокада во время Великой Отечественной войны. Каждому было страшно. Каждый хотел выжить. Но люди, несмотря на страх, голод и холод смогли дожить до конца, пробить блокаду и дать отпор немцам. Люди в тот день показали, что значит настоящий отважный Петербуржец.
Люблю свой край. Люблю за эту разную красоту, за добрых и красивых людей, за ароматный запах свежих булочек в пекарне, за то, что каждый день происходит что-то новое и загадочное, за то, что можно покататься на кораблике по каналам...
Этой мой город. Это мой родной край. Я безумно горжусь им.
_______________________________________________________
Гончарова Ангелина
За что Россию я люблю…
За что Россию я люблю?
За белоствольные березы,
За красную, как яблоко, зарю,
За чистые, как слезы, росы.
За гор манящие вершины
И лес, что высится дворцом,
За Арктики белеющие льдины
И запах сена над моим селом.
За море Балтики и мощь Урала,
Культурный облик Татарстана.
За две прекрасные столицы
И Крыма древние станицы…
Но главное в России все же — люди!
Они открыты, искренни душой,
Всегда помогут, не осудят,
И друг за друга все горой.
Любить Россию можно вечно!
За красоту Кавказских гор,
За бурное величие Волги,
Карельских глубину озер.
На этом перечень не кончен.
Его дополнит каждый сам…
А я горжусь родной Россией
И много за нее отдам!
_______________________________________________________
Дарвишева Варвара
Фронтовые письма
Мой прапрадед Березин Павел Андреевич ушел на фронт в далеком 1941 году. С войны он не вернулся, погиб в феврале 1944 года, немного не дожив до победы. В память о нем остались несколько фотокарточек да пачка пожелтевших фронтовых писем. Все это бережно хранится в нашей семье и передается из поколения в поколение. Мама часто достает эти письма, перечитывает их, иногда читает вслух. А я, слушая маму, думаю, что мне бы очень хотелось, чтоб Павел Андреевич узнал, как сложилась жизнь его детей и жены после Победы. Какими выросли его внуки и правнуки. Гордился бы он нами?
Из письма прапрадедушки
1 февраля 1943 года⠀
Мой дорогой сынок, мой сокол ясноглазый, моя надежда, моя радость. Мой любимый сын. Поцелуй и приласкай мою маленькую дочурку, свою сестренку, нашу Геточку. Не забывай ее пусть она чувствует, что ее тоже любят, что она не одинока в свете, что где-то есть трепещущее сердце, которое болит за вас обоих. Ваши образы всегда передо мною, ваши мысли, как молитва, оберегают меня от всех опасностей. Летит ли вражеский снаряд, рвётся ли мина, свистят ли над головой пули - я всегда думаю о вас, мои дети, о вашей судьбе. И хочется мне видеть вас, обнять вас нежно и полностью насладиться близостью вашей, мои родные птенчики, мои малютки…⠀
...Когда началась война Юре исполнилось 6 лет. А Гете всего 3. Как и завещал папа, Юра заботился о сестре и оберегал ее.
Дети, ради которых воевал мой прапрадед, выросли и стали достойными людьми, сохранили память о нем и передали нам. И вот уже я гордо храню эту память. Теперь уже я - то будущее, ради которого воевали наши прадеды. Я буду хранить и передам своим детям эти знания. Ведь пока мы помним наших героев - они будут жить, жить в наших сердцах и нашей памяти.
⠀
Из письма прапрадедушки
12 августа 1943 года⠀
...Пиши, мой мальчик. мне будет легче бить фрицев. А фрицев мы будем бить так, что⠀у них на сотни лет отпадёт всякая охота нападать на нашу родину. И все наши враги запомнят навсегда, что на русских нападать опасно...⠀
...Юрочка, война потребует еще много жертв и напряжения, поэтому вам, мои малыши, придётся ещё потерпеть. Но сейчас становится уже ясно, что победа будет на нашей стороне - враг будет разбит. А сейчас, дорогие, работайте и учитесь, и живите надеждой, что папа ваш будет жив…⠀
И вот Юре 8 лет. Он читает письма с фронта и старательно выводит буквы на бумаге в ответ. К сожалению, эти письма не сохранились, но я могу представить, о чем писал восьмилетний мальчишка. Он писал о жизни в эвакуации в холодной Сибири, о сестре, о маме, о голоде. О том, как они в мороз ходят в школу по заснеженной дороге, об оценках, расспрашивал, много ли фрицев удалось взять в плен, чем кормят красноармейцев и какие они - наши советские танки? Страшно ли ему было? Думаю, что очень страшно...
Из письма прапрадедушки⠀
25 декабря 1943 года⠀
...Мои милые дети, Юрочка и Геточка. не скучайте, живите весело. И если будет скучно, Юрочка, то учи уроки и таблицу умножения и прочее, как-нибудь старайся, а уж после войны я буду учить тебя и Геточку, только бы остаться живым…⠀
...Когда нам скучно, мы берем в руки телефон или включаем приставку, бежим гулять с друзьями или читаем книги. Наше детство не похоже на детство Юры и Геты. Да и не было у них детства, его забрала война. Давайте не будем забывать тех, благодаря кому мы живем в тепле и уюте, в сытости и достатке. Я уверена, что в каждой семье есть свой герой и не один. Вспомните о них. Ведь они есть, пока о них помнят.
___________________________________________________
Дёмин Дмитрий
Навеки в строю
Много отважных, бесстрашных людей живет на земле. Мы должны помнить героические поступки, совершенные нашими земляками. Выбирая самые трудные, опасные профессии, они берегут наш покой, нашу безопасность. Благодаря им, мы живем под мирным небом, имеем возможность спокойно учиться и работать. Нередко они идут в бой с бандитами и террористами, бывает, что погибают в самом расцвете сил. Будем же признательны и благодарны этим людям, за их мужество и отвагу и будем вечно помнить о них.
Дмитрий Валерьевич Мутовкин родился 17 апреля 1973 года в селе Грабово Пензенской области. В 1980 году Дмитрий пошел в среднюю общеобразовательную школу №2 г.Пензы. Во время летних каникул родители отправляли сына к бабушке в село Грабово. Там Дмитрий не только помогал по хозяйству, но и занимался техникой. Сначала это был старенький велосипед, который он не раз перебирал до основания, а когда подрос, научился ездить на мотоцикле и сам чинил его. Но не только техника интересовала мальчишку, с ранних лет Дмитрию нравилось рисовать, у него неплохо получался графический рисунок и этот талант пригодился ему в дальнейшей жизни. В свободное от службы время, карандаш и бумага помогали отвлечься от суровых будней.
Родители хотели видеть своего сына сильным и здоровым, поэтому отдали его в секцию плавания. Чтобы уделять больше внимание спорту решили в 1983 году перевести сына в школу №28 г.Пензы, в специальный класс, где одновременно с получение знаний можно было усиленно заниматься плаванием. Настойчивость и желание добиться успеха в спорте позволили получить второй взрослый разряд по плаванию.
После окончания профессионального училища в 1991 году был призван в ряды Вооруженных Сил. Служил в погранвойсках в городе Находка Приморского края.
Вернувшись из армии в ноябре 1993 года, Дмитрий стал думать о дальнейшей жизни, теперь уже на гражданке. Единственное место, где он мог найти себя в период реформ, чтобы не идти против своей совести, была милиция.
23 февраля 1994 года Мутовкин Дмитрий Валерьевич пришел в Пензенский ОМОН. Ему выпало пройти грозненский ад 1995 года. Затем командировки в «горячие точки» стали регулярными.
В 1999 году был назначен на должность командира отделения 2-го оперативного взвода 2-ой оперативной роты отряда милиции особого назначения УВД Пензенской области. Являясь командиром отделения, он умело руководил подчиненными. Интересы службы всегда ставил выше личных интересов, ценил дружбу и умел дружить, чем заслуживал уважение командования отряда и авторитет среди товарищей.
1 марта 2000 года прапорщик милиции Мутовкин Дмитрий был направлен в очередную, пятую по счету, командировку в Урус-Мартановский район Чеченской Республики для выполнения служебно-боевых задач по восстановлению конституционного строя Российской Федерации.
В ту командировку Дмитрий мог не ездить, так как ему нужно было сдавать госэкзамены в Саратовском юридическом институте. Не мог он допустить, чтобы «его» ребята жизнью рисковали, а он командир отделения, в это время экзамены сдавал.
15 марта 2000 года Пензенский ОМОН участвовал в наступательной операции в селе Комсомольское, где засели боевики. Мутовкин огнем из пулемета прикрывал левый фланг наступления боевой группы на позиции противника. Прицельной очередью он уничтожил гранатометчика, пытавшегося выстрелить по БМП. Продолжая вести огонь, Дмитрий уничтожил еще шестерых бандитов.
Боевикам удалось прорваться по правому флангу, и они пытались взять омоновцев в кольцо. Командир группы и два товарища Дмитрия были ранены. Огонь боевиков усиливался, Дмитрий, применив дымовую завесу, вынес из-под обстрела под прикрытия БМП раненого командира и одного из бойцов, одновременно сдерживал пулеметным огнем контратаку боевиков.
Возвращаясь на позицию, Дмитрий получил пулевое ранение в ногу, но продолжал прикрывать пулеметным огнем погрузку раненых товарищей в подошедшую БМП. Ударной волной от гранатометного выстрела боевиков Дмитрия контузило. Превозмогая боль, он помогал своему раненому товарищу подняться на броню. В это время был произведен второй гранатометный выстрел, в результате которого прапорщик милиции Мутовкин Дмитрий Валерьевич погиб.
За мужество, отвагу и самоотверженность, проявленные при исполнении служебного долга, Указом Президента России прапорщик милиции Дмитрий Валерьевич Мутовкин – боец Пензенского отряда милиции особого назначения – награжден орденом Мужества (посмертно).
Открыты памятные мемориальные доски на школе №28 г.Пенза, в здании ОМОН УМВД России по Пензенской области, так же в г. Пенза получила название улица Дмитрия Мутовкина.
Я хочу, чтобы память о таких героях, отдавших свои жизни, исполняя воинский и человеческий долг, жила в сердцах людей.
____________________________________________________________
Добрякова Елизавета
Счастливый случай
Маша, привет!
Пишу тебе, пока еду в поезде в Москву. Ты не поверишь, что со мной только что про-изошло в Санкт-Петербурге! Все произошло так быстро и красочно, как будто я только проснулась и всего ночного путешествия вовсе и не было. Вот я тебе пишу и меня всю пе-реполняют эмоции, так что я не могу не рассказать тебе, что же со мной случилось.
Я приехала в Санкт-Петербург поздно вечером. У меня была всего одна ночь здесь, а ут-ром поезд на Москву, домой. Всё было отлично, казалось, что может быть сложного, про-сто переночевать, а потом опять сесть на поезд. Но я, как самый везучий человек, нашла себе трудности. Хотя я не права, это не трудности, это самые интересные приключения. Я вышла с вокзала, и тут, пропал интернет. И телефон почти разрядился. Я встала как вко-панная. Народ вокруг куда-то спешил,хотя, чего я удивляюсь, поздно уже. Хорошо, что я помнила адрес отеля, но куда идти я не знала. Карты в бумажном виде у меня тоже не бы-ло. Наличных денег нет, чтобы за такси расплатиться, всё через телефон оплачиваю.
Ты представь картину, стоит рассеянная девушка, с сумкой в руке, сонная, уставшая. Сто-ит посередине толпы. И вдруг к этой одинокой героине, то есть ко мне, подходит спаси-тель. Правда мне это только тогда так показалось, а так он обычный парень, в куртке и с самокатом в руках. Не буду занимать твоё время на описании всего нашего диалога, скажу вкратце, он предложил свою помощь. Таинственный человек арендовал мне второй самокат. И вот мы поехали. Не на такси, не на метро, а на электросамокатах, поздно вечером, по почти пустынному Питеру. И это стало лучшей экскурсией в моей жизни!
Сначала мы неслись по широким прямым проспектам. Дома были как дворцы, и я не пре-увеличиваю. Я только и успевала головой вертеть. Потом мой спаситель свернул в арку. И мы оказались в таком дворе, о котором я только в книгах читала — «двор-колодец». Со всех сторонстены, а небо — маленький квадрат наверху. Я сразу же прониклась питер-ским духом. Именно на этом месте я убедилась, что Питер – город призрак. Тишина, эхо от колёс. Мой спутник сказал, что именно здесь живет настоящий Питер. Потом был ещё один проход, и мы выкатили в Итальянский дворик. Кругом арки, балкончики, а в центре фонтан (ночью, правда, не работал). Красота невероятная.
Потом мы выехали к какой-то огромной площади. И мой таинственный друг просто ска-зал: «Привет, Дворцовая». Я ахнула. Прямо перед нами был тот самый Зимний дворец, зелёный, громадный, а в середине площади — Александрийская колонна. И это все так красиво подсвечивалось, что я не могла оторвать глаз. Жалко, что мы не останавливались. Потом мелькнул огромный собор с золотым куполом. Я не сразу его узнала, только потом догадалась, что это Исакиевский собор. Тут мы пронеслись мимо Медного всадника. Он в свете фонарей казался каким-то особенным, как будто живым.
Мы ехали по набережным, где темная вода Невы отражала огни, по маленьким мостикам. Город, который днём, наверное, шумный и многолюдный, ночью был тихим, величест-венным и таинственным. Мой попутчик на ходу комментировал: «Слева — Петропавлов-ская крепость, остров...», «А это Адмиралтейство, его шпиль — как кораблик».
Таким образом, я и добралась до своего отеля, думаю, что для таких же людей, как я нуж-но делать такие же экскурсии. От переизбытка эмоций и впечатлений я совсем забыла спросить имя моего таинственного незнакомца, только поблагодарить успела. Теперь си-жу и думаю, правда ли это все или этот город такой таинственный и загадочный, а может мне все приснилось.
Во что бы то ни было нам обязательно нужно приехать сюда и посетить этот красивый, а главное со своей богатой и насыщенной историей город. Думаю, тут на каждом шагу, у каждого кирпича своя история. А я никогда не забуду эти полтора часа незабываемой и самой необычной экскурсии!
Вот такая история. Теперь я уже почти на месте. Пиши, как у тебя дела.
Крепко обнимаю,
Лиза
_____________________________________________________
Зайцев Станислав
Человек с большим сердцем рядом
Каждый раз, когда мы слышим о героях, нам представляется, нечто редкое, необычное, почти недостижимое. Чаще всего героизм связывают с войной, но и в повседневной жизни есть место героизму. Кто такие герои? Словарь нам говорит о том, что это люди, совершившие подвиги мужества, доблести, самоотверженности. И такие поступки совершаются гораздо чаще, чем мы можем себе представить.
Я хочу рассказать вам об одном таком неизвестном герое, с которым знаком лично. Его зовут Евгений Семенов. Его имя не встретить в новостных сводках, фотографию не найти в интернете, но в самоотверженности этого человека сомневаться не приходится.
Евгений родился и вырос в небольшом поселке Ленинградской области. Прилежно учился, помогал родителям по хозяйству, дружил с соседскими мальчишками, словом, был самым обыкновенным парнем. Однако его выделяли отзывчивость и доброта. Евгений готов был встать на защиту слабых, всегда помогал, если видел в том необходимость, не оставался равнодушным к происходящему вокруг, не боялся говорить то, что думает.
Однажды в хмурый осенний день в поселке загорелся дом. В нем жила семья с двумя детьми. Время было дневное, родители находились на работе, а дети должны были быть в школе. В деревнях новости распространяются быстро, а вот пожарного расчета приходится ждать долго. Соседи пытались потушить пламя, но деревянный дом быстро оказался во власти огня. Бросив бесполезные попытки, люди стали ожидать приезда пожарных, поливая соседние постройки водой. С работы прибежала мать семейства. Она словно обезумела и рвалась в дом. Выяснилось, что в доме остался ее приболевший сын, он не пошел в тот день в школу. И, как позже выяснили пожарные, именно его баловство с огнем привело к трагедии.
Видя горе матери, ужас на лицах собравшихся вокруг людей, Евгений, не раздумывая, схватил первую попавшуюся тряпку, намочил ее водой и, обмотав ею лицо, бросился в горящий дом. Начались напряженные минуты ожидания. Как рассказывал после Евгений, внутри все было в дыму, практически ничего не видно. Он звал мальчика по имени, но тот не откликался. Евгений все равно продолжил поиски. Ползя по полу, заглядывая в каждую комнату, Евгений понимал, что у него нет и пяти минут. Ему повезло, и он нашел потерявшего сознание ребенка под кроватью в одной из комнат. Чувствуя, что самому ему становится плохо, Евгений, стараясь не дышать, вытащил ребенка из горящего дома. Мальчика схватили соседки, попытались привести его в чувство. Евгений от помощи отказался и стал ожидать приезда скорой и пожарных. Они прибыли приблизительно через 40 минут после вызова. Дом потушили, а пострадавшего мальчика забрали в больницу. К сожалению, он скончался через неделю, не приходя в сознание. Поражение легких угарным газом оказалось критическим.
К Евгению приезжали брать интервью, спрашивали, было ли ему страшно, почему он бросился в горящий дом, ведь это было рискованно. На что Евгений отвечал, что не мог спокойно стоять и смотреть на дом, зная, что внутри умирает ребенок. Евгений очень не любит вспоминать эту историю, ведь его до сих пор мучает совесть, что он не смог спасти того мальчика. Те несколько минут, когда все вокруг думали, что дома никого нет, стоили ребенку жизни. На тот момент Евгению был 21 год.
От государства ему выдали медаль «За спасение при пожаре». Далее его жизнь получила неожиданный поворот, так как Евгения пригласили работать в пожарную часть. Он согласился. Вот уже 15 лет Евгений борется с огнем и спасает человеческие жизни. Он знает, что находится на своем месте. Но теперь проявление мужества и смелости стало для него работой.
______________________________________________________
Заусайлов Арсений
В поисках Анны
Первый опыт журналистского расследования
Это не выдуманная история, а рассказ о том, как обыкновенная школьная экскурсия в архив послужила началом поиска человека, выполнившего свой долг перед Родиной во время Великой Отечественной войны и затерявшегося в вихре времени. Судьба Анны. Васильевны Осиповой, архивиста, переводчика, снайпера, стала ещё одной открытой страницей Великого Подвига.
Часть 1
С самого первого момента, когда я увидел здание Выборгского архива, у меня было чувство, что это место важно для меня. Несколько раз писал доклады об архиве, мечтал попасть туда. И вот в феврале 2025 года мы с классом посетили его с экскурсией.
Теперь я точно знал, чем меня так притягивало это место. Но всё по порядку.
Со смотровой площадки архива открывается великолепный вид на Выборгский замок, весной территория рядом с архивом утопает в сирени, а зимой в тишине и снегу. Эту сирень, по легенде, посадили ещё во времена королевы Швеции Кристины. Если вы будете в Выборге, обязательно подниметесь сюда, здесь у вас получатся лучшие фото с видами замка.
Мне же запал в душу рассказ экскурсовода об эвакуации архивных документов из Выборгского филиала центрального государственного архива НКВД Карело-финской ССР. Сотрудник архива того времени должен был знать несколько языков, иметь каллиграфический почерк, уметь классифицировать документы и сохранять их физическую целостность. Это были высокообразованные люди.
В начале войны, 14 июля 1941, поступила срочная телеграмма от руководства Петрозаводска: «…выполняйте указания комиссии, вывозите наиболее важные документы, вагоны направляйте в Костромской государственный архив…». А уже 22 августа части Красной Армии вынужденно отступили из Выборга. Всего было собрано 12 вагонов, в двух последних, о которых и пойдёт речь, были самые древние документы, в их числе указ королевы Швеции Кристины 1635 года. Эти два вагона сотрудники оплачивали сами, из своих сбережений, сами и разгружали вагоны по прибытии в Кострому, в течение трёх дней, своими руками. В Костроме архив разместили на базе Ипатьевского монастыря. Секретные же фонды из Костромы были переданы в Казань, а сопровождала их старший архивно-технический сотрудник Анна Осипова.
Выполнив задание, она в 1943 году окончила курсы снайперов и ушла на фронт. Директором архива Демидовым была составлена срочная телеграмма, он просил вернуть Осипову, объясняя своё требование огромной кадровой потерей для архива. Но, к сожалению, им был получен ответ на обратной стороне телеграммы, что ее пытались вызвать с фронта, но следы затерялись.
И по прошествии 80 лет никто не знает её дальнейшей судьбы. Конечно, сотрудники Ленинградского архива занимались розыском, но результата пока нет. Эта мысль не давала мне покоя: как же так, чтобы даже сейчас никто не знал, что с ней случилось, как прошла ее жизнь. И я начал свой поиск.
В настоящее время открыто много электронных архивов, их данные систематически обновляются, но сведений о ней нет ни на одном из сайтов: «Память народа», «Бессмертный полк» – нигде нет Анны с похожими данными. Мне удалось узнать, что в России проживало 97 Анн Васильевн Осиповых 1921 года рождения.
Свой круг поиска расширяю территориально, вначале взял всех Анн, рождённых в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, мой поиск осложнён тем, что никого из них уже нет в живых. Но я, воспитываясь в семье юристов, знаю, что самый простой способ узнать сразу и всё, это опросить соседей. Моя Анна должна была знать языки, значит, все, кто не знал, не подходят. Так я сократил поиск до трёх. Одна из трёх была не образованна, вторая имела высшее образование, но никогда не работала в архиве Выборга. Осталась последняя, она не меняла фамилию, родилась в Санкт-Петербурге, но на момент смерти проживала в Подмосковье. Туда я доеду только в августе. Мне не хочется никого просить съездить и узнать, я хочу сделать это сам. У меня есть ощущение, что это именно она. Удалось выяснить, что она была одинока и у неё никого не осталось. Я очень надеюсь на эту поездку.
С другой стороны, всегда есть вероятность, что Анна погибла и место её гибели неизвестно или что была репрессирована и архив в отношении неё еще не открыт. Или попала в разведку, все же она была образованной женщиной со знанием иностранных языков. В этом случае ждать рассекречивания архивов придётся ещё не один год.
Я разослал множество писем. По последним известным адресам всех 96 Осиповых, несмотря на то что у кого-то эта фамилия девичья, а у кого-то в замужестве. К сожалению, государственные органы не предоставляют такую информацию, да и нет ее в отношении тех, кто родился в 1921 году. Сделал запросы в Министерство обороны, в Петрозаводский университет. Самое сложное – ждать. Зато как радуешься, когда приходят ответы, вчера мне удалось вычеркнуть еще одну Анну из моего списка: Анна Васильевна, уроженка Усть-Куломского района Коми, была учителем и работала в Министерстве просвещения, была замужем за сотрудником НКВД, одно имя, а такие разные судьбы.
Иногда чувствую себя Саней Григорьевым, только он искал капитана, а я архивариуса. Ему везло: то багор со «Святой Марии» найдёт, то фотографию, то встретит того, кто знал об экспедиции. Надеюсь, что если большее количество людей узнает о моем поиске, то и мне повезёт, не может же так быть, чтобы человек совсем пропал и никто ничего не знал. Всегда есть кто-то, кто видел, слышал и помнит. Время, безусловно, мой враг, свидетелей того периода всё меньше.
Но с каждым письмом, полученным ответом, я вычеркиваю одно имя из списка, и это приближает меня к моей цели. По сути, я ищу совершенно постороннюю мне женщину, имея минимум сведений, Анна Васильевна Осипова, 1921 года рождения, закончила Петрозаводский университет. Работала архивариусом в Выборгском архиве, вывезла два вагона с самыми ценными документами в Кострому, затем в Казань и ушла на фронт снайпером.
Не знаю, сколько времени займёт этот поиск, когда его начинал, мне казалось, что это не так сложно. Список всего-то из девяноста семи человек. Сейчас понимаю, что он может занять годы, что, возможно, не завершится ни в этом году, ни в следующем и результат совсем не обязательно будет в мою пользу. Но я его завершу, так не бывает, чтобы человек совершил подвиг, жил на этой планете, и чтобы всего через восемьдесят лет уже никто не знал, что он был, что сделал и как сложилась его судьба.
Часть 2
Список тает, а результатов нет, постепенно вычеркиваю одно имя за другим. Договорился об интервью с сотрудником Выборгского архива Зоей Юрьевной Токаревой, которая вела ту экскурсию и так трогательно рассказала об Анне, что я начал свой поиск. Надеюсь узнать что-то новое, то, что даст свежую зацепку.
И вот я вновь в здании, где родилась идея моего поиска.
– Зоя Юрьевна, спасибо, что согласились встретиться, может быть, расскажете о том, что не прозвучало на экскурсии?
– Имя Анны Осиповой дорого мне, поэтому с удовольствием ещё раз вспомню о ней. Поступила Анна в архив в октябре 1940 года, до этого она обучалась в педучилище, а потом в пединституте. Её командировали из Петрозаводска в Выборг, куда она приехала 20 декабря 1940, устроилась архивно-техническим сотрудником. С самого начала очень хорошо себя зарекомендовала, потому что достаточно быстро ей уже была объявлена благодарность за хорошую работу и перевели её на более высокую должность. Она 21-го года рождения, а в 41-м году, ей было 20 лет, то есть двадцатилетней девчонке во время эвакуации поручили сопровождать секретные фонды в Казань и позволили заниматься переводческой работой.
Анна была очень принципиальной, честной. Когда архив был в Костроме, работникам приказывали расшивать дела, доставать чистые листы по запросу различных ведомств, медицинских учреждений и своих вышестоящих организаций. Анна отказалась этим заниматься, считала неправильным: документы превращались в россыпь. Она сообщила руководству о том, что происходит. Директор архива Демидов, видимо, как руководитель, не мог поступать иначе: были организации, которым он не мог в принципе отказать. Но Демидову за эту деятельность дали 3 года условно, правда, для военного времени просто мягчайший приговор.
Анна – просто удивительный человек. Она была благодарна Советской власти за то, что та дала ей, девушке из простой крестьянской семьи, образование. А это высоты для того времени для крестьян очень большие. И потому Анна хотела верно служить власти. А в эвакуации в Костроме жилось действительно очень тяжело, в первую ночь в монастыре они чуть не угорели, им вызывали врача, было очень холодно, здание не отапливалось. Демидов постоянно делал запросы, пытаясь выяснить, кто же должен их финансировать, но без результата. Во время войны у страны были заботы поважнее. Анна Осипова думала об уходе с работы, она хотела дальше служить, приносить пользу государству. Это стремление еще сильнее увеличилось, когда ей определили зарплату в 100 рублей. Жить было фактически не на что.
Анна окончила курсы снайперов на отлично и в костромском горвоенкомате встала на учет как снайпер-инструктор, поэтому военкомат мог ее мобилизовать, при надобности. Демидов просит увеличить ей зарплату, понимает, что в противном случае архив лишится ценного и растущего работника, который здесь принесет много пользы, кроме того у Анны есть желание изучать шведский язык. Но Анну мобилизовали. Работница архива Лукьяненко пишет: «…остались мы жить вдвоем с Кирой Ивановной. Аню мобилизовали, очень скучаем по ней, вспоминаем очень часто...».
– Есть ли в архиве какие-то документы, связанные с Анной?
– Конечно, мы, когда готовились к выставке, нашли очень интересный документ с ее переводом.
Зоя Юрьевна достала старую тетрадочку и открыла её, там мы увидели переводы документов, написанные очень красивым почерком, который был ровнее, чем в прописях.
– А с каких языков она переводила?
– Анна знала финский, шведский и немецкий, но в основном переводила с финского, переводили по заказам НКВД, искали шпионов, перебежчиков. Её переводы были просто идеальны и по содержанию, и по оформлению. Обратите внимание на её почерк.
Зоя Юрьевна достала одно из писем, лежавших на столе:
– Вот письмо из Казани. Вы помните, что архив был эвакуирован в Кострому, а 21 ноября, она уже сопровождала секретный фонд в Казань, перевозя документы за свои деньги, более того она сама их и загружала. Месяц они ехали с этими секретными фондами и вот в конце декабря приехали в Казань. В письме читаем: «Доехала благополучно. Первый раз такая тяжелая дорога была здесь. К работе приступила со 2 июня, живу, с Луной Матвеевной». Да, девушка очень скромная была, много не жаловалась: «ну да, трудно, ну, ничего, как бы вот разместились». Мы-то знаем, что их поселили в огромное неотапливаемое помещение. Зима, огромное помещение, 40 квадратных метров храмовый комплекс, их поселили, там абсолютно не отапливалось.
А вот та самая телеграмма, в которой Демидов, сообщает, что Осипова мобилизована как окончившая снайперские курсы, и вот на другой стороне телеграммы резолюция: «Вернуть Осипову».
– Была ли она замужем?
– До того момента, как была мобилизована, не замужем. Позже неизвестно. Какое-то время Анна переписывалась с сослуживцами, потом перестала. Вот в письме Лукьяненко говорится, что «Осипова пишет, редко, она очень и очень довольна, и еще бы, ведь все свои силы отдает для защиты Родины...». О судьбе Анны говорит и записка директора архива Демидова:
«30 августа Осипова получила повестку явиться в горвоенкомат, я по данному вопросу обращался к начальнику первой части горвоенкомата, последний мне ответил, что не имеет права ее задерживать, поскольку она состоит на учете как окончившая курсы снайперов, то есть военнообязанная. Я отправил спец связью обращение начальнику Управления НКВД по Ярославской области с просьбой о принятии мер к возвращению Осиповой из армии, но ответ еще не получил. В какой части и где находится Осипова, неизвестно, так как писем от нее не получал».
Зоя Юрьевна предположила, что Осипова просто сама отказалась возвращаться. Она талантливая девчонка была во всем. Такой вот человек, ответственный, умный, трудолюбивый, очень трудолюбивый. Принципиальная, молодая.
Мы ещё долго говорили, смотрели документы, Зоя Юрьевна очень интересно рассказывает. Но самое главное, что сегодня узнал: это место рождения Анны – Карелия, д. Вохтозеро.
Поблагодарив за интервью, я уходил из архива с новой надеждой,
Часть 3
Вернувшись домой, начал поиск с другой стороны: раньше искал по имени и дате рождения, сегодня – по месту рождения. И почти сразу нахожу группу в ВК под названием «Деревенька Вохтозеро»: https://vk.com/club6502706. Комментарии под старыми фото дают мне уверенность, что я ее нашел. Надо же, написал не меньше сотни писем, запросов, сообщений, а нашел в ВК!
Под одной из старых чёрно-белых фотографий есть упоминание о Борисе Васильевича Осипове, а таких совпадений не бывает. Я пишу сообщение автору комментария и в течение нескольких минут получаю ответ: «Здравствуйте, да, Вы обратились по адресу. Анна Васильевна была родной тётей моего отца. Я ее знала очень хорошо, поскольку она воспитывала меня в детстве. Все выходные и каникулы мы проводили вместе. Потом, до самой смерти, за ней ухаживала моя мама. Конечно, с радостью я расскажу о ней. Только сейчас я не нахожусь дома в Петрозаводске. Давайте свяжемся с Вами примерно в начале августа. Я как раз привезу её фото разных периодов, возможно, остались и какие-нибудь документы. Я спрошу у мамы. Буду очень рада с Вами сотрудничать. Хотелось бы, чтобы память о «моей тёте Ане» сохранилась на долгие года, потому что это была удивительная женщина».
Самое сложное – ждать. В конце июля Татьяна Борисовна присылает первые фото Анны и фото трудовой книжки с записью от работе в архиве. Теперь остаётся только организовать встречу. Татьяна может приехать вечером. Зоя Юрьевна и директор архива Юлия Игоревна Крипатова соглашаются дождаться её.
И вот вновь стою у архива в ожидании этой встречи. Я уже видел фото Анны, на нем красивая, миниатюрная женщина с большими глазами, располагающая к себе всем своим видом, у неё очень выразительно лицо!
Проходим в здание, сдвигаем столы, нас много, Татьяна Борисовна приехала с мужем, Юлия Игоревна, Зоя Юрьевна, Нина Павловна Ефименко, мой куратор и наставник, мой классный руководитель Наталья Афанасьевна Лобанова, которая ещё зимой и привела нас на эту экскурсию с продолжением… Кто бы мог предположить, что завершится та экскурсия лишь сегодня, 31 июля 2025 года.
Мы все с нетерпением ждем воспоминания Татьяны Борисовны, у меня готовы вопросы, но рассказ нашей гостьи охватывает все, о чем хотелось спросить. Она с нежностью вспоминает свою тётю Нюру, а мы сидим, слушаем, рассматриваем документы.
– Я провела с тётей Аней все своё детство, мой папа ходил в море (полгода в рейсе, полгода дома), у нас сестрой разница всего два года, маме было с нами тяжело, и тетя Аня меня забирала к себе. Она была мне ближе всех. В жизни наша Нюра (так мы привыкли её называть) натерпелась, конечно. Родилась она 26 октября, 1921, в деревне Вохтозеро, республика Карелия. Родилась в крестьянской семье, у них был большой дом, хозяйство, она старший ребенок у родителей, но, к сожалению, в два года осталась без матери. Мама её умерла при родах, девочка воспитывалась отцом, который вскоре женился второй раз. Во втором браке у него родилось два сына, Борис и Василий. Мачеха её не любила. Однажды она готовила калитки, а дети бегали по дому, девочка попалась под руку, мачеха ударила её лопаткой, которой калитки в печь убирают, и, видимо серьезно ударила, отец и бабушка после этой ситуации запретили мачехе трогать маленькую Аню вообще.
Уже с 10 лет девочка стала работать: к ним в избу приводили всех детей, которые были в деревне, взрослые выходили на работу, а она смотрела за детьми, рассказывала потом, что и 20, и 30 деток было одновременно и все разновозрастные. Когда ей было 13, умирает отец, и с той поры её воспитывают бабушка с дедушкой. В 15 лет Аня уезжает учиться в город Петрозаводск, в педучилище, получает диплом учителя начальных классов и возвращается в Вохтозеро. Так как бабушки и дедушки уже к тому времени не было, а с мачехой отношения не сложились, то она идет работать в школу в соседней деревне, это примерно 1939 год. О том, что пошла добровольцем на фронт, я узнала уже от вас, она никогда об этом не говорила.
О работе в архиве она рассказывала, не жаловалась, это было не в её характере, говорила, что вагоны сами грузили, что здание монастыря было холодное и что их с девочками из архива подкармливали солдаты. Вообще о войне не рассказывала, за исключением того, что она именно на войне познакомилась со своим молодым человеком, они хотели пожениться, но не успели, его перевели на другой участок боевых действий и больше она его не видела. После войны ждала его и искала, ездила к его семье во Владикавказ, жила у них. Но он не вернулся домой. Через много лет к нам приезжала его сестра и рассказала, что он погиб, им удалось это как-то узнать, не знаю подробностей, я же маленькая была. Замуж тётя Аня не вышла, видимо, любила его и надеялась на встречу, детей неё не было.
Меня она очень любила, научила читать в 4 года, водила по врачам, учила, воспитывала. В выходные мы обязательно ходили в музеи, в театр… Она научила меня шить, вязать, вышивать, рыбачить. Она все это умела и нас, племянников, научила.
Тётя Аня была человек интересный, разносторонний. После войны вернулась в город Петрозаводск, поступила в Государственный университет, на филологический факультет. Она была партийная, карьера её продвигалась по партийной и профсоюзной линиям. Еще будучи студенткой Петрозаводского государственного университета, стала депутатом Верховного Совета Карельской ССР, потом работала в профсоюзной организации на руководящих должностях. Её ценили и уважали, она вышла на пенсию в 57 лет. А 1979 году родилась я, и всю свою дальнейшую жизнь она посвятила мне. Моей тёти не стало в 2010 году, похоронена в Вохтозеро. Как и просила.
Зоя Юрьевна удивлённо спросила:
– Слушаю Ваш рассказ как про родного человека, интересно, а откуда она финский язык знала?
– Бабушка с дедушкой говорили на карельском, а они очень похожи.
Я поинтересовался:
– А у неё были животные?
– Она всегда была в движении, работала, нас воспитывала, дома почти не бывала, поэтому животных не было, но она их любила. Когда в деревню приезжали, там же всякая живность. Она очень серьезная была, ответственная, заботливая.
– Вы говорили, что она научила вас вязать, вышивать, она это все умела, это было её хобби?
– Да, она все это умела. Первый раз когда она принесла мне вышивку, я запротестовала, что ничего не получится. Тётя сказала, что научит, и так меня увлекла, что я не успевала встать утром, зубы еще не почистила, а уже за вышивкой сидела, то же самое вязанием. Она вязала и себе, и нам. Нам штаны теплые вязала, чтобы тепло было.
Ещё её хобби – это чтение, она много читала и нас приучала. И даже когда стыдила, к порядку призывала, говорила: «Ты же хорошая девочка, ты что, книжек не читала?»
Я продолжил расспрашивать:
– Кто был её любимым автором, может быть, у неё была любимая книга?
– Ленин, она читала Ленина, в домашней библиотеке было полное собрание его сочинений, 100 томов.
Зоя Юрьевна вступила в разговор после долгой паузы:
– Она писала, что благодарна государству за то, что ей дали образование, возможность учиться. Наверное, отсюда такое отношение к партии и Ленину.
Я тоже задал вопросы:
– Она рассказывала Вам про свои школьные годы?
– Говорила, что училась в деревне, но обходила тему детства, видимо, тяжело ей было, вспоминать не хотела.
– Может быть, у неё была любимая поговорка, присказка?
– Да, была: «Терпение и труд, все перетрут». Она работала до последнего, а на пенсии меня ростила. Представляете, я родила своего первенца в её день рождения, на 80-летие. Она очень радовалась.
Зоя Юрьевна, держа в руках документы, с восхищением заметила:
– Вы нам сокровища такие привезли: диплом, свидетельство о рождении, военный билет, фотографии. Фотографии подписаны с обратной стороны красивым почерком. Мы оформим договор о принятии и будем хранить, для нас это большая ценность. Анна Васильевна – ключевая фигура для нас, мы собираем сведения и делали экспозицию, посвящённую сотрудникам.
Теперь история Вашей тёти будет рассказана на всех экскурсиях и память о ней будет жива.
Пока готовились описи передачи документов, мы слушали воспоминания о тёте Ане, о том, что она сама называла себя Нюрой, а имя Аня не любила, и фотографии подписывала: «На память от Нюры». О том, что не имела вредных привычек и даже отучала от них своих близких.
Мы узнали, что у Татьяны Борисовны трое детей и они тоже хотели поехать, но не получилось. Договорились, что когда они приедут, то им обязательно расскажут и покажут все про их бабушку.
Это была очень эмоциональная встреча, она длилась больше 2 часов, а прошла как одна минута. На память о встрече мы сделали несколько фотографий на крыше архива. Здесь весь город как на ладони. Не только для гостей, но и для нас, жителей Выборга, это был настоящий подарок!
Теперь, когда я нашел Анну Осипову, мне хочется узнать о её боевом пути. Но все же на одну неизвестную судьбу стало меньше. И я очень рад этому и благодарен тем, кто мне помогал: это Наталья Афанасьевна Лобанова, мой классный руководитель, Нина Павловна Ефименко, мой наставник, без её участия я, возможно, никогда бы и не стал писать, Зоя Юрьевна, рассказавшая эту историю так, что она проникла в сердце, и моя мама Елена Владимировна, которая всегда мне помогает.
Теперь история Анны Васильевны Осиповой будет жить не только среди её родных и земляков, но и в далёком от Петрозаводска и Вохтозера Выборге. А я продолжу свои поиски.
______________________________________________________________
Рогулёва Злата
Солдат Родины
Я видела: тем утром, тусклым, ранним,
В лесу еще не занялся рассвет,
Солдат избитый, в затуманенном сознанье
Сидит, а на виске — фашиста пистолет.
Я видела, я поняла, что пленный —
Это наш русский, моей родины солдат.
Герой Отчизны, клятве своей верный,
Эсэсовцами кровожадно взят.
Я видела, как строем шли убийцы.
Они ужасны были и рождали страх!
На их глаза, безжизненные лица
Смотрел наш парень, крепко зубы сжав.
Я видела, как он сидел устало,
Назло врагам свой сдерживая стон,
Вокруг него земля горела и пылала.
Готов принять был за Отчизну муку он…
Я видела: ему так плохо было,
Но не осмелился товарищей предать.
На миг его воспоминание накрыло
Про девушку свою, родную мать.
Я видела, нацисты добивались,
Но мучился не он, хотя и боль принял,
Это они, враги, мучительно старались,
Чтоб русский хоть немного рассказал.
Я видела, но я хочу развидеть!
Рубцы те на душе не заживут вовек.
Но как бы нам войну не ненавидеть,
Остановить все может только человек.
______________________________________________________
Иванова Анна
История Ольги Озаровской
Она начинала там, где мир был строг, точен и измеряем до мельчайшей дроби. Ольга Эрастовна Озаровская, первая женщина-лаборант Главной палаты мер и весов в Санкт-Петербурге. Её рабочий инструмент — арифмометр В.Т. Однера, её Библия — таблицы Барлоу для вычислений, её учитель и покровитель — сам Дмитрий Иванович Менделеев. С 1898 года её дни проходили среди эталонов килограмма и метра, в тишине кабинета, наполненной лишь щелчками счётной машины и шелестом листов с колонками цифр. Она помогала великому учёному в «Опытном исследовании колебания весов» — работе фундаментальной, кропотливой, где от точности каждого вычисления зависело торжество закона над хаосом. Менделеев, скупой на похвалы, в своей монографии упомянул её вклад и выразил благодарность. Это была наука в её чистейшем виде: поиск абсолютной истины через число, вес, меру.
Но за стенами Палаты мер жила другая Россия — неисчерпаемая, непознанная, говорившая на языке сказок и былин. И в 1909 году Ольга Эрастовна совершила поразительный для своего времени поворот. Она оставила точные науки и ушла в поле — в буквальном смысле. Её новой лабораторией стали бесконечные леса и глухие деревни Вологодской и Архангельской областей, а объектом изучения — живая речь, обрядовые песни, древние сказы, уходившие корнями в языческую старину. Учёный-лаборант превратилась в страстную фольклористку-собирательницу. Она не просто записывала тексты, а вслушивалась в тембр голоса, улавливала неповторимые интонации, перенимала манеру исполнения. Она понимала: душа фольклора — в его звучании.
И этот дар — дар слышать и воплощать — привёл её на сцену. Вернувшись в Петербург с чемоданами, набитыми не только записями, но и подлинными крестьянскими костюмами — понёвами, сороками, душегреями, — Озаровская начала выступать. Её концерты в Русском географическом обществе и на других площадках становились событием. Это не были сухие отчёты. Это было волшебство. Выходя в аутентичном наряде северной крестьянки, она не читала, а проживала каждую сказку, каждую причитальную песню. Городская интеллигенция замирала, услышав в её исполнении подлинный голос тысячелетней Руси. Она стала мостом между учёным кабинетом и народной гущей, между анализом и искусством.
Переехав в Москву, она отдала себя педагогике. На Высших женских курсах и в Народном университете им. А.Л. Шанявского она учила других выразительному чтению, передавая своё понимание слова как живого организма. Казалось, жизнь её нашла идеальный баланс между научной строгостью и художественной свободой.
Но судьба приготовила ей далёкий и пронзительный эпилог. В 1933 году, в возрасте 59 лет, она последовала за сыном во Фрунзе (Бишкек), в солнечную Киргизию, так непохожую на сумрачные северные леса её экспедиций и парадные залы столиц. Там, вдали от всех своих миров — мира менделеевских весов, мира русской сказки, мира московской аудитории, — её путь оборвался.
Её история — это микрокосм достижений и проблем науки и культуры её эпохи:
Озаровская жила на стыке дисциплин, когда это ещё не было трендом. Она доказала, что математическая точность ума и художественная чуткость души не только совместимы, но и обогащают друг друга. Её работа с Менделеевым — вклад в эталонную, прикладную науку, основанную на бесконечном повторении и проверке. Её фольклорная деятельность — вклад в гуманитарную науку, где критерием истины становится аутентичность и сохранение исчезающего.
Сам факт того, что она была женщиной-лаборантом в престижном научном учреждении, красноречиво говорит о барьерах, которые ей пришлось преодолеть. Её научный вклад остался в тени великого учителя, а фольклорные труды — в тени более систематизированных работ коллег-мужчин.
Ольга Озаровская не оставила после себя громких научных школ или толстых томов с формулами. Она оставила иное: образец удивительной цельности. От эталонного килограмма — к неуловимой душе народной песни. От щелчков арифмометра — к тишине зала, завороженного былиной. Её жизнь — напоминание о том, что наука мер и искусство слова служат одной цели: постижению безмерной сложности мира и человеческой души. И что самой точной мерой наследия порой является не цитируемость, а та тонкая, незримая нить памяти, что тянется от страниц менделеевских трудов к расшитым бисером крестьянским сорокам в её руках и дальше — в звёздное небо над далёким Бишкеком.
__________________________________________________________
Игнатьева Софья
Тонкая нить семейной правды
Венгрия. Село Уйпешт. Трудно запомнить, трудно выговорить, еще труднее найти на карте… Но именно с этим местом у меня, пятнадцатилетней русской девушки, есть внутренняя связь. Ниточка, которую я сама нашла и больше никогда не отпущу, все прочнее закручивая в клубок своей семейной исторической правды.
Иван Тимофеевич Кондрашенко. Мой прадед. Когда началась война, ему было 34 года. Иван с женой Анной и двумя дочками жили в Новосибирской области. Отсюда его в октябре 1941 года и призвали на фронт.
Обычно в сочинениях и воспоминаниях принято описывать невероятные подвиги своих предков: в ходе ожесточенного боя уничтожил десятки гитлеровцев, подорвал танк противника, бросился на амбразуру… Я же поведаю вам историю человека, без которого всех этих подвигов не случилось бы…
Вы когда-нибудь задумывались о том, сколько дней человек может прожить без еды? А если это солдат, который без сна и отдыха ежедневно ведет бой со смертью!
– Ну, при чем здесь еда? – скажете вы. – Какая еда, когда нужно описывать подвиги!
А если доставка этой самой еды и есть настоящий подвиг!..
«В трудных условиях бездорожья и распутицы, постоянно подвергаясь обстрелу противника, во время боёв за деревню Капитановка гвардии старшина Кондрашенко своевременно доставлял на передовую линию пищу для бойцов…»
«Во время ожесточённых боёв ни на один день не прекратил подвоз горячей пищи для бойцов…»
«Гвардии старшина Кондрашенко во время подвоза пищи для бойцов, сумел организовать эвакуацию раненых с передовой линии обороны и обеспечил им хороший уход…»
Именно такие записи из наградных документов сегодня хранятся на сайте «Подвиг народа», в моей памяти и моей семейной истории.
Мой прадедушка, Иван Тимофеевич Кондрашенко, геройски выполнявший свой воинский долг, не доставил горячее питание бойцам лишь однажды. В январе 1945 года. Когда был убит… В Венгрии… В селе Уйпешт…
________________________________________________________
Ионова Анастасия
Город, которого нет
Мой город! Мой Петербург! Сколько песен спето о тебе! Сколько историй рассказано о тебе! Но самая святая для меня история - история обороны и блокады Ленинграда. Непокоренный Ленинград! Эти слова заставляют сильнее биться сердце!
Я живу там, где проходил передний край обороны Ленинграда. Здесь земля пропитана кровью защитников города. Здесь земля до сих пор усеянаобломками бомб и снарядов.
Город бережно хранит память о страшных днях войны. Там, где проходила линия обороны, теперь Полежаевский парк и Аллея Славы с 900 березами. Начинаясь у проспекта Народного ополчения, Аллея проходит до Петергофского шоссе. Вечером 27 января у каждой березы зажигают свечи, и мне кажется, что в темноте за каждым деревом стоят люди, ушедшие в бессмертие, но отстоявшие город Ленина.
Рядом с Аллей Славы, ближе к Петергофскому шоссе, можно увидеть обломки камней. Камни и камни. Откуда они здесь, в парке, испещренном следами окопов, траншей и воронок? Я узнала историю этого странного для современного человека места и хочу рассказать ее вам.
В конце двадцатых годов в Ленинграде началось массовое строительство. Яков Ильич Клинов, руководивший трестом «Знамя Труда», который входил в состав Кировского завода, предложил построить за городом, на берегу Лиговского пруда, образцовый город для рабочих. Помимо трехэтажных домов, в городе предполагалось построить школу, клуб, санаторий и даже электростанцию, чтобы цветущий город-сад был удобен для каждого жителя.По плану, численность города составляла 20000 человек. А чтобы рабочим было проще добираться до завода, было принято решение пустить трамвай, который поднимался бы сЛенинградского (ныне Петергофского) шоссе до самых домов.
К середине тридцатых годов было построено пять больших жилых домов и клуб. Городу дали гордое название - посёлок Клиново, официально городом он стать не успел…
Люди жили счастливо, дружно. Семьи рабочих были большие, многодетные. На несколько квартир был один велосипед, праздники отмечали вместе, в клубе дети готовили концерты. Каждое утро жителей посёлка будилКоля Тихомиров, играя на трубе. Он вставал на закладной камень, с которого началось строительство поселка, и играл.На этом камне хотели установить памятник инициатору строительства Якову Клинову. Но не успели-началась война.
Немецкие танки стремительно шли к Ленинграду, и в августе 1941 года жители Клинововидели, как по Ленинградскому шоссе в город идут беженцы,ведя за собой скот. Тогда, в августе, никто из жителей поселка не думал, что война дойдет и до их дома. Паники не было. Взрослые по-прежнему работали на заводе, а дети помогалиубирать урожайна полях совхоза «Лигово».
Немецкие армады рвались к городу Ленина. Город готовился встретить врага. Жители посёлка Клиново вместе с красноармейцами рыли окопы, помогали строить ДОТы, ставили надолбы на дорогах, ведущих в Ленинград. 8 сентября фашисты сбросили на Ленинград более 6000 бомб, кроме того, вели постоянные артиллерийские обстрелы с Дудергофских высот. Ленинград был объят пламенем. Клиново, находясь в четырех километрах от Ленинграда, переживал всю тяжесть сложившейся ситуации.К 17 сентября немцы, взяв город Урицк, подошли к реке Дудергофке, на другом берегу которой располагался посёлок. Дальше Дудергофки фашисты не должны были пройти. Дальше – Ленинград!Клиново оказался на переднем крае обороны. Жителейнужно было срочно эвакуировать. Две ночи красноармейцы пытались вывести людей из посёлка, но немцы, услышав плач ребёнка или скрип коляски , начинали обстреливать дома. И только на третью ночь жители Клиново смогли уйти с переднего края. Женщины и дети ушли в Ленинград, а мужчины-в народное ополчение. Дома посёлка Клиново стали использоваться как наблюдательный пункт.
Ополченцы, моряки, красноармейцы здесь дрались отчаянно, стояли насмерть. Фашисты боялись мертвых, боялись, что они поднимутся и не будет спасения. Немецкие генералы в бинокль видели Ленинград, ведь до него было всего 4 километра, а до Кировского завода на танке можно было доехать за полчаса. Но за 872 дня немецкая армия не смогла перейти через Дудергофку, и посёлок Клиново был свидетелем того, что у немцев нет возможности взять посёлок, а уж тем более – Ленинград. Здесь не было крупных боёв, но каждый день шли изматывающие бои.
Уже к зиме от посёлка ничего ,кроме руин, не осталось. Но именно здесь в июле 1942 года впервые применили реактивное оружие страшной силы, которые солдаты ласково называли «Иван-долбай». Его снаряды были мощнее снарядов «Катюши» в три раза, а собирали « Иван-долбая» обессиленные от голода люди на ленинградских заводах.
18 января 1944 года именно отсюда, от посёлка Клиново, началась операция по полному освобождению Ленинграда от блокады «Январский гром». Война отступила и от Ленинграда, и от бывшего посёлка. В ходе боёв вся застройка была уничтожена, и уцелевшим жителям Клиновопосле войны некуда было вернуться.
Но каждый год ,9 мая, вплоть до 2017 года, они собирались у развалин своих домов , у могилы, где похоронен трубач Коля Тихомиров и четырнадцатилетняя Соня Ляшкевич, которые в сентябрьские дни 1941 года, помогая артиллеристам, были убиты у подъезда своего дома. Дети и трое безымянных бойцов лежат в братской могиле, под закладным камнем, на котором каждый день мальчик Коля трубил о начале нового дня.
Так заканчивается мой рассказ о городе, которого нет. Нет на картах. Но он остался в сердцах и памяти благодарных потомков.
____________________________________________________________
Кетева Кристина
Мой папа — участник СВО
Я живу в большой стране, которой горжусь. У моей страны большая история, много героев, совершивших и до сих пор совершающих героические поступки. Сре-ди этих героев есть мои близкие люди...
Для меня моя семья самая лучшая. Нас четыре человека - я, мама, папа и сест-ренка. Мы любим путешествовать. Каждый год ездим в Краснодарский край, к ба-бушке. У бабушки просторный дом и большой сад с фруктовыми деревьями. Я часто вспоминаю те дни, когда вся наша семья была в сборе. А теперь я знаю, что такое ждать домой солдата. Мой папа — участник СВО, был ранен в ногу, сейчас находится на лечении в Москве. До военной операции папа работал на заводе, собирал детали для морских подводных лодок. Когда пришло время встать на защиту Родины, папа и его брат сразу пошли в военкомат. В учебной части они прошли военную подготовку, затем их отправили в зону военных действий. Мама не хотела отпускать папу, плака-ла, не отдавала военный билет.
Но папа сказал, что он пойдет и без билета. Когда была возможность, папа зво-нил нам, рассказывал, как страшно на поле боя, обещал вернуться живым. Мы немно-го знаем о событиях, происходящих на этой войне от папы, но он не любит рассказы-вать об этом.
В прошлом году у нас в школе проводилась акция «Письмо солдату», и я решила участвовать, надеясь, что письмо попадет к папе. Я писала солдату, что мы очень на-деемся, что война закончится скоро, что наша страна победит и что мы ждем всех за-щитников живыми, и если что-то нужно, мы с одноклассниками отправим посылки, потому что наши бойцы ни в чем не должны нуждаться.
Я очень горжусь своим отцом и считаю его героем, он настоящий мужчина, пат-риот и защитник Родины.
Моему папочке
Мой папочка ушел служить.
Теперь мне будет сложно жить.
Не знаю, как мне засыпать,
Когда вставать и с кем гулять.
Ах, папа… как же грустно мне,
Тихонько плачу в тишине…
Но ты решил и не жалей,
Родной мой, только уцелей!
Я буду письма посылать,
Посылки в школе собирать,
Чтобы вернулся поскорей,
Переступил родной порог,
Чтобы меня обнять ты смог.
И буду я мечтать о дне,
Что ты придешь скорей ко мне.
А может, в класс ко мне зайдешь.
Меня ты нежно позовешь.
Когда увижу я тебя,
То будет радость без конца.
Мой папа — герой
Мой папа — русский богатырь.
Ушел село свое спасти.
Теперь он служит день и ночь,
Чтоб не страдали мать и дочь.
Меня он будет защищать,
Всегда любить и вспоминать.
Он пишет редко мне теперь,
Ведь нет там связи с ним совсем.
Я буду дома его ждать.
Любимой маме помогать.
Хотя она не говорит,
Но очень плохо она спит.
Все мысли мамы лишь о нем,
Ведь мы его так сильно ждем.
_____________________________________________________
Клименко Мария
Федя
Была весна, но война омрачала всю красоту природы. На удивление, день стоял тихий – вражеские обстрелы временно затихли. Федя, поджарый юноша лет тринадцати, внимательно наблюдал за многочисленными обитателями муравейника, сидя под вишней во дворе, поросшем травой, сорняками и полевыми цветами. Старшая сестра работала на огороде. Уже давно, с тех пор, как мать их сделалась больной, на плечах Маши было почти всё хозяйство. Фёдор старался во всём помогать ей. Еды у семьи было в недостатке, как и у всех семей во время войны. Огород был совсем мал, урожай удавалось собирать небольшой, но кроме этих грядок неоткуда было ждать помощи. В погребе, конечно, были и заготовленные до войны бочки с засоленными овощами, но к каждому грамму заготовок относились бережно. У Маши рос двухлетний сын Коля, его берегли, и только в самые тихие дни выводили на улицу. И сейчас он играл, сидя на лужайке неподалёку от дома. За ребёнком приглядывала бабушка Варвара, заботливо и тревожно следя за каждым его движением. Кроме маленького Николеньки и Феди, в семье всех мужчин – отца, брата и мужа Маши, забрали на фронт. Женщины не получали никаких вестей с самого начала войны.
В калитку вошёл офицер в потёртой шинели, высоких сапогах и галифе, снял фуражку и подошёл к Феде. Чернявый мальчуган сидел к нему спиной, его пёстрая, вся в заплатках рубашка пошевеливалась на ветру, но сам паренёк не оборачивался на звук приближающихся шагов. Капитан окликнул его, но реакции не последовало.
– Эй, парень! – повторил офицер и на этот раз, наклонившись к нему, потрепал по плечу.
Фёдор оглянулся. Чёрный чуб прикрывал лоб и настороженный внимательный взгляд устремился на капитана. Офицер улыбнулся, отметив для себя красоту этого юноши.
– Он глухонемой, – проговорила мать, сидевшая неподалёку. Варвара была ещё не старой женщиной невысокого роста, белый платок на ее голове прикрывал недавно появившуюся проседь, – проходи, как звать тебя, мил человек?
– Петром.
Капитан зашёл в кухоньку, маленькую и просто обставленную, но уютную, за ним вошла взволнованная Мария, заметно стесняясь, маленькими быстрыми глазками разглядывая капитана внимательно и осторожно. Постояв несколько секунд у двери, она принялась суетливо ухаживать за гостем.
– Я не голоден, спасибо! Вот, вам принес гостинцев – сказал Петр, развязывая свой походный мешок.
– Да что же! – воскликнула Маша.
– Я квартировать теперь у вас буду, не мог же просто так прийти. – А что, – вдруг спросил он у женщины, – ваш паренёк и вправду ничего не слышит и не говорит? От чего так?
– Это брат мой. Лет в семь захворал, Бог его знает, чем, говорят свинкой. Вот и лишился слуха, а говорит по-своему, но мы его понимаем. Нас по губам понимает. Вообще он не разговорчив, не потому, что боится, просто так – поведала Маша. Она стояла напротив окна и была освещена тусклым светом пасмурного весеннего дня, можно было внимательно рассмотреть ее: стройная русоволосая молодая женщина невысокого роста с озорными зелёными глазами. Маша смутилась, заметив на себе изучающий взгляд капитана.
Шелестя подолом длинной пышной юбки, кряхтя, на кухню вошла грузная Варвара с Николенькой на руках. Малыш закрыл глазки своими маленькими белыми ладошками и тихонько хныкал. Бабушка утешала его:
– Не бойся, не бойся, Коля, – малыш прижался к ней сильнее, – это внучок мой! – обратилась она к Петру.
– Не потесню ли я, мать?
– Что ты, мил человек, – произнесла Варвара – перетерпим. Ишь какая напасть с нами делается, война проклятущая. – Откель ты будешь?
– Из Ленинградской области.
– Далеко тебя занесло, аж к самому Дону!
Через пару недель офицеров и солдатов в хуторе было уже много, они останавливались почти в каждом доме. Фронт приближался, вражеские снаряды разрывались на лугу подле хутора. Жителей стали эвакуировать в другие населенные пункты. Фёдору было очень страшно, но он чувствовал ответственность за маленького племянника, сестру и мать. Их семья эвакуировалась в недалеко располагавшийся хутор Зенкин. Ещё через несколько недель юношу отправили проверить, цел ли дом.
День был тихим, мальчик слышать этого не мог, но знал, что это так. Федя бежал по густому лесу, пробирался сквозь колючие терновые заросли, через упавшие деревья, сухие пни и высокую траву. Через пару часов он вышел на открытое место, поросшее коровяком и репейником, нашёл дорогу, которая вела к улице и добежал до ворот своего двора. Мальчик прошёл базы и юркнул в дом. В комнате, где спал квартирант, под периной Федя заметил какой-то предмет – это был настоящий пистолет. Офицера, как казалось, не было поблизости, Федя осмелился взять оружие. Повертев его в руках несколько секунд, юноша опомнился, пугливо огляделся по сторонам. В окно он заметил мелькнувший во дворе за деревьями силуэт Петра. Федя быстро положил на место пистолет и, выбежав из дома, спрятался за углом. Капитан подошёл к крыльцу, сел на верхнюю ступеньку и принялся чистить свои сапоги. Парень боялся шевелиться, сидя за углом в густой траве. Мать говорила, что его не должны видеть лишний раз и если заметят – случится плохое. Он размышлял о том, что странно оставлять оружие в доме, он бы непременно везде носил его с собой. Правда, потом подумал, что это мог быть незаряженный запасной, ведь у Петра в кабуре на поясном ремне был ещё один – мальчуган смог разглядеть его, наблюдая за офицером из травы. Но зачем же тогда класть под подушку? В очередной раз выглянув, Федька увидел, что Пётр уходит в дом, и побежал.
В конце улицы у ворот дома тетки Любы его схватили двое рядовых. Тётку Любу Федя не любил, так как она почему-то не приютила никаких солдат или офицеров, но содержала у себя дома клопов и носила их всем, любезно раздавая, как гостинцы. Клопы как-то раз одолели мальчика после того, как эта любопытная гостья посидела на его одеяле, о чем-то оживлённо болтая с матерью. Быть может, из-за этого солдаты там и не останавливались.
Федю посадили под арест. Напуганный, он прижался спиной к стене старого сарая и сидел так несколько часов, не понимая, за что с ним так поступили. Его ждали дома, и юноша стал придумывать, как бы выбраться отсюда, встал с пыльного пола и осмотрелся. Странно, что сарай был почти пуст – здесь лежали какие-то дряхлые мешки, опилки, ржавые железки, но ничего серьезного не было.
Вдруг дверь распахнулась и в сарай вошёл незнакомый офицер:
– Не бойся. Кто ты и откуда? – спрашивал он, но Федя молчал. Что он мог сказать? А если его примут за фашиста? Он испугался этой мысли ещё больше, чем своего бедственного положения. Офицер явно был выше по рангу того капитана, что жил у них дома. Это Федя понял по погонам, ведь у того была одна звезда, а у этого – две. Офицер говорил спокойно, мальчик не чувствовал от него опасности. Но заговорить боялся.
Выведать что-то так и не удалось. Ночевал Федя в том же сарае, на мешках и опилках. Ему принесли поесть и попить – это были довольно недурные щи, горбушка хлеба, ведро воды с кружкой. В сарае было тепло, однако Фёдор так и не уснул, всю ночь думал о семье. На утро дверь опять отворилась. Яркий луч света проник внутрь и Федька непроизвольно зажмурился. Тот же офицер заглянул внутрь, затем пропустил вперёд женщину – это была жена тракториста Ивана, добрая звонкая баба, всегда угощавшая Федьку своими блинами, хотя дома мать и сестра тоже много и вкусно готовили.
– Вы знаете этого мальчика? – спросил офицер
– Да, конечно. Федька это! Наш он!
– Почему же он не отвечает на вопросы?
– Он глухонемой, хворал в детстве сильно, вот и лишился слуха и речи.
– Ладно, отпускайте его. – скомандовал офицер.
Федька выбежал на дорогу. Обозы ехали мимо – люди возвращались в хутор.
Вскоре вернулась и семья Фёдора.
Следующие месяцы в лесу около хутора стоял полк. Немцы отошли, но не очень далеко. Вечерами Федя с другими ребятами ходили в лес смотреть кино. Как только пролетал вражеский самолёт-разведчик, который солдаты называли "рамой", кино выключали и пережидали в темноте.
Зимой фронт был отодвинут на запад. По хутору часто вели пленных фашистов, в основном, румын, которых на этом участке фронта воевало много. Все местные запирались в домах – пленные вырывались и пытались попасть в дома погреться. Это было страшное зрелище, мать запретила Федьке и Маше приближаться к окнам во время этих шествий, хотя сын всегда норовил понаблюдать за процессией – ему было боязно, но почему-то одновременно очень любопытно. Маша и Варвара все время плакали и причитали о своих, ждали весточку.
Пришла снова весна. Весна 1943 года. До конца войны ещё было далеко. Но в воздухе ощущалось пробуждение к жизни. Проблески радости освобождения смягчали лица уставших от тягот войны людей.
__________________________________________________________
Круду Аделина
Чтобы помнили потомки
80 лет Великой Победы советского народа над фашистской Германией. Все меньше живых свидетелей той далекой войны. Тем ценнее их свидетельства о тех днях. К сожалению, мой прадед не сможет рассказать мне о своем вкладе в разгром врага. Но я решила восстановить жизненный и боевой путь моего прадеда – Соустина Михаила Алексеевича.
Какими были те, кто жил в 30, предвоенные годы XX в.? Как жили? Что любили? Как работали? Об этом мы можем судить по кадрам кинохроники, книгам, воспоминаниям близких людей.
Из бесед с моими родственниками я узнала о жизни этого удивительного человека.
Мой прадед родился 20 ноября 1922 г. в семье служащего. Его отец – Соустин Алексей Павлович 1886 года рождения, а мать Евдокия Ивановна была домохозяйкой. Был еще младший брат – Владимир Алексеевич.
Детство пролетело незаметно, в трудах и заботах: надо было помочь по хозяйству, поработать в поле, да и с друзьями поиграть. Детские игры того времени – самые простые:клёк, лапта, догонялки, прятки. Но как азартно и весело все это происходило.
Школьная жизнь была не менее насыщенной – уроки, занятия спортом, и главное увлечение – занятия в ОСОАВИАХИМе. Рассматривая семейный фотоальбом, я увидела на груди моего прадеда необычные значки.
Я постаралась выяснить – что это за значки. На помощь пришел интернет. «Готов к ПВХО» - готов к противовоздушной противохимической обороне СССР. Так назывался этот значок. Я узнала, что этот знак был учрежден в 1935 году по ходатайству Центрального СоветаОсоавиахима. Для получения значка члену ОСОАВИАХИМа необходимо было быть ударником на производстве и активно работать по противовоздушной и противохимической обороне в своем доме, на фабрике, заводе, в колхозе, школе, учреждении. Кроме того, член Осоавиахима должен был сдать все нормы «Готов к ПВХО» и иметь собственный исправный противогаз.
Награждения этими значками проходили вплоть до начала Великой Отечественной войны. Многие советские люди с гордостью носили этот знак, о чем свидетельствуют фотографии.
Мой прадед Михаил Алексеевич окончил среднюю Мокшанскую школу №1 с отличием. По воспоминаниям родственников, Михаил Алексеевич учился с удовольствием.
В 1940 году моего прадеда призвали в армию. Служба началась в Забайкальском военном округе (под Читой). В письмах домой Михаил Алексеевич писал, что «…служба идет своим чередом, постигаем военную науку, но очень скучаю по родным и близким». Занимаясь в ОСОАВИАХИМе, он научился хорошо стрелять, прыгать с парашютом, поэтому воинская служба давалась ему легко.
Служба шла размерено. Но все равно было тревожно, т.к. Германия активизировала свои действия в соседних государствах. Но они были молоды и надеялись, что войны не будет.
Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Анна Ахматова
Началась война с Германией. И в начале войны Михаил Алексеевич был направлен на фронт. Был он артиллеристом-наводчиком. Мой дед рассказывал мне о судьбе своего отца: «Они выгрузились с эшелона где-то за Смоленском и направились в сторону фронта. Двигались двое суток, и оказалось, что ушли на 16 км в тыл врага. Группа оказалась в окружении. Приняли решение уничтожить гаубицы и документы. Вскоре немцы всех захватили в плен. Коммунистов расстреляли на месте, прадеда, вместе с другими солдатами забрали в концлагерь. Всех пленных распределяли на три группы: члены первой группы работали на урановых рудниках, а второй – на заводах. Когда состояние здоровья военнопленных ухудшалось, из них формировали третью группу и отправляли к немецким помещикам, для восстановления. Так как мой отец знал немецкий язык, он попал в третью группу и работал у помещика, и был переводчиком для военнопленных. Он пробыл в плену почти всю войну. Из лагеря их освободили и отправили на Родину, в Советский Союз». Домой мой прадед Михаил Алексеевич возвращается в 1946 году. Это было трудное время – разруха, голод, многого не хватало. Но люди держались, так как самое страшное уже позади – война закончилась. И Михаил Алексеевич решает учиться.
Началась новая полоса в жизни моего прадеда. В1949 году он окончил Мокшанский техникум механизации сельского хозяйства. Он понимал, чтобы восстановить страну, поднять сельское хозяйство – нужны глубокие и прочные знания. Прадед часто бывал на курсах повышения квалификации, делился опытом с начинающими агрономами. Всю свою жизнь Михаил Алексеевич был связан с землей, с хлебом. Работал агрономом он до пенсии, а в 2000 году ушел на заслуженный отдых.
Но всегда оставался в гуще событий родногоМокшана: участвовал в детских утренниках, праздниках, встречался с подрастающим поколением. О событиях той далекой войны вспоминал редко и рассказывал неохотно. Почему? Теперь мы уже об этом не узнаем.
Мой прадед Михаил Алексеевич имеет много наград, но самая дорогая для него была вручена ему в марте 1985 года Указом Президиума Верховного Совета СССР. За храбрость, стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками Михаилу Алексеевичу был вручен орден Отечественной войны II степени. Имеет он и юбилейные медали за 30, 40, 50,60-летие Победы в Великой Отечественной войне. А в феврале 1996 года Михаил Алексеевич был награжден особой наградой –медалью Георгия Жукова, такой награждают за мужество и отвагу, проявленные в боевых действиях при защите Отечества и государственных интересов Российской Федерации.
Нас пуля с тобой милует,
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся
Я все-таки горд за самую милую,
За Русскую землю, где я родился.
За то, что на ней умереть мне завещано,
За то, что русская мать нас на свет родила.
За то, что в бой, провожая, нас русская женщина
По-русски, три раза меня обняла.
Константин Симонов
Война принесла горе и беду в каждую семью. Не обошла она стороной и мою семью. Мой прапрадед Соустин Алексей Павлович – погиб на Курской дуге в марте 1943 года в Калужской области, где шли очень тяжелые бои.
Мы в долгу перед теми, кто не дожил до дня Великой Победы. И мы обязаны помнить их имена…
_______________________________________________________
Кузнецова Евгения
Приехало лето!
К нам с чемоданом приехало лето!
В желтой панаме и ярких штиблетах.
Лето приехало к нам отдыхать,
Вдоволь купаться и загорать.
Грозами теплыми лето гремело,
Бурно дождем поливая цветы.
Всё этим летом порхало и пело ,
Стала Земля неземной красоты.
В лес за грибами сходить не забыло,
Душистые травы росой напоило,
В цвет апельсина одело закат
И осчастливило сотни ребят.
Как-то однажды лето сказало :
-Отпуск закончен, пора уезжать!
Вы не скучайте , меня вспоминайте,
Я через год к вам приеду опять!
Сев в электричку, лето умчалось,
Жёлтой панамой махнув напослед ,
А на траве зелёной осталась....
Только лишь пара летних штиблет
___________________________________________
Крохин Артём
Сохраним любимый край!
За Уральским горами спрятан наш красивый край,
Называется Уралом, удивителен, как май!
Восхитительны пейзажи, наполняют красотой…
И чудесные рассветы здесь встречаем мы с тобой!
Поразительна природа, не объять пушистый лес!
Эти горные вершины, что доходят до небес,
О, чарующие реки, что впадают в озерца…
И просторные поляны для прогулок молодца.
Эти милые красоты надлежит нам сохранить.
Ведь в гармонии с природой добродушно нужно жить.
Мир растений и животных с человечеством сдружить,
Чтоб любимому Уралу никогда не навредить!
Вы пожалуйста, поймите – всё зависит от людей!
За собою приберите. Не губите птиц, зверей.
Атмосферу сохраняйте, воду Вы не загрязняйте.
Эти правила простые непременно выполняйте!
Сохраним Урал здоровым! Ради внуков и детей!
Чтоб жилось нам всем спокойней и уютней, и дружней!
Чтобы солнышко светило, воздух чистым, свежим был,
И чтоб каждый гость Урал наш всей душою полюбил
_________________________________________________________________
Кулик Вера
Безымянный солдат
Я сегодня пришёл говорить с тобой.
Я не знаю, кто ты, и кем ты был.
Но порой одиночество так задавит и боль,
Что, придя к тебе, я чувствую, что живой!
Безымянный солдат- эти войны совсем не твоя цель…
Детский смех и касание пальцами милых сердцу щёк...
Ты когда- то просто хотел все это любить...
Но беда с Родиной, и жизнь открывает уже не личный счет!
Родина- это её глаза!
Родина- это мамина теплая после сна на голове рука!
Родина-это ясные звездочки- глазки малыша!
Родина... Родина-это твоя душа!
Рукой по холодному граниту - мимо тебя не пройду!
Ты ушел, а я вместо тебя живу!
Сомневаться в жизни- вздор!
Не имею на это права- за мою жизнь заплачено дорогой ценой!
Ты ведь думал о моем будущем, когда шёл в бой!
Не о том, что хотел путешествовать, мечтать и любить -
Ты думал о том, что кто-то в будущем из нас будет жить.
И верил, что мы построим под небом хороший дом…
_______________________________________________
Мельник Владислав
СКАЗКА О МЧС
В некотором царстве, в некотором государстве жил был Царь, который в один прекрасный день издал указ о создании в его владениях МЧС.
Услыхав об известии, Иванушка-дурачок задумчиво почесал макушку и промолвил сам себе:
– Что это интересно за МЧС такой? Схожу-ка я к Царю, да и узнаю!
Собрался молодец в дорогу и направился прямиком в лес. Ходил он по нему добрых полдня и наконец понял, что заблудился.
От безысходности Ваня сел на пенёк и стал ждать непонятно чего: то ли смерти, то ли чудесного спасения.
Вдруг откуда ни возьмись появился Леший, одетый в доселе невиданную одежду.
– Ну, Иван, опять заплутал? – спросило существо.
– Ага, – вздохнул парень. Увидев одеяние Лешего, он оживился и спросил: – А что это за одёжка на тебе?
– Я теперь на службе у Царя, в МЧС работаю, – гордо ответил хозяин леса. – Помогаю заблудившимся и оберегаю лес от огня. Давай я тебя выведу.
Леший помог Ивану выбраться из леса, и молодец продолжил путь. В какой-то момент дорогу парню преградила река и он решил её переплыть. На середине речки он стал тонуть и звать на помощь. Если бы не подоспевший Водяной, то не миновать было горя.
Хозяин реки, облаченный в спасательный костюм, вытащил тонущего на другой берег.
– Ты тоже в МЧС теперь работаешь? – спросил Иван.
– Да, – гордо ответил Водяной. – Спасаю утопающих и помогаю людям при наводнениях.
Парень продолжил путь. Теперь ему предстояло пройти через горы. Он осторожно лазал по камням, рискуя упасть каждую секунду. И вот молодец оступился и покатился вниз. Он остался в живых, но сильно поранил ногу.
– Ну всё! – закричал вслух Ваня. – Здесь меня уже никто не спасёт!
Парень горько заплакал. Вдруг вдалеке на небе появилась маленькая черная точка, которая всё приближалась и приближалась, покуда Ванька не разглядел Бабу-Ягу, летящую на метле.
– Неужели и ты теперь работаешь в МЧС? – удивился молодец.
– Конечно! – ответила старуха. – Я летаю в дальние и труднодоступные места, чтобы спасти людей и быстро переправить их в больницу.
Ведьма помазала больную ногу парня волшебным зельем. Затем она перевезла его на своей метле через горы.
До царского замка оставалось совсем немного. Вдалеке Иван увидел большое облако дыма и со всех ног побежал к нему. Оказалось, что это горит деревня.
Народ бегал и суетился, пока на небе не показалось что-то огромное. Большое трёхглавое существо пролетело над деревней, извергая из своих пастей не огонь, а воду, покуда пожар не был потушен.
– Неужели и ты тожев МЧС? – спросил удивленный Ваня.
– Да, – ответил Змей Горыныч. – Я теперь не разрушаю всё и вся, а помогаю люду простому! А начальник у меня сам Кощей Бессмертный!
После таких новостей Иван решил и сам пойти в МЧС. Придя к Царю, молодец говаривал:
– Царь, по пути к тебе я встретил много дива дивного. Я видел, как отпетые злодеи стали добрыми и всё благодаря твоему недавнему указу. Что же такое МЧС?
– МЧС, – молвил Царь, – это Министерство по чрезвычайным ситуациям, которое помогает людям, попавшим в беду. Чтобы вызвать спасателей, произнеси волшебное заклинания из трёх цифр «112», и они стремглав придут, приедут, прилетят или приплывут к тебе на помощь!
Теперь Иван понял, что такое МЧС. Парень и сам записался в ряды спасателей и каждый день выручал людей, которым требовалась помощь.
_________________________________________________________________
Мещерякова Арина
Мои друзья
Мои любимые собаки - это Ириска и Лита. Они не просто домашние животные, а члены семьи и мои лучшие друзья.
Ириска — это шетландская овчарка, ну а если по-простому, то Шелти. А Лита — это шотландская овчарка, то есть Колли. Это пастушьи собаки. Они очень верные, умные и любящие животные.
Мы их взяли из питомника. Вначале взяли к себе сладкое рыжее счастье, маленький комочек, который всего боялся. Мне кажется, что не нужно объяснять почему щеночка назвали Ириской. Сейчас ей четыре года и один месяц.
Лита в нашей большой дружной семье — второе счастье. Она словно белый медвежонок с мраморной спинкой и разными глазками. Один глазик нежно-голубое небо, а второй - тёмно-коричневый, как янтарь. Когда мы ходили смотреть щенков, я была поражена её красотой. Эта гламурная милашка покорила наше сердце. Она меня всю облизала и улеглась рядом со мной, в то время пока другие щенки озорничали. Сейчас ей всего десять месяцев.
На удивление обе собачки хорошо ладят между собой. Почему на удивление? Потому что девочки-собачки обычно не дружат.
Но ещё больше должно удивить то, что мы завели ещё и кошку породы Мейн-кун. Так как мы очень любим лес и природу, то и кису назвали по лесному - Леся. Серо-белая красавица с зелеными большими глазами заняла место королевы в нашем доме. Она очень грациозная, спокойная и знающая себе цену. Леся королева, даже когда ходит в туалет: она подымает величественно мордочку кверху, будто восседает на троне. И чудо, что эта королева дружит и с Ириской, и с Литой.
Они любят вместе гоняться за игрушками. Вместе едят. У них даже есть своё агенство по ворованию еды со стола. Леся с помощью лап и мордочки достаёт и скидывает вниз лакомые кусочки, а собачки их дружно поедают.
Но самыми первыми у нас появились маленькие веселые птички Зебровые амадины. У них красивое оперение и они очень заботятся друг о друге. Чистят перышки, строят вместе гнездышко, вместе купаются. Как только начинает светать, то Чик и Чика, так зовут птичек, начинают громко щебетать. Это наш такой нежно-щебечущий будильник.
Вот такая у нас большая семья! Наши животные не просто животные, а настоящий автомат для раздачи радости, весёлых и милых эмоций. Это телевизор, на который можно смотреть вечно.
С собачками мы почти всегда вместе, где есть возможность берём их с собой.
Я хочу сказать, если вы хотите завести домашнего любимчика, то не сомневайтесь, заводите. Если не с кем гулять, то собачку. Если не спится, то кошку. Ну а если трудно утром встать, то амадинчиков или попугая.
Любые животные — это большая ответственность. Их надо лечить, кормить, заниматься, воспитывать, ухаживать. И всё это будет в радость, если ваши питомцы займут частичку вашего сердца. А если нет, то лучше не заводите.
_________________________________________________________________
Новикова Милана
Доктор Лиза
Моим героем является Елизавета Глинка, которую все знали,как Доктора Лиза. Ее имя стало символом бескорыстной доброты, мужества, помощи и милосердия.
Доктор Лиза была врачом специалистом вобласти паллиативной медицины, которая посвятила всю свою жизнь на помощь тяжелобольным и тем,кого многие боятся и чаще всего стараются обходить стороной. Ее лечение было особенным, она исцеляла добрыми словами, вселяя в отчаявшихся людей веру и надежду на спасение. В каждом бездомном, что сна встречала на вокзале, Елизавета видела человека, искренне веря в то, что никто не должен умирать водиночестве,без тепла и сострадании. Она не просто раздавала еду и лекарства, а вселяла в людей надежду и давала человеческое тепло.
В тот момент, когда,рискуя своей жизнью она стала ездить в зонывоенных действий под обстрелы, чтобы спасти больных детей из самых страшныхмест-ее смелость проявилась как никогда ярко.Cвою любовь к людям Доктор Лиза доказывала не словами, а благородными поступками, за что ее уважали миллион по всей стране.
Елизавета Глинка для меня пример настоящей силы безграничной смелости и человека с поистине большим сердцем. За свою пусть и короткую, но насыщенную жизнь она помогла огромному количеству нуждающихся и оставила после себя простой и ясный урок: нельзя ждать, когда кто-то другой поможет и оставаться равнодушным к чужой беде.Еежизнь доказывает, что всего один человек может стать спасательным кругом для сотни других.
_________________________________________________
Панасенко Николай
***
Расплескалось море, разалелись степи,
Разорвал закат огненные цепи,
Растворилось солнце в золотой волне,
Чтобы завтра снова улыбнуться мне.
Ветер гонит волны к дальнему причалу,
Небеса синеют, не видать начала,
Лишь простор безбрежный манит за собой,
Обещая встречу с новою судьбой.
Ветер тихо дует, волны подгоняя,
Ни конца, ни края- только ветер знает,
Где слилась с землею неба глубина
И в душе, как море, плещeтся волна.
______________________________________________________
Паскарь Диана
Александр Матросов -
Герой Великой Отечественной войны 1941- 1945 годов
Во времена Великой Отечественной войны 1941- 1945 годов многие герои проявили невероятное мужество и отвагу, защищая свою Родину. Одним из таких героев стал Александр Матросов, чей подвиг навсегда останется в памяти народа.
Александр Матвеевич Матросов родился 5 февраля 1924 года в городе Екатеринославле (ныне Днепропетровск). Его детство было трудным: рано осиротел, воспитывался в детских домах и школах-интернатах. Александр сначала воспитывался в детдоме города Мелекесса (так тогда назывался Димитровград), а затем в Ивановском детском доме Ульяновской области. Когда жил в детском доме, Саша был первым защитником малышей. Не терпел несправедливости. По характеру был неуемный; всегда находил возможность что – то сделать для всех воспитанников детского дома, например, организовать ребят на футбол. Да, много ошибок совершил Александр в юности, но всегда стремился к справедливости. Несмотря на трудности, он хотел стать полезным обществу и мечтал служить в армии.
Началась Великая Отечественная война. В ноябре 1942 года Матросов добровольно вступил в Красную Армию. Александра отправили на учебу в пехотное училище. Спустя несколько месяцев, в середине января 1943 года Матросова вместе с другими курсантами отправили на Калининский фронт. Там была сформирована крупная оперативная группа под командованием генерал-лейтенанта Михаила Герасимова. Подразделение А.Матросова участвовало в боях за деревню Чернушки Псковской области. Немцы укрепились в деревне, создав огневые точки, которые препятствовали продвижению советских войск.
Во время боя подразделение Александра Матросова столкнулось с сильным огнем противника. Одна из немецких пулеметных точек особенно активно обстреливала бойцов, мешая продвигаться вперед. Попытки подавить огонь пулемета оказались безуспешными. Тогда Александр Матросов принял решение лично ликвидировать вражеский пулемет. Проявив храбрость и самоотверженность, он подобрался вплотную к огневой точке врага и закрыл своим телом амбразуру дзота. Ценой своей жизни Александр спас товарищей и обеспечил успех атаки.
Этот героический поступок позволил подразделению успешно завершить операцию и освободить деревню Чернушки.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июня 1943 года Александр Матросов удостоен звания Героя Советского Союза "за образцовое выполнение боевых заданий и проявленные при этом мужество и героизм". Эту великую награду девятнадцатилетний Александр Матросов получил посмертно.
Подвиг Александра Матросова стал символом мужества и героизма советского солдата. Его имя стало известно всей стране, вдохновляя миллионы людей на борьбу с врагом.
Сегодня память о героях Великой Отечественной войны бережно хранится в сердцах благодарных потомков. История Александра Матросова напоминает нам о важности сохранения исторической памяти и уважения к тем, кто отдал жизнь за свободу и независимость нашей Родины
__________________________________________________________________
Половинский Кирилл
Если завтра война
Вновь настала эпоха жестоких времён.
На границе опять бой идёт, как тогда.
Мир кричит, и снарядов доносится звон,
Словно громом гремит. Неужели война?
И опять наступил тот ответственный час,
Когда люди уходят сражаться на фронт,
Чтоб страну защитить, чтобы биться за нас,
Чтобы жизни и счастье поставить на кон.
Зря надеется враг, что не будет таких,
Кто готов отстоять свою землю и кров,
Кто вступиться готов за свой дом и родных,
Кто за русскую землю сражаться готов.
Зря желает посеять разлуку и смерть,
Чтоб горели в бескрайнем огне города,
Чтобы русские плечи поставить под плеть,
Чтобы русскую силу сломить навсегда,
Чтоб деревья чернели в сожжённых лесах,
Чтоб руины мертвели в потухшей пыли,
Чтобы утром, сияя на листиках трав,
Кровь лежала крупинками вместо росы.
Но мы будем сражаться за нашу страну,
Потому что увидим в небесной дали,
Как напомнив про прошлого века войну,
Белым клином опять полетят журавли.
Не падёт на колени наш русский народ,
И не будут в огне города полыхать!
Кроме смерти здесь враг ничего не найдёт,
И за это готовы мы жизни отдать.
И взовёт к сыновьям наша Родина-мать
И под знаменем нас поведёт за собой!
И пойдём за Россию тогда воевать!
И мы вступим в тяжёлый и праведный бой.
________________________________________________
Решетникова Полина
Неакадемичный Петербург
Санкт-Петербург — необычайно особенный и чудный город, хранящий в себе огромное количество памятников культуры. Побывав в нём, просто нельзя не посетить различные музеи и памятные места, которые сделают путешествие по-настоящему увлекательным. А знаете ли вы, что Пётр 1 запланировал Петербург как имперский город, как столицу Империи? И статус этого города сейчас подчёркивают дворцы и музеи: Эрмитаж, Русский музей, Исаакиевский собор... Их конечно обязательно стоит посетить, но сейчас я хочу показать вам другой Петербург — город людей, которые создают его в современности.
Мне очень нравится с моей сестрой ходить в Лофт Проект «Этажи». И причина в том, что в этом месте бесчисленное множество поделок, в основном сделанных как раз живущими в этом же городе людьми. Они своими руками создают историю современного Питера, изготавливают оригинальные сумки, свечи, одежду, картины и многое другое, что можно купить как ценный и необычный сувенир.
Также, при упоминании Петербурга и картин, в моей памяти сразу всплывает картина «Петербургские коты», где эти пушистые создания изображены на фоне культурной столицы. Даже существует особенное котокафе, которое я тоже советую посетить. Там вы сможете не только вкусно поесть, но и насладиться общением с живущими там котиками. А знаете, по какой причине к котам в Петербурге такое особое отношение? 80 лет назад коты спасли только что освободившийся от блокады Ленинград от опасности в виде полчища крыс. Чуть ли не со всей страны собрали целый кошачий поезд, привезли в город и выпустили, а коты в свою очередь за месяц переловили всех грызунов, не дав тем самым развиться страшной эпидемии. Потому эти хвостатые и являются важным звеном в истории выживания Санкт-Петербурга.
А следующим делом я рекомендую сходить в музей современного искусства «Эрарта». Его основу составляют работы петербургских творцов, но также и приветствуются художества людей из других городов и стран, чьими многочисленными картинами, графикой, скульптурами и инсталляциями от 50-х годов до наших дней вы сможете полюбоваться. Само название музея расшифровывается как «эра арта» — «эра искусства», ведь на всех четырёх этажах представлено искусство современности. Одной лишь графикой музей не ограничивается, там есть уникальные звуковые картины, арт-объекты, заставляющие глубоко задуматься. А ещё вы можете прикоснуться к классическим картинам через очень интересную экскурсию, мультфильм про приключения Чёрного Квадрата.
Санкт-Петербург — это не только дворцы и музеи, но и люди, которые живут в этом городе, формируют его современную ауру. И не случайно город называют культурной столицей России.
_____________________________________________________
Сафонова Валерия
Моё будущее через двадцать лет
Каким я вижу свое будущее через 20 лет?Через двадцать лет я хочу помогать людям, например, продавать что-то стоящее, хочу открыть свой бизнес,я осознаю, что это стоит многих усилий и стараний, продавать то, что будет нужным через двадцать лет.Насчет жилья, хочу маленькую и уютную квартиру, в которой я отделю уголок для желаемого питомца, а из бизнеса буду откладывать деньги на его нужды и уют.
Машина в принципе мне не будет нужна, а если что, попрошу одолжить или подвезти куда будет нужно, а так, не будет составлять труда съездить на маршрутке.
Смогу часами наводить порядок в быту, и не только, буду уделять внимание питомцу,смогу каждый день вставать в пять утра и выгуливать его.Вижу свою жизнь обеспеченной и счастливой, с путешествиямии неожиданностями.
___________________________________________________________
Селезнёва Анна
Чернила и Вечность
Тихий, едва уловимый поначалу, а затем торопливый и яростный скрип пера по сероватой, как всё окружающее меня, бумаге – вот, что наполняло мои вечера, решительно похожие друг на друга, словно близнецы, кривившие свои одинаковые лица, стоявшие напротив, пристально выискивавшие свои уникальные черты и никогда не находившие их, когда запылённый и постаревший на один день Петербург засыпал под всеобъемлющим покровом ночи.Я сидел в уединённом углу своего кабинета на Литейной за письменным столом, освещённым тусклым желтоватым светом старой лампы с обветшалым абажуром, сукно которого, некогда приятного зелёного оттенка, превратилось в некое подобие старой замаранной тетради нерадивого гимназиста, и перебирал в памяти образы, лица, ситуации, настырно колотившие в мою неспокойную душу, требуя выхода на бумагу.
Сегодняшний вечер, хоть и был заурядным, в выгодную сторону для моего мировосприятия отличался от множества предыдущих, и я всё никак не мог понять, что же именно заставляло меня так думать. И, наконец, догадался, что в воздухе, наполненном, как Вселенная звёздами, мириадами мельчайших пылинок, настойчиво витал запах старых книг и разливалась волнами легкая грусть. Я мельком взглянул на свои покрывшиеся бесконечной сетью мелких морщин руки, испачканные ещё с прошедшей бессонной ночи чернилами, и думал о том, как много всего они написали за все годы моей могучей жизни. И вдруг, словно ожившие тени минувших дней, передо мной возникли они – те самые образы, что стали героями моих сатирических произведений и сказок.
На лестнице, ведущей на третий этаж к моему кабинету, послышались тихие расшаркивающиеся шаги какого-то одряхлевшего человека, который, оказавшись возле тяжёлой дубовой двери, постучался с неизвестной целью, затерявшейся где-то в глубинах его воспалённого отсутствием интеллектуального труда разума. Получив от меня разрешение войти, старик с явно читаемой вечной жадностью и пустотой в глазах, протянул мне пару скомканных и засаленных, словно салфетки после плотного ужина, листков бумаги, на которых старательным почерком были выведены строчки «вольных стихов», им самим написанных. «Глава семейства, Владимир Михайлыч Головлёв, ближайший друг поэта Баркова…», – откланялся вошедший, одетый во всё белое, как будто только что вставший с постели, до этого долгое время с неё не поднимавшийся.
Я помню, как встретил его впервые на ярмарке в одном достопамятном уездном городе. Он стоял, окружённый толпой, и с каким-то болезненным блеском в ещё живых глазах торговался за самую ничтожную вещь, словно от этого напрямую зависела его собственная жизнь. Сбивчивая речь ещё полного сил мужчины, полная приторной лести и скрытой угрозы, врезалась навсегда в мою писательскую память. В этот момент передо мной нерушимой стеной выросло всё то, что на протяжении многих лет разъедало нашу землю – алчность, лицемерие, духовное обнищание. И вот он, оживший на страницах, стоявший бесцельно в центре окружающего его и меня призрачного хронотопа, стал символом целого явления.
На мгновение ветром распахнуло форточку окна. Отвлёкшись на неё, я не увидел, как образ, сшитый из разных лоскутов погибающей в праздности реальности, растворился в пространстве и времени литературной действительности. Однако почти сразу же меня привлёк некий странный звук, похожий на тот, что издают при работе механизмы с многочисленными шестерёнками и пружинками. «Позвольте немного отдохнуть от бесконечных дел государственных на благо народа и страны нашей, – попросил одетый вновенький вицмундир человек, материализовавшийся из глубин моих воспоминаний. – Не волнуйтесь, у меня всё необходимое с собой!» Он расстегнул золочёные пуговицы и извлёк из глубин форменного фрака грандиозных размеров булыжник, положил на пол и водрузил на него уставшую от придумывания абсурднейших законов голову. Его лицо исказила самодовольная улыбка, он пытался беседовать со мной, но его неуклюжие попытки казаться умным и значительным – всё, что я видел бесконечное количество раз – отталкивали меня от продолжения разговора, поэтому я молча буравил взглядом нескладную фигуру моего посетителя. В каждом уездном городе, в каждом присутственном месте находился такой же «градоначальник», чьинесусветная глупость и неостановимый произвол делались источником бесконечных страданий для всех простых людей. Всякий раз чувствовал я всем своим существом, как во мне зреет гнев, который я потом выплёскивал обличительными строчками на бумагу.
Мои мысли понемногу возвращали меня в прожитый день. Все образы, что я создавал, рождались из наблюдений за людьми, из порою банальных разговоров, из самой мятежной жизни. Одна тривиальная фраза, один едва уловимый жест, одна житейская ситуация могли стать для меня фундаментом для новой истории. Я, как посредник между миром героев и читателем, сидя в своем кабинете, мог воскресить целые миры, населённые самыми разными персонажами, которые были одновременно и смешными, и трагичными, но до боли узнаваемыми в веках.Порой мне казалось, что я сам становлюсь частью этих безбрежных миров, стекающихся в одну Вселенную,не имеющей пространственно-временныхкоординат, что мои герои живут своей жизнью, даже когда перо перестаёт монотонно скрипеть, ведь тогда и становится произведение бессмертным, когда герои его продолжают существовать в сознании читателей, в их мыслях, в их сердцах.
Я поднял голову и посмотрел на ровную стопку своих книг в новеньких кожаных переплётах, лежащих рядом на столе. Для меня, человека, стремящегося материализовать свой житейский опыт, они были не просто бумагой и чернилами: в нихя находил свидетельства моей жизни, моего гнева, моей любви к правде. Они были моими детьми, моими посланиями в будущее!
И тогда, в тишине ночи, когда город сосредоточенно делал вид, что спокойно собирает сновидения всех жителей Петербурга в один бесконечный поток бессвязных образов, а мои воззрения парили над временем, я произнёс слова, которые казались мне истиной, и потому они огненным вихрем высеклись на камне градоначальника, так же неожиданно покинувшего мой кабинет, как и появившегося в нём:«Литература изъята из законов тления. Она одна не признает смерти».
Эти слова, воспроизведённыев реальности сосредоточением моей надрывной мысли, прозвучали не как утверждение, а как безапелляционное убеждение. Они были эхом тех лет, когда я, ещёсам был молодым чиновником в Вятке, бродил по пыльным дорогам города (читай – всей России), впитывая в себя еёбесконечную каждодневную боль и теплящуюся надежду на скорые перемены в обществе. Я видел, как начинали превращаться в развалины истории многочисленные человеческие судьбы, как торжествовала пошлость, как погибал талант под нескончаемым напором невежества и самодурства. И каждый раз, когда я становился невольным свидетелем такого раздирающего мою неопытную душу зрелища, во мне рождалось острое желание запечатлеть его, разоблачить, зло высмеять, чтобы хоть на миг прекратить всё это…
Холодная луна блеклым бельмом показалась из-за туч, скрывавших её всё это время, и стала невольным свидетелем того, как стены моего кабинета исчезли и я очутился среди горстки несчастных крестьян, жаловавшихся на своего старосту. Этот человек с лицом, изъеденным глубокими оспинами, и с голосом, отождествляемым многими со скрипом несмазанных колёс старой измученной постоянными выездами телеги, умел перевернуть всё с ног на голову, так лгать, так подставлять своих же односельчан, что даже опытные судьи не могли вывести его на чистуюводу. Он являлся непревзойдённым мастером интриг и беспросветного обмана, и при этом со стороны умудрялся выглядеть самым честным и добросовестным человеком. Его умение прилаживаться, его беспринципность, его способность выживать в любых условиях, как у какого-нибудь бессмертного героя – все это неприятно оглушило меня своим нескончаемым потоком. И этот староста, с его оспинами и скрипучим голосом, стал прототипом для целой галереи моих персонажей, олицетворяющих звериную изворотливость и чудовищную подлость, которая, к сожалению, так часто торжествовала в нашем обществе.
Я глубоко вздохнул, и на выдохе меня стали окружать кирпичные стены и покрываться зеленоватыми обоями с жёлтыми листьями и диковинными птицами, сидевшими на ветках раскидистых деревьев. В этот моментвсе образы, созданные мной за годы моей беспокойной жизни и рождённые из реальных встреч и наблюдений, обретали плоть и кровь на бумаге. И я писал, писал … Они становились не просто безобразными карикатурами, а живыми существами, со своими страстями, своими пороками, своими слабостями. И в этом, как мне казалось, и заключалась вся сила русской литературы. Она не просто отражала действительность, она её преображала, осмысляла, делала понятной. Она давала возможность взглянуть на мир под другим углом, увидеть то, что скрыто от легкомысленного взгляда.
Моё лицо исказилось от бешенства: в памяти возникли лица тех, у кого мои книги вызывали гнев и негодование за то, что я высмеивал их низменные пороки на страницах своих произведений. Они пытались свергнуть меня с недосягаемого пьедестала сатиры, на который я взобрался, осмыслив всё прошедшее, очернить, заставить замолчать мою верную музу. Но их попытки были тщетны: я писал не о конкретных людях, а о масштабных явлениях, о гнусных пороках, которые были присущи многим. И для себя я понимал: пока эти пороки наличествовали в окружающем меня и моих наследников мире, мои герои продолжали населять литературный мир.
Огрубевшей рукой яс трепетом провёл по корешкам книг. Они мои вечные спутники, безмолвные и громогласные свидетели моей борьбы, моего труда, моей веры в лучшее будущее для моей страны. И в этот момент, когда я ощущал всю тяжесть прожитых лет и всю легкость новообретённой бесконечной истины, я почувствовал, как мои верные союзники, мои слова, мои мысли, мои герои, продолжают жить, преодолевая время и пространство, становясь частью того, что вечно.
Мой взгляд выловил среди множества книг в моей библиотеке одну, название которой было золотыми буквами вдавлено в переплёт: «Сказки для детей изрядного возраста». Эти произведения, полные аллегорий и сатиры, вызывали недоумение у одних и восторг у других. Одни видели в них лишь вымысел воспалённого сознания, другие – горькую правду. И это было естественно. Ведь правда, как известно, бывает горькой. И моя задача была в том, чтобы показать эту правду, даже если она была такой неудобной, даже если она была такой болезненной.
«Моя вода! Моя земля!» – послышался какой-то звериный возглас. Я обернулся: в нескольких шагах от меня раскинулся обширный сад, наглухо поросший всякой сорной травой, что нельзя было и дорожек разглядеть. Прямо на земле сидел поросший шерстью человек и преспокойно вёл беседу с лежащим рядом огромным медведем. Последний, упрекнув бывшего помещика в неприкрытой глупости, тяжело встал, повернул свою косматую голову в мою сторону и твердой поступью подошёл, ткнувшись своей мордой в угол моего стола. Я потрепал его за ухом, и тот, довольно заурчав, сгрёб мощными лапами сопротивлявшегося и голосившего на всю округу помещика и скрылся с ним за углом здания, напоминавшего некогда господский дом.
Глаза вновь опустились на руки, ещё больше перепачканные чернилами. Эти руки держали перо, макали его в верную компаньонку представления моих идей на бумаге и писали о глупости, жадности, лицемерии. Они писали о тех пороках, которые, к сожалению, так прочно укоренились в нашей человеческой природе.
В центре комнаты показался новый посетитель: он держал в своих холёных маленьких ручках с аккуратными розовенькими пластинками ногтей листки моих рукописей и безжалостно вычеркивал из них целые фразы. Раззадоренный моим негодованием, цензор стал беспощадно рвать на куски мои творения, но они, даже будучи разрозненными, не терялись в потоке бессознательного.
Несмотря на беспредельные запреты, мои произведения не были преданы забвению и находили своего читателя. Они жили своей жизнью, передаваясь из рук в руки, из уст в уста, становились частью культурного наследия, частью коллективной памяти целого этноса. И это было доказательством того, что литература – это нечто большее, чем просто слова на бумаге, посколькуона является живым организмом, дышащим, растущим, развивающимся.
Я провёл пальцами по шершавой поверхности стола, который единственным видел мои сомнения, мои поиски, мои открытия, который был свидетелем моего творческого пути, моего служения искусству. И сейчас, в этот тихий предрассветный час, у меня было четкое осознание того, что все мои труды не были напрасны.
Я поднял голову и посмотрел в окно, увидев за стеклом простирающийся спящий Петербург. Город, так мною любимый и так же ненавидимый. Город, ставший источником моих вдохновений и моих разочарований. Город, который, как и я, наполнен до краёв противоречиями.
И в этой гулкой тишине, в отблескепосветлевшего окнажестоко отделённые от единого потока вечных образов обрывки белоснежных листов моих рукописей соединились в сокровенную фразу: «Литература не признаёт смерти».
Ветер подхватил эти кусочки созданной мной на протяжении всех прожитых лет целостной литературной Вселенной и, вторя написанным на них словам, стал поднимать заснувший город песней о бессмертии духа, о вечности искусства, о неугасимой силе слова, которая будет звучать и тогда, когда меня уже не будет, испепелив ту самую нерушимую стену.И даже через два столетия эта песня будет жить вечно в сердцах тех, кто верит в народ и справедливость.
________________________________________________________________
Смирнов Борис
И живу я на земле доброй за себя и за того парня…
Вы когда-нибудь плавали на корабле? Я да! Закрываю глаза и чувствую брызги волн на коже, вдыхаю прохладный и такой вкусный морской воздух. Внутри меня ощущение свободы, легкости и уверенности…
Меня зовут Борис Васильевич Смирнов. И мой рассказ пойдет о моем прапрадеде, морском офицере Борисе Васильевиче Смирнове…
8 сентября 1941 года. Немецко-фашистские войска сомкнули кольцо вокруг города Ленинграда. Борису 28, у него жена и два маленьких сына. Какое счастье, что он сделал все для того, чтобы они успели эвакуироваться…
С самого детства Борис мечтал стать моряком. Его манили дальние страны, приключения и бескрайние морские просторы. Приключений, действительно, на его долю выпало не мало. Только вот не в дальних странах, а на холодной, суровой, спасающей жизни Ладоге…
После завершения учебы в школе Борис окончил военно-морское училище имени Фрунзе. И к 1941 году был уже капитаном третьего ранга, прошедшим советско-финскую войну. Красивый, уверенный в себе и своей стране, он писал в письмах жене: «Милая моя Ирочка, хочу, чтобы ты знала. Разлука наша будет недолгой. Прогоним мы фашистов с нашей земли! И все станет, как раньше. Я возьму тебя и мальчишек за руки, и мы пойдем в ЦПКО имени Кирова, будем есть мороженое и кататься на каруселях…»
Ладога… Ледяная, ветреная, не прощающая ошибок дорога Жизни. Борис – командир дивизиона катеров «Бронированный Малый Охотник», который переправляет людей из не сдающегося врагу Ленинграда и осуществляет поставки жизненно необходимого провианта в осажденный город.
Из воспоминаний Бориса Васильевича Смирнова (1989 год): «В начале октября 1942 года нам поступило задание командования эвакуировать из Ленинграда ребятишек. Представляешь, целый катер детей. Ну, думаю, не дай Бог обстрел! Они же в холодной воде сразу все потонут, и спасти не успеем! А сам иду и улыбаюсь, чтоб они не волновались. С ними девчонки молодые – воспитательницы – бирки им с именами пишут и на ручки вешают. Детей много, а воспитательниц по пальцам пересчитать. А я иду и вижу: у двух мальцов бирочки эти упали. Поднял, а кому какую бирку надеть, не знаю. Они маленькие, им годка по два каждому. Как сейчас помню, на одной бирочке написано: Милов Владимир 1940 г.р. «Ну, кто у нас тут Вовка?» – говорю. И один из них, представляешь, мне улыбнулся, как будто и правда имя свое узнал. Я ему эту бирочку и надел. Тогда это плавание у нас без происшествий прошло. А вот беспокойство за этих двух ребятишек со мной всю жизнь прожило. А вдруг я тогда перепутал?»
27 января 1944 года весь Советский Союз слушал залпы победного Ленинградского салюта. Но, освободив Ленинград, Борис продолжил выполнять свой воинский долг. 23 июня 1944 года, он командует высадкой тактического десанта на берегах Ладожского озера. Под тяжелейшим артиллерийским огнем его катера первыми подошли к берегу. В течение трех суток, несмотря на штормовую погоду и раненых бойцов, они совершили 10 рейсов с войсками и военным грузом.
Из воспоминаний Бориса Васильевича Смирнова (1991 год): «Этот день 25 июня 44-го, я на всю жизнь запомнил. Обстрел сильный был, а мы знали, что берег Ладоги еще не весь разминировали. Но приказ, есть приказ. Помню только, крикнул мичману: «Сначала раненых грузи!» И вдруг взрыв! Очнулся уже в госпитале. Сестричка мне рассказала, что если бы не мичман мой, не жил бы я на свете больше. Он меня на себе вытащил и в госпиталь доставил. А день тот со мной всю жизнь. Та мина меня хорошо пометила. Все тело в шрамах от нее. Смотрю в зеркало и каждый день вижу цену жизни своей. И много думаю. Столько людей хороших умерло, а я живой. И песня всегда на ум приходит, Иосиф Кобзон которую поёт: «И живу я на земле доброй за себя и за того парня…»
Победный май Борис встретил в освобожденном, начинавшем жить заново Ленинграде. А его самого впереди ждала долгая и счастливая жизнь. Жизнь, в которой он встретился со своей Ирочкой после войны, обнял повзрослевших сыновей. Жизнь, в которой они так часто ходили всей семьёй в ЦПКО имени Кирова есть мороженое и кататься на каруселях…
Борис Васильевич Смирнов был награжден четырьмя орденами Красной Звезды, двумя орденами Красного Знамени, двумя медалями «За боевые заслуги», двумя медалями «За оборону Ленинграда» и медалью «За Победу над Германией»! Эти награды хранятся в нашей семье вместе с его офицерским кортиком. С его офицерским кортиком! Рукоять из белой слоновьей кости, стальной, блестящий, острый клинок, надежно защищенный металлическими ножнами. Каждый раз, взяв в руки это наше семейное сокровище, которое и по сей день сохранило в себе отвагу, стойкость и тепло рук моего прапрадедушки я ощущаю незримую, тесную связь. В моих мыслях Борис, как и прежде молодой, красивый морской офицер, стоящий за штурвалом своего несокрушимого «Бронированного малого охотника», рассекающего суровые, ледяные, своенравные волны спасшей тысячи жизней Ладоге…
_____________________________________________________
Соколов Павел
О чем молчал солдат…
Мне было пять лет, сейчас уже тринадцать. А так хочется вернуться снова в пять. Тогда был жив мой дед, вернее уже прадед - Соколов Михаил Федотович, участник Великой Отечественной войны.
Он очень мало рассказывал о войне, а на все мои расспросы всегда отвечал: «Война - это плохо, сынок, плохо....».
Девятое мая для него был особенный день. Каждый год, он, наломав букет сирени, ходил на парад Победы. Но почему-то никогда не надевал свои медали, говорил, что это погремушки деткам. А в обед семья собиралась за праздничным столом, все смеялись, веселились. Прадед, посидев немного со всеми, наливал себе полный стакан водки, брал горбушку хлеба и уходил в переднюю комнату. Там, выпив стакан водки, долго молча сидел у окна. Сухими дрожащими руками он разламывал горбушку на мелкие кусочки и съедал их все, медленно разжевывая кусочек за кусочком, как будто хотел почувствовать вкус каждой крупинки муки.
Прадед не любил говорить о войне. Все больше молчал...
Уже сейчас, изучив архивные документы, я узнал, что мой прадед не просто победитель той страшной войны, он - Герой!
Оставшись в сорок первом сиротой, он вырос в детском доме. А как только исполнилось восемнадцать - простым солдатом ушел на фронт. За годы войны он прошел путь от рядового радиотелеграфиста до командира отделениярадиотелеграфистов ракетных войск и артиллерии.
Читаю наградной лист... По спине бегут мурашки, грудь переполняет гордость, на глазах еле сдерживаю слезы боли. «17 апреля 1945 года Соколов Михаил Федотович в бою с немецкими захватчиками за село Косислав, находясь на передовом наблюдательном пункте, под сильным минометным и пулеметным огнем, заслоняя собой радиоаппаратуру, обеспечил бесперебойную связь с огневыми позициями. В результате чего была полностью уничтожена минометная батарея противника».
Был ранен. Но, едва успев перевязать кровоточащиераны, опять в бой и опять подвиг.
19 и 20 апреля 1945 года благодаря его смелости ипрофессионализму у перекрестка северо-восточнее селаЧелядице было уничтожено более взвода пехоты противника.
За проявленные мужество и отвагу в боях с немецкими захватчиками он был награжден правительственными медалями«За отвагу», «За боевые заслуги», «За победу над Германией» и другими.
Очень жаль, что прадед не дожил до наших дней. Он бы гордился мной, потому что я, как и он когда-то, надел военную форму и принял присягу на верность Родине, и пусть пока кадетскую, потому что я, как и он, знаю, что такое честь и долг, смелость и отвага, преданность и мужество.
Прадед не любил говорить о войне. Все больше молчал...В силу возраста я не мог понять его молчания. Но в эти минуты почему-то садился рядом и старался даже тише дышать, чтобы не нарушать тишину.
Ах, если бы он был жив сейчас. Тогда бы на 9 мая я надел парадную кадетскую форму и пошел к нему. Он, как и в детстве, попросил бы меня со всей силой сжать его руку, а потом отдернул ее и сказал: «Молодец, сынок! Богатырем растешь!», и, похлопав по-дедовски по плечу, добавил:«Береги, сынок, землю нашу! Никому в обиду не давай.Дорогую цену мы за нее заплатили»...И опять молчание....Сейчас...я бы понял всю боль и тревогу его молчания и, преклонив перед прадедом колено, твердо сказал: «Будь спокоен Солдат! Родина в надежных руках!».
_____________________________________________________________
Хидает Дишон Фидает
Моё знакомство с Петербургом
Здравствуй, дорогой мой друг Александр!
Хочу рассказать тебе о моем первом знакомстве с Петербургом. Ты знаешь, что я приехал в Россию три года назад из Пакистана. Мой родной язык урду, в Пакистане на нем говорит много людей. Моя мама родилась в России (она русская), а папа в Пакистане, родители познакомились в Казахстане, там они учились, работали. Папе нужно было поехать по делам в Пакистан, в город Лахор (это родина папы), он взял маму, так они там и остались. Родители работали в школе. Через некоторое время родился брат, а через 10 лет и я. В последние годы экономика в Пакистане стала хуже, стали дорожать продукты, жилье, мы приняли решение переехать в Россию. И вот зимой на самолете мы прилетели в Санкт-Петербург. Первое, что меня поразило, это снег. Мне казалось, что на мы на Северном полюсе, было очень холодно. Мы сели в такси и ехали по ночному городу, но от огней огромного города было совсем светло. Когда прибыли на место, я посмотрел в окно и увидел снежную горку, утром я побежал на ней кататься.
Первое время мы часто ездили на экскурсии, смотрели достопримечательности Санкт-Петербурга. Меня поразили очень высокие здания и строящиеся дома, ведь в Лахоре нет таких домов, и в Пакистане тоже. Мне очень понравилась Петропавловская крепость. Мама рассказала, что крепость — это то место, откуда в 1703 году стали расти улицы Петербурга. На эту крепость никто не нападал. Сейчас в ней музеи. Мы посетили музей-тюрьму. Недалеко от Петропавловской крепости находится знаменитая мечеть Петербурга. Мы посмотрели на мечеть, но мечеть меня не удивила, я в своей жизни видел много мечетей.
Когда мы переехали в другой район (он был с большим футбольным полем), я стал играть в футбол. Ты знаешь, Александр, как я люблю играть в футбол! Здесь очень комфортно играть в футбол — не жарко. Когда я тренировался в Лахоре, то упал в обморок от жары.
В Невском районе мы посетили парк имени Бабушкина, поехали туда на праздник масленицы. Меня очень удивил обычай сжигания огромного чучела. Мне даже стало жаль большую нарядную куклу… Но мама объяснила, что так славянские народы провожают зиму.
А еще мы были в музее Императорского фарфорового завода. Меня поразили изделия из стекла — я таких никогда раньше не видел. Посуда в этом музее очень яркая и красивая. Статуэтки разные, красочные, стоят очень дорого. Представь, Иван-Царевич и Марья-Царевна стоят 68000 рублей каждая!
Александр, я буду тебе рассказывать о местах, которые посетил, и достопримечательностях, с которыми познакомился. Здесь очень красиво и интересно.
Мне нравится жить в России. Здесь не жарко, хотя зимой мне очень холодно. Но я жду снег и катаюсь на санках и «ватрушках» с горки. А Петербург я полюбил навсегда, он принял меня и стал моей второй родиной, родным краем. Приезжай на каникулах ко мне в гости, я и тебя познакомлю с этим чудесным городом!
До свидания. Твой друг, Дишон.
11.01.2026г.
______________________________________________
Юлдашова Кира
Минакова Анфиса
Умка
Привет, меня зовут Юна. Я из России, учусь в пятом классе. И у меня с самого детства есть мечта. Очень большая и белая. Я хочу увидеть белых медведей.
Когда меня спрашивают, почему, я отвечаю просто: «Потому что они очень красивые. Белые и пушистые». Но на самом деле причина глубже. Я много раз видела их в программах о защите животных. И узнала страшную вещь: их остаётся очень мало, а вскоре может не остаться вообще. В этих передачах говорили: «Изменение климата и браконьерская охота сильно сократили их популяцию. Льды с каждым годом тают всё больше, а мест для строительства берлог и добычи пищи становится меньше». Мне очень хочется застать их вживую, пока это ещё возможно.
Однажды летом, вернувшись с прогулки, я услышала, как мама зовёт меня на кухню. В её голосе звенела какая-то особенная нотка. Когда я зашла, на её лице невозможно было не заметить улыбку — широкую, сияющую.
— Мам, что случилось?
— Вот! Смотри!
Она словно фокусник, достала из-за спины два билета. Не простых, а самых что ни на есть волшебных.
— Что это?
— Это билеты в Арктику! Помнишь, ты так мечтала? Нам удалось выиграть поездку на ледоколе! Поедем к белым мишкам!
У меня перехватило дыхание. Мечта, которая жила во мне годами, вдруг материализовалась в виде двух бумажек с печатями.
— Ура! А когда? — выдохнула я.
— Уже нужно собирать вещи. Экипаж отправляется через неделю.
— Хорошо, я побежала!
Я влетела в комнату, вытащила из шкафа чемодан, бухнулась на пол и начала рыскать по полкам, сгребая тёплые свитера, шапки, варежки. Через полтора часа чемодан был готов, набит под завязку, будто сам дрожал от нетерпения.
Та неделя была самой долгой в моей жизни — даже длиннее, чем время перед Новым годом. Минуты тянулись, как резина, часы словно засыпали, а дни и вовсе не думали кончаться.
Наконец наступил день отплытия. Я почти не спала. Сонная, но ослепительно счастливая, вместе с родителями я поехала в порт. Там уже собирался экипаж. Моих ровесников почти не было. Взрослые с удивлением смотрели на меня, перешёптывались: «Что такая маленькая девочка тут делает?». Плыть предстояло долго. Мама волновалась, не укачает ли меня, но, к счастью, морская болезнь прошла мимо. А через две недели я уже стояла на палубе, и в лицо мне бил морозный, игольчатый воздух Арктики. В тот миг я чувствовала себя самой счастливой девочкой на планете.
Пейзаж открывался просто божественный. Белоснежные холмы, переливающиеся на солнце, как алмазная крошка. Но самым прекрасным оказалось северное сияние. Мне посчастливилось увидеть его не раз. Оттенки синего, зелёного и фиолетового смешивались в небе, образуя светящиеся дуги, которые плыли по тёмному небу, как живые реки из сказки. Командир сказал, что завтра мы идём в небольшую экспедицию. От этой мысли я не могла уснуть. Всё внутри трепетало: завтра я могу увидеть белого медведя. Я так долго этого ждала…
Проснулась я раньше всех. Чтобы не будить родителей, тихонько подкралась к иллюминатору. И сквозь утренний туман, густой, как молоко, увидела движущийся силуэт. Неужели это он? Я прикрыла рот ладонями, чтобы не вскрикнуть от восторга. После этого время замедлилось окончательно. Я рисовала, читала, играла с куклой Машей — лишь бы скорее настал тот самый момент.
Вскоре все проснулись. Мы собрались и ближе к обеду отправились в путь. Шли долго. Вокруг — лишь бескрайняя белизна, ни звука, ни движения. В сердце начало закрадываться разочарование. И вдруг — в пятидесяти метрах что-то шевельнулось. Сначала я не поняла, но через секунду осознала: это же он! Белый медведь!
Забыв обо всём на свете, я рванула вперёд. Позади слышались крики родителей и других участников экспедиции, но я уже не обращала внимания. Весь мир сузился до этого белого пятна среди снегов.
Когда я подбежала ближе, то увидела: это была медведица. Крупная, но почему-то казавшаяся беспомощной. Её лапа застряла в расщелине между двумя льдинами. По её измученному виду было видно — она пробыла в этой ловушке не один день. Меня охватила волна грусти и обиды: ведь экипаж уже ходил этим маршрутом, а меня тогда не взяли…
Не раздумывая, я подбежала и изо всех сил дёрнула тяжёлую льдину. Она поддалась с глухим скрежетом. Медведица с глубоким, хриплым рёвом высвободила лапу и повернулась ко мне.
И тут до меня наконец дошло. Я, маленькая девочка, совсем одна, стою перед огромной дикой медведицей. Сердце заколотилось где-то в горле. Я зажмурилась, ожидая худшего.
Но вместо ярости я почувствовала что-то мягкое и пушистое, что легонько тёрлось о мою руку. Я осторожно открыла глаза. Это была она. В её тёмных, умных глазах не было ни злобы, ни страха — только тихое, почти человеческое понимание. Она медленно приблизила свою морду, будто хотела обнять. И я, не в силах сдержаться, протянула руки и обняла её могучую шею. В этот миг подоспели взрослые. Увидев нас — девочку и медведицу — в таком немыслимом объятии, они замерли в изумлении и облегчении.
Через мгновение мы разомкнулись. Медведица опустила голову и подставила её мне, как бы говоря: «Гладь». Я осторожно потрепала её по мощной голове. Она в ответ потёрлась мордой о мою пухлую куртку — прощальный, тёплый жест.
Наша экспедиция двинулась дальше. Мы бродили ещё около двух часов, но больше никого не встретили. Казалось, сама Арктика подарила мне одну, самую важную встречу.
Время летело неумолимо. Вот уже вещи собраны, ледокол начал медленно отходить от ледяного берега. Я прильнула к иллюминатору, в последний раз всматриваясь в безграничную белую равнину. И вдруг увидела её. Ту самую медведицу. Она вышла на высокий торос, поднялась на задние лапы и медленно повела одной передней лапой, словно махая мне на прощание. Я прижала ладонь к холодному стеклу. Потом подышала на него, и на запотевшей поверхности нарисовала маленькое сердце. А затем жестом повторила тот же рисунок в воздухе, прямо ей.
Прошла неделя. Сейчас наш ледокол уже приближается к берегам порта. Эта поездка стала самым ярким, самым важным приключением в моей жизни. Я обязательно расскажу обо всём одноклассникам, друзьям, всем-всем!
И я никогда не забуду тебя, моя белая медведица. Ты — не просто зверь, ты — дух этих льдов, хрупких и прекрасных. Я дала тебе имя. Умка. Навсегда. И я теперь знаю точно: чтобы такие встречи продолжались, чтобы ваши глаза не потухли, а льды не растаяли — нам, людям, нужно помнить. Помнить и беречь. Сохранить белых медведей. Теперь это – моя мечта.
___________________________________________________
Яковлева Анна
Папин дневник
Мне, девочке четырнадцати лет, не рассказывают всей правды о том, что происходит ТАМ… Поэтому и свой «Папин дневник» я пишу из обрывков рассказов взрослых, подслушанных тревожных ночных телефонных звонков, папиных сообщений и наших разговоров по душам во время коротких встреч… Господи! Когда же это всё закончится…
22 октября 2022 года
Сегодня нас привезли в Кострому. Так получилось, что я оказался за тысячи километров от дома не ради интересной туристической поездки. Я здесь, в свои 49 лет, вспоминаю, как держать в руках оружие… Мог ли я подумать, что в моём возрасте попаду под мобилизацию. Еще три дня назад у меня была совершенно другая жизнь: мы идем с любимой Светой по красивому осеннему парку, в родном средневековом Выборге. Я держу за руку нашу такую долгожданную единственную дочку. Мою малышку одиннадцати лет. Недавно мы завели собаку Плюшку, которая даже не успела ко мне привыкнуть… А придется ли ей привыкать ко мне? Жизнь сейчас разделяется на «до» и «после». Сегодня я на пороге своего «после». А каким оно будет, покажет время. Знаю одно. Я точно не должен впадать в уныние! Держаться самому! Поддерживать молодых парней! Успокаивать своих любимых девчонок, которые остались дома!
1 декабря 2022 года
Я на передовой. Сижу в холодном окопе, пытаясь согреться чифиром. Я пока не устал, у меня есть еще силы сражаться. А главное, находясь здесь, отчетливо понимаешь, ради чего всё это! Один раз посмотришь в глаза человеку, который так ждал на этой исконно русской земле твоего прихода! Ждал и терпел! И как будто второе дыхание появляется… Как же сегодня холодно! Здесь со мной рядом сидит сын моего друга Максим. Хороший парень. Вырос на моих глазах. Жаль, что попал сюда. Уже близится новый год, мне двухдневный отпуск пообещали, как раз на праздник. Девчонкам моим не говорю, но предвкушаю их счастливые лица, когда они меня увидят на пороге! Думаю, где раздобыть костюм Деда Мороза.
1 января 2023 года
В отпуск меня не отпустили… Конечно, никакого желания праздновать нет. Новый, 2023-й, встречаем в холодном блиндаже. В руках мандарин и телефон. Отчаянно пытаюсь позвонить своим девочкам, маме, брату, но связь ужасно плохая, настроение еще хуже, а холод… холод пробирает до костей.
25 апреля 2023 года
Сегодня я понял, насколько ценна жизнь. Максима не стало… Раньше, когда мы были там, в мирной жизни, я его видел не часто, общались мы еще реже, но, оказавшись здесь, оба поняли, что мы есть друг у друга. Он стал мне, как сын, я на время заменил ему отца. Сегодня днем, перед его дежурством, мы сидели и разговаривали, строили планы на будущее. А теперь нет Максима! И его будущего нет! Я ехал с задания, разговаривал со свои сослуживцем, по рации передавали боевые потери за эту ночь и … «Бойко Максим Сергеевич», - отчетливо услышал я. Холод по всему телу, дрожь, резкая боль в сердце, слёзы…
26 августа 2023 года
Я дома. Там, на передовой, совершенно меняется представление о жизни. Забываешь о комфорте, который раньше казался обыденным. Еще вчера я просыпался от гула беспилотников, а сегодня от нежного голоса Светы и от мягких лап нашей Плюшки, которая пыталась меня разбудить на завтрак. На прогулке я не мог открыть глаз и щурился от светло-голубого неба и яркого солнца. На передовой небо мрачное, серое, как будто устало уже видеть всё, что происходит на земле.
3 сентября 2024 года
Серые больничные стены, запах лекарств и осознание, что мои парни ТАМ, а я лежу здесь, как на курорте. Уход, обед по расписанию, прогулки на свежем воздухе. И тревога. Постоянная тревога. Скорее обратно! Мы ехали с ребятами на задание. В машину врезался дрон. Врач сказал, что я в рубашке родился. Нас трое было: я, Юрка, молодой парнишка, и Игорь, мы с ним почти ровесники, ему 56. Ехали, шутили, Игорь только закурил сигарету… А потом, через секунду, взрыв… А Игорь… Игорь меня собой закрыл… Не выжил… А ведь у него недавно внук родился первый. Как же он радовался! В отпуск рвался, с внуком знакомиться. Теперь уже не увидятся… У меня контузия и ранение в руку, но ничего серьезного. Девчонки мои волнуются, каждый день звонят. Дочка Анютка сказала, что я Герой и она мной очень гордится. А я горжусь, что судьба меня с такими людьми объединила. На всю оставшуюся жизнь объединила!
25 ноября 2024 года
Сегодня мы вошли в маленькое село. И то, что мы увидели здесь, будет жить во мне всегда. Жить, как генетический код, жить, как страшная правда человеческого естества, жить, как в моем прадеде жила ненависть к слову «фашист», жить, ради будущих поколений людей, выросших без этого страшного слова. В селе не осталось ни одного жителя. Остались только их безжизненные тела. Изувеченные тела людей, которые родились и жили в этом селе, говорили на русском языке, создавали русские семьи, воспитывали русских детей, выращивали урожай на этой русской земле, отмечали наши церковные праздники… А потом пришли они, молодые, разгоряченные, татуированные нацистской символикой, воспитанные в исторической лжи и ощущении превосходства, ненавидящие всё русское. Пришли, разгромили, растоптали, убили и бросили гнить в подвалах. Всех бросили. Детей, женщин, стариков. В моей памяти навсегда останется ОН – ветеран Великой Отечественной… На вид ему больше 90, стреляли прицельно, много раз, целились, как в мишени, в священные награды на груди, полученные за подвиги, которые совершил этот человек. Когда они пришли, он не побоялся надеть свой поношенный пиджак, весь увешанный медалями. Надел, чтобы знали! Чтобы видели, к кому пришли! Чтобы навсегда запомнили его… Героя прошедшей войны. И Героя дней сегодняшних. Смелого, уверенного в своей правде простого русского человека…
На этом дне, 25 ноября 2024 года, я остановлюсь… Остановлюсь, чтобы, как и мой папа, оставить в своей памяти историческую правду происходящего сегодня ужаса. Писать о фашизме и неофашизме страшно… Жутко страшно… Но не говорить об этом нельзя! Ведь целое поколение моих ровесников, рожденных там, в когда-то родной для всех русских людей Украине, воспитывается такими же, как те, которые пришли и не пожалели никого, уничтожили всё и ушли, сбежали, уверенные в своей безнаказанности…
…С детства ему объяснили, что он
Миром править рожден,
Что дело его идти вперед,
Что низшая раса вокруг живет.
И он бежал вперед в темноте
С автоматом на животе…
Стихотворение Льва Ошанина «Баллада о немецком солдате» мне показала Валентина Владимировна, мой классный руководитель, когда я решила писать сочинение на эту те-му. И теперь оно для меня, как символ, как жизненная мудрость, что в мире никогда, ни-когда не победит зло! И сейчас мой папа и наши вооруженные силы Российской Федера-ции ведут свой бой со злом за правду и жизнь. Жизнь без фашизма!
- Подробности
- Автор: Super User
- Категория: Работы участников
- Просмотров: 99
Васильев Вячеслав
Верю в чудеса
Новогоднее интервью с учителем истории Андрюшковой Екатериной Александровной. Вёл интервью Вячеслав Васильев.
—Екатерина Александровна, приближается 2026 год, год огненной лошади. Как вы будете праздновать Новый год?
-В кругу семьи.
-Какие блюда вы готовите на новогодний стол?
-Традиционное оливье, крабовый салат и ещё какие-нибудь салаты.
-Какие подарки хотели бы получить на Новый год?
-Даже не знаю, какие-нибудь, сделанные своими руками, какой-нибудь ювелирчик, в общем хочу много подарков.
-Чтобы вы взяли из 2025 года в новый?
-Наверное свою семью, своих близких, родственников, всё хорошее.
-В Новый год происходят чудеса, какое чудо вы ждёте?
-А вот жду, не скажу какие, секрет.
-Как украшаете свой дом?
-Украшаем елку, гирлянды по всему дому. Ёлка-самый главный атрибут, развешиваем по всему дому гирлянды.
-Какие традиции в вашей семье?
- Вместе всей семьёй украшать ёлку, дом-это наша совместная новогодняя деятельность.
-Какие книги и фильмы вдохновляют вас?
- “Один дома»,”советские фильмы-”Кавказская пленница», «Иван Васильевич меняет профессию» и много других, которые дарят новогоднее настроение.Загадываете ли вы желание под бой курантов?
-Да , под бой курантов как раз загадываю очень много желаний.
-Какой год был самым-самым запоминающимся?
-Когда я была маленькая, мне было десять лет, приходил Дед Мороз, все дарили подарки, веселились, смеялись. Я верила тогда, что Дед Мороз настоящий и что бывает чудо. Это был лучший Новый год.
-Можете спрогнозировать? Как повлияет 2026 год на вас? И как повлиял уходящий?
-Как повлияет не могу сказать. Посмотрим, как он придёт. Ведь говорят, как встретишь Новый год, так и проведёшь. А 2025 прошёл в рабочем режиме, всё хорошо, работа, дом, как всегда.
-Почему так говорят?
-Действительно, если встретишь весело и задорно в кругу семьи или в компании, то и год проведёшь весело. Замечательно, когда много эмоций, веселья, смеха, тепла и радости, то и 2026 год будет таким же. Если встретишь одна, то будет скучно, грустно, неинтересно. Так что нужно создавать себе настроение..
-Спасибо, Екатерина Александровна, С Новым годом!
Спасибо!
___________________________________________
Васильева Ника
Солдат, не дошедший до Берлина
Здесь нет счастливых концов. Здесь есть лишь скорбь, тишина и память. Память о мальчиках, чья юность оборвалась в снегах под Калинином. О тех, кто так и не успел стать солдатом, но навсегда остался героем.
Им и посвящается…
***
Шестнадцатое декабря 1941 года. Поле под Калинином. Десять мальчиков в не по размеру большой форме, всем по пятнадцать. Сережа, стараясь казаться старше, подал команду:
— Отряд, построиться!
— А чего это ты командир? — усмехнулся Саня.
— А кто оружие достал?
— Как достал? — вступил Коля.
— И форму где взял? — поддержал Семен.
— Ну… это неважно! — Сережа смутился.
— Как неважно?! — возмутился Костя.
— Ребят, — тихо, но четко проговорил Женя, — мы ведь воевать собрались. Если хотим чего-то достичь, надо быть сплоченнее.
Сережа смерил его взглядом: «Робкий. Духом слаб. Наверное, первым и погибнет. Таких либо в плен берут, либо они в первом же бою в угол забьются». Но вслух ничего не сказал. Женя был прав: они пришли не сидеть в тылу.
— Итак, — Сережа решительно указал рукой в сторону гула канонады, — сейчас там идёт освобождение Калинина. И мы идём туда!
— Прямо в самое пекло? — в один голос выдохнули Серафим, Толя, Владислав, Леша и Паша.
— Ну да, а как иначе?
— Тогда мы не с вами.
И они ушли. Что с ними стало — теперь уже никто не узнает. Осталось пятеро: Юра, Вася, Коля, Семен и Женя.
— Поздравляю! — вдруг с легкой улыбкой сказал Женя, разглядывая автоматы. — Теперь у каждого по автомату и пистолету.
— Ты чему радуешься? — удивились другие.
— А зачем искать зло там, где его и так полно? Давайте хоть каплю хорошего найдем.
— Ну ты и странный. Ладно, пошли!
Они поползли по сугробам навстречу гулу. И увидели ад.
Немецкие танки. Их было много. Очень много. А наши — почти без техники, горстка изможденных солдат с винтовками да пара пушек. Снег под ногами не был белым. Он был серым, черным от гари и во многих местах — ало-красным. Страшным.
Люди. Их было очень много. Одни сражались, стоя на обессиленных, но не сгибающихся ногах. Другие лежали. Они не были ранены. Они лежали навсегда. Они уже никогда не встанут. Никогда.
От этого зрелища по спине пробежали мурашки, и стало дико страшно. «Но я же командир, — стиснул зубы Сережа. — Я не должен бояться!»
Вдруг — выстрел. Резкий, неожиданный. Это Коля, растерянно стоя с дымящимся пистолетом в руке.
— У… у меня рука дрогнула! — пробормотал он.
Все взгляды — и наши, и немецкие — на секунду устремились на них. Их обнаружили! Какой-то немецкий офицер махнул рукой, бой продолжился. Но трое солдат уже вскидывали винтовки, целясь в мальчишек.
Прогремели три ответных выстрела — точных, леденящих душу. Три фигуры в серо-зеленых шинелях рухнули на окровавленный снег.
Сережа обернулся. Позади, спокойно перезаряжая винтовку, стоял Женя. У его ног дымились три гильзы.
Немецкий офицер, заметив гибель своих солдат, резко обернулся. В его взгляде застыло изумление и ярость. Сережа, не раздумывая, нажал на спуск.
И тут они увидели, как Женя, словно тень, рванул к нашему окопу. В его руках — шесть гранат! Откуда?!Один за другим прогремели взрывы. Немецкие ряды смешались, послышались крики, и враг начал отступать.
Когда стихло, на них смотрел седой от снега и копоти старший лейтенант.
— Эй, вы кто вообще такие?
— Мы?
— А кто здесь еще — компания из пяти мальчиков, которым явно не больше шестнадцати, и которые помогли отбить атаку?
— Ну… мы.
— Откуда взялись?
— Собрались, кто хочет помогать фронту, и пошли.
— Родители знают?
— Нет.
— Кто командир?
— Я! — выступил вперед Сережа.
— Оружие откуда?
— Не скажу.
— Не скажешь — отведу к коменданту!
Сережа опустил голову.
— Украл…
— Откуда? — голос офицера стал жестче.
— Из госпиталя… У раненых.
— Вот ты «герой»…
— Извините…
— А где этот смельчак, что фрицов уложил и танки подорвал?
Женя молча шагнул вперед.
— Ну ты даешь! — в глазах офицера мелькнуло что-то похожее на гордость. — Ладно, орлы. Идите. Удачи вам. Дай Бог вам здоровья и… берегите друг друга.
Они ушли строем. А Сережа, нагнав Женю, тихо сказал:
— Прости нас. Ты не странный. Ты смелый.
— Да ничего.
— Правда?
— Конечно.
Женя и правда был смелым. Решиться на такое готов не каждый.
***
Если бы они знали, что впереди — еще четыре года войны… Они прошли через битву за Москву, через Сталинградский ад, через прорыв блокады Ленинграда. Сражались бок о бок со взрослыми, стараясь не попадаться на глаза начальству. Женя стал тем стержнем, что скреплял их маленький отряд. Если бы не он — их давно бы не было в живых. Они все так же были впятером.
Когда руки опускались от усталости и страха, он говорил просто, но так, что верилось:
— Не грустите. Не позволим больше крови литься. Добьемся победы!
И они шли дальше. Сережа не понимал, откуда в этом хрупком мальчишке столько света. Они каждый день видели смерть, иногда плакали украдкой — но не Женя. Он нес в себе какую-то непоколебимую, тихую веру.
И вот они шли на Берлин. Женя сиял улыбкой до ушей.
— Ребята! Скоро Победа! Мы дождались! Спустя четыре года…
И по его лицу, впервые за все это время, покатились слезы. Слезы радости. По дороге он срывал полевые ромашки и плел венки. В одном из них прошел полпути. Цветы очень шли к его улыбчивому, озаренному надеждой лицу.
До самой Германии их подвезли на попутной грузовой машине взрослые солдаты. Осталось всего три километра до Берлина!
— А кто флаг над Рейхстагом поднимать будет? — спросил Коля.
— Конечно, Женя, — хором ответили остальные.
Вдруг — одинокий, предательский выстрел. Женя, все с той же светлой улыбкой, мягко опустился на землю. Венок скатился с его головы на окровавленный асфальт.
Они снова взялись за оружие. Уничтожили засевшую в развалинах группу врагов. Но в этот раз не было ни ярости, ни торжества. Была только пустота. Тот, кто все эти годы берег в них жизнь, был мертв.
Они дошли до Берлина. Наступило 9 мая. Наступила Победа.
Они поднялись на одну из уцелевших крыш и все вместе, вчетвером, взялись за древко красного знамени.
— За Женю! — прошептали они, водружая флаг над поверженным городом.
***
После войны они вернулись домой — уже без него. Похоронили его на тихом деревенском кладбище. На большом валуне высекли слова, которые он так часто говорил:«Не грустите. Не позволим больше крови людской проливаться. Добьемся победы!».
На параде Победы в Москве их, уже взрослых двадцатилетних мужчин, награждали медалями «За отвагу». Сердце Сережи сжалось.
— А Женю? Его посмертно наградят? —спросил он у офицера в парадном мундире.
— Какого Женю?
— С нами был мальчик. Женя Мотря.
Но о нем никто не знал. Они спрашивали везде — в комиссариатах, в архивах, у прохожих. В газете однажды написали о юных героях, но его имени там не было. О Жене будто забыла сама история. Будто он был лишь тенью, ангелом-хранителем, которого видели только они.
Тогда они, уже в последний раз собравшись вчетвером, пришли к его могиле. Молча сняли свои боевые медали и положили их на холодный камень.
— Из нас лишь ты этого достоин…
Вечная память. Всем, кто сражался. И тем, кто не дошел. И тем, кого забыли записать в списки живых.
__________________________________________________________
Васильева Ника
Письмо
Солнце встало, заливая комнату янтарным светом. Снег за окном искрился, словно усыпанный алмазной крошкой, и весь мир казался невесомым, ярким и чистым. От этого света я проснулся. Посмотрел в окно, улыбнулся. Собрался и пошёл на пары.
В институте, как всегда, сел рядом с Полиной.
— О! Влад, привет! — её голос звенел, как утренний колокольчик.
— Привет! Как дела?
— Всё отлично! А у тебя как?
— Тоже отлично! Слушай, а не хочешь Новый год вместе встретить?
Она улыбнулась, и в её глазах вспыхнули искорки.
— Конечно, давай! Я давно хотела встретить Новый Год с другом!
После этих слов у меня внутри всё сжалось. Я ведь люблю её. Люблю не как друга. Но язык будто каменеет при одной мысли признаться. Вдруг отвергнет? Ладно, думал я, глотая комок в горле. Мы друзья. И это уже прекрасно.
Прошло несколько дней. Как-то разглядывая календарь, я вдруг похолодел.
— Так, а сегодня какое число? Стоп… сегодня что, уже 31-е?!
А у меня ёлка не наряжена… А у меня её и нет. И в магазинах — пусто. Тогда я рванул по соседям. Стучался в двери, объяснял, улыбался, просил. И вот в доме с белыми стенами мне сказали, что они уезжают на три дня. И дали мне маленькую, уже наряженную ёлочку. Она была мне по пояс. Ну, либо ёлка маленькая, либо я высокий. Скорее второе.
Поставив лесную красавицу у стола, я заглянул в холодильник. И обомлел: еды-то нет! Я-то ладно, могу и бутербродом перекусить, но приглашать Полину на голый стол — немыслимо.
Что она любит? Точнее, что она любит есть? Салаты!
Я помчался в магазин, а потом на кухне началось таинство: резал, мешал, взбивал, жарил. Родились крабовый салат, оливье, золотистые котлеты. Заварил душистый чай. Потом из глубин шкафа извлёк сервиз — тарелочки из Китая с синими драконами и изящные пиалочки. Накрыл на стол. Развесил мишуру, сверкающую, как иней. И тут — звонок в дверь.
Сердце заколотилось. Я стремглав полетел открывать.
Она стояла на пороге в белой шубке, отороченной мехом, с румянцем на щеках от мороза. Когда переоделась, оказалась в лёгком белом платье и серебряных туфлях-лодочках. Лёгкий макияж лишь подчёркивал её красоту. Она была нереальна. Мне даже стало неловко за свою простую пижаму.
Мы сели за стол. Пели куранты, чокались бокалами с лимонадом. Ей понравилась еда, она смеялась, и всё было идеально. Около часа ночи мы разошлись — она хотела ещё побыть с родителями. А я долго не мог уснуть, глядя в потолок и повторяя в голове каждую её улыбку.
Наутро под дверью лежала записка: «Влад, я до марта уезжаю в Беларусь. До встречи! Полина». Ну ладно… Оставшиеся два месяца я учился, ходил в институт. Было как-то пусто и тихо.
А в июне мир перевернулся.
Началась война.
Я пошёл на обучение. Стрелял, ползал по-пластунски, изучал карты. Учился быстро. В середине июля меня, добровольца, отправили на фронт. За Родину надо бороться. Родина нас растила, укрывала — теперь её судьба в наших руках. И мы её спасём. Никто не посмеет ступить на нашу землю с грязным умыслом.
В день отправки Полина подошла к грузовику, обняла меня крепко и прошептала на ухо:
— Я буду тебя ждать.
— Я скоро вернусь! — крикнул я уже из кузова.
Мы ехали трое суток. За это время я успел познакомиться с командиром — суровым мужчиной лет сорока — и ребятами. Нам всем было от девятнадцати до двадцати пяти. Когда приехали, сначала просто отсыпались, а с утра — первое задание. Потом второе, третье… Дни слились в череду вылазок, тревог и короткого сна. Времени не было ни на что. И с каждым днём нас становилось всё меньше.
Прошло полгода.
Из тридцати человек осталось восемь бойцов и командир.
Проснулся я в то утро с необъяснимым чувством. На душе было и тревожно, и светло. Я знал — сегодня будет хороший день.После утренней разведки вернулся в блиндаж. Денис, Гриша, Вова и Илья сидели с хитрой улыбкой.
— А тут нашему младшему письмо пришло, — протянул Денис. — Причём от девочки. Некой Полины.
Я схватил конверт. Руки дрожали. Ребята с любопытством заглядывали через плечо.
«Дорогой Влад, как ты? Все ли у тебя хорошо? Жив? Здоров?
У меня все отлично, только по тебе скучаю. Возвращайся скорее, пожалуйста!
Твой друг…»
От этих строк и знакомого почерка на душе потеплело. И я вдруг ясно понял: пора. Пора сказать ей всё.
Я сел писать ответ.
«Привет, Полина! Знаешь, я считаю, самое время сказать, что ты для меня больше, чем друг. Я люблю тебя! И люблю давно… Надеюсь, это взаимно.
Навеки твой Влад».
Только хотел отнести письмо, как вошёл командир. И отправил на разведку.
Небо было хмурым, низкие тучи ползли над полем. Я осмотрелся. Вдали мелькнули силуэты. Не наши… В следующее мгновение — резкий хлопок. Жгучая боль разлилась в груди. Ещё секунда — и я уже лежал на холодной, влажной земле. Я понял, что умираю. Не успел… Не успел ей сказать. Её глаза… Я помню её глаза. Больше ничего. Тишина.
— Хм? А где же наш, Влад? — спросил командир, заглянув в блиндаж ближе к вечеру.
Солдаты переглянулись, посмотрели на часы.
— Для разведки десять часов — многовато…
И всех, как один, осенила страшная догадка. Они бросились на поиски, надеясь ошибаться.
— Вроде недавно вместе смеялись, — глухо проговорил Илья.
— Война не щадит никого, — прервал его Денис. — Даже если ему всего девятнадцать…
В поле они нашли его. Тело почти приросло к мёрзлой земле. Измятая форма, сбившийся головной убор, тёмные пятна на груди… И розы. Алые, нежные розы росли прямо из его сердца, пробиваясь сквозь ткань. А на ресницах — так и не упавшая слеза.
Они стояли вокруг, сняв головные уборы, не в силах понять это чудо. Но все знали одно — он любил. Любил так сильно, что даже смерть не смогла убить это чувство.
Вернувшись, начали собирать его вещи. Из кармана выпало письмо. То самое, неотправленное. Ребята прочли его. Молча. Потом внизу, под его словами, вывели аккуратно:
«Дорогая Полина, от всего отряда, в котором служил Влад, сообщаем, что он погиб при исполнении боевого долга. Он был настоящим братом и героем.
Вечная ему память».
Новый год наступил снова. Полина встретила его тихо и рано легла спать. Утром под дверью лежало письмо. Тонкий конверт, знакомый почерк… Руки задрожали.
Она прочла. Прочла его признание. И строчки ниже. Ноги подкосились, она медленно опустилась на пол, прикрыв рот ладонью. Слёзы текли ручьями, беззвучно, сжигая щёки. И всё, что она смогла выговорить сквозь рыдания, было:
— Нет… Не может быть… Я ведь тоже его любила. Я тоже…
Нет времени — так коротка жизнь — на склоки, извинения, желчь и призвания к ответу. Есть только время, чтобы любить. Да и на это, правда, есть лишь мгновение.
______________________________________________________
Голосовкер Таисия, Минакова Анфиса
Что делать?
Что делать, если нет друзей? Что делать, если ты один? Как быть, если все бросили? Как поступишь? Отомстишь всем? Или будешь держать боль в себе, пока она не разорвёт сердце изнутри? А, может, такого и не будет? Тогда ты везунчик, поздравляю... Но речь не о везунчиках. Знаете, как обидно, когда твоя жизнь рушится не из-за тебя, а из-за кого-то другого? Можете представить? Кому-то посчастливилось этого не почувствовать. А кто-то узнал эту боль на вкус — горькую, как пепел. Например, одна пятнадцатилетняя девочка…
Звали её Гертруда, сокращённо — Гера. Назвали в честь богини древнегреческой мифологии, покровительницы брака и семьи, потому что тогда её родители только поженились. Как иронично, что буквально через год отец решил покинуть семью, и мать осталась одна с ребёнком на руках.
Детство у Геры пролетело хорошо, а потому — незаметно. И вот она уже стоит на школьной линейке в красивом тёмно-синем сарафане, новых туфельках на невысоком каблуке и с двумя огромными бантами, которыми мама украсила две густые косы. Гера была рада, что в этот день мама рядом — обычно она всегда на работе. Иногда возвращалась так поздно, что девочка уже спала. Всё потому, что она — кардиохирург.
Девочка рассеянно смотрит по сторонам, пытаясь найти маму, которая отошла из-за срочного звонка. В руках Гера сжимает букетик для первой учительницы. И сразу что-то насторожило её в этой женщине. То ли ярко-розовые губы и синие веки, то ли лицо, улыбающееся ненастоящей, натянутой улыбкой, то ли странная, слишком броская одежда. При взгляде на неё девочка вспомнила злых тёть из магазина, которые ворчат на маму. Вроде улыбаются, а на самом деле — злые. «И учительница, наверное, такая же», — промелькнуло у неё внутри.
И Гера оказалась права. Прошла торжественная линейка, одиннадцатиклассники проводили ребят в классы. Первые три урока прошли спокойно, а на последнем подозрения девочки оправдались. Им раздали новые краски, ручки, карандаши, и дети должны были раскрасить картинку птицы. Гера очень любила рисовать и так увлеклась, что случайно задела стакан с водой. Через секунду она сидела вся мокрая, в луже с размытыми красками.
К ней тут же подлетела учительница и начала кричать прямо в ухо. Девочка расплакалась от страха и неожиданности, она даже не понимала, что происходит. «Ты просто хочешь, чтобы тебя пожалели!», — прокричала учительница. Прозвенел звонок, ребята начали собираться и перешёптываться, а учительница с силой засунула все вещи в рюкзак Геры и повела её к матери. Девочка тут же кинулась в её объятия. Взрослые ещё о чём-то говорили, но ей уже было всё равно. Она просто хотела поскорее вернуться домой и больше никогда не приходить в школу. Но увы — так нельзя.
На следующий день, со слезами на глазах, Гера всё же нехотя пришла в школу. И с этого момента каждый день становился для неё испытанием. В начальных классах у неё ещё был интерес к учёбе, она не была отличницей, но старалась. Позже желание учиться пропало совсем. И вот в пятом классе Гера окончательно ощутила себя чужой. Из-за плохих оценок начались насмешки одноклассников. Уже с третьего класса её почти не звали по имени — только «отсталая» или «эй, тупая». Девочка надеялась, что в средней школе это закончится, но издевательства лишь усилились.
Каждый день был как под копирку. Еле встаёшь утром, идёшь в ненавистную школу и терпишь «шутки». Это же так смешно — подставить подножку или опозорить перед всем классом. Учителя злятся, потому что учёбу ты запустила давно. Мама приходит домой уставшая и сразу ложится спать, а утром уходит раньше, чем Гера просыпается. Поболтать некогда, не то, что рассказать о школьных проблемах. Так продолжалось три долгих года — с пятого по седьмой класс. Но в восьмом в её жизни появился маленький лучик солнца во тьме. Им стала новая учительница русского языка и классный руководитель — Полина Николаевна. Ей было всего 24 года. Она только закончила вуз и пришла работать в школу неподалёку от дома.
Уже на третий день работы Полина Николаевна позвала Геру на дополнительные занятия. Она поняла, что девочке нужна помощь. Они сидели вдвоём в пустом классе. Обе стеснялись — учительница из-за того, что плохо знала класс, а Гера — потому что совсем ничего не понимала в русском. Полина Николаевна дала ей тест, чтобы определить её уровень. Девочка старательно писала двадцать минут, но осилила только программу четвёртого класса. Они начали со спряжений — темы, важной для всего дальнейшего обучения. И удивительно: хоть и не с первого раза, но без криков и упрёков Гера стала понимать! После урока учительница назначила следующий, а через две недели у них уже было чёткое расписание. Теперь Гера оставалась после уроков каждый понедельник, вторник и четверг. В перерывах они пили чай и просто разговаривали.
Так, незаметно, пролетело полгода. Девочка очень сблизилась с учительницей и в конце концов рассказала ей всё — про ненависть к школе, про издевательства одноклассников, про одиночество. Полина Николаевна стала помогать — ходила к другим учителям, чтобы замолвить словечко, и в первой четверти у Геры вышла тройка вместо двойки. Скоро у самой девочки появилась мотивация учиться, и к третьей четверти двоек почти не осталось. Но главная проблема никуда не делась — одноклассники. Им не нужен был повод, чтобы задирать её: то одежда не такая, то лицо слишком уставшее.
В классе была лидер — девочка Лера. Она недолюбливала Геру больше всех — то вещи в мусорку выбросит, то доведёт до слёз. В какой-то момент Лера заметила, что «отсталой» уделяют слишком много внимания. Ей, привыкшей быть в центре всеобщего восхищения, это не понравилось. И она стала настраивать класс против Геры ещё сильнее — подставляла перед учителями, наговаривала, делала гадости. Но Гера терпела. Она рассказывала обо всём только Полине Николаевне, а та тихо собирала информацию о Лере — ведь со стороны та казалась примерной ученицей.
В один холодный зимний вечер Гера решила после занятий не сразу идти домой, а немного прогуляться. Надела наушники, включила музыку и пошла куда глаза глядят. Вскоре она вышла на старую детскую площадку и села на качели — детей не было из-за мороза. Она медленно раскачивалась, думая о своём, как вдруг почувствовала сильный толчок в спину. В следующее мгновение она уже летела вперёд и ударилась головой об лёд. Последнее, что она успела увидеть, — это довольное лицо Леры. А дальше — только темнота…
Очнулась Гера уже в больнице, с гипсом на руке и давящей болью в висках. Ей повезло — проходившие мимо девочки из параллели увидели её, вызвали скорую и позвонили в школу. Одной из первых в палату вбежала Полина Николаевна. Она выглядела ужасно — растёртая тушь, растрёпанные волосы, огромные круги под глазами. Увидев, что Гера пришла в себя, она молча, крепко обняла её. Вскоре пришла мама — она работала в этой же больнице. «Мне всё рассказали, прости, милая, я не уделяла тебе внимания», — прошептала она, обнимая дочь. «Не всё, мама… — тихо сказала Гера. — Я не сама упала. Меня толкнула Лера». Женщины остолбенели. Полина Николаевна вскочила со стула: «Кто? Кто мог такое сделать?» — «Лера… — голос Геры дрогнул. — Я даже не знаю, за что. Я никогда ей ничего плохого не делала…». Мама снова прижала её к себе, и по их щекам потекли слёзы. Полина Николаевна вышла из палаты — нужно было позвонить.
Гере предстояло провести в больнице ещё две недели. Она спала, смотрела в телефон, отдыхала — это был её первый за долгие годы «отпуск».
На следующий день в школе уже все знали, что случилось, и кто виноват. Благодаря звонкам Полины Николаевны правда выплыла наружу. К Лере теперь никто не подходил, не здоровался. При её появлении все отворачивались и перешёптывались. Даже её подруги отвернулись, наконец поняв, какую боль все эти годы причиняли Гере. Лера осталась одна. Совсем одна. Она чувствовала на себе тяжёлые взгляды и понимала — теперь она на месте той, кого травила. Вся школа увидела её настоящее лицо. Теперь только её поступки могли что-то изменить. Теперь она сама задавала себе тот самый страшный вопрос:
«Что делать?»
_______________________________________________________
Дюбова Ульяна
Интервью с библиотекарем
Новогодние чудеса
-Виктория Андреевна, здравствуйте! Как вы будете отмечать Новый год?
- -Новый год долгожданный и необычный праздник, который отмечают все. Каждый год мы ставим ёлку, украшаем, готовимся и ждём какого-то чуда.
- Вы любите сказки? Если да, то какая у вас любимая ?
- Да, все мы когда-то были детьми, моя любимая новогодняя сказка «Морозко».
- Верите ли вы в новогоднее чудо?
- Да. Конечно верю, что под Новый год всё задуманное осуществляется и происходят чудеса.
- Какой бы вы подарок хотели?
- Я бы хотела, чтобы близкие были здоровы и счастливы. Это для меня подарок.
-Что для вас значит Новый год?
-Для меня Новый год-это встречи с близкими, родными, совместное празднование, радость общая.
- Какое ваше любимое новогоднее блюдо?
-Это холодец, салат под шубой.
-Какие фильмы смотрите под Новый год?
-«Один дома», «Ирония судьбы и с легким паром».
- Как будете отмечать Новый 2026 год?
- Отмечать будем дома, в семейном кругу.
-Что означает новый символ 2026 года?
-Думаю символ лошади любит трудолюбивых, целеустремлённых, смелых, решительных. Год Лошади принесёт удачу и везение.
________________________________________________________
Елисеева Анисия
Интервью с учителем
-Здравствуйте, Ольга Сергеевна, скажите пожалуйста учитель - это призвание или образ жизни?
-Мне кажется, это призвание и образ жизни. Поясню почему – это образ жизни, мы каждый день 24 на 7 думаем о своих учениках, что мы будем проводить на том или ином уроке, ещё кроме проверки тетрадей, очень много различных вопросов, которые постоянно приходится решать.
- Ольга Сергеевна, почему вы стали учителем?
-Ответ очень прост, давным -давно, в далекие школьные годы, я сказала, что никогда не буду учителем, ведь это очень сложная профессия. Был день самоуправления, а я была директором школы, уже Ольга Сергеевна. Вопреки всему, тот кто говорил больше всех , никогда не буду- -обязательно становится учителем, и сегодня я перед вами. О выборе не жалею, интересно работать с детьми.
-Что вдохновляет вас работать с учениками?
-Сами ученики, их горящие глаза, творческая натура, их знание, их даженезнание сподвигают на то, чтобы изучать новое и учить их чему -то новому.. -Вы постоянно совершенствуетесь , обучаетесь, как вы поддерживаете свои навыки и знания?
-С коллегами обмениваемся опытом, делимся своими наработками,помогаем советами, есть более опытные педагоги у нас школе, у которых стоит поучиться. Прохожу курсы повышения квалификации, просматриваю различные видеоролики, принимаю участие в семинарах, разных мероприятиях.
-Ольга Сергеевна, гордитесь ли вы своими учениками?
Конечно горжусь , потому что мои первые ученики в этой школе учатся уже в девятом классе. Когда я прохожу мимо них покоридору , я думаю, вот это- мой ученик. Когда я вижу например, ту же Женю Инчелько на сцене, душа трепещет, что я ее учила, радуюсь, как будто она -звезда какая -то. А сейчас учу и воспитываю первые классы, с каждым днем вижу изменения: как они растут , совершенствуются и у меня в душе -большая гордость за них .
-Ольга Сергеевна, как вы думаете, какая школа будет через 50 лет?
-Мне кажется, что наша школа будет еще лучше, красочней , ярче,
будет много всего интересного в плане компьютерной графики,новых технологий, станет более совершенней. Роботы может нас встречать будут, либо 3Д модели, всё будет супер.) Поэтому здесь, уже есть чему расти, поэтому самой лучшей школой, самой первой в России будет наша школа .
-Если бы вам пришлось стать ученицей нашей школы, кто был бы у вас любимым учителем?
-Сложный вопрос, наши учителя все хороши на самом деле, но если я была бы ученицей начальной школы, тонаверное самым любимым учителем была Ксения Игоревна Лазарева и Ольга Валерьевна Синицина. А если из старшей школы -это были бы такие учителя как: Ольга Алексеевна Юрьева, из математиков- Наталья Георгиевна Пермякова, потому что она похожа темпераментом на моего любимого учителя из моей школы.
- Какие советы вы можете дать ученикам, которые только начали свой путь в обучении?
-Никогда не сдаваться, верить в себя, быть счастливыми, не обращать внимание на неудачи, а на более позитивный свой опыт, гордиться собой, хвалить себя. Быть всегда образцом для самой себя, а не смотреть на одноклассников, только равняться с самим собой.
-Спасибо за беседу, Ольга Сергеевна!
-Всего доброго!
_________________________________________
Ермак Настасия
ЯБЛОНЕВЫЙ САД
Маленький Ванька оказался в чудесном зале. Пол был белым, как утренний снег, а высокие стены украшала лепнина. На ней виднелись фруктовые сады, танцующие нимфы и волшебные птицы. На потолках красовалась яркая фреска с изображением вековых деревьев, в густых кронах которых порхали звонкие амадины и разноцветные бабочки.
Зал заполняли магические существа. В невесомом вальсе кружили феи в ярких платьях, сотканных из свежих цветочных лепестков. На лютне, скрипке и флейте играли гномы в забавных треугольных колпачках. Их музыка лилась изящно и мягко, обнимая собой все пространство.
Ванька повернулся в сторону большого фонтана, от которого веяло свежестью и чистотой. Затем ему на глаза попался высокий мужчина в золотых доспехах, гордо восседающий на рыжем коне с длинной шелковистой гривой. Мужчина улыбался девушке, которая поразила разум Вани и затмила все остальное.
Высокая. На тонкой длинной шее лежалияркие голубыекамни, удивительно точно похожие на цвет ее глаз. Над головой, украшенной венком, суетились мотыльки и пушистые пчелы. Когда девушка проходила по залу, за ней тянулся шлейф ягодных ароматов. Свет сопровождал ее путь и каждый, кто находился в зале, отступал перед этим величием.Она скрылась в толпе, и Ванька очнулся. Он почувствовал укор разочарования и обиды, будто у него отобрали нечто чудесное. Он попытался догнать девушку, но издалека послышался голос мамы, нежно шептавший ему на ухо:
– Ванечка, вставай, пора в садик.
***
Иван окинул сад взглядом и представил, как здорово на его месте будет возвышаться развлекательный центр: пять этажей, большие окна и широкое мраморное крыльцо, по обе стороны от которого бьют фонтаны.
– Иван Васильевич!
Иван повернулся к бизнес-партнеру – молодому пухлому мужчине с кожаным портфелем в руках.
– Что?
–Я сделал все возможное: и деньги предлагал, и о планах наших рассказывал, но они против! – партнер достал из кармана платок и начал вытирать пот со лба.
– Говорил, что на крыше будет оранжерея? – спросил Иван и оперся о тонкий забор. – Не яблоневый сад, но…
– Да! – мужчина махнул портфелем в сторону жилых домов. – Молодежи сходить некуда, рабочих мест не хватает, а взрослые вцепились в этот сад!
Иван хотел поддержать напарника, но раздавшийся из ниоткуда хриплый смех заставил обоих замолчать. Они обернулись и увидели дряхлую старушку. На вид лет девяносто. Горбатая, с осунувшимся лицом и впалыми мутными глазами. Трясущимися руками она опиралась на потрепанную временем трость, а дырявая шаль из бараньей шерсти покрывала ее опущенные плечи.
– Вам рассказать, почему народ отказывается? – спросила она и повернулась лицом к ближайшей яблоне, любуясь ею, как любуется мать своим ребенком.
– Давайте лучше мы расскажем, от чего вы отказываетесь? – Иван раскинул руки, его губы растянулись в улыбке, которая уже давно стала для него «рабочей».
– Давно, – усмехнулась старуха и начала свой рассказ, – в детстве моей прабабки, на наш поселок свалилась беда. Наступил голод. Гады из соседнего села вытравили весь скот, что у нас был. А их спущенные псы перегрызли кур. Людям нечем было торговать и нечего было есть. Соседи считали, что теперь наши сельчанебудут покупать все необходимое у них, но они ошибались. Тогда и пришла идея с яблоками. Сад никому не принадлежал, а если никому конкретному – значит общий!Каждый, даже ребенок и безнадежный пьяница начали работать. Все привели в порядок: вырвали и вырубили сорняки, огородили деревья, укоренили саженцы, благодаря чему сад стал таким большим. Одни семьи собирали яблоки, другие делали из них сок, третьи пекли самые ароматные в мире пироги, четвертые изготавливали сухофрукты и пастилу.
Старуха повернулась к мужчинам и посмотрела на Ивана, в ее глазах читалась мудрость и вековая память.
– Благодаря этому саду моя прабабка осталась жива, она смогла построить семью и родить детей, и вот я, старая и седая, но стою перед вами. Он – символ жизни для наших горожан, но сейчас мало кто знает историю.
Старуха разочаровано махнула рукой и продолжила:
– Но даже так! Не сожрет ли вас совесть за уничтожение такой красоты?
Мужчины уставились на сад. Старуха не преувеличивала, он выглядел изумительно. Пышные яблони с крепкими стволами возвышались над ровным и чистым газоном. Солнечный свет бликами играл на светло-зеленой листве, из-под которой застенчиво выглядывали яркие красные яблоки.
Когда Иван начал собирать согласия жителей, он не ожидал, что будет столько протестующих. Даже пришлось продумать оранжерею на крыше, лишь бы они согласились! Сад хорош, но развлекательный центр, который так ласкал его воображение, будет в тысячу раз лучше.
Раздался громкий звонок телефона. Иван ответил, выслушал, радостно поблагодарил звонящего и сбросил, затем повернулся к партнёру и раскинул руки в стороны, ему хотелось обнять весь мир.
– Глава города дал разрешение!
– А как же люди? – поинтересовался партнер.
– Да что люди? Им всегда все не так.В двадцать первом веке живем, пора в ногу со временем идти, а не вспоминать события трехсотлетней давности!
Он повернулся к старухе, ожидая бурной реакции, но та лишь улыбнулась беззубым ртом. Иван почувствовал себя ребенком, который выдал глупую, наивную шутку.
– И вы ничего не скажете? – поинтересовался партнёр.
– Разве мое мнение что-то изменит? Я свою жизнь прожила, отдала саду детство и молодость, грустно лишь, ведь мы не смогли научить вас, что нужно уметь не только брать.
Старуха протянула сморщенную руку и сняла с ближайшего дерева спелое яблоко. Иван уже не слушал ее, он вытащил из кармана телефон и набрал номер. После звонка главы города все его мысли были заняты только вырубкой деревьев.
– Лесорубы будут через час, к утру здесь станет гладко, как на футбольном поле, – Иван повернулся и с облегчением осмотрелся.
На съемной квартире он оказался ночью. На улице разбушевался ветер, небо затмили тяжелые грозовые тучи. Этот день закончился его победой, наконец можно расслабиться и выдохнуть. Иван упал в кресло, но все его спокойствие улетучилось, когда он понял, что телефона в кармане нет. Сердце забилось словно вольная птица, заточенная в клетку. В этой металлической коробочке важные файлы, деньги и номера!
– Проклятье! – закричал он. – Видимо, старуха!
Иван схватил кожаный плащ и выбежал из квартиры. Злость закипала внутри него, заставляя тело дрожать, а ладони потеть. Десять минут, что заняла дорога до сада, показались вечностью.
Он въехал в сад и припарковался под ближайшими яблонями, испортив колесами идеальный газон. На территории орали бензопилы и трактора, рядом кричали бунтующие люди. Сжав руки в кулаках, Иван пошел к ним.
Прогремел гром. Струйки дождевой воды затекали под кожаный плащ и заставляли тело мерзнуть. Иван добежал до места, где разговаривал со старухой. Нужно найти ее, но где? Для начала он решил проверить в толпе бунтующих.
Ветер усиливался. Он кидал длинные кудрявые ветви деревьев из стороны в сторону. Иван всячески уклонялся от них, но все же несколько раз получил по лицу. Крупные яблоки с тупым шлепком падали на землю и будто издеваясь, поблескивали в ответ на каждое появление молний.
Иван запахнулся, но это не помогало спрятаться от холодного ветра. Сад выглядел мрачным и даже злым, совсем не таким, каким был днем.
– Злишься, да? – рявкнул Иван. – Недолго тебе осталось!
Яркая фиолетовая молния ударила совсем близко и ослепила Ивана.Он закрыл глаза руками и услышал грубый раскат грома, казалось, прямо над головой. Паника заставила бежать, искать укрытие. Вперед. Вперед! Он помнил, что где-то в глубине стояли беседки. Где они? В ушах появился назойливый писк, затем мимолетное чувство свободного падения и удар о твердый и холодный пол.
Шум дождя и ветра, крики людей и грохот от работы лесорубов стихли. По голове ударила непривычная тишина, исчез запах свежести и яблок. Иван осознал, что не чувствует под ладонями траву. Он поднялся на ноги и пригляделся. Пошатнулся, когда все вокруг поплыло.
– Что за…– прошипел он и замер осматриваясь.
Паника нарастала. По позвоночнику пробежала влажная скользкая дрожь. Сад пропал! Иван заметался по мрачному каменному залу в поисках ответа, затем забился в темный, сырой угол.
– Один… – он начал вести счет, это никогда не помогало, но психологи продолжали советовать, – два, три, четыре…
Восстановив дыхание и вновь оглянувшись, Иван понял, что ребенком уже бывал здесь. С его лба скатилась капля холодного пота и упала на каменный пол.
– Сон? – Иван тряхнул головой, ощущения на сон не похожи.
На смену панике вернулась злость. Иван поднялся на ноги и со всей силы ударил старый деревянный ящик, стоящий неподалеку. Тот развалился чуть ли не в пыль, нолегче от этого не стало. Послышались голоса в далеке, и Иванринулся вперед.
В его голове мелькали воспоминания, такие же размытые и нечеткие, как отражение в серой луже. Иван всегда считал произошедшее в детстве сном, но ощущения, которые испытывал тогда и испытывает сейчас, заставляли в этом усомниться.
Белые мраморные стены когда-то мерцали, а сейчас их покрывала грязь и плесень. От прежнего чувства теплоты и уюта не осталось ничего. Всюду, куда бы Иван ни шел и не сворачивал, воняло, как в старом погребе. Он всегда был чувствителен к запахам. Горькая тошнота тут же подступила к горлу, а во рту стала копиться слюна.
– Мы больше не в силах, – услышал Иван и с раздражением ускорился. Он был готов к разборкам и дракам, но вместо этого попал в небольшую комнату, погруженную в полумрак. В ней не было ничего, кромефонтанов, что давно уже высохли и покрылись жестким мхом бледного пурпурно-синего цвета. Раньше из них струилась чистейшая вода, брызги которой приятно осыпали кожу. Все изменилось, но почему? Иван опустил руки, его воинственный настрой начал таять.
– Мы же не можем просто взять и исчезнуть? – прозвучал мужской голос.
– Это зависит не от нас, – ответил нежный женский, вытащив Ивана из мыслей и заставив идти вперед.
Он пытался игнорировать разрушенные колонны, упавшие со стен картины, разбитые зеркала и скульптуры. Вскоре показалась большая дверь из красного дерева. Иван толкнул ее, и она со скрипом подалась вперед. За ней было темно и мрачно. Голоса стихли. Иван сжал руки в кулаках,ему сделалось не по себе, словно он бродил по кладбищу, из которого не мог найти выход.
Когда Иван неуверенно переступил через порог, перед ним открылась просторная комната. Окна прикрывали дырявые шторы. Посередине расположился круглый стол, заставленный пустыми вазами для фруктов. На стульях с высокими спинками сидело трое человек. Сначала Иван встретился взглядом с мужчиной лет сорока, одетым в сюртук синего цвета и жабо, пожелтевшее от времени. Рядом находилсячумазый мальчик лет десяти с растрепанными волосами.И девушка…
Взгляды всех троих привязались к Ивану, он же остановил свой на девушке. Над ее распущенными волосами, цвет которых сложно было определить, летали мухи, а на острых плечах переминались маленькие облезлые птички. На ней не было одежды, голое тело прикрывал сухой плющ, который крошился при движениях. Ее впалые глаза были серыми, а белки желтыми, как у заядлого курильщика. На мгновение Ивану показалось, что если он вновь закурит, то его обязательно стошнит.
Девушка указала на него пальцем с длинным обломанным ногтем. Жуки, сидящие на ее руке, испугались света и поторопились затеряться в остатках плюща.
– Ты, – голос нежный, словно игра на флейте. Иван понял, что уже слышал его.
– Я? – он осмотрелся по сторонам, затем сделал пару шагов вперед. В нос ударил смердящий запах гнили. Вонь исходила от девушки, но чем ближе Иван подходил и вглядывался в ее лицо, тем больше понимал, что она та самая богиня из его детства. Та, от которой он когда-то не мог оторвать взгляд, а потом еще год ее образ кружил в голове и был зарисован во всех детских альбомах.
– Как я сюда попал? Кто вы такие?
Девушка встала, на пол полетели части ее одеяния.
– Здравствуй, Иван.
Мужчина и мальчик поднялись следом за ней, и все трое отправились к тяжелой рыжей двериза их спинами. Она открылась мягко и бесшумно. В темную комнату ворвалась яркая дорожка света. Иван сощурился и пошел на него, наслаждаясь потоком свежего воздуха, который тут же начал ласкать его вспотевшую кожу. Он переступил порог и увидел небольшой кусочек того, чем было наполнено это место двадцать лет назад. Зеленые растения, цветы, пение птиц, фонтаны с чистейшей водой, мраморные стены и… пустота?
– Тут не было так пусто, что происходит? – прошептал он и уставился на мужчину в желтом жабо.
– Ты был тут давно, – ответил тот, – с тех пор многое изменилось.
– С тех пор изменился ты! – выкрикнул мальчик. – Ты во всем виноват!
Сердце Ивана сжалось от неожиданности и удивления. Он жил своей жизнью и навредить этому месту не мог.
– В твои двенадцать лет… – сказала девушка, отгоняя от лица мух.
– Умер мой отец! – перебил ее Иван.
Этот разговор пробудил горькие воспоминания о событии, которое перевернуло все.
– Да, – согласилась она, – и ты начал себя уничтожать:сигареты, алкоголь и наркотики стали постоянными спутниками. Я уже не говорю про дорогу воровства и обмана.
– Что? – Иван сжал руки в кулаках, раздражение нарастало в нем снежным комом. – Я занимаюсь успешным бизнесом,мои развлекательные центры имеют огромную популярность!
– Население городка, который ты сейчас изводишь, составляют пенсионеры и дети! – проговорил мужчина в жабо. – Считаешь, они мечтали о том, чтобы променять шикарный яблоневый сад на бары и караоке?
Иван почувствовал себя вымотанным. Кислорода стало не хватать, грудь сжимало. Оппоненты продолжали заваливать упреками. Голова закружилась, и он оперся о холодную каменную стену позади.
Спокойной казалась только девушка. Она смотрела, как на дереве резвятся амадины, и молчала. В этом молчании Иван почувствовал что-то страшное и до тошноты горестное.
– Ты губил нас с каждым днем! – не унимался мальчишка.
Иван закрыл уши руками и начал считать до десяти. Один…два… Не помогало! Раздражение, злость и страх смешались внутри него. Колени задрожали. Ему хотелось кричать, но он молчал.
– Ты не успешный бизнесмен, Иван, – наконец произнесла девушка. Ее спутники тут же умолкли. – Такая жизнь – не успех, пойми.
– Почему вы возомнили, что можете указывать мне?– разозлился Иван, оторвался от стены и прошёл вперед, раздавливая ботинками сидящих на подорожнике улиток. – Я выживал. Мы с мамой остались одни! Как еще подростку добыть хорошие деньги?
– Не лги себе! – крикнул мужчина и топнул босой ногой. – Ты получал удовольствие от своей вседозволенности.
– Когда рождается ребенок, – голос девушки звучал слишком спокойно на фоне колотящегося сердца Ивана и ее возбужденных спутников, – с ним рождается и маленький мир.
– Мы часть твоего мира, – горестно подловил мужчина.
– Это все, – девушка указала пальцем за дверь. – Отражение тебя самого, каждого твоего поступка, действия и принятого решения. А маленькая комнатка, в которой мы находимся – это то, что осталось в тебе хорошего.
Наступила тишина, даже птицы сели на ветви и замолчали. Глаза девушки блеснули голубым, цветом, которым Иван когда-то был очарован.
– Глупо с нами спорить… спорить с собой, – продолжила она.– Я олицетворяю твое взаимодействие с природой.
Иван уставился в пол и напрягся всем телом.
– Посмотри, что ты сделал со мной!
Он вздернул подбородок и уставился на нее, стараясь сохранять безразличие на лице. В голове пытались сойтись два образа. Первый, что находился прямо перед ним –убогий, выцветший и смердящий. Второй, из прошлого – благоухающий, как прекрасная белая роза.
– Сбитые на автомобиле животные, подстреленные ради забавы воробьи, выжженные леса…
– Хватит! – рявкнул Иван, – надоела!
– Как считаешь, останется ли после меня хоть что-то, когда яблоневого сада не станет?
Иван запустил руку в светлый густой волос и тяжело задышал. Но потом встряхнулся и раздался громким смехом.
– А, ну понятно! Вы, жители этого городишки, решили заставить меня бросить стройку! А я уже чуть с ума не сошел.
– Ты всегда врал себе, – еле слышно ответил мальчик и безнадежно махнул рукой.
– Бред! – воскликнул Иван, развернулся и распахнул дверь. Его нога запнулась о тонкий порог, и он полетел вниз.
Снова падение. Руки погрузились в мокрую землю, дышать стало легко и приятно. Иван перевернулся и упал на спину. Все его тело задрожало от радости. Чем бы случившееся ни было – все закончилось!
Сад утопал в ночи. Ливень бил по яблокам, листьям и лицу Ивана. Свежесть наполняла его легкие, и вставать не хотелось…
Телефон нашелся под сидением автомобиля. Иван громко выругался и поехал домой. Всю ночь он не спал, уговаривая себя, что это была чья-то глупая шутка, такое не может быть правдой. И даже спустя целый год, когда он стоял перед новым развлекательным центром и чувствовал, как внутри него умерло нечто важное, продолжал себе лгать.
__________________________________________________________________
Ермолова Юлия
Путь света
В мире, где тени сплетают узоры,
Где каждый шаг — это выбор судьбы,
Мы ищем ответы, мы ищем опоры,
Сквозь вихри сомнений, сквозь шёпот молвы.
Жизнь — как река, что течёт без возврата,
Волны уносят вчерашние сны.
Но в каждом мгновенье — свет и награда,
Если сумеешь найти их средь тьмы.
Мы строим замки из хрупких надежд,
Кладем кирпичи из мечтаний и грёз.
Бывает, чтобуря срывает наш нежный покров,
И рушатся стены, будто их ветер унес.
Но в руинах всегда прорастает росток,
Новый шанс, новый путь, новый вздох.
И снова мы встанем, и снова вперёд,
Сквозь боль и усталость, сквозь страхи забот.
Любовь — это свет, что ведёт нас во мгле,
Тепло, что согреет в холодный рассвет.
Она не всегда проявляется в слове,
Она — в тишине, она на готове.
В касании рук, в улыбке без слов,
В том, как ты рядом, как ты снова готов
Принять все изъяны, все трещины души,
И всё же любить, несмотря на грехи.
А время бежит, неумолимо, как река,
Забирает следы, оставляет года.
Но в памяти живы и смех, и тоска.
Но каждый из нас — это целый мир,
Со своими болями, своими высотами,
С надеждами, что не погаснет эфир.
Так пусть же в пути, среди бурь и теней,
Ты найдёшь свой свет, свой тихий причал.
Пусть сердце не знает холодных дней,
А душа не устанет искать идеал.
Ведь жизнь — это дар, это шанс, это вдох,
Это песня, что льётся сквозь тысячи лет.
И если ты веришь, если ты жив,
То с каждым мгновением —будь бережлив.
______________________________________________________
Кислякова Софья
Портрет моего края
Портрет моего края – для меня это, прежде всего, образ моего родного и любимого города, в котором я родилась и выросла, нашла школьных друзей и начала познавать себя.
Город Заречный Пензенской области необычный! Не каждый может попасть в него, потому что это закрытый город. Он возник в 1958 год, как говорится в Энциклопедии города. Его строительство началось вместе с возведением огромного завода оборонного значения. Сегодня это производственное объединение “Старт” – одно из самых крупных предприятий всех “атомных” городов.
Для создания портрета города Заречного, по-моему, лучше всего подойдёт техника коллажа, состоящего из нескольких значимых графических элементов. Очертания заводских корпусов “Старта”, возвышающихся среди городского ландшафта, займут в моём коллаже центральное место.
А к заводу устремляется аллея Новых созидателей – с портретами тех зареченцев, кто не просто трудится на своих рабочих местах, а делает что-то значимое для развития города. Это инженеры и врачи, педагоги и строители, водители и работники коммунальной службы, участники СВО. Все они своим трудом прославляют родной город. Это гордость Заречного.
Аллея созидателей ведёт от завода к городскому музею, где бережно хранится история города, память о воинской славе зареченцев – участников Великой Отечественной войны. В музее есть место и для современных экспозиций, выставок. Здесь кипит культурная жизнь, поэтому музей со своими высокими деревянными башенками на входе обязательно займёт своё достойное место на моём коллаже.
Не могу пройти мимо ещё одного красивейшего уголка Заречного – фонтанной площади Дворца культуры “Современник”. Его белое светлое здание возведено в 60-ые годы прошлого века, а рядом бьёт огромный светомузыкальный фонтан. Это особенное гидросооружение по форме напоминает один из элементов герба города Заречного – бабочку. Её крылья складываются из орбит, по которым движется атом. И вот в этих очертаниях бьются высокие струи фонтана под музыку и световое оформление. Какое это диво!
Есть ещё в Заречном исторический центр города – площадь Ленина с уникальным бронзовым памятником. Это дань истории страны и место, где проходят масштабные городские праздники: День города, Парад Победы.
Путь с площади Ленина ведёт к Обелиску Победы и Вечному огню – священному месту для всех горожан. Зареченцы бережно передают из поколения в поколение память о Великой Отечественной войне. На пост номер один у Обелиска Победы горожане в начале мая заступают семьями – родители и дети, преисполненные гордости за своих предков, победивших в 1945-м году гитлеровский фашизм.
Обелиск Победы с застывшими в молчании зареченцами у Вечного огня, как и памятник Ильичу, обязательно займут своё место в коллаже о Заречном. Это символы истории, памяти о ней.
Я очень хочу видеть на моём коллаже здание родной школы – №220, хотя она не единственная в городе. Всего их шесть, есть также гимназия и лицей. Но пусть моя школа станет символом образования в городе – ему в Заречном уделяется большое внимание. Для учёбы и развития будущих зареченцев создаются все условия.
Символом этого может также стать Дворец творчества детей и молодёжи. Это современное название учреждения, но по сложившейся в городе традиции, все называют его Домом пионеров. Он был открыт в 70-ые годы прошлого века. Несколько поколений зареченцев занимались здесь в кружках и секциях и сохранили самые добрые воспоминания о своих детских годах. Сегодня в Доме пионеров представлены все направления дополнительного образования для школьников: вокал и хореография, прикладное творчество, туризм и музейное краеведение, журналистика. Здесь занимаются школьники – участники детских движений. Дворец творчества, он же Дом пионеров, – символ подготовки юных зареченцев ко взрослой жизни, развития их талантов.
Мой коллаж о родном городе не обойдётся без удивительного и неповторимого памятника пропуску. Так как город закрытый, чтобы попасть в него, каждый житель должен пройти через КПП – контрольно-пропускной пункт и предъявить пропуск. Вот и памятник пропуску представляет из себя привычную сцену на КПП. Человек в военной форме вежливо останавливает мышонка, пытающегося пройти мимо него без пропуска. Судя по котомке за спиной, мышонок явно собирается в город на жительство. Но вряд ли у него это получится! Памятник – достопримечательность города. Взглянуть на него хотят все гости города.
Часть коллажа обязательно займёт пейзаж с Лесным прудом, который располагается в черте города и является ещё одним красивейшим местом, где зареченцы любят отдыхать. Они заботятся о состоянии пруда. Когда его гладь затянули летом зелёные водоросли, горожане вместе с главой города вышли на расчистку пруда и освободили его от вредных растений. В пруд запустили рыб. Обновили сооружение “Маяк” на водной глади. И Лесной пруд вновь стал местом притяжения для всех.
О природе в городе заботятся. Заречный возник среди лесов, и они до сих пор сохраняются. Пусть очертания лесного массива станут обрамлением всего моего коллажа.
Найдётся место и для лосей, что часто беспрепятственно выходят из леса в город, потому что эти животные привыкли гулять по своим лосиным тропам. Горожане привыкли к лосям и относятся к ним с пониманием.
Среди вершин высоких сосен пусть обязательно на коллаже будет виден купол большого городского храма. Зареченцы построили его на народные деньги в честь преподобного Серафима Саровского. Храм – радость и гордость для всех верующих людей, которые живут в городе своей духовной жизнью. И таких людей в Заречном немало. Колокольный звон часто слышится по округе. Пусть он и будет своеобразным сопровождением для всего изображённого на коллаже.
Невозможно вместить в коллаж все значимые места в городе, но всё же портрет Заречного перед вами. Это мой любимый, родной город, в котором часто среди людей звучит один слоган: “Город, в котором хочется жить!” Приезжайте в гости и убедитесь в этом сами!
___________________________________________________________________
Козлов Тимофей
Тихая сила
О героях часто говорят громко — им вручают награды, о них пишут в новостях. Но есть и другие герои — тихие, скромные, незаметные со стороны. Они не носят форму и не ждут аплодисментов, но именно их труд каждый день работает на благо Родины. Такие люди воспитывают не просто учеников, а будущих граждан, помогают сделать первый шаг, поверить в себя и выбрать верный путь. Моим таким героем стала моя первая учительница — мой наставник, Горохова Юлия Геннадиевна человек, без которого моя дорога в жизни могла бы сложиться совсем иначе. Вот уже девять лет я изо дня в день чувствую её поддержку и смело шагаю вперёд по дороге, полной интересных конкурсов и олимпиад.
Нашу первую встречу я помню так, как будто она была только вчера. Накануне первого сентября, когда я должен был отправиться в первый класс, мама пошла помогать наводить порядок в нашем будущем кабинете. Она взяла меня с собой и сказала, что я увижу свою первую учительницу. Я волновался и переживал, понравлюсь ли я ей, понравится ли она мне, какие у нас сложатся отношения, и вообще, что ждёт меня там, в этой школе. В итоге, когда мы поднялись в класс, я быстренько спрятался за дверь. Юлия Геннадиевна нашла меня там, и мы с ней разговорились. Все страхи о школе сразу пропали, и мне захотелось, чтобы скорей началась учёба.
С самых первых дней в школе мой наставник поддерживал меня в учёбе, говоря, что я многое могу, что надо не бояться пробовать и проявлять себя. Тогда я делал только первые и робкие шаги, у меня не было уверенности, мне не хотелось подвести учительницу, которая так в меня верила. Но я набирал побольше воздуха в грудь и принимал участие в том, в чём она мне предлагала.
Уже осенью случился мой первый конкурс чтецов. Я учил стихотворение изо всех сил. Мы репетировали его с Юлией Геннадиевной, и в своём классе у меня получалось замечательно его рассказывать, но когда я вышел перед жюри, меня как будто парализовало, я дочитал его, не забыл, но понимал, что это провал. Мне было страшно посмотреть в сторону своего учителя, я думал, что меня будут ругать, что она злится, но украдкой я всё же взглянул в её сторону — и опять сразу все волнения отступили. Моя учительница смотрела на меня с такой добротой, что я почувствовал: она переживает за меня не меньше, чем я сам. После этого конкурса Юлия Геннадиевна не забыла про меня, не отвернулась, не выбрала другого ученика на следующий конкурс. Мы многое обсуждали, она рассказывала множество историй из своей жизни и жизни своих учеников: «Тимофей, ты думаешь, я всегда была такой разговорчивой и смелой?» или «Был у меня ученик Саша, он тоже сначала не мог выступать перед публикой, а потом знаешь как раскрылся!» или «Тимофей, ты очень артистичен, используй свой дар».Благодаря нашему общению во мне росла уверенность, что и я тоже всё смогу и у меня тоже всё получится! Конечно, надо прикладывать усилия, но мысль «я не могу» надо прогнать сразу. И ещё две важные мысли, которые я усвоил тогда. Первая: «Я такой не один, не только меня посещают такие мысли». И вторая: «Проиграть не страшно, меня не будут за это ругать, а помогут сделать выводы и получить опыт». Позже мы с Юлией Геннадиевной участвовали в разных проектах: выступили и победили на конкурсе проектных работ «Леонардо», дошли до финала в чемпионате по кулинарному мастерству, побеждали в конкурсе чтецов и многих-многих других.
Оглядываясь назад, я вижу, какой большой путь мы прошли вместе и какую большую работу проделал мой наставник. Изначально я был зажатым, неуверенным в себе, боялся говорить, боялся выступать на публике, и, если бы не она, я бы так и остался со всем набором этих комплексов. Она делилась со мной своим опытом, никогда не сердилась и не ругалась, и я старался сделать всё возможное, что зависело от меня. Я старался принести победу в конкурсе как благодарность за все её вложения в меня.
Самое главное, что дал мне мой наставник, — это вера в себя. Юлия Геннадиевна верила в меня и мой успех, и я ни разу её не подвел. Она всегда находила время для меня, если надо, мы встречались в её выходной день и готовились к конкурсам, я прислушивался к её советам, опыту и вносил изменения в работу. На защите она тоже всегда была рядом, её поддержка для меня была всегда очень важна.
Я научился позитивно смотреть на этот мир, даже из поражения извлекать пользу и опыт, не сдаваться и идти дальше. Она научила меня не бояться публичных выступлений.
Я стал старше, на многие вещи смотрю уже по-другому, но, как и прежде, я в восхищении от своего наставника, от того, сколько в ней энергии, идей, позитива. Её обычный рабочий день начинается с занятий в школе, она всю себя отдаёт своему классу. И даже вечером, оказавшись дома, она консультирует тех, кто сегодня не был на занятиях. Если есть вопрос, она всегда найдёт время для тебя, и вместе с ней ты обязательно найдёшь ответ. А ещё она очень любит путешествовать по России и посещать театр. Благодаря Юлии Геннадиевне наш класс побывал во многих интересных местах на экскурсиях, и у нас были самые шикарные театральные постановки на праздники!
Да-да! Не только учёба и конкурсы остались в моей памяти. Было много других классных моментов. Один из них — это первый новый год, который мы отмечали вместе. Учитель придумала тему праздника — путешествие по странам. Мы разбились на группы, мне досталась Италия. Я подумал: «Сейчас мне придётся учить какую-то скучную информацию…». Но тут Юлия Геннадиевна спрашивает: «А сможешь приготовить кастрюлю спагетти на весь класс?» О да, конечно, смогу! А ещё она познакомила нас с итальянской музыкой и подобрала каждому шикарный образ! Это было действительно ярко и интересно! Но самое незабываемое — э то её образ, который мы увидели только в день праздника. Я не мог поверить, что это она… очень реалистично получилось и зажигательно! А как она танцевала вместе с нами на наших дискотеках!
Своему наставнику я обязан многими победами в олимпиадах и конкурсах. Она мне открыла этот мир, без неё я бы и не попробовал, и не узнал, что могу.
Вот лишь некоторые уроки, которым она меня научила:
1. Не бойся ошибаться, бойся не попробовать.
2. Мечтай, ставь цели и иди к ним, хоть маленькими шажками, но главное — двигайся вперёд.
3. Возможно достичь любой высоты, вопрос только, сколько на это уйдет времени и старания.
4. Ты можешь всё! Верь в себя и никогда не сдавайся.
Она заложила во мне тот фундамент, который позволяет двигаться дальше и брать новые вершины. И за её труд, её веру я безгранично ей благодарен. Я уже давно ученик средней школы, вокруг меня много других учителей, но никто никогда не займёт её место в моём сердце. Если у меня будут какие-то сложности, я знаю, к кому я обращусь за помощью, кто никогда не отвернётся и всегда протянет свою руку. И я очень благодарен судьбе, что в моей жизни есть такой человек.
___________________________________________________________________
Лабазанова Садия
«ПРИГЛАШАЮ В ГОСТИ»
ЭКСКУРСИЯ ПО РОДНОМУ КРАЮ.
Дагестан для меня — это не просто место на карте, это моя Родина, мой дом, моя часть души. Здесь живут люди с богатой историей, с древними традициями, которые передаются из поколения в поколение. Каждый раз, когда я возвращаюсь сюда, у меня внутри просыпается особое чувство — чувство уюта, спокойствия и гордости за свою землю.
Много лет назад, когда я была маленькой девочкой, я впервые почувствовала, что Дагестан — это сердце Кавказа. Его горы словно обнимают нас, защищая и храня наши тайны. Высокие вершины, покрытые снегом, будто стражи наших сел и городов, наблюдают за каждым, кто сюда приходит. В этих горах хранится огромное количество легенд и сказаний, они словно сплетают наши судьбы в единое целое.
Мой родной город— это маленький, но очень самобытный мир. Здесь все знают друг друга, все уважают свои обычаи и традиции. Каждое утро начинается с приветствия, с добрых слов и улыбок. У нас есть свои ремесла: мы ткём ковры с узорами, которые рассказывают о нашем прошлом, шьём национальные костюмы, каждый из которых — как произведение искусства. В деревенских дворах учимся готовить национальные блюда: хинкал,чуду, лепёшки — всё это передается из поколения в поколение.
Хинкал — это изыскательное и душевное блюдо, олицетворяющее богатство дагестанской кухни и гостеприимство народа. Это аппетитные крупные куски теста, нежные и мягкие, словно облако, которые обычно подают с ароматным мясным бульоном, сочным мясом и густым йогуртом. Каждая порция — это не просто еда, а настоящее гастрономическое путешествие, наполненное историей и традициями многонационального Кавказа. Хинкал объединяет и радует сердце каждого, кто его пробует, становясь символом теплого домашнего уюта и дружеского праздника.
Чуду — это не просто блюдо, а истинное сокровище кавказской кухни, олицетворение гостеприимства и тепла нашего народа. Это ароматное, насыщенное мясное рагу, приготовленное с любовью и мастерством, в котором сочетаются богатство приправ, свежесть овощей и душевная щедрость хозяина. Чуду — это сердце кавказского стола, блюдо, объединяющее семьи и друзей за большим добрым столом, наполняющее дом ароматами и душевной теплотой. Каждый укус пробуждает в сердце силу и гордость за богатое наследие наших предков.
Лепешки — это неотъемлемая часть дагестанской культуры и гостеприимства, символ тепла и уюта в каждом доме. Тонкие, ароматные и золотистые, они испекаются из особого теста, пропитанного традициями и любовью хозяев. Эти лепешки — это не просто хлеб, а настоящее произведение искусства, которое сопровождает каждый прием пищи, объединяя за одним столом всю семью и гостей. Они наполняют дом ароматом свежести и тепла, создавая атмосферу радости и дружбы. В каждой порции — история народа, передающаяся из поколения в поколение, и искреннее желание дарить тепло и угощение своим близким.
Люди в Дагестане — очень гостеприимные и отзывчивые. У нас принято приглашать гостей в дом, угощать вкусной едой и делиться последним. В каждом доме царит тепло и уют, даже если за окнами бушует метель или льёт дождь. Здесь ценят честность, дружбу и уважение к старшим. Мы сохранили свою культуру, свою речь и свои песни, которые звучат на свадьбах, праздниках и в будние дни.
Давайте я расскажу подробнее про традиции и ценности своей республики.
Дагестан богат песенными жанрами, такими как лезгинка – популярный народный танец и музыка. Музыкальные инструменты, например, дойру и ханчир, используются для исполнения народных мелодий, передающих историю, бытовые сцены и духовные ценности народа.
Национальная одежда отличается яркостью и богатством украшений. Мужчины носят папаху, длинную кафтан и тюбетейку, а женщины — яркие платья и головные уборы с вышивками. Костюмы подчеркивают социальный статус, возраст и регион проживания.
Традиционная кухня включает блюда из мяса, например, шашлык, и множество лепешек и лепешечных пирогов, таких как мамалыга. Особое место занимает чай с пряностями, который пьют на больших семейных и праздничных собраниях.
Дагестанцы славятся своей гостеприимностью. Приглашению в дом всегда сопровождается угощением, а гостя встречают с радушием и заботой. Традиционно в доме устраивают застолье, совмещая его с важными семейными и общественными событиями.
Почитание старших, уважение к семье и гостеприимство — важнейшие элементы культуры. Многие традиции связаны с местными обычаями и религиозными убеждениями, поддерживая гармонию и взаимопонимание в обществе.
Множество друзей и родственников я узнаю на городских рынках, где звучит гул голосов, смешиваются запахи специй, свежей зелени, фруктов и орехов. Там я чувствую себя частью большой и дружной семьи. Эти места — сердце дагестанской жизни, и каждый, кто сюда приехал впервые, обязательно почувствует особый ритм, особый дух — ту самую энергию, которая делает наш край уникальным.
В нашей культуре огромную роль играет религия — ислам — он наполняет наши сердца добротой, милосердием и уважением к другим. В мечетях мы собираемся на молитву, и эти моменты помогают нам чувствовать единство и духовную силу. Праздники и свадебные обряды — это настоящие театры жизни, где каждая деталь наполнена смыслом и историей.
Я горжусь своей историей, своими предками, которые прошли через трудности и сохранили нашу культуру. Каждый камень, каждая горная тропа, каждая песня — всё это часть меня, моей души. И я искренне желаю, чтобы наше богатство — наши обычаи, язык, традиции — оставались живыми и передавались новым поколениям.
Дагестан-республика бескрайних гор, изящных водопадов и древнейших сооружений.
Познакомимся с ними поближе? Поехали!
Начинается экскурсия по республике, олицетворяющей красоту природы нашей страны!!
Первое место, которое мы посетим — это Бархан Сарыкум. Представьте себе бескрайние пески, простирающиеся на километры, где золотистые дюны меняются под воздействием ветра, создавая невероятные фигуры и миражи. Бархан — это настоящий символ пустынных пейзажей Кавказа, место, которое словно переносит вас в другую эпоху, будоража воображение и вызывая желание прогуляться по его волшебным вершинам.
Далее мы отправимся к Салтинскому водопаду — это природное великолепие, спрятанное среди горных лесов. Водопад сияет, словно сливаясь с небесным дождем, разбиваясь о скалы с ревом и захватывающим видом. Его шум и силуэт вдохновляют и наполняют силой природной энергии — идеальное место для тех, кто любит не только красоту, но и искреннюю мощь природы.
Следующая остановка — Сулакский каньон, один из самых глубоких и масштабных каньонов в Европе. Его величественные скалы достигают высоты до 3000 метров! Прогулка вдоль края этого гигантского разлома оставит вас без слов, а виды на реку Сулак, протекающую внизу, навсегда останутся в сердце. Здесь ощущается предельная сила природы и бескрайняя красота горных ландшафтов.
Теперь познакомимся со Водопадом Тобот — тихое, уединенное место в сердце Дагестана. Его мягкое журчание и необычные формы воды создают особую атмосферу покоя и умиротворения. Это идеальное место для отдыха души и тела под звуки природы.
Перейдем в Самурский лес — это лесное царство, где возрастные деревья тянут ветви к небу, а воздух наполнен ароматом хвои и свежести. Здесь можно прогуляться по тропинкам, насладиться тишиной и вдохнуть чистый воздух, наполняющий вас бодростью и энергией.
Особое место занимает Гамсутль — древний горный аул, который считается одним из самых высоко расположенных населенных пунктов Кавказа. Его каменные дома, узкие улочки и богатая история переносят нас в прошлое, где жили герои, защищая свои земли. Гамсутль — это настоящий музей под открытым небом, живой свидетель богатой культуры и духа народа.
Следующая остановка — Чох — небольшой, но очень красивый аул, окруженный горами и скалами. Его живописные виды, чистый воздух и традиционная архитектура создают атмосферу настоящего уединения и гармонии с природой.
В Дагестане есть множество городов и крепостей, сохранивших уникальную историю Дагестана. Город Дербент-один из древнейших городов мира! Его знаменитая крепость Нарын-Кала- величественное сооружение, которое хранит тайн и легенд.
Не менее интересны города, где сохранились традиции, ремесла и архитектура.
Например, Махачкала-современный город с богатой историей,где сочитаются древние памятники и современные здания . Здесь вы почувствуете дух Дагестана-гостеприимный и яркий!
Дорогие путешественники, каждая из этих достопримечательностей — это не просто места, а яркие памятники природы и истории, оставляющие незабываемое впечатление и наполняющие сердце вдохновением.
Я люблю свой край за его богатство, красоту и многогранность. Каждое место в Дагестане — часть моей истории, моей жизни. Я горжусь тем, что Родина подарила мне такие удивительные достопримечательности, и всегда буду стараться сохранить и приумножить её богатство.
____________________________________________________________
Милана Мухаметдинова, Халтубаева Аюна
Интервью
Праздничное интервью с директором Образовательного комплекса «Лесной» Третьяковой Александрой Михайловной
-Александра Михайловна, здравствуйте! В преддверии дня учителя мы поздравляем вас с наступающим праздником и с вашего разрешения хотим задать несколько вопросов.
-День учителя для вас особенный праздник?
-Да безусловно. Для меня – этоособенный праздник. Вся моя жизнь связана с этой профессией. В этот день всегда царит праздничная атмосфера, проводится день самоуправления. Единение детей и учителе, празднование доставляет особое удовольствие.
Александра Михайловна, вы директор нашего Образовательного комплекса, чтобы вы пожелали своему коллективу накануне Дня учителя?
-Своим дорогим и любимым коллегам я бы пожелала благополучия в семье, хороших учеников, которые будут радовать своими результатами, своими победами и достижениями.
-Помните ли вы своих первых учеников, можете ли вы привести пример, воспоминания об ученике, которым гордитесь?
-Своих первых учеников я очень хорошо помню. Когда в двадцать два года пришла работать учителем информатики в одиннадцатый класс, где были уже взрослые дети, выше меня ростом было сложно и интересно. Совсем недавно встретила свою ученицу, которая вначале меня не узнала, столько времени прошло. Но хочу сказать, что встречи всегда приятны и доставляют огромное удовольствие.
-Что самое сложное и приятное в вашей работе?
-Самое главное- научить детей, сложная задача- научить своему предмету. Самое приятное, что спустя годы дети говорят: «Спасибо.. Спасибо за то, что вы сделали, за то, что вложили. Поэтому, ,когда ты видишь результат, это и есть –самое приятное.
Учитель является ориентиром в формировании личности ребенка. Согласны ли вы с этим выражением?
-Не совсем я согласна с этим выражением, но конечно же, основой воспитания является семья. Учитель оказывает влияние на личность каждого ребёнка, поэтому влияние школы, самой личности учителя велико.
-Какими качествами должен обладать учитель и как это качество влияет на ученика?
-Любой человек, неважно, учитель -он или нет должен обладать качествами, которые сделают его лучше, профессиональнее в своем деле. Но учитель-это человек, который обладает огромным терпением и огромной любовью к делу, которую он выполняет.
-Александра Михайловна, спасибо вам за беседу! С наступающим праздником!
______________________________________________
Сороковых Алиса
Александр Покрышкин –
Герой Великой Отечественной войны 1941 -1945 годов
Александр Иванович Покрышкин — легенда авиации Великой Отечественной войны. Этот прославленный военный лётчик внёс огромный вклад в развитие истребительной авиации, разработав уникальные тактические приёмы воздушных боёв.
Родился Александр Покрышкин в рабочей семье в Новосибирске. Интерес к авиации проявлял с детства, самостоятельно изучая технику полётов. Военную карьеру начал простым рабочим, позже окончил аэроклуб и военно-авиационную школу, став профессиональным военным лётчиком.
Великая Отечественная война застала Александра Покрышкина уже опытным офицером ВВС. Впервые прославившись летом 1941 года, он участвовал в первых крупных воздушных сражениях с немецкими люфтваффе. Покрышкин проявил себя как талантливый и дерзкий лётчик, который постоянно совершенствовал своё мастерство.
Александр Иванович разработал собственную систему ведения боя, получившую название "Кубанская школа воздушных боёв". Среди нововведений были методы командной работы в воздухе, особые манёвры захода на цель и нестандартные способы уничтожения самолётов противника. Благодаря этому советские пилоты стали успешнее вести воздушные сражения, одерживая победы над численно превосходящим противником. Александр Покрышкин никогда не останавливался на достигнутом, постоянно совершенствовался. Он первым среди лётчиков установил на своём самолёте автоматическую фотокамеру, позволяющую фиксировать уничтожение самолётов противника и оперативно получать подтверждение заслуг перед командованием. Позже эта практика была внедрена повсеместно.
За годы войны Александр Покрышкин совершил около тысячи боевых вылетов. Лично и в группе сбил более 56 немецких самолётов. Покрышкин по праву заслужил право называться «асом».
За исключительные заслуги Александр Покрышкин был трижды удостоен звания «Герой Советского Союза». Также ему было присвоено звание маршала авиации.
После окончания войны Александр Иванович Покрышкин продолжил военную службу, занимая высокие должности в ВВС СССР.
Имя Александра Ивановича Покрышкина символизирует мужество и профессионализм. История его жизни и боевого пути служит ярким примером того, каким должен быть настоящий защитник Отечества - уверенным, изобретательным и готовым идти на любые жертвы ради общего дела. Память о великом авиаторе сохраняется в сердце каждого россиянина, подчёркивая важность исторического наследия и необходимость воспитания молодёжи в духе патриотизма и служения Отечеству.
___________________________________________________________________
Хайрова Наира
Надежда
В одной маленькой снежной берлоге, укутанной тишиной и холодом, жила белая медведица. Совсем недавно она стала матерью. Её медвежонок был ещё совсем крошечным, беспомощным комочком тепла, но её любви и заботы хватало на целый мир. Прошло несколько месяцев, и пришла пора учиться жить по-настоящему. Медведица и её сын впервые вместе вышли на охоту.
Мать наставляла его тихим, воркующим голосом, который знал только он:
- Не отходи далеко и не отвлекайся, а то потеряешься. Будь внимателен - иначе тебя могут у меня украсть.
- Хорошо, мама, - послушно отвечал медвежонок, прижимаясь к её густой шерсти. - Я буду очень внимательным и всегда буду рядом.
В первый день он и правда не отходил от неё ни на шаг, старательно копируя каждое движение. Но мир был так велик и интересен! Вскочившая из полыньи рыбина, переливающийся лёд, странные птицы - всё манило и отвлекало. Лапы не слушались, и рыба ускользала, но мама терпеливо показывала снова и снова.
На второй день любопытство пересилило осторожность. Медвежонок то и дело отбегал в сторону, играя с мамой в догонялки. В этот день они должны были учиться плавать. Он смело спрыгнул с льдины в ледяную воду. Мать кричала ему, чтобы не заплывал далеко, но он увидел в глубине невероятно красивую, переливающуюся рыбу и увлёкся погоней. Когда оглянулся, льдина с мамой была уже далеко, крошечной точкой на горизонте.
Сердце ёкнуло от страха. Он изо всех сил загребал лапами, пытаясь вернуться, но течение было сильнее. В отчаянии он вцепился когтями в ближайшую льдинку и кое-как вскарабкался на неё. Мать уже мчалась к нему по воде, её мощные лапы вздымали брызги. Они были так близки! Но в этот миг лёд под ним с треском откололся от большого айсберга, и течение подхватило хрупкий плот, неумолимо унося его в открытый океан.
- Мама! Мама, помоги! - закричал медвежонок, и его тонкий голосок потерялся в шуме ветра и воды.
- Греби ко мне, сынок! Греби! - доносился до него отчаянный, удаляющийся голос.
Но льдина таяла и уменьшалась с каждым часом. От страха и холода он дрожал. Берег и мама исчезли из виду. Он проплакал до самого вечера, звал на помощь, но в ответ была только бескрайняя, равнодушная синева.
Дни слились в череду голода, страха и одинокого плавания. Он пытался ловить рыбу, как учила мама, но часто оставался ни с чем. Его плот становился всё меньше. Он скучал по теплу берлоги, по надёжному плечу матери, по её тихому ворчанью.
В один из дней он увидел впереди большой серый айсберг и обрадовался, подумав, что это спасение. Подплыв ближе, он понял свою ошибку: это была не льдина, а плавучая гора мусора - бутылки, обрывки сетей, обломки. Измученный, он всё же взобрался на этот странный остров, надеясь найти хоть что-то съедобное. Его внимание привлекла чёрная автомобильная шина. Заглянув внутрь, чтобы осмотреться, он не заметил, как засунул голову слишком глубоко. Когда попытался выдернуть её - не вышло. Шина плотно зажала его шею.
Он бился и упирался, но лишь сильнее увязал в резиновой ловушке. Отчаяние снова накатило волной. И тут он услышал хлопанье крыльев. Над ним кружила большая, важная чайка.
- Ого! Что это ты делаешь? Застрял? - прокаркала птица, усаживаясь на край шины. - Как ты тут, малыш, оказался?
- Я… я потерялся, - всхлипнул медвежонок. - И не могу вылезти. Мама говорила плыть по звёздам, но я не нашёл дорогу.
- Дорогу я тебе не найду, - честно сказала чайка, склонив голову набок. - Но с этой штукой, пожалуй, помочь могу. Только есть условие. Поймаешь мне рыбу - хорошую, жирную, - и я тебя освобожу.
- Хорошо! - поспешно согласился медвежонок, готовый на всё. - Помоги мне, а я тебе поймаю рыбы. Очень много!
Чайка, довольная сделкой, собралась было помочь своими острыми крыльями, но тут ветер подхватил её, а течение снова сдвинуло мусорный остров. Медвежонок, всё ещё с торчащей из шины головой, поплыл прочь, один на один со своей бедой, по бескрайнему и безразличному океану. Надежда, такая близкая, снова уплыла от него, оставив только холод и страх.
Чайка взмыла в воздух, описала над ним широкий круг и снова опустилась на край мусорной платформы, которая всё еще медленно вращалась на воде.
«Торопиться некуда, малыш, - сказала она, и в её голосе не было прежней деловитости, а появилась странная нота, похожая на грусть. - Рыбу ты мне позже поймаешь. Сначала надо голову освободить. А то вижу я - и плавучий остров твой разваливается, и льда настоящего нигде не видно. Нехорошо всё это».
Она подлетела ближе и острым клювом ловко подцепила край резины. Медвежонок замер, боясь пошевелиться. Чайка работала усердно: тянула, ковыряла, отгибала скользкий материал. Через несколько долгих минут раздался влажный хлопок, и голова медвежонка снова оказалась на свободе. Он отряхнулся, глотая воздух полной грудью.
- Спасибо! - прохрипел он, и слёзы благодарности выступили у него на глазах.
- Не благодари пока, - чайка снова села рядом, пристально глядя на него своими круглыми глазами. - Посмотри вокруг. Что видишь?
Медвежонок огляделся. Вместо сверкающих льдов и чистой воды - плавающие пакеты, обрывки верёвок, бутылки и этот зловонный остров из отходов.
— Это… не мой дом, - тихо сказал он. - У нас лёд белый и чистый. А вода… она пахнет ветром, а не чем-то кислым.
- Верно, - кивнула чайка. — Это не твой дом. И скоро его - твоего дома - может совсем не остаться. Льды тают. Их становится меньше. А эта грязь - она повсюду. Она душит рыбу, в неё попадают мои сородичи, а теперь вот и медведи застревают.
Она замолчала, и в её молчании была вековая усталость всего живого, что зависело от моря.
- Но… что же делать? - спросил медвежонок, и в его вопросе был страх не только за себя, но и за огромный, вдруг ставший таким хрупким мир.
- Запомни то, что видишь, - сказала чайка мудро. -И, если выберешься, расскажи другим. И медведям, и людям, если встретишь. Что так нельзя. Что океан - не свалка. Что лёд должен оставаться льдом, а не таять, оставляя нас без дома. А теперь - давай искать твой белый берег.
Чайка взлетела высоко-высоко, откуда было видно мир далеко вокруг. Она искала среди синевы хоть один блик белого - родной айсберг, ледяное поле, любой признак земли медвежонка. И вдруг издала радостный, пронзительный крик:
- Вижу! Прямо по курсу, где солнце садится, - белая полоса! Плыви туда!
Она спустилась ниже и стала лететь впереди, указывая путь, как живой компас. Медвежонок, собрав последние силы, поплыл за ней. Он плыл долго, уже почти не надеясь, но чайка не сворачивала и ободряюще каркала.
И вот на горизонте действительно показался край чистого, сверкающего льда. А на самом краю, неподвижная, как изваяние из снега, сидела его мать. Она смотрела в океан, и в её позе была такая тоска, что сердце медвежонка сжалось.
- Мама! - крикнул он из последних сил.
Медведица вздрогнула, обернулась, и в её глазах вспыхнуло настоящее солнце. Она бросилась в воду и через несколько мощных взмахов лап уже прижала к себе промокшего, исхудавшего, но живого сына. Они обнялись, и казалось, весь мир замер в этой тишине, наполненной счастьем.
Чайка села рядом на льдину, наблюдая за воссоединением.
- Благодарю тебя, - низким, тёплым ворчанием сказала медведица, глядя на птицу. - Ты спасла моего сына.
- Я лишь помогла высвободить голову, - ответила чайка. - А спасли его сила и твоя любовь, что вели его домой. Но помните о том, что он видел. И расскажите.
Она рассказала медведице о плавучем острове из мусора, о грязной воде, о том, как лёд отступает. Медведица слушала внимательно, и в её умных глазах росло понимание и тревога.
- Мы запомним, -торжественно пообещала медведица. - И наши сородичи узнают. И если наши пути когда-нибудь пересекутся с путями тех, кто оставляет в океане свои следы в виде грязи и тепла, мы им это напомним.
Чайка кивнула, расправила крылья.
- Тогда мое дело сделано, - она подмигнула медвежонку. -Рыбу поймаешь мне в следующий раз.
Она взмыла в небо и скрылась в лучах заходящего солнца.
Медвежонок прижался к матери. Он был дома. Его мир снова состоял из белого льда, холодного ветра и любящего сердца. Но теперь в его памяти навсегда остался чёрный резиновый круг, душившая грязь и мудрые слова морской птицы. Он выжил. Он вернулся. И он понял главное: чтобы у его дома - этих сверкающих просторов - было будущее, этому дому нужно помогать. Начинать надо с малого: не мусорить самому, беречь каждую льдинку. А потом - научить этому других. Чтобы больше ни один медвежонок не плыл навстречу опасности по океану, который становится всё теплее и грязнее. Чтобы белый лёд не таял, а сверкал под солнцем вечно.
______________________________________________________
Халтубаева Ясмина
Интервью
Интервью с учителем истории Романом Бабаевичем Гулиевым
-Здравствуйте, Роман Бабаевич! Почему вы выбрали профессию учителя?
- Я очень люблю заниматься наукой и я бы хотел сделать так,чтобы мой интерес разделяли другие люди. Я с детства люблю заниматься историей, а история -это наука о прошлом. Ведь благодаря прошлому, мы можем узнать как формируется настоящее и каким оно будет завтра.
-Какие качества должны быть у хорошего учителя ?
-Терпение, умение договариваться с людьми и самое главное- это понимание, уважение мнения другого человека.
-Что самое сложное и приятное в вашей работе?
Самое сложное - это большие объёмы информации, с которыми приходится работать и сталкиваться во время моей работы с детьми. Иногда приходится решать множество вопросов, начиная с дисциплины и порядка. А самое приятное -это встречать своих детей на улице и понимать, что моя работа имеет большое значение. Осознавать, что ты работаешь с живыми людьми, которые окружают в повседневной жизни.
-Есть ли у вас хобби, любимое занятие?
-Да, хобби конечно же есть, я очень люблю заниматься кулинарией, причём исторической кулинарией. А также я в свободное время предпочитаю чтение разных научных книг, чтобы совершенствовать мастерство, как педагога.
-Можете ли вы назвать самого известного педагога в нашей стране?
-Макаренко - я считаю то, что он -один из самых величайших педагогов ,потому что он занимался развитием педагогики нашей страны. Когда было очень тяжёлое время, он работал именно с детьми ,которые не имели родителей, и по сути показал, что из любого человека можно создать добропорядочного гражданина.
-Каким был самым запоминающийся урок или класс?
Самый запоминающийся урок –это первый урок в 9А классе. Мне было волнительно работать со взрослыми ребятами. Я просто смотрел на себя со стороны, как я преподаю урок, улыбка ребят и их восприятие мне запомнились на всю жизнь.
-Что вы пожелаете нам, ученикам на будущее?
-Я желаю хорошей учёбы и чтобы вы учились самоконтролю, если я рассказываю шутку, после неё можно посмеяться и снова вернуться в рабочей процесс.
Благодарю за интервью!
______________________________________________________
Хомов Константин, Швалёв Константин
Скоро Новый год
Новогоднее интервью с учителем химии и биологии Романом Тимофеевичем Хандухановым.
-Здравствуйте Роман Тимофеевич! Все семьи и люди готовятся к Новому году. Как вы готовитесь к этому празднику?
-Это сложный вопрос, пока никак не готовлюсь. Обычно у меня все приготовления начинаются за несколько дней, а перед самым Новым годом просыпается во мне новогоднее настроение и я начинаю судорожно ходить по магазинам, покупать подарки.
-Представьте себе, что вы Дед Мороз. Какой подарок вы подарите плохому ученику?
-Насколько плохому?
-Ну, допустим двоечнику.
-Двоечнику?
-Как говорится двоечник двоечнику рознь, а так хотелось бы подарить какой-нибудь учебник интересный, но вряд ли он будет читать. Очень-очень замечательную книжку, которая у этого ребёнка вызовет искорку интереса и любознательности, может загореться научное пламя в нем.
-Говорят, что Новый год начинается с чистого листа. Почему так говорят?
-Наверное у кого-то в прошлом году произошло много всего плохого, о чем они хотели бы забыть, то есть избавиться от какого-то груза. И в Новом году стремятся избавиться от этого и мечтают о самом лучшем.
- Говорят, что в Новый год происходят чудеса. Почему так считают?
Потому что чудеса происходят.Многие любят Новый год.
-Почему вы любите Новый год?
-Потому что я вырос в тех традициях и в той культуре, в том обществе, где любят, ждут и отмечают Новый год. Особенно когда мы собираемся всей семьёй, общаемся и поздравляем своих близких. А за этим следуют длинные новогодние каникулы.
-Чтобы вы пожелали близким, коллегам, родным?
-Близким, всем людям пожелал быздоровья, успехов, благополучия.
-Все дарят подарки в Новый год. Что подарите родным, близким, коллегам?
-Коллегам подарю своё яркое присутствие на всех новогодних мероприятиях, красивые пожелания, а родным-подарочки.Разные.
-Каждый человек по -своему видит атмосферу Нового года. Опишите Новый год десятью словами.
-Семья, уют, расслабление, отдых, счастье, встречи, очень много сна, полнота в теле, звон курантов, выступление Владимира Владимировича Путина и фильмы.
-Кто-то планирует сделать большое, грандиозное. Если не секрет, чтобы вы хотели осуществить в Новом году?
-Секрет, не буду озвучивать. ..(улыбается..)
-Что вы готовите на новогодний стол?
-Меня близко не подпускали к кухне, япару раз несколько салатов испортил, в лет 14. Обычно готовлю позы с семьёй.
-Спасибо за интервью.
С наступающим Новым Годом!
-С Новым годом!
-До свидания.
________________________________________________
Черенцова Полина
Залуцкая Лилия
Белый Медведь
Нужно всем нам охоту одолеть
Чтобы остался в мире жить белый медведь.
Все истребители! Знайте, этот край заповеден,
Парк «Роев ручей» там, в Арктике возведен.
И выйдут когда-нибудь на охоту белые медведи.
Люди, поймите: такой способ приёма пищи вреден,
И когда-нибудь, такой сорт мяса будет съеден.
Травители: будьте бдительны!
Защитники белых медведей будут осмотрительны:
Ни один отравитель мимо них не пройдёт:
Мимо нас пройдёт только белый и миленький кот.
Лишь одна тропинка к нам ведёт:
Лишь тот, кто дорогу истребления обойдёт,
К нам, в наш отряд попадёт.
Белые мишки, поверьте,
Ваш род не пропадёт,
И никто, уж поверьте, на ваш род не нападёт.
И к хорошим последствиям это правило приведёт:
Человечий люд новое правило заведёт:
«Никто теперь медведей не изведёт».
Мишка, такой добрый и милый,
Разве может человек этот край неизведный
Опустошать?
Хочется этим людям вас убивать,
Ваш вид не сохранять,
И угощений вам тоже давать не хотят.
Ах, люди!
Вы же не понимаете всей сути,
Того, что вы творите…
Белые мишки, спокойно спите!
Отдыхайте и запоминайте:
Добрых людей из вашего парка воспоминайте,
Проживать свою жизнь не забывайте,
И других своим видом не устрашайте.
А ты, ужасный человек, запоминай:
Медвежью шкуру не надевай,
Люби, цени, уважай
Белых благородных мишек,
И не носи таких пальтишек.
Природа вокруг нас правда удивительна.
Хоть и меняется наука стремительно,
Будет с вашей стороны невразумительно
Донести до нас такую, извините, лабуду:
«Носите «Мишечное» пальто»
Ах, дорогой «Мишечный» край
Ты дальше такую природу сохраняй,
О своих воспитанниках не забывай,
Медведь, пожалуйста, не умирай!
_________________________________________
Эльгайтарова Эльвира
Спасение
Если все мы благодарны и сердцами верны друг другу —
Не выжить нам, как зверю в стуже, тогда,
Когда ты вечно голоден и проживаешь ты разлуку
С семьей, на леднике умчавшейся навсегда.
Моржи, тюлени, нерпы и медведи
Со смелым сердцем, доброю душою
Теряют край свой на большой планете,
И счастье стало для них лишь мечтою.
Есть угроза и страшнее — кануть без следа
Зверям, меж которыминепримиримая борьба
За жизнь в суровом царстве холода и льда,
Там, где решается дальнейшая судьба.
Они не в силах ничего в их жизнях изменить,
В краях, где выживает лишь сильнейший дух.
И там, где смог ты голод победить,
Останется лишь след от рук людских вокруг.
Мы им помочь сейчас должны, должны спешить,
Не дать уйти безмолвно, умереть без слез.
Им не встречать полярной ночи синий иней, и светить
Им будут сны, наполненные тысячами грёз.
- Подробности
- Автор: Super User
- Категория: Работы участников
- Просмотров: 136
Балакина Дария
Это не просто город…
Для меня Новосибирск – это не просто город, это нечто большее. Здесь живут дорогие мне люди, здесь находятся мои любимые места. Например, нашдом за городом, в котором я провожу свои выходные и каникулы. Вам бы тоже понравилась атмосфера в лесу вокруг, её тихие звуки, да и сама картинка, что открывается перед вашими глазами, завораживает и завлекает.
Прямо в центре растёт кедр.Зимой, к Новому году, мы украшаем его гирляндами. И когда мы их включаем, разноцветный мигающий свет превращает обычную территорию в сказочную поляну, а дом в избушку Деда Мороза, где он готовит подарки детям.Летом мне нравится сидеть в своём коконе, в тени, под раскинувшимися ветвями ореха. По ним часто прыгают белки, что заглядывают ко мне в гости. Они постоянно пытаются добраться до гортензий в нашем саду. Я люблю эти гортензии, они очень пышные, яркие, роскошные, одна из них уже с меня ростом. Под самый конец августа мы их срезаем, чтобы потом поставить в вазу в нашей квартире и перенести хоть немного загородного мира и его атмосферы в город.
Новосибирск. Он меня радует своей эстетикой, выразительностью и даже дождливостью.Знаю, не все любят плаксивую погоду, но мне она нравится, только когда я дома, конечно же, но, с другой стороны, пробежаться под дождём– это весело, это даже может доставить удовольствие, особенно если ты с друзьями. В Новосибирске дожди идут довольно часто, но это не повод, чтобы не любить его, ведь в этом городе находятся родные и близкие мне люди, которые всегда поддержат меня в нужный момент: моя семья и мои друзья.
Ещё я просто обожаю парк аттракционовна левом берегу. В детстве мы с родителями ходили туда очень часто, может, поэтому у меня связано так много тёплых воспоминаний с этим местом. Там было старое, но уютное колесо обозрения, которое дарило мне море восторга от увиденного с его высоты. Было немного страшно и забавно одновременно, как и на американских горках, на которые я всегда бежала в первую очередь.
А вообще, японимаю, насколько же мне повезло, чтоживу я именно в Новосибирске, ведь это не просто город: он полон удивительными местами, куда постоянно хочется возвращаться, и прекрасными людьми, с которыми хочется общаться.
___________________________________________________________________
Балакина Дария
Важная часть моей жизни
Я рисую. Постоянно, всегда, много. Восемь лет из своих двенадцати я рисую. Это моё настоящее, это моё будущее. Когда я рисую, я ухожу от внешнего мира, от его проблеми погружаюсь в мир своих картин. Особенно мне нравится рисовать в наушниках, так как в них я лучше концентрируюсь, и у картины словно появляется своя мелодия, она словно становится красивее, живее. Я даже не знаю, что больше меня вдохновляет: возникающие вокруг образы, рождающиеся в голове идеи или музыка.
Моя бабушка. Это она приучила меня к рисованию, постепенно открывая мне мир красок, кисточек, цвета и фантазии. Конечно, когда я в первый раз попробовала что-то изобразить, вряд ли я думала, что рисование для меня станет нечто большим, чем просто хобби. Да я и не помню. Я просто помню себя всё время за рисунками. Как и сейчас, когда многому уже научилась. Мой преподаватель закончила художественный вуз, и поэтому наши урокине просто детское увлечение—это серьёзная подготовка к будущей профессии, которая обязательно будет связана с моим любимым делом. Наши занятия очень комфортные и интересные, может, поэтому я уже научилась более-менее рисовать человека с хорошей анатомией, даже в сложных позах. Научилась работать во множестве техник, например, акрилом или маркерами, при этом совмещая их. Например, я могу сделать основу рисунка маркерами, а довести его до конца с помощью детализации карандашами. Некоторые говорят, что так делать нельзя, но я с ними не согласна, так как считаю, что, благодаря сочетанию маркеров и карандашей,картина получается сочнее и живее.
Рисование. Кто-то скажет: «И что это за будущее? Кому твои рисунки будут нужны?» А вот и нужны! Людям. Смотрите:сегодня я нарисовала красивый плакат поддержки для класса на конкурс «Битва хоров» и он помог нам занять второе место.Получается, рисование может приносить пользу.И потом, вспомните, в любое тяжёлое для страны время художники всегда приходили на помощь: рисовали агитки, лозунги, поддерживали народ своими листовками, не давая ему отчаиваться, вселяя уверенность в будущее.
Вот и я верю в своё успешное будущее, которое точно будет связано с живописью, потому что уже сейчас рисование из простого хобби превратилось в важную часть моей жизни, помогая украшать не только мой мир, но и мир тех, кто в этом нуждается.
________________________________________________________________________
Балакина Дария
Главное, чтобы мир не ухудшился
(из разговора о профессиях)
Недавно на уроке нам предложили поговорить о профессиях, задействованных в решении мировых глобальных проблем. И знаете, это оказалось совсем непросто. И всё потому, что мне пока очень сложно определить, какие из них могут в этом участвовать.
Я, например, считаю, что, хотяу каждой профессиии свои задачи, у них есть кое-что общее: все они важны, необходимы и служат человеку. И поэтому, еслиисчезнет хотя бы одна из них,мир сразуухудшится. Вы только подумайте, сколько жизней могло оборваться, если бы не было пожарных.Кто кроме них по тревоге сможет быстро примчаться на помощь и спасти от огня?А вы видели рекламу на телевидениио том, что безопасно жить не только «можно, но и модно»?Только представьте, скольких людей она уберегла от необдуманных действий! Значит, получается, что и рекламщики тоже участвуют в решении глобальных проблем. Разве нет?
Даи вообще, по-моему, даже такие профессии, как футболист или хоккеист, на самом деле, необходимы. Без них мир сразу быстал другим. Да, на первый взгляд,они не делают ничего важного, но ведь они помогают развлекать людей, воодушевляют кого-то на занятия спортом. А если люди будут более весёлыми и воодушевлёнными, то они будут счастливее, а мир - лучше.Конечно, можно оспорить мои слова про воодушевление, особенно после очередного поражения любимой команды, но я, например, знаю болельщиков, которые верят, что проигрыш – это всего лишь случайность, следующий матч обязательно закончится победой, потому что эти игроки – профессионалы своего дела и всего лишь надо добавить в команду молодёжь. И болельщики эти, кстати, недавно записали своих детей в спортивную секцию.
Вы, наверное, спросите:кем я хочу стать в будущем? И не поверите! Я уже определилась. Дизайнером одежды! А вдохновил меня на этот выбор фильм «Круэлла» - история о том, как девушка, преодолев жизненные трудности, становится крутым дизайнером. Так вот, этим летом ятоже создала несколько элементов своих нарядов, точнее, переделаланекоторыеих части в необычный, вернее, экстравагантныйвариант.Например: у меня были простые синие джинсы, но я их оформила в японском стиле, и теперь на них красуется величественный дракон. В этих джинсах я хожупосейдень, иони нравятся не только мне, но и моим друзьям. Да и другим тоже: я вижу, как прохожие улыбаются, глядя на яркий рисунок. Кстати, вы замечали, насколько увереннее ипозитивнее чувствует себя человек, если он одет модно и красиво. И разве можно после этого сказать, что мода не решает проблемы хорошего настроения человека и не участвует в решении не менее важных проблем.
Ещё не могу не упомянуть о профессиимоих родителей. Они юристы. Я считаю, что их работа и крутая, и престижная. Ведь они помогают людям решать их проблемы, а значит, делают жизнь других лучше и спокойнее, вселяют веру в надёжное будущее, поэтому можно смело говорить о том, что их профессия тоже задействована в решении мировых проблем.
Но горжусь я не только родителями, но и своими бабушками. Только что можно рассказать обих профессии.Они учителя. И этим всё сказано. Ведь учителя обучаютдетей в настоящем, чтобыони правильно строили своё будущее и становились людьми, от которых будет зависеть решение глобальных мировых проблем.
Так что, получается, всё равно, кто вы: футболист, пожарный, дизайнер или юрист, важно, чтобы вы понималинеобходимостьвыбранной профессии, задачи, которые она выполняет.
И главное, не позволили этому миру ухудшиться.
____________________________________________________________________
Большова Лидия
За что я люблю Саратов
Настя сидела в своей комнате за включенным компьютером. Девочка переписывалась со своей подругой из Москвы, Дашей. Она попросила Настю рассказать о Саратове. И теперь девочка думала: о чём же ей написать. Настя решила начать так:
«Мой родной Саратов! Как же он поражает меня свой красотой! Я восхищаюсь своим родным городом и постараюсь тебе, Даша, рассказать почему.
В Саратове соседствуют современные небоскребы и старые купеческие дома ХIХ века. И выглядит все вместе это потрясающе! С каждым годом город растёт, территория становится больше, в городе проживает почти 900 тысяч жителей. Сам город основан аж в 1590 году, и, конечно, история его очень богата событиями. Изначально в городе все постройки были деревянными, случались пожары, несколько раз город возрождался из пепла. Моё любимое здание тоже пострадало от такого пожара. Сейчас оно называется «Дом книги». Здание не просто красивое, оно для меня с особым ароматом. Даша, ты знаешь, что бывают дома с ароматом книг? Так вот это именно такое. Я могу долго бродить по магазину в поисках новой книги и наслаждаться запахом. Мне очень нравится это неповторимое сочетание: снаружи ХХI век, а внутри как будто ещё ХIХ!
Но самое первое, что многим представляется при словах «Саратовская область», - это природа. Даша, природа моего края завораживающая! Иногда мне кажется, что жители города не осознают, как им повезло. У нас есть – ВОЛГА! И она прекрасна в любое время года! Через реку тянется уникальный мост, он соединяет два города - Саратов и Энгельс. А ведь миллионы лет назад на этом месте было море. В раскопках на территории моей области часто находят окаменелости и останки морских ящеров и обитателей древнего моря. В краеведческом музее Саратова проводят различные выставки, посвящённые этой теме. Я сама обожаю рассматривать эти экспонаты.
И у меня есть свой любимый уголок природы в центре города - «Сад юннатов» или Областной центр экологии, культуры и туризма. Там уникальная атмосфера, растут огромные пушистые ели, величавые березы, а как там красиво весной, когда распускаются цветы! В саду есть оранжерея, где можно увидеть много экзотических растений: бананы, кофе, мандарины. монстеры и многие другие. В центре работает экостанция. Но больше всего временя я провожу в минипитомнике, животных там можно покормить и погладить. Мой любимчик - енот Кроха. Это место вообще особое для всей нашей семьи, еще моя бабушка ходила сюда, когда была школьницей и мой папа тоже. После каждого посещения у меня просто масса позитивных эмоций!
Вообще в Саратове много мест, которые я бы советовала посетить туристам: Парк Победы, природный лесопарк «Кумысная поляна» (зимой там просто сказочная красота), Музей краеведения, Набережная с видом на Волгу, «Лимонарий» и много других чудесных мест.
Конечно, всего в одном письме обо всем не расскажешь. Так что. жду тебя в гости, сама всё увидишь. Пока. Настя».
__________________________________________________________________
Жеребцова Мария
Вся наша жизнь – вопросы и ответы
Всю свою жизнь мы ищем ответы на важные вопросы. Иногда на те, которые таковыми не являются. Ставим второстепенное на первый план. Не задумываясь. Теряемся в потоке информации, принимая вредное за полезное, а никчёмное за надёжное. Всю свою жизнь: вопросы – ответы.
А между тем мир вокруг нас стремительно меняется,поражая своим разнообразием. Страны, народы, не похожие друг на друга люди… Везде своя культура, традиции и обычаи. Конечно, нам повезло: мы живём в такое время, когда с помощью интернета можем узнатьи как празднуют Новый год на другом краю Земли, и какую еду предпочитают сахалинцы, и как выжить в тайге, в общем, обо всём. Интересном и не очень, нужном и не совсем. И постепенно поисковая строка телефона и ноутбука становится неотъемлемой частью нашей жизни, заменяя общение, реальное взаимодействие с людьми, путешествия. И мы даже не ищем какие-то другие возможности для познания этого мира, не ищем тех, кто поможет найти ответы на возникающие вопросы. Такие, что сделают наш мир открытым для познания, интересным, полезным, атмосферным, душевным.
Хотя, согласитесь, изучение нашего необъятного мира можно и следует начинать с того, что нас окружает. Например, узнатьисторию и традиции своего города, родословную своей семьи. Конечно, на какие-то вопросы получить ответы тоже поможет интернет, но разве экспонаты музеев и выставок менее надёжные источники информации? Разве семейные истории и реликвии, хранящиеся на чердаках и в памяти старшего поколения не самый верный ответ на волнующие нас вопросы? И получается, что самое интересное заключается в том, что, общаясь вживую, не с виртуальностью,мысможем получить не только ответы, но и вопросы, над которыми даже не задумывались. А ведь они-то иногда и оказываются что ни на есть самыми важными и первостепенными, предоставляя нам возможность узнавать то новое, что никогда не станет устаревшим и ненужным.
С детства мы приучаемся к традициям своей семьи, замечаем различия на уровне поколений: родители рассказывают свои истории из жизни, а ты слушаешь, вспоминаешь бабушку с дедушкой и понимаешь, что у них всё было по-другому. Правда, всё равно в одной семье, как правило, существует какое-то единство жизненного уклада. А вот когда ты подрастаешь и круг друзей расширяется, то осознаёшь, что в других-то семьях порядки отличаются от ваших. Оказывается, не все люди каждое воскресенье ездят к бабушке, по утрам едят кашу и ходят по квартире в тапочках. И ведь без общения со сверстниками ты бы этого не узнал! Так приходит понимание, что никогда ты не встретишь идентичных тебе людей даже в соседнем доме, потому что все растут в разных условиях, в каждом с детства закладываются личные качества и нравственные идеалы его семьёй. А потом эти непохожие люди встречаются и делятся своим жизненным опытом друг с другом, помогая всё больше узнавать о нашем мире.
Думаю, не секрет, чтожизнь людей одного народа во многом похожа, а вот, сравнивая разные культуры, мы поражаемся, насколько каждый народ особенный в своих обычаях. И наглядный пример этому Россия – многонациональная страна. С детства я помню мультипликационный сериал «Гора самоцветов» по мотивам сказок народов России, каждая серия которого уникальна и по-своему запоминающаяся. Удивительно, но почему-то именно этот сериалповлиял на формирование моей любви к Родине, моей жажды познания мира. Может, потому что в нём ярко отражается культура каждого народа, а может, потому что именно онпомог мне понять, как велика и могущественна наша Родина. Может. Но я точно уверена, что благодаря ему мне до сих пор интересно изучать историю и культурное наследие разных народов. И делаю я это не только с помощью интернета, но и путешествуя по России. И пусть пока мне удалось побывать только в республике Алтай,сегодня это уже стало для меня ярким опытом в процессе исследования мира.
Алтайцы - люди, живущие среди природы, гор, озёр и рек, конечно же, отличаются от нас, городских жителей. У этого народа много легенд, обычаев, святых мест. Мы всей семьёй посещаем Алтай каждое летои всегда открываем для себя что-то новое, так как не только находим древние истории об этом народе в интернете, но и реально общаемся с этими людьми, по-настоящему осознавая колорит местного населения, этих эмоциональных, открытых, прямолинейных людей, поведение которых сильно отличается от моего привычного окружения. Это необычно, часто непривычно, но со временем я понимаю, что менять обстановку и выходить из зоны комфорта необходимо, если хочу узнать как можно больше всего об этом мире и получить множество новых эмоций, приходящих с опытом. Ни я, ни мои родители никогда не откажемся выслушать чью-то историю, задать интересующие нас вопросы, посетить местные достопримечательности, попробовать национальные блюда или испытать свои силы, в очередной раз сплавляясь по реке. Мы ни за что не упустим шанса получить ответы, способные изменить наш характер, уклад жизни, отношение к чему- или кому-либо. Так что, открывать себя и мир полезно и интересно, тем более что Россия – страна безграничных возможностей для этого!
Чтобы сформировать полное представление о мире, в школе на уроках мы изучаем всемирную историю: рассматриваем конфликты и войны разных сторон, узнаём про цели и стратегии различных стран. По учебникам знакомимся с условиями жизни в отдельных государствах, выявляем их сходства и различия. А пока у меня нет возможности посещать эти места, я читаю иностранную литературу, где ярко отражается культура разных народов. Так что, познавать мир можно различными способами, и у каждого для этого своя мотивация: кто-то с детства усиленно изучает иностранный язык, потому что мечтает переехать в другую страну и интересуется возможностями для развития в ней, кто-то является фанатом японской культуры, у кого-то родственники из Казахстана, и он бывает там на каникулах, поэтому знает всё о местных жителях и кухне. А кто-то, как и я, изучает историю своего города, своей семьи, чтобы связать своё будущее с местом, где он родился, с родными, которые подарили ему интересную жизнь в мире, где всё больше неожиданных вопросов и ответов, в поисках и выборе которых проявляется его уникальность.
И для этого нужно совсем немного, ведь главное, чтобы у человека присутствовало искреннее желание, интерес, тяга к познанию и, конечно, любопытство! А ещё вопросы и люди, потому что всю жизнь мы ищем ответы на важные вопросы и тех, кто нам их предоставит. Потому что со временем мы всё вернее отличаем полезное от вредного, надёжное от никчёмного, убирая второстепенное на задний план. Потому что вся наша жизнь – это вопросы и ответы, влияющие на наши поступки, на нашуиндивидуальность, любовь к ближнему, тягу к жизни, ответственность за сохранение того мира, в котором хочется жить.
________________________________________________________________
Жеребцова Мария
Сюда захочется вернуться…
Он завораживает. Своими масштабами, первыми солнечными лучами над Обью, мостами, множеством спешащих людей. Этот динамичный город-миллионник, «некоронованная столица Сибири» с интересной историей, завораживает. Каждого, кто хоть однажды побывал здесь, притягивает вновь и заставляет обязательно вернуться.В мой Новосибирск, где всегда кипит жизнь, где в вечной суматохе часто забываешь обращать внимание на то, что вокруг, особенно если уже привык к этим местам. Но он не дремлет и между делом о себе напоминает. По-разному. Новыми строениями, научными открытиями, а мне, так, восторженными туристами, которых я как-то встретила на площади Ленина.Они следовали за экскурсоводом, внимательно слушая его рассказ. А когда остановились у Краеведческого музея, я замерла вместе с ними и вдруг подумала, что, проходя здесь несколько раз в неделю, ни разу не зашла, чтобы узнать историю развитияродногогорода, который прекрасен, и не только своими масштабами.Подумала и направилась в здание вместе с гостями. Вот такой он, мой город! Вовремя напомнит, в очередной раз удивит, направит.
Новосибирск. Он находится далеко от Центральной России, но занимает третье по численности населения место в нашей стране! «Сибирский Чикаго» - так его иногда называютза быстрый рост и индустриализацию. Да, он действительно развивается с удивительной скоростью. Например, недавно у нас открылся Четвёртый мост через Обь! Но прелесть Новосибирска ещё и в контрасте разных эпох, ведь если уйти вглубь города, то можно прогуляться по тихим улочкам, хранящим воспоминания прошлых поколений, и отследить его историю с 1893 года (тогда он еще назывался Кривощёковым, а потом Ново-Николаевском) до нынешних лет.
Центр города. Красный проспект. Это, пожалуй, самое привлекательное место в городе. Выходишь из метро и сразу попадаешь в бурлящее жизнью сердце мегаполиса. Его архитектура восхищает. Взгляд цепляется за удивительные постройки, и ты уже не обращаешь внимания на окружающую тебя суматоху. Краеведческий музей в здании Городского торгового корпуса. Красный кирпич, белые фасады – всё это очень гармонично смотрится вместе. Недалеко часовня Николая Чудотворца. Этот лаконичный православный храм с белыми стенами и золотым куполом имеет долгую и интересную историю: в советское время часовню снесли, но в 1993 году восстановили. Она выделяется в ландшафте городского центра, символизируя чистоту и светлость, особенно когда видишь её в лучах закатного солнца. Тогда она кажется особенно красивой.
Мой любимый символ Новосибирска, конечно же, НОВАТ – театр оперы и балета. В годы Великой Отечественной войны здесь хранились эвакуированные фонды Эрмитажа, Третьяковской галереи и других музеев. Его часто называют Сибирским Колизеем за то, что внутри он напоминает зал античного амфитеатра. Эта обитель искусства с огромным куполом, покрытым железными чешуйками серебристого цвета и массивными колоннами, характеризует Новосибирск как город не только промышленного, но и культурного значения. А вечером у здания включается подсветка, и тогда НОВАТ принимает какой-то волшебный и завораживающий вид, приглашая новых зрителей в свои объятия.
Недавно у нас открылась ледовая «Сибирь-Арена», представляющая собой крупное спортивное сооружение. Фасад здания облицован панелями, создающими зеркальную поверхность, что прдаёт ему уникальный и современный вид на радость хоккейным фанатам, которые в шарфах цветовой гаммы клуба «Сибирь» отправляются сюда поддержать свою команду. Но в Арене проходят не только хоккейные матчи, но и концерты, фестивали. Эта площадка стала для новосибирцев точкой притяжения, где можно отдохнуть, окунувшись в атмосферу проходящего мероприятия.
А ещё в Новосибирске есть место, пробуждающее в каждомчеловеке, посетившем его, чувство патриотизма и уважения к своим предкам. Это Монумент Славы в левобережной части города - мемориальный ансамбль, символ сплетения судеб сибиряков, которые героически сражались за свою Родину в сороковые годы. Пять десятиметровых пилонов с именами погибших земляков, скульптура Скорбящей Матери, Вечный огонь и Аллея Славы с елями - очень важное место памяти для новосибирцев. И каждый год в День Победы они приходят сюда возложить цветы к Вечному огню. И погулять в сквере, что расположился вокруг, и побывать в пышечной, которая давно уже стала объектом посещения для туристов, сохранив свою особенную атмосферу. Работая с 1951 года, этот своеобразный «портал в прошлое», встречает гостейогромными мозаичными панно на стенах, стеклянными витринами, гранёными стаканами, передающими так или иначеобстановкусоветского периода.
Новосибирск. Моя Родина, моё детство, моё взросление. Вся моя жизнь связана с этим городом, вот поэтому, рассказывая о нём, я не просто описываю город – я делюсь частью своей души. И мне бы очень хотелось, чтобы каждый мог проникнуться его настроением, ведь он сочетает в себе удивительную архитектуру, советские и современные здания, театры, музеи, храмы и, конечно, людей, которые всегда рады встретить вас. Приезжайте! Вы обязательно найдёте здесь что-то по своей душе, и Новосибирск навсегда останется в вашей памяти приятным воспоминанием, местом, куда захочется вернуться.
________________________________________________________________
Зельманский Кирилл
Легенды Острошицкого Городка
С самого раннего детства большую часть времени я проводил на даче у бабушки и дедушки вблизи населенного пункта с мелодичным названием Острошицкий Городок. Это живописное местечко, история которого уходит в глубину столетий, раскинулось на берегу небольшой речушки Усяжа в Минском районе, в 24 километрах к северу от Минска. Само название «Острошицкий Городок» говорит о стародавнем происхождении этого населённого пункта, так как «городками» в прошлом называли укреплённые поселения, возникавшие на наиболее важных торговых путях.
Со временем, повзрослев, я стал интересоваться историей моей малой родины. В этом году, году 80-летия Великой Победы, я изучил и описал события, произошедшие в годы военного лихолетья Великой Отечественной войны, которое не обошло стороной Острошицкий Городок [1, с.65].
После этого у меня появился интерес к событиям, произошедшим на моей малой родине в более ранние периоды истории. Оказалось, что существует несколько ЛЕГЕНД, связанных с этими волшебными и, отчасти, мистическими местами.
Легенда 1. Острошицкий Городок.
По дороге из Минска в Логойск, на берегу небольшой лесной речушки Усяжа раскинулось живописное местечко, история которого уходит в глубину столетий.
Согласно легенде, на этом месте была сооружена укрепленная деревянным ограждением тюрьма, либо передвижная башня — «острожок», которую использовали во время осады и штурма городов. С течением времени «острожок» разросся и превратился в местечко — Городок. Когда-то здесь на протяжении многих веков жили графы Тышкевичи, а местечко носило название «Городок пана Тышкевича». Это был небольшой городок с неплохо укрепленным по тем временам замком, который стоял на возвышенности на берегу реки Усяжа и был окружен со всех сторон водяными рвами и прудами. Как и большинство белорусских замков того времени, был построен из дерева.
Первым доподлинно известным владельцем Острошицко-Городокского поместья был Юзеф-Игнатий Тышкевич (1724-1815) [2]. Это был староста Вильнюсский, полковник войск литовских, полковник Польской кавалерии, кавалер ордена Белого Орла и Святого Станислава. После смерти пана Юзефа Игнатия Тышкевича в 1815 году во владение имениями вступил единственный его сын Михаил Тышкевич (1761-1839). Это был очень деятельный и незаурядный человек. Полковник, участник войны 1812 года. Но воевал он на стороне французов, на стороне императора Наполеона. Граф Михаил Тышкевич не принял раздел Речи Посполитой. Приветствовал решение польской элиты поддержать французского императора Наполеона в войне против Российской империи. В июле 1812 года сформировал и возглавил кавалерийский полк войск Великого княжества Литовского, который входил в состав передовых частей наполеоновской армии. Назывался полк «литовский уланский полк» или «уланы графа Тышкевича» [7]. После окончания войны 1812 года граф Михаил Тышкевич служил в Царстве Польском в чине полковника. Граф Михаил Тышкевич был кавалером ордена Воинской доблести (польский военный орден, вручаемый за боевые заслуги), кавалером ордена Почетного легиона, который являлся высшим знаком отличия, почета и признания заслуг перед Францией. В начале XIX века прием в члены ордена Почетного легиона осуществлялся за выдающиеся военные или гражданские заслуги лично Наполеоном Бонапартом, президентом Французской Республики.
Графский род Тышкевичей был не последним в Великом княжестве Литовском и в Российской империи. Он славился не только богатством, государственными должностями, но и научными, культурными и даже спортивными достижениями. Это были очень прогрессивные и образованные люди, которые огромное внимание уделяли просвещению и меценатству. Представители этого рода были пионерами археологии, фотографии, а также первыми автомобилистами, теннисистами, яхтсменами и путешественниками на Беларуси.
Усадьба графов Тышкевичей находилась в километре от деревни на широкой возвышенности среди живописного леса. В самом центре местечка находится большое, имеющее форму полукольца, озеро, которое берет начало из небольшой извилистой речушки Усяжи. История его происхождения таит в себе много загадок. Озеро было вырыто вручную силами крепостных крестьян на месте слияния двух рек и опоясывает небольшой полуостров, который возник при строительстве.
Процесс создания озера был долгим, сложным и мучительным. Строительство длилось более 10 лет, повлекло за собой значительные финансовые капиталовложения и подорвало экономическое благополучие.
Среди местного населения до сих пор ходит легенда, что это озеро проклято женщиной в черном (Марией Николаевной Радзивилл Тышкевич – женой графа Михаила). Каждый год в озере тонет один мужчина, а если в этот год никто не утонул, то на следующий год тонет 2 мужчины [4].
Именно на берегу Острошицкого озера писал Я.Купала поэму «Курган» [3]. Еще перед войной по склонам горы росли лещина, осинник и другие дикие кустарники. А наверху, на южном склоне, — два вековых дуба, о которых поэт также упоминает в своей поэме.
Памiж пустак балот беларускай зямлi,
На ўзбярэжжы ракi шумнацечнай
Дрэмле памятка дзён, што ў нябыт уцяклi, —
Уздзiрванелы курган векавечны.
Легенда 2. Озеро Вяча.
Вблизи Острошицкого городка находится озеро Вяча – одно из самых красивых и загадочных озёр Минской области, окутанное мистическими историями. Это место популярно среди туристов и рыболовов, но лишь немногие знают, что за его спокойной поверхностью скрывается множество древних легенд. Одна из самых известных историй говорит о затонувшем городе, который некогда стоял на месте озера. Легенда гласит, что город погрузился под воду из-за проклятия, наложенного на его жителей за их высокомерие. В тихие лунные ночи, как говорят местные, можно услышать звон колоколов, доносящийся из глубин вод [5].
Кроме того, в некоторых частях озера происходят странные аномалии: водная гладь начинает двигаться, даже если нет ветра, а иногда в воде можно заметить необычные светящиеся огни. Учёные пытались объяснить эти явления природными факторами, такими как подводные течения и отражение света, но местные продолжают верить, что это проявления древних сил, которые охраняют покой затонувшего города.
Легенда 3. Дафаренция.
С графским родом Тышкевичей связана еще одна легенда. Известно, что у себя в поместье в Острошицком Городке граф Михаил не только рукотворные озера создавал, но и занимался выращиванием целебных трав и практиковал лечение минеральной водой. В какой-то момент в имении появился врач-венгр по имени Ференц. Здесь он быстро освоился, обзавелся участком земли, на котором построил дом, аптеку с лабораторией и амбулаторию. Судя по всему, он был хорошим специалистом — за помощью к нему тянулись люди со всей округи. Больным, которым другие доктора не смогли помочь, советовали: «Ты бы до Феранца сходил».
Так и появилось сначала выражение «до Феранца», которое потом стало топонимом. В последующие годы сюда переселялись люди с ближайших хуторов, так появилась деревня - Дофаренция. К этому моменту аптеки и амбулатории уже не существовало. Существует легенда, что недвижимость известного медика подожгли местные знахари, оставшиеся без работы и завидовавшие славе врача [6].
Легенда 4. Лесковка.
При отступлении войск Наполеона, на территории нынешней Беларуси оставались тысячи бывших солдат французской армии, нашедших приют в местечках, деревнях, фольварках и на хуторах. Многие из них становились ремесленниками, рабочими, мастеровыми; другие - гувернерами, учителями, слугами; третьи нашли доходные дела в торговле, сельском хозяйстве, стали управляющими чьих-то имений. Они женились на местных красавицах, создавали семьи. Возникали целые "французские" деревни на Витебщине, Минщине, Смоленщине. Многие французы, осевшие в деревнях, даже не знали, что закончилась война. Часть из них не желала возвращаться на историческую родину с непонятными перспективами вновь отправиться на какую-нибудь войну. В конечном итоге российское правительство махнуло рукой и предоставило право иностранцам распоряжаться собственной судьбой по своему усмотрению. Таким вот образом на территории современной Белоруссии появились места компактного проживания французов.
Недалеко от Острошицкого Городка есть деревня Лесковка. Примечательна она тем, что там живут потомки французских солдат наполеоновской эпохи. Поселенцы - потомки французов - заводили хозяйство, женились на деревенских девушках, занимались земледелием. Со временем забывался французский язык и родным становился белорусский, тот диалект, на котором разговаривали соседи.
В 1917 году французы были признаны равноправными гражданами страны проживания. Всего в Лесковке и на прилежащих хуторах проживало 17 семей с фамилиями Мета, Безансонов, Шарпио, Жулио общей численностью около 50 человек. В 1929 году в Лесковке одним из первых в округе был создан колхоз "Пролетарий", в который вступили многие трудолюбивые потомки французов [8].
Легенда 5. Раубичи.
Первые письменные упоминания про местечко Раубичи - 1650 год, рассказывают легенду возведения храма. Местный шляхтич Лукаш Халява со своей свитой охотился в лесах под близ Раубич. Вдруг небо затянуло темными облаками, налетел сильный ветер и начался ураганный дождь. Гроза со сплошным ливнем и порывистым ветром обрушились на головы охотников. Мощный ураган валил деревья и отрезал путь к спасению шляхтичу и его коннице. Перепуганные вспышками молний, грохотом грозы и заваливающихся вековых деревьев кони падали, давя и калеча всадников. Не выдержал бушующего урагана и верный конь Лукаша, он оступился, запутался передними ногами в завале из упавших веток и полетел кувырком вперед не оставя не единого шанса на спасение своему хозяину. Наезднику чудом удалость избежать роковых травм при падении. Промокший до нитки, озарённый яркими и страшными вспышками молнии Лукаш стоял на коленях, посреди жуткого леса, молился и твёрдой рукой сжимал маленький нагрудный образок – иконку Божьей Матери. Внезапно безжалостная стихия отступила, и вновь засияло ласковое солнце на благодатном небе. Шляхтич Лука Халява выжил и считал, что обязан своим невероятным спасением Божьей Матери. В честь которой, на месте, где застигла его стихия и был построен в 1650-х годах первый небольшой храм.
Прошло несколько столетий, население местечка Раубичи увеличивалось и богатело, появилась необходимость в более просторном и величественном храме.
Костёл выдержал испытание временем и сегодня он являет людям свою готическую красоту в качестве Музея Белорусского народного искусства.
Вот такие легенды окружают это прекрасное местечко, мою малую родину – Острошицкий Городок. Легенды сближают людей. Сближают не только с теми, кто их читает и слушает, но и с теми, кто когда-то их придумал. Легенда - это нить, связывающая судьбы людей. Знание легенд родного края - самоуважение, патриотизм, другой взгляд на обыденность давно знакомого места. Легенды помогают понять суть человека (мечты, история познания окружающего мира, духовное воспитание). Поэтому важно знать легенды и рассказывать их другим.
_____________________________________________________________
Иванов Григорий
Спасибо за жизнь! Моей прабабушке Ивановой Варваре Емельяновне посвящается...
Когда в нашей семье случаются трудности, старшие говорят: «А что на это сказала бы наша бабушка?». Память об испытаниях, выпавших на долю старшего поколения, бережно хранится в нашей семье. В голове не укладывается: как люди могли столько вынести и выйти из горнила войны такими чистыми, с такой любовью к людям? Хочу поделиться одним из эпизодов из жизни моей прабабушки.
Моя прабабушка Иванова Варвара Емельянова родилась 18 декабря 1910 года в Малороссии в селе Осытная, Ново-Миргородском уезде под Елисаветградом (впоследствии - Кировоградская область). В молодости она вышла замуж за Фёдора Леонтьевича Иванова, военного пограничника, который был переведен на польскую границу в районе города Бяла-Подляска. Вместе с мужем Варвара отправилась к месту службы, и именно там их застала вторая мировая война. Муж в первые дни пропал без вести.
На тот момент у них уже было трое детей. Когда начались бомбардировки и наступление врага, Варвара с малолетними детьми (6 лет, 4года и 3года) хотели эвакуироваться на грузовике, но они опоздали, и это опоздание сохранило им жизнь, потому что тот грузовик подорвали в нескольких десятков метров от них (погибли все пассажиры и водители).Варвара Емельяновна решила собрать вещи и бежать из военного городка. Путь был трудным, а она шла пешком с детьми, преодолевая большие расстояния. Особенно тяжело было с младшим - с моим дедушкой Димой. Варвара едва держась на ногах, сомневалась - сможет ли она спасти всех и выжить сама.
По пути к границе люди делились с ними хлебом и водой. В один из самых тяжелых моментов Варвара почувствовала сильное внутреннее сопротивление — она хотела оставить Диму у добрых людей, чтобы те заботились о нем, а сама со старшими детьми хотела уйти дальше, чтобы дойти до деревни Виски. Но материнская любовь взяла верх,и она нашла в себе силы и мужество, чтобы и дальше держаться вместе. Варвара дотянула до конца, сохранила своих детей и прошла через все испытания войны.
____________________________________________________
Карташева Татьяна
Дети войны
Нам не досталось детства — только хлеба
Кусочек чёрный, граммов пятьдесят.
Мы рано научились видеть небо
Не синим — цвета гари и утрат.
В свои двенадцать — взрослые, седые
Не волосом, а где-то там, внутри.
Мы были маленькие, но уже большие,
Когда вставали в смену до зари.
Станок холодный, выше нас с Алёшкой,
Но ящик под ногами — и вперёд.
Снаряды, гильзы — это не игрушки,
Но мы их делали. На фронт. Для тех, кто ждёт.
А мамы наши — тени, не иначе —
Пахали землю там, где плуг тяжёл.
Мы видеть их учились — и не плакать,
Хоть каждый вечер горем сердце жгло.
Сестрёнка Нина — семь ей было, кроха —
Носила воду раненым в санбат.
Ей говорили: «Деточка, ну что ты?»
А Нина отвечала: «Я — солдат».
Мы ели лебеду и мёрзлый клевер,
Делили корку на пятнадцать ртов.
И бабушка шептала: «Дети, верьте,
Наступит день — и будет стол готов».
Мы верили. А как иначе, если
Отец писал: «Держитесь. Я приду».
И мы держались — худенькие, вместе,
Как тонкие деревья на ветру.
Бомбёжки, голод, холод — всё стерпели.
Нас гнули — а согнуть ведь не смогли
Мы, дети, повзрослевшие в метели,
Прошли все ужасы суровой той войны.
И вот Победа. Помню это утро:
Мать обняла и плакала навзрыд.
Мы выжили — не чудом, и я верю
Никто в войне не будет позабыт.
Теперь мы — старики. Нас мало, мало.
Но в каждом — мальчик, девочка войны.
Мы детства не видали, но узнали,
Ту цену, что в победу мы внесли.
Вы, нынешние, знайте эту цену —
Не забывайте нас, всех кто войну прошел.
Мы выстояли. Не сошли со сцены.
Мы — дети тех, кто не был побеждён.
Вы, нынешние, знайте цену эту
Не забывайте нас, всех кто войну прошел
Мы выстояли. Принесли победу!
Мы дети тех, кто не был побежден!
_______________________________________________________
Кобзева Злата
Прекрасный истинный Донбасс
Мой край родной, Донбасс прекрасный,
Волшебны здешние леса.
И в этот день, живой и ясный,
Сияют ярко небеса.
Поля бескрайни и привольны,
Хоть много край мой пережил.
Ему бывало очень больно,
Но он не тратил гордых сил.
Всегда выстаивал, держался,
Не ведал страха в грозный час.
В веках великим оставался
Родной и праведный Донбасс.
Из пламени и из пожара
Донбасс рождался в трудный час.
Судьбы тяжёлые удары
Не испугали в жизни нас.
Озёра, степи, терриконы,
Лесов осенний листопад...
Природы вечные законы
Здесь радуют пытливый взгляд.
Зимой укрыты ели снегом,
Но вот весна уже спешит,
И под лазурным чистым небом
Подснежник в травке заблестит.
А летом — солнце, крики, смех,
Играет в мячик детвора,
И угощает щедро всех
Плодами сад наш до утра.
В трудах проводят люди дни,
И шахта — дом их и покой.
Добычей славятся они
В своей отчизне дорогой.
Пусть жизнь порой не как в рассказе,
Но здесь душа всегда поёт.
В родном и искреннем Донбассе
Живёт особенный народ.
___________________________________________________
Краснова Виктория
Я снова с тобой!
Эта история началась в августе 1941 года. Маша видела, что уже больше месяца все в их маленьком городке говорят и думают только о войне с Германией. Со свойственной всем детям наивностью она не осознавала еще всей важности происходящих событий, и ее можно было понять: трудно думать о войне, когда тебе всего семь лет и у тебя полно «важных» детских проблем. Самой большой проблемой была Саша, младшая Машина сестренка. Саше едва исполнилось четыре года, и она была очень назойливой и глупой, часто мешала Маше заниматься и делать школьные уроки. А надо сказать, что в школу Маша пошла очень рано, год назад, когда ей было всего шесть. Несмотря на возраст, ей нравилось учиться.
Но сейчас было лето, не надо было ходить в школу и учить уроки. Летом Маша могла целыми днями играть с Сашей и даже учить сестру всему, чему она сама успела научиться в первом классе.
Но в самом начале августа все резко изменилось… Однажды мама пришла с работы раньше обычного, бледная и взволнованная. Маша стала расспрашивать, что случилось, но мать быстро перебила ее: «Помолчи, Маша! Зови Сашу и собирайтесь!» Маша была послушной девочкой, поэтому сразу пошла за сестренкой и вместе они оделись как на долгую прогулку – ботинки, теплые шерстяные чулки, платья и кофточки. Мама тоже оделась и складывала в большой чемодан все ценное: деньги, документы, некоторые личные вещи и даже легкое одеяло.
Всего за полчаса они были полностью готовы. «Мамочка, куда мы спешим? И где папа?» – все спрашивала маленькая Саша. Маша строго ответила за маму: «Не задавай глупых вопросов! Раз мама сказала идти, значит нужно идти!» Они вышли из дома. Мама несла большой чемодан и свою сумку, Маша –свой школьный портфель с письменными принадлежностями, тетрадками и книжками, Саша – свою любимую куклу. На улице они увидели, что жители соседних домов тоже собрались и куда-то идут. Мама попросила дочерей крепко держаться за руки и сказала им: «Маша и Саша, что бы ни случилось, оставайтесь вместе, помогайте друг другу!» Девочки пообещали ей. Они непременно будут вместе, как же иначе?!
Когда все вместе они дошли до центральной площади своего маленького городка, мать рассказала им, что происходит: «Все, кто могут, решили уйти отсюда в лес, потому что очень скоро здесь будут наши враги! Ваш папа, милые мои девочки, ушел защищать нас всех от них, а мы должны хорошо спрятаться, чтобы враги нас не нашли!» Так она сказала, а маленькая Саша заплакала: «Неужели я не смогу увидеть папу? Я хочу к папе!»
Успокаивая ее, они присоединились к тем жителям маленького городка, что уходили в густой темный лес, находящийся неподалеку. Маша, Саша и мама шли долго и уже начало смеркаться, когда они дошли до небольшого лесного лагеря, разбитого беженцами. В основном там были такие же семьи, как и они сами.Мама достала из своей сумки взятую из дома еду – хлеб и яблоки. После того, как они перекусили, все стали заниматься своими делами: мама пошла поговорить с другими беженцами о планах на завтра, Маша достала книжку, а Саша стала играть со своей куклой.
Наступила ночь… И тут произошло то самое страшное, что показалось Маше неправдоподобным жутким сном! Позднее, когда она стала старше, она узнала, что фашисты, пришедшие в пустой городок, решили во что бы то ни стало догнать и вернуть жителей, и отправились искать их в лес.
Но сейчас Маша с трудом понимала, что происходит, ведь они уже стали засыпать. Вдруг раздались громкие крики на непонятном Маше языке, а затем выстрелы. Девочка испуганно вскочила, как и все. На них надвигалась толпа страшных, одетых в черное, вооруженных людей. В отчаянии беженцы заметались, некоторые попытались бежать. И их маленькая Саша была в числе тех, кто от страха помчался куда-то в глубь леса! Люди в черном стали стрелять в них, а люди падать от выстрелов.
Маша в немом ужасе наблюдала, как ее четырехлетняя сестренка медленно оседает на землю, а ее светлое платьице окрашивается в красный цвет. Саша открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но из губ малютки вырвался лишь глухой протяжный стон, и она замолчала. Навсегда…
Между тем окружившие лесной лагерь фашисты велели всем жителям городка построиться в шеренгу. Приказы отдавал один из них, видимо знавший русский язык. Маша, как и другие, построилась. Не повиновалась только их мать: секунды, показавшиеся Маше вечностью, она стояла неподвижно, затем бросилась к младшей дочери, упала рядом с ней, стала плакать, кричать, тормошить ее!
Она замолчала, лишь когда один из солдат грубо ткнул ее автоматом в плечо, молча указав на шеренгу беженцев. Мать встала. По ее искрящимся ненавистью глазам было видно, что она хочет убить убийцу своей маленькой дочери. Но тут она увидела старшую – и поняла, что если она сделает сейчас что-нибудь, то они могут убить и Машу! Поэтому мать молча встала в общую шеренгу и их повели обратно в город.
Маше удалось схватить свой портфель и сунуть в него любимую Сашину куклу. Брать с собой, чтобы похоронить, трупы близких горожанам не разрешили, и тело маленькой Саши так и осталось в лесу…
В городе всем местным было строжайше приказано ни при каких обстоятельствах не покидать границ города, за ослушание грозила неминуемая смерть.Кроме того, было под запретом выходить на улицу после десяти часов вечера. Фашисты регулярно патрулировали улицы, чтобы следить за соблюдением этих правил. Те горожане, что были пойманы ими, были расстреляны.
Также немцы забрали себе самое лучшее жилье в городе, вытеснив хозяев на улицу. Маша с мамой были вынуждены уйти из своего большого красивого дома и жить в маленькой квартирке маминой подруги.
В сентябре мама попыталась возобновить обучение детей в городской школе, ведь она была учительницей начальных классов. Но все теперь контролировалось фашистами, а они категорически запретили преподавание русского языка и литературы, «разрешив» давать детям только элементарные знания по математике и природоведению. Кроме этого, из школьной библиотеки были изъяты и показательно в присутствии учеников сожжены все книги, показавшиеся оккупантам подозрительными и «слишком русскими».
Медленно и уныло шла жизнь в оккупированном городке, пока не пришло освобождение. Огромный отряд партизан отбил городок у фашистов. Здесь были люди разных национальностей, но все были объединены в едином порыве борьбы с врагом!
Одним из наиболее опытных руководителей отряда был папа Маши. Прошло почти два года с момента их последней встречи, но он поседел и как будто постарел на много лет. Семья вернулась жить в свой старый дом, но их жизнь никогда уже не стала прежней…
Отец вернулся живым с войны, и жизнь потихоньку налаживалась. Но после смерти Саши родители, главным образом мама, сильно изменились, как будто очерствели. Они винили в смерти дочери себя. А отец даже сказал однажды, что если бы он был рядом, то загородил бы Сашу и умер бы вместо нее!
Маше не хватало тепла и любви. Да она и сама так грустила по сестренке! Она стала реже бывать дома, больше времени проводить с друзьями или в школе. В эти годы Маша сблизилась с Мишей, мальчиком на два года старше ее, потерявшем во время войны папу и старших братьев. Постепенно ребята стали проводить вместе так много времени, что в школе их прозвали «женихом и невестой»!
Прошло еще несколько лет… Маша заканчивала школу, а Миша уже был студентом института. Их отношения, которые начались как крепкая детская дружба, переросли в нечто большее, в сильную взаимную любовь! Миша сделал Маше предложение, и они решили пожениться сразу после выпускных экзаменов. Маша ждала этого события с огромным нетерпением!
В один из вечеров она засиделась над учебниками, очень устала. К тому же у нее болела голова и даже подташнивало. Едва успев дойти до кровати, она провалилась в беспокойный сон.
Ей приснилась убитая фашистами Саша. Она была в длинном светлом мешковатом платье и с парой огромных белоснежных крыльев за спиной. На руках у Саши лежал завернутый в белую простыню младенец. «Здравствуй, Маша!» – сказала сестренка своим до боли знакомым звонким голосом – «Мы давно не виделись с тобой. Не волнуйся, у меня все хорошо и скоро мы сможем снова встретиться там, в реальном мире. И снова будем вместе! Это – я!»
С этими словами Саша показала на младенца. Маша хотела спросить у сестры, что это означает, но… проснулась. И вдруг все поняла… Теперь она твердо знала, что имела ввиду ее погибшая сестра. Глядя в зеркало, Маша счастливо улыбнулась и посмотрела на свой живот: «Я жду тебя, моя малышка! И я назову тебя Сашей!..»
_________________________________________________________________
Курносенко Артём
Верность пустоте
Тишина заполняет обитель,
Где когда-то проснулась любовь.
Я остался здесь точно хранитель,
Хоть сюда не вернуться ей вновь.
Ты решила: иссякло общенье,
Постоянство уже не в цене.
И ушла, отметая сомненья,
Посылая разлуку ко мне.
В окнах гаснет закатная алость,
Вечер скромно прилёг на порог,
Душит город тоскливо усталость,
Предвещая унылый итог.
А душа, вопреки всем зарокам,
Не желает расстаться с тобой,
Зазывая меня ненароком
В дикий сад с бессловесной луной.
То проклятьем, то тихой печалью
Вновь и вновь ты приходишь во сне
Незабытой, обманутой далью,
Слёзной каплей в кромешной тоске.
Даже звёзды, смотрители ночи,
Зная плату прощальных утрат,
Сквозь холодные, медные очи
Разглядели финальный набат.
Лишь случайный свидетель распятий,
В лабиринте моём проводник,
Этот город без лишних объятий
Обнадёжил. Как мой духовник.
Только стук, что внутри раздаётся,
Не покроет сердечных затрат.
Тишина за спиной засмеётся
И вернуться к мученьям я рад.
_________________________________________________
Лебедева Виктория
Пирог с яблоками
Осеннее солнце ярко светило в кабинет учителя физики, а по совместительству и классного руководителя 7 «Б» классаВалерия Павловича Носова. Стоял жаркий сентябрь, полным ходом начался новый учебный год.
–Василий, новый учебный год только начался, а ты уже успел что-то натворить, – обратился учитель к ученику Васе Клюеву.
–Меня опять вызывают к директору по твоей шалости, признавайся, что ты сделал, – продолжал Валерий Павлович.
Вася Клюев– ученик 7 «Б» класса. Про таких на различных комиссиях говорят «правонарушитель», ну а по факту – обычный мальчишка из неполной семьи. Отца нет, мать всё время на работе. Семью кормить нужно. А Вася – он опора матери: и дров принесёт, и снег почистит, но и пошалить тоже любит.
–Окно разбил, Валерий Павлович, хотел в сторону кинуть, а попал в окно нашего магазина, – грустно ответил он.
–Ну, Василий, хотел в сторону, а попал в окно, ты думаешь, я в это поверю?– сказал учитель.
–Вот знаю я вас – современную молодёжь, никуда одних отпустить нельзя. А мы вот как раньше жили–на поезде одни к бабушкам и дедушкам за сотни километров ездили, – начал свой рассказ Валерий Павлович.
–Бывало, мать меня посадит на поезд в Москве, и еду я долгую ночь в Тверскую область. Времена такие были. Это сейчас, конечно, вас одних оставлять нельзя, но мы ездили. И ведь даже мыслей не было плохих. Хочешь расскажу тебе про мое детство? – продолжал учитель.
–Угу, – виновато кивнул Вася.
–Бабушка жила у меня в деревне, в Тверской области. Как же я любил к ней ездить. Всё лето у неё. Утром коров пасли, в обед с мальчишками в футбол, ну а вечером всей большой компанией ели бабушкин фирменный пирог – пирог с яблоками. Уж благо их у нас хватало–большой яблоневый сад занимал практически весь огород. Ранним летом уже поспевал сорт «Белый налив». Это – самые первые летние яблочки в саду, когда нет ещё большого разнообразия. А уж потом чего только не было – «Антоновка десертная», «Апорт», «Пепин». Ты, наверное, такие неизвестные сорта и не слышал никогда, – засмеялся учитель.
–Соберётся бабушка пирог делать, мы все тут как тут. Большая печь уже пыхтела жаром, будто сама радовалась новому угощению.Казалось, такой простой рецепт: мука, яйцо, сахар, молоко, разрыхлитель, масло, корица, и, конечно, яблоки. Много яблок. Но какое это было вкусное угощение! – продолжал он.
–Вот мне в этом году сорок лет, а я до сих пор, как сейчас, помню то замечательное время, – вдруг с грустью продолжил Валерий Павлович.
–А что, прям вообще не хулиганили, прям нисколько? – спросил Василий.
–Ну как нисколько, было дело. Переехали к нам в деревню новые соседи. Да тоже посадили яблоневый сад. До сих помню название сорта – «Конфетное» яблоко. Я маленький был, думал в яблоке конфеты будут. Вот и решил перелезть через забор, украсть пару штук. Спросить не додумался, никто бы не отказал угостить, так я полез через забор. Штаны разорвал, ещё и заметили меня. Ох, как мне тогда было стыдно, – покраснел Валерий Павлович.
–Как и тебе сейчас. Хороший ты парень, Василий, и черта в тебе хорошая есть – умеешь говорить правду и признавать свои ошибки. Если стыдно – значит раскаиваешься. Ты посмотри, какого мы с тобой оттенка лица – красного, – засмеялся он.
–Валерий Павлович, я больше не буду вас позорить, не будет больше кабинета директора, обещаю, – ответил Вася.
–Верю, верю, сами были детьми. Ты лучше учись, да становись учителем. Будешь таким же классным руководителем, как я, плохие поступки осуждать, – продолжал он. Да краснеть у директора, – продолжал Валерий Павлович.
–Ну я правда не буду, честное слово, – сказал Вася.
–А знаешь что, собирай портфель, да пошли чаю попьём с пирогом, у меня как раз жена приготовила. Ты не думай, я не только ругаться умею. Учитель должен быть другом ученику, тогда всё у него сложится хорошо! – сказал Валерий Павлович, и они вышли из класса.
Спустя двадцать лет.
Осеннее солнце ярко светило в кабинет учителя физики, а по совместительству и классного руководителя 7 «Б» класса Василия Игнатьевича Клюева. Стоял жаркий сентябрь, полным ходом начался новый учебный год.
– Пётр, новый учебный год только начался, а ты уже успел что-то натворить, – обратился учитель к ученику – Петру Скворцову. Но это уже совсем другая история.
______________________________________________________________________
Дудкина Марта
ПАРТА ГЕРОЯ
Сегодня в школе как-то очень тихо,
Хоть на местах лицейский весь народ.
Мальчишки не бегут на выход лихо,
А с пониманьем замедляют ход.
Гостей сегодня в классе очень много.
У всех пришедших миссия одна:
Открыть здесь парту воина-героя,
Дань памяти отдать ему сполна.
Когда-то тут, в лицее, он учился.
Давались знанья сложные легко,
Был сильным он и в спорте не ленился.
Смотрел вперед сквозь годы далеко!
Но жаль, не суждено надеждам сбыться:
Он, выполняя воинский приказ,
Не смог от взрыва страшного укрыться —
Погиб геройской смертью за Донбасс.
ДанилаКяшкин — вслух читаем имя…
Еще мальчишкой твердо выбрал путь:
Беречь Отчизну как свою святыню!
И долг отдал свой, хоть пожил чуть-чуть.
Большая честь — сидеть за этой партой,
Делами это надо заслужить.
Мы будем помнить парня подвиг ратный
И его память бережно хранить!!!
_____________________________________________________
Мещерякова Алёна
Мысли о колокольности в русской музыке
"В каждой музыке Бах, в каждом из нас Бог" И.Бродский
В каждом русском колокольный звон. Второй фортепианный концерт Рахманинова начинается имитацией колокольного звона. «С первого же колокольного удара чувствуешь, как во весь рост поднимается Россия» - писал Н. К.Метнер о начале этого концерта Рахманинова. Одно из самых дорогих воспоминаний детства Рахманинова именно о колоколах: четыре ноты, вызванивающиеся колоколами Новгородского Софийского собора.
"Четыре ноты складывались во вновь и вновь повторяющуюся тему, четыре серебряные плачущие ноты" — пишет Рахманинов.
Также его прелюдия cis moll полна реминисценции колоколов (сам композитор на вопросы о чем же эта прелюдия подготовил универсальный ответ: здесь нет никакой истории, это просто музыка).
Всё творчество Рахманинова пронизывает тема колокольного звона. Письмо-анонимка со стихотворением Э. По "Колокола" (как много позже выяснилось от неизвестной виолончелистки) вдохновили Рахманинова на поэму-симфонию "Колокола".
Кстати, не существует двух обертоново одинаковых колоколов.
В России внутри церкви не используется никаких музыкальных инструментов, только снаружи церкви - колокола. Р. Шуман, когда приехал в Россию (а это было как раз на Пасху) был потрясен пасхальными колокольными звонами. Кстати, Клара и Роберт Шуманы были в Твери. И вообще во время этой поездки звездой была Клара. Роберта считали просто ее проводником и даже спрашивали, понимает ли он что-то в музыке. Но вторая поездка в Россию у Роберта удалась, он уже был известен в русских кругах. Вообще тема Шуманов очень занимательна. Чем-то похоже на семью Маяковского и Брик, только намного адекватнее (ходят слухи, что Брамс был влюблен в Клару и что даже какой-то из ее детей — это ребенок Брамса. Но Брамс был также учеником и близким другом Шумана и очень ему помогал. У Шумана же было психическое расстройство, Брамс его поддерживал и помогал семье).
«Колокольность» встречается также у А.П. Бородина (имитация звона — "Фортепианная сюита", настоящий звон в "Князе Игоре"), М.И.Глинки (торжественный звон в "Иване Сусанине"), М.П. Мусоргского (имитация звона —фантазия для оркестра "Ночь на Лысой горе", настоящий звон в сцене коронации в "Борисе Годунове" Мусоргского и там же погребальный звон), Н.А. Римского-Корсакова (имитация звона —"Пасхальная сюита", настоящий звон в "Сказке о царе Салтане" и "Псковитянке"), П.И. Чайковского (увертюра "1812"), Г.В. Свиридова («Величания Пасхи», поэма «Отчалившая Русь»).
Свиридов подчёркивал, что «колокольный звон – это совсем не материальные звуки, это символ, звуки, наполненные глубочайшим духовным содержанием, глубочайшим духовным смыслом, который не передать словами. Без этого смысла – всё это превращается в обыкновенный железный лязг, звуки, не наполненные внутренним смыслом».
Даже на хоре мы пели произведение и чтобы хористы лучше поняли фразировку, дирижёр привел в пример колокольный звон. Мы должны были петь, как будто мы колокол.
Вдохновлено прочтением книги «От Баха до Шостаковича. Истории великих музыкантов» митрополита Клариона (Алфеева)
Мещерякова Алёна
Двое
Всё, кроме меня, уже было:
И этот белесый рассвет,
Поцарапанный месяца гривой,
И облачный солнца корсет,
Что небо синью омыло.
И всё, без тебя, тоже жило:
Тишь золота здешних болот,
Одиноко гнилая меж сосен,
Глухой листопад лесных нот,
Что шепчет осипшая осень.
Так всё и без нас подступило:
Печальная даль в облаках
В искристом румянце заката,
Песнь ветра в колоколах
В церквушке, где крыша поката.
Всё, кроме двоих, уже было.
*****
Многообразие зимы упало в снег
Среди стеклянных букв и цифр.
Предел дождя сломал пробег,
Придумал снежный шифр.
Ми-категории сонат из Глюка в фа
Переписали соль симфонии в лягушек,
Сиренево добавив, ре травя,
Веснушки нот на сказку про трёх хрюшек.
И злые волки алгебры, скуля,
Читали байки зимние без стужи
Пока терялась здешняя зима
В трёх соснах, а точнее, в лужах.
И рифмой жуткой обесчестили стихи,
А снег плыл речкой безкольцовых идеалов.
Небесно падали бесснежные грехи,
Устав от мороси рассеяных хоралов.
Многообразие зимы упало в дождь,
Насквозь пронзив безнотную улыбку.
И снег прибьет на стену почвы гвоздь,
Пока я флейтой заменила скрипку.
И музыка залепит все слова,
Несказанные вовремя погодой.
А снег идёт. И снег ушел (и навсегда?),
Воспользовавшись полученной свободой.
Пространство поля на пустом листе
Тетрадки, выброшенной в урну к снегу,
Зевало долго, но потом к весне
Расстаяло, войдя в библиотеку.
А математикой убили все мечты,
И в топологии соединили казни:
В многообразии без снеговой фаты
Дарили цифры нотам неприязни.
И не понятен смысл верхних слов,
Перемешали глупые идеи –
Ты и поэтом стать-то не готов.
Оставят буквы прежние затеи...
Многообразие зимы упало в снег
Среди стеклянных букв и цифр.
Предел дождя сломал пробег,
Придумал снежный шифр.
*****
Дыхание кружилось в животе,
Толкая вечер и луну повыше.
И ноты-звёздочки летели в темноте,
Садясь на черепицу нотной крыши.
Без интонации допев последний слог,
И без цветов овации, сплясали трели губы.
Я знаю, есть на нотном небе Бог,
Он слушает меня, сточив от фальши зубы.
Не перепели звёзды лунных смех,
Я не допела на дыхании сонату.
На ноты валит зимний снежный мех,
А я пою навстречу песнепаду.
*****
Дома затоптали закат –
Это город, здесь такие нравы.
Солнца нет, и дождь не виноват,
Он в серые стучит октавы.
______________________________________________
Дудкина Милана
Герою-прадеду Владимиру Глухову
Уж восемьдесят лет, как кончилась война,
Но в семьях каждого живут воспоминанья
О тех, чья жизнь была Победе отдана…
Передаем друг другу устно те преданья.
У нас в семье, где память предков свято чтут
И пожелтевшим фото, письмам знают ценность,
Известно: прадед выбрал свой на фронт маршрут –
Он железнодорожником встал в строй военный.
Был с первых дней войны без отдыха и сна –
Эвакуировал людей, потом – заводы,
Переправлял их в тыл с утра и до темна
Под вражеским огнём, все претерпев невзгоды.
На службе жил – порой не спал, не ел он сам,
Чтоб быстро груз доставить на передовую,
Снаряды, провиант и технику бойцам –
В боях стоявшим насмерть за страну родную.
В теплушках раненых он в тыл перевозил –
Обосновался целый госпиталь в вагоне,
Бывало, агитпоездом руководил,
Солдатам дух он поднимал на поле боя.
Был ранен тяжко, став примером для других, –
Сражался до конца, на шаг не отступая,
Победу встретил, обнял всех своих родных,
Большая наша гордость – все его медали.
Владимир Глухов – воин, славный прадед наш,
Твой храбрый поезд, знаем, мчит тебя в бессмертье!
Твоя работа – просто высший пилотаж.
Твой голос сквозь века звучит: «В Победу верьте!»
Уж восемьдесят лет, как кончилась война…
Желаем всем героям мира и здоровья!
Восходят солнцем ветеранов имена.
И мы гордимся: с прАдедом одной мы крови.
_____________________________________________________
Мирошниченко Ольга
Лето
Лето - время, когда можно путешествовать и запасаться приятными эмоциями, которые согревают нашу память еще очень долго.
Этим летом я решила исследовать свою малую Родину, ведь для того, чтобы увидеть что-то удивительное и прекрасное, не обязательно уезжать за тысячи километров.
Хакасия– удивительный край бескрайних степей, величественных гор и бурных рек. Хакасия- место, в котором сохраняются традиции далёких предков. На территории республики расположено много туристических маршрутов: можно посетить загадочные курганы, отправиться в поход по Саянским горам илиокунуться в теплые волны соленых озер.
Я отправилась покорять свою родную землюк горной грядеОглахты.
Эта удивительная горная цепь расположенав Боградском районе Республики Хакасия на левом берегу Енисея.Оглахты — одно из живописнейших мест моего региона, имеющее не только природную, но и культурно-историческую значимость.
Меня поистине восхитила удивительная природа этого места! Посмотришь в одну сторону- перед тобой разливается бурным потоком Батюшка-Енисей, журчат его воды, переливаются разными цветами в бликах солнца,бегущие куда-то вперед торопливые волны, плещутся рыбы, пытаясь угнаться за беспокойной рекой.А чуть поодаль за рекой просматриваются горные хребты еще не покоренных мне вершин.
Налево от извилистой дороги, тянущейся вдоль бесконечной степи перед тобой появляетсядлинная цепь гор, которая, то опускается, то вновь поднимается вверх острыми зубчиками. По центру горной гряды, которая входит сейчас в территорию заповедника «Хакасский», экологами создана длинная лестница, ведущая путников бесконечным числом ступеней к вершине. Но мы отправились покорять Оглахты по другому пути, более сложному и невероятно живописному, взбирались на сами зубцы горного массива, куда невозможно добраться, следуя только по ступеням.
Знойный июль, бескрайние просторы без привычных городских пейзажей. Здесь слышен только стрекот кузнечиков и голос ветра. Путь предстоял неблизкий, от палящего солнца пожухшая трава похрустывала под ногами. Она бесконечным ковром окутала всё вокруг, пробравшись даже в щели между вековыми камнями.Вдоль тропинки, петляющей ввысь, росли удивительные цветы, ароматы которых, словно дымка наполняли умиротворением и свободой, многие из них, как оказалось, являются эндемиками и растут только здесь, поэтому эта территория и стала заповедной.
В траве яркими бусинами привлекала наш взгляд душистая дикая клубника. Наберешь горсточку ароматных ягод и медленно смакуешь неожиданно повстречавшийся десерт, который, как нельзя кстати, придавал силы в этом затяжном подъеме. Кисло-сладкий вкус клубники напомнил мне, как однажды мы вместе с бабушкой собрали в лесу много ягод и сварили вкусное варенье.
На пути встречались и преграды: огромные лозы колючих кустов, где приходилось по одному пробираться в узком темном тоннеле.
В середине пути мы вышли к большим каменным стелам, на которых четко просматривались рисунки древних жителей нашего региона. Наш проводник рассказал нам, что этим письменам более двух тысяч лет!
Небольшой отдых и снова в путь. Теперь впереди перед нами больше не было препятствий, но склон горы стал настолько отвесным, что каждый шаг давался с огромным трудом. Не смотря на зной, нас начали одолевать комары, и совсем близко подступило отчаяние, что покорение вершины окажется не возможным. Но шаг за шагом мы продолжали приближаться к заветной цели…
Когда показалось, что силы совсем покинули, неожиданно на вершине нас встретил ласковый ветер, охладивший уставшее тело. Взору предстал удивительный пейзаж, который поразил своим величием. Нет, мы не зря проделали этот сложный путь! Я села поодаль от остальных, на одной из вершин зубчатой горы прямо перед удивительным оптическим событием- двумя солнцами на закате.
Я любовалась, как внизу далеко-далеко до горизонта замысловатыми узорами текут реки по хакасской степи. Возможно, именно здесь когда-то образы этих узоров вдохновили воображение вышивальщиц национальных костюмов, которые также как я сейчас созерцали картины, созданные самой природой! В воздухе пахло чабрецом, я жадно ловила этот аромат, пытаясь набрать его с собой впрок.
Спустя время мы медитировали под пение птиц, пролетавших совсем рядом, ведь оказавшись так высоко над землей, стали для них близки.
День клонился к концу, а спускаться отсюда совсем не хотелось. Удивительно, как природа раскрывает в тебе целую гамму чувств, дарит свои секреты в награду за твой долгий путь!
Говорят, что здесь можно встретить горных козлов и косуль, ведь с хакасского языка «оглахты» переводится как гора дикого козленка, поэтому я решила, что обязательно снова вернусь сюда, чтобы прикоснуться к истории и величию хакасских просторов!
______________________________________________________
Полувидько Владимир
1242
Не в силе Бог, а в правде!
(Александр Невский)
Кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет!
Суровый Лик Христа на алом стяге.
Вдали – фигура князя на коне.
Волненье, ужасво тевтонском стане.
Таится в тёмных веков мгле,
Как клад в глубинах мрачного вертепа,
В век смут и войн, усобиц и врагов,
Как золото сияет та победа,
Из тёмной глубины веков.
***
Епископ злобный, запятнавший длани,
Персты свои в крови людской, сказал:
«Пора нам приобщить к Господней Церкви
Того, кто Господа ещё не знал!
И пусть народы, варвары Востока,
Креститься станут или умирать!
Ведь лучше быть убитыми жестоко,
Чем муки вечные в аду претерпевать!
И вот, понёсся он с мечами и огнями
Враг по земле Чудской. И крови полоса
Легла наБалтики янтарный берег,
Бескрайние лопарские леса,
На тысячу озёр земли Карельской,
И надо Псковом уж повис туман…
О лжеучитель! Это не посланье
Христовой Веры! Это твой обман!
Зачем прикрылся Именем Господним?!
Зачем покрылся Плащаницей ты?!
Чтоб убивать язычников жестоко!
Не проповедовать – убийств желаешь ты!
И чудь сидит в лесу, перепугавшись,
Что их сегодня на костре сожгут!
И меря содрогнётся, испугавшись,
Когда увидит – рыцари идут!
***
Под Псковом ожидали псы – тевтоны,
И обнажили уж мечи свои.
И шлёт злой граф во Новгород посланье:
«Я здесь! Пленяю земли я твои!»
Но новгородцы не боятся - знают,
Что есть в стране великий человек!
И ныне он Землёю Русской правит!
Не даст он Русь врагам терзать вовек!
А имя князя – Александр Невский!
Прославился он тем в Руси Святой,
Что две зимы назад поганых шведов
Он победил, побил их за Невой!
И по воде преследовал корабль!
И Биргера он вышиб из седла!
И шведских псов прогнал с Руси с позором!
Была тогда суровая зима,
Чудские воды лёд сковал тяжёлый,
Но где Ижора в озеро вошла -
Проталина во льду, и там озёрный
Пробила панцирь быстрая река.
И Невский вывел всю свою дружину
На лёд Чудской, и стали немцев ждать.
А рыцари в своём немецком стане
Молились, и победу отмечать
Готовились поганыелатыны,
Но выскочил засадный полк на них.
И на ливонцев князь повёл дружину
И опрокинул, и погнал он их
Туда, где речка крепкий лёд точила.
Не выдержал онтяжести брони!
И треснула под рыцарями льдина!
Крик, смерть! Пошли ко дну они.
Возликовали русские – свершилась
Нелёгкая победа та!
И начали торжествовать победу,
Иисуса славить – Господа Христа.
***
Суровый Лик Христа на алом стяге.
Горят надежды рыцарей в огне.
Волненье, гомон во латынском стане.
Пред войском победитель на коне
Великий воин, Александр Невский –
Князь – ратник и монах, отецсвятой!
Побил он грозных рыцарей немецких!
И горе, горе, горе земле той,
Которая войска на Русь послала!
Ведь сказано великим князем: тот,
Кто к нам с мечом в Святую Русь проникнет,
Тот сам от своего меча умрёт!
Теперь, читатель, если ты увидишь
В Кремле, в соборе древнем на стене
Написан образ воина святого,
Ты вспомнишь, как былых времён во мгле,
В век войн и смут, как клад вглуби вертепа,
Сияет золотом, так и победа та
Для русского сияет человека,
Сияет нам она через века,
Сияет из тринадцатого века.
Я помню, я горжусь! Пусть все запомнят:
Кто на Святую Русь с войной придёт,
Кто меч поднимет на страну мою родную,
Тот сам от своего меча падёт!
***
Нерукотворный Спас совсем нестрашен.
Но взгляд Христа ужасен и суров,
Для тех, кто шлёт хулу на Русь Святую!
И ныне под Святым Христовым ликом
Солдаты русские бьют яростно врагов!
Да будет так, ведь это – Воля Божья –
И ныне, присно, и во век веков!
Аминь.
______________________________________________________________
Понамарева Дарья
Пять слов вместо тысячи фраз
Вспомним время прошедшей войны,
Великой войны мировой,
И город у севера нашей страны,
Закрытый врагом, но живой.
***
Ленинград. Зима. 1942 год. Город находится в блокаде уже больше года. За это время много людей погибли от обстрелов, голода и холода. Уже, пожалуй, не найдёшь человека, у которого бы не умер родственник, близкий друг или просто хороший знакомый. Многие видели смерть своими глазами, смерть близкого человека или случайного прохожего. Она стала уже чем-то привычным, чем-то таким, без чего не может быть иначе.
Шестнадцатилетняя Света - не исключение происходящему. Её отец с самого начала войны добровольцем ушёл на фронт, где и погиб. Младший брат умер от голода прошлой зимой, ему не было и трёх. Мать умерла два месяца назад при обстреле. Света осталась одна... Почти одна, сейчас она работает в детском саду, помогает тёте Кларе, женщине, с которой когда-то хорошо общалась её мама. Хоть Клара и хотела забрать девочку к себе, после смерти её матери, но Света настояла на том, что будет жить одна в квартире родителей, и Клара не стала с ней спорить.
Рано утром девушка, как всегда, появилась на работе. Но взглянув на её лицо, тётя Клара заметила, что синяки под глаза стали больше, чем обычно, и отправила девочку домой со словами: “Сегодня и без тебя справимся, иди отдохни.”
Это был первый Светин выходной за последний месяц. Шёл декабрь, по утрам за окном становилось всё темнее и темнее, сил уже не было вставать в такую рань, поэтому девочка была искренне рада выпавшей возможности отдохнуть. Чтобы зря не терять времени, Света решила сходить за хлебом. Она шла по улицам родного города, отчасти уже разрушенным войной. Мысли невольно возвращались назад, в беззаботное прошлое, в то время, когда всё ещё было хорошо и родители были рядом. Стоило только прикрыть веки и перед глазами проплывали семейные вечера, прогулки с подругами... Казалось, что тогда даже солнце светило как-то по-другому. Как трудно осознавать, что это всё осталось в прошлом, что этого уже больше не будет. Свете даже как-то не хотелось проворачивать мысли в иное русло, более того, её хотелось вернуться назад в прошлое, пережить все счастливые моменты заново.
Размышляя о былом, девочка подходила к магазину, где выдавали еду. Чтобы скоротать путь, она свернула в переулок и почти у самого магазина заметила мальчика, сидящего за углом, уткнувшись лицом в колени. Он сидел и плакал. Когда Света проходила рядом, он поднял на неё свои красные от слёз глаза, чем приковал к себе взгляд девушки. На вид ему было лет восемь-девять, из-под шапки торчали каштановые волосы, на старой куртке были заметны заплатки, наверняка сделанные заботливой материнской рукой. Света несмело остановилась, глядя на мальчика, как же он был похож на её младшего брата. Она присела на колени и осторожно спросила:
- Что случилось? Почему ты плачешь?
Мальчишка, вытерев слёзы, заговорил, продолжая всхлипывать:
- Я... я карточку потерял. А мама... мама сейчас на работе, она в госпитале ра... работает... Я кушать хочу, н...но если мама со мной поделится, она будет голодной, я хотел потерпеть, не кушать сегодня, но есть сильно у...уж хочется... Я не знаю, как бы...быть... - пока он говорил на глазах снова выступили слёзы.
Посмотрев на мальчишку ещё раз, Света сказала:
- Подожди, я сейчас приду.
Она зашла в магазин, получила хлеб на сегодня. Вышла на улицу, быстро сбежала по ступенькам и подошла к мальчишке.
- На, возьми, - присев на корточки, тихо проговорила Света, - я не голодна. У тебя есть мама, а у меня никого нет. Тебе нужнее.
- А как же ты?
- Тебе нужнее, - повторила девушка.
Затем она встала, напоследок взглянула на изумлённого ребёнка, улыбнулась ему и ушла. Костя, так звали мальчика, ещё долго провожал взглядом уже скрывшуюся за поворотом девушку. Он стоял и думал, что это был ангел, сильно уж необычными показались ему её светло-голубые глаза, бледное лицо и самоотверженный поступок. Посмотрев на хлеб, Костя направился домой. Хорошо, что был уже завтра у него будет новая карточка, ведь срок действия старой заканчивался именно сегодня.
***
Света быстрыми шагами шла домой. По дороге она всё думала о мальчишке, о его схожести со своим умершим младшим братом. Те же черты лица, тот же взгляд, только он старше, как будто это брат, но только он вырос. С этими мыслями девочка не заметила, как уже открывает дверь своей квартиры. Квартиры, в которой она выросла, в которой нянчилась с братом, в которой прошла вся её осознанная жизнь... Замедлив шаг, она прошла в свою комнату и села на кровать. Мальчик, в мыслях опять тот мальчик. Аккуратным движением руки девушка достала из-под подушки блокнотик, взяла карандаш и принялась быстро записывать что-то. Через некоторое время она закрыла его и убрала обратно под подушку. После Света легла на кровать и мечтательно посмотрела в потолок, в голове снова проплывали мысли о прошлом, о папе, о маме и о брате. Вскоре усталость дала о себе знать и девушка провалилась в сон.
Когда девочка проснулась за окном уже было темно, часы показывали без пятнадцати десять. Хотелось есть так, что голова кружилась от голода, она ничего сегодня не ела. Света решила пойти на улицу, она понимала, что сейчас уже скорее всего не уснёт. Рука сама потянулась под подушку за блокнотом. Посмотрев на него, Света положила блокнотик в карман маминого зимнего пальто, в котором она и вышла на улицу.
На небе светили звёзды, а вокруг ни души. Устремив глаза ввысь, девочка засмотрелась на небо, немного постояв так, она пошла прогуляться. Её взгляд скользил по знакомым домам и деревьям, она медленно шла по родным улицам, время от времени сворачивая в переулки.
Вдруг в небе промелькнуло что-то странное и оттуда же послышался гул. “Обстрел,”- догадалась девочка. Нужно скрыться, Света вжалась в стену ближайшего дома. Послышался взрыв, девушка повернула голову на звук и с ужасом заметила, что снаряд попал прямо в дом, в котором она живёт. На глазах выступили слёзы. За снарядом последовали другие, они с грохотом разрывались то тут, то там. Девушка следила взглядом за падающими с неба бомбами и снарядами и на звук поворачивалась то в одну сторону, то в другую. Следя за одним из снарядов, она не заметила, как рядом что-то с визгом упало. Земля вздрогнула. Снаряд разорвался. Осколки полетели в Свету. Она не очнулась...
***
Вечер. Костя ждёт маму с работы. Она часто задерживается и приходит домой уставшая. Рядом с мамой он по-настоящему счастлив. Сегодня утром пришло письмо от папы, его призвали в армию почти в начале войны, с тех пор он отправляет письма домой раз в месяц, и Костя с нетерпением ждёт послание от отца. Сегодня утром они с мамой не успели распечатать и посмотреть письмо, поэтому оставили его на вечер. И вот Костя сидит на диване в гостиной, у него в руках письмо папы, которое хочется открыть, но он ждёт маму, без неё письмо открывать нельзя. Вот звук открывшейся входной двери: мама пришла. Бережно положив письмо на тумбочку возле дивана, Костя бежит встречать маму.
Семейный вечер у них почти такой же, как и до войны, только папы не хватает. Его письмо вскрыто, мама негромко читает вслух. На этот раз ничего нового: с отцом всё впорядке, он беспокоится о нём - о Косте и о маме. Мама с сыном несколько раз перечитали письмо и вот уже хотели написать ответ, как вдалеке послышался грохот. Начался обстрел. Мать схватила мальчика за руку, и они вместе спустились в подвал. Там им и пришлось провести оставшуюся ночь в окружении сбежавшихся соседей.
Обстрел закончился только под утро. Люди выбирались из подвалов и приводили город в порядок. Мама Кости оказывала помощь пострадавшим, которых приносили в госпиталь, к счастью снаряды попали в основном в нежилой квартал, а из жилых домов пострадал только один, и пострадавших было не много.
С утра Костя получил новую карточку, сходил за едой, а ближе к обеду отправился в школу. В этот раз мальчик вышел рано и решил немного прогуляться. В одном из нежилых переулков он заметил кого-то лежащим на спине в неестественной позе, подойдя ближе, мальчишка вдруг осознал, что это та девушка, которая вчера отдала ему свой хлеб. Это был не ангел, это была обычная девушка. В голове пронеслись её слова: “Тебе нужнее”. Её ранило осколками в шею и ногу, вокруг всё было в её крови. Тело было уже замёрзшим, её голубые глаза почти не изменились, только впали. Из кармана девочки торчал какой-то блокнотик. Мальчик наклонился и взял его. Костя открыл блокнот, там, где была закладка, и его взгляд скользнул по строкам:
“17 декабря 1942 года. Сегодня утром я видела мальчишку, он сидел около магазина с пропитанием и плакал: потерял карточку, я отдала ему свой хлеб. Зачем и почему? Он похож на моего младшего брата, только старше. Я уже год виню себя в его смерти: не доглядела. А этот мальчишка он просто копия брата, я не могла ему не помочь. И что бы не произошло со мной после, мне без разницы, пусть я даже умру, но тот мальчишка... Я хочу, чтобы он выжил.”
“Я хочу, чтобы он выжил” - эти пять слов были обведены. Они кружились в голове, к ним снова и снова возвращался взгляд. Костя стоял возле её трупа, как вкопанный. “Она, обычная девочка, отдала ему свою еду, ему, незнакомому мальчишке, который просто похож на её покойного брата. Почему она на улице? Почему она здесь? - рука не произвольно засунула блокнот девочки, в карман куртки. - Нужно позвать кого-то из взрослых, нельзя оставлять её так.” Не задумываясь, мальчишка быстрыми шагами вышел к дому, в который попал снаряд, там ещё находились люди. Он рассказал о девушке незнакомой женщине, и она сказала, что посмотрит, что с ней, и Костя отправился в школу, весь день у него из головы не выходила девушка...
***
Придя из школы домой, мальчик всё думал об той девушке, в его кармане остался её блокнот. Костя пришёл на кухню, открыл блокнот и перечитал последнюю запись. “Я хочу, чтобы он выжил” - эти последние пять слов вновь въелись в сознание и не отпускали. “Я похож на её брата, и она хочет, чтобы я выжил... Чтобы я выжил, потому что похож на её брата.” Собравшись с силами, мальчишка открыл блокнотик и начал читать записи с самого начала:
“22 июня 1941 года. По радио передали, что началась война. Надеюсь, что она закончится быстро и никак не повлияет ни на меня, ни на мою семью, ни на нашу страну.
4 июля 1941 года. Война всё набирает обороты... Папа добровольно ушёл на фронт.
15 августа 1941 года. Отец погиб. Предчувствую, эта война не пройдёт так легко, по крайней мере для меня она уже не та, какой я себе её представляла.
8 сентября 1941 года. Мой родной город - Ленинград закрыт врагами в кольцо. Наша армия должна освободить его. Победа будет за нами, она будет, я в неё верю!
6 ноября 1941 года. Был сильный обстрел. Я, мама и брат весь день сидели в подвале.
7 ноября 1941 года. Сегодня я узнала, что вчера умерла моя подруга. Снаряд попал в их дом, когда она спускалась в подвал.
15 августа 1942 года. Прошёл год со смерти отца. Я скучаю.
10 января 1942 года. Умер младший брат. Я работаю в детском саду с подругой мамы, в школу меня никто не отправит, а если и отправят я туда не пойду.
27 октября 1942 года. Был обстрел. Умерла моя мама. Я осталась здесь одна. Не знаю, как дальше жить. Сейчас продолжаю работать в детском саду. Тётя Клара хотела забрать меня к себе, но я решила остаться в своей квартире. Скучаю по папе, брату и маме, сильно скучаю... Я хочу, чтобы всё было как раньше, но как раньше уже не будет, я одна.
19 ноября 1942 года. Я устала, честно я устала. Ленинград всё ещё в блокаде. Я уже ни на что не надеюсь, но хочу, чтобы как можно скорее наступил конец этой ужасной войны, из-за неё я лишилась всех дорогих мне людей, осталась одна. Если бы было возможно, я вернулась бы в прошлое, не хочу жить в настоящем.”
Когда пришла мама, Костя всё ещё сидел на кухне и вчитывался в блокнот. Мама тихо подошла к сыну и спросила:
- Что это у тебя?
- Блокнот девушки, которая вчера спасла мне жизнь. - ответил Костя, и на его глазах выступили слёзы. - Я вчера потерял свою карточку, и она отдала мне свой хлеб. Я думал это ангел... У неё были светлые голубые глаза и бледная кожа, точно у фарфоровой куклы, она без ропота отдала мне свою еду. Я сегодня... сегодня я нашёл её мёртвой пока шёл в школу, из её кармана торчал этот блокнотик, она не была ангелом. Я прочёл последнюю запись, она писала обо мне, она хочет, чтобы я выжил. Она была здесь совсем одна, у неё умерли все... все...
Мама внимательно выслушала Костю, подошла ближе и обняла за плечи. Потом она тихо сказала:
- Всех, кто умер вчера при обстреле и сегодня в госпитале похоронили в братской могиле на Смоленском кладбище. Мы с тобой обязательно должны туда сходить.
В ответ мальчишка только кивнул. В голове всё ещё кружились последние пять слов из блокнота: “Я хочу, чтобы он выжил.”
***
Январь. 1943 год. По дороге жизни, льду Ладожского озера, эвакуировали детей и взрослых. Мама с Костей сидели в грузовике. Мальчик смотрел вокруг: рядом сидели другие дети и взрослые, они наконец покинут блокадный город.
Вчера вечером мама Кости написала папе, что они уезжают из Ленинграда в Омск и обещала написать, как только они туда приедут.
***
Май. 1945 год. Война закончилась. Фашисты с позором выгнаны с нашей родной земли.
Костя и его родители остались живы. Сначала они жили Омске, после родители уехали в Ленинград. К тому времени Костя уже учился в университете и принял решение остаться и пока что не возвращаться в родной город.
***
Время течёт, и всё то, что раньше казалось одним, в последствии приобретает новый смысл. Костя поездом едет в Ленинград впервые после войны. В его руках блокнотик Светы, он хранит его с тех пор, как нашёл её мёртвой. Перечитывая записи, Костя решил сходить на братскую могилу, где похоронена девушка, ведь если бы не она, он бы, наверно умер с голода.
Оставив свои вещи на вокзале, он отправился на Смоленское кладбище к знакомой могиле, которую когда-то посещал вместе с матерью. В голове всё также, как тогда кружилась последняя фраза из блокнота: “Я хочу, чтобы он выжил.” Подойдя к могиле, Костя опустился на колени и прошептал: “Я выжил, выжил благодаря тебе... Спасибо!...”
____________________________________________________________
ПОПОВ ИВАН
ЗАЗДРАВНОЕ
I
Коль сходить – так с ума, а не вновь по тропе к магазину,
Продолжая банкет, неоплаченный годом назад.
Слишком долго, видать, мы посмертно тянули резину –
То не вспышка Надежды, а только похмельный азарт.
И теперь – столь привычная стужа, бездумная трата
Утомительных дней, завершающих Вечность Твою:
Так Абсурд Бытия превосходит любые расклады.
Что расскажет Господь о сегодняшнем курсе валют,
О голодных морях, что готовы наследовать Землю,
О непрожитых снах, о бесхозной Своей правоте?
Обезумев от смертных забот, человечество внемлет
Только тем, кто решил, что не в силах ступать по воде.
II
По осколкам души, по ведущим к обрыву тропинкам,
По наглядным примерам падений, по стертым следам,
По спасительным рощам Забвения – гордости в пику –
Мы бродили, покуда неистовый ветер сметал –
Миг за мигом – уверенных в том, что душа первородна,
Что отнюдь не кусок пирога есть конечная цель.
Но, поскольку нельзя круглый год оставаться голодным,
Взяли нас на прицел – и Господь изменился в лице.
Что теперь вялый бред о навеки потерянном Рае,
Коль победа стекла по обвисшим – что плети – рукам?
Новый день – по текущим расценкам – не стоит стараний;
И не важно, что будет потом – не потоп, так вулкан.
III
В пластилиновых снах бессистемно меняются лица.
Отрицание выше, чем бремя посмертных забот.
Даже вольная птица чего-то порою боится.
Расскажи мне о тех, кто законно отправлен за борт;
О кромешных лесах, о волшебной потерянной лани
И оленях, которым даны золотые рога;
Как терзает пропащие души нещадное пламя,
Как – сражаясь за общую цель – наживают врага;
О навязчивых правилах, догмах, налипших на пальцы;
О бездомных котах и старухе с кривою клюкой;
Расскажи мне о том, как любить – и притом не бояться;
Расскажи о петле, чтоб настал долгожданный покой.
IV
Допивая вино, путешественник просит добавки –
Это лишь поначалу казалось, что Чаша полна.
.............................................................................
То химера меж них налицо безнадежно больна.
Это кажется только, что больно – гвоздями в ладони:
Несомненно, что дальше все будет больнее стократ.
Это кажется только – в бассейне Титаник не тонет:
Время, что и Пространство – никчемный, по сути, догмат.
Надвигается эра дождей, мешанины понятий
И бессвязного бреда на тему из жизни кротов.
Тело хоть и живет при душе, пострадавшей от вмятин,
Но Любовь – это Смерть: ведь не важно, что будет потом.
_______________________________________________
Примако Светлана
Петербург моей души
Ты Петербург моей души…
Такой же статный, непокорный,
Но быть не гостьей разреши
В глазах своих таких холодных.
Стань буквой первой у главы,
Открой мне тайну белой ночи,
В объятьях шёпота Невы
Сотри тревоги все о прочих.
Не разводи по берегам
Мостами любящие взгляды,
Пусть боль и счастье пополам
Разделят в ночь и будут рядом.
Остаться в сердце разреши
Горящим пламенем хранимым.
Ты Петербург моей души,
Такой же статный и любимый.
_________________________________________________
Панова Полина
Корочки хлеба
Варя приехала на День рождения к прадедушке. Ему исполнилось 87 лет.
В комнату внесли длинный стол, уставили салатами, напитками. Девочка вдохнула разнообразные запахи, устроилась скраю дивана, который глубоко провалился под ней. Она любила эту комнату.
– Без остальных начинать невежливо, – сказала она младшему брату, который примостился рядом и схватил кусок чёрного хлеба.
– А я и не ем, – отпихнул он её руку, принялся катать из мякиша шарики и катать их по столу.
– Прекрати.
Сначала шарики рассыпались, но вскоре Олег приноровился, и они стали получаться довольно крепкими.
Тут в комнату вошли все, сели за стол. Гости пожелали дедушке здоровья и счастья. Сам Валентин улыбался, благодарил. Олежек прищурился и запустил шарик, который пронесся по столу и попал в тарелку с салатом дедушки.
– Гол! Победа! – закричал восторженно мальчик.
Дедушка на миг замер, смотря ещё недавно такими радостными, а сейчас темными невидящими глазами на внука. Поспешно смахнул одинокую слезу:
– Ты забавляешься с хлебом зазря. Во время моего детства мы подумать не могли про такое! За одну крошку хлеба готовы были далеко ходить по сугробам, в холоде, пересиливая слабость.
– Почему, деда? – поднял голову Олег, остановив свой шарик.
– Да потому что, голодали мы. Помню, как каждый день просыпался от голода. Живот прилипал к позвоночнику, вы и не знаете, как это было... и, надеюсь, не узнаете, – дедушка медленно покачал головой. – Страшно было. Помню один день. Мне лет шесть. Мама из сил выбивалась, отдавала нам последние крошки. Коровушку нашу зарезать пришлось, благодаря ей и выжили. Кормилица наша...
Вот проснулся я утром, побежал за корками хлеба. Один бегал в магазин, удавалось иногда выпросить парочку корок.Вымеряли всем точно, ни одного лишнего грамма. А я что? А я в одной тонкой куртейке, проваливаясь в снег, добежал до дверей, да притаился. Как новую группу запустят, и я внутрь. Там чуть теплее, но всё же не как сейчас. Обогреватель в каждой комнате... А тогда....
Люди вокруг высокие, меня толкают. Я пробираюсь, смотрю на прилавок, а там... драгоценный хлеб, металлические весы, нож. Ровненько так отрезала тетенька куски мякиша, меряла, ровняла, потом отдавала людям, которые, с радостью и нетерпением следили за её движениями. Многие тайно надеялись, что она случайно, по ошибке выдаст им чуточку больше. Она обрезала корочки и откладывала. Вот на эти корочки я и был нацелен. Из них потом другой хлеб сделают. А я-то жить хотел.Выгоняли меня раза три. Не давали, ругались. Да я упорный. Пробрался ещё и ещё. Женщина за прилавком посмотрела на меня, взяла несколько корочек и дала мне. Я крепко схватил кусочки, дрожащими руками в карманы сунул, благодарно взглянул на неё, молчаливую, но добрую, и бежать, спотыкаясь, но будто светясь от радости.
Вы не представляете, как я был горд и счастлив. Думал, что приду домой, достану корочки, протяну маме. А она... она так обрадуется! Ведь я самостоятельно принёс еду. Решил пробежать через озеро, так короче, чем в обход. Солнце выглянуло из-за тучи и скрылось. Запомнился мне этот луч. Яркий, радостный. Я мчался, торопился домой. Но не принял во внимание, что уже зима-то почти кончилась, ледок тонкий.Бегу, бегу, и вдруг! Лёд проломился! Я ухнул в воду, холоднющую! Одежда мгновенно намокла. Я барахтался. Молочу руками, что есть сил, из воды вынырну, глотну воздуха, по сравнению с водою уже теплого. Ещё кричать успеваю. Тут вспомнил о корочках! Руку в карман совал, хватал по одному, когда выныривал, так их и выбрасывал на лёд. Сил всё меньше оставалось, я крикнул посильнее, и вода попала в рот. И тут меня рука схватила. Сильная, мужская, вытащила, да поставила на лед. Я хрипел, жадно дышал, еле-еле держался на ногах. Поднял глаза на спасителя, увидел соседа нашего, дядю Ефима. Он остался в деревне из-за какого-то ранения, я маленький был не припомню. Но хромал он, это точно.
– Что ты, браток, на лед-то выскочил? Не бойся, сейчас пойдём домой.
Как вчера помню его чёрную бороду, голубые глаза под тяжелыми бровями. Я начал было шагать, да упал. Ноги стали ватными.
– Ну, ну, – успокаивал меня.
Он протянул руки, чтобы поднять меня, но я подполз к пролому.
– Стой, ты куда!
Я схватил корочки и стал пихать их в карманы, не поднимая глаз. Они стали холодные, мокрые, но такие желанные! Дрожащие руки не слушались меня.
– Ну ты даешь, Валька... Молодец, парень! Ну, пойдём, отбирать не стану...
Как я тогда обрадовался. До сих пор часто вспоминаю дядю Ефима, да благодарю, – дедушка слабо улыбнулся.– Вот так, Олежек. Такая история со мной приключилась. Видишь, как дорожили мы хлебом? Под страхом гибели, я всё равно выкидывал корочки из воды. Вдруг найдут?
Варин брат притих, опустил глаза. Потом тихо сказал:
– Я больше не буду...
– Ну вот и славно! Продолжим праздник! – до-доброму улыбнулся дедушка.
Но внучке показалось, что он лишь притворился весёлым. Он отречено смотрел на свои шершавые ладони. Ладони, которые спасали семью. Ладони, которые столько раз сжимали хлебныекорочки, в то время бывшие ценнее золота.
Поседевшие волосы, чёрные глаза. Варя помнила, как смотрела на фотографии дедушки, видела его красивое улыбающееся лицо. Но какого цвета были волосы? Картинки то черно-белые...
– Так, ну, кто хочет ещё салата? – Спросила бабушка.
Чувство благодарности предкам разгоралось в душе Вари: «Спасибо! Спасибо Вам за мирное небо над головой, зелёную траву, чистую землю. За Ваш труд и старания невообразимые, любовь и смелость. Спасибо за страну!»
__________________________________________________________
Панова Таисия
Дождик
Однажды дождливым днём девочка Катя шла из школы. У неё был розовый рюкзак и бело-голубой зонтик, который очень подходил этой погоде, так как был, по мнению девочки, «дождливого» цвета. Катя любила ходить домой не коротким путем, по пыльной дороге, а длинным, через парк.
Она бежала по дорожке с мелкими лужами, и вдруг увидела молодого серого с полосками кота. Он сидел, съежившись, под деревом и не издавал ни звука. Катя подошла к коту и погладила его. Кот повернулся к ней и будто улыбнулся. Девочка сказала:
– Ты – «Дождик!»
Кот непонимающе взглянул на Катю.
– Имя такое, имя! – рассмеялась она.
Девочка взяла на руки Дождика и пошла домой. «Вот мама обрадуется», – думала она.
Но когда Катя принесла кота домой, то мама не очень обрадовалась:
– Это кот с улицы, понимаешь?
– Да, я понимаю, – твёрдым голосом сказала Катя, – у меня есть деньги, я отведу его к ветеринару.
Мама молчала. Она давно заметила, что дочка ничего не покупает на карманные деньги. Со второго этажа спустился старший брат Коля.
– Сестренка, ты где взяла кота?
– Видишь, мам, и Коле кот нравится, – с мольбой в голосе сказала Катя, – давай оставим? Пожалуйста.
– Посоветуемся с папой, а пока помойте его.
Катя так обрадовалась, что бегом понеслась в ванную. Коля тоже поспешил: как можно пропустить такое интересное событие, как купание кота! Несмотря на такое «мокрое» имя, Дождик не хотел идти в тазик с водой. Брат с сестрой положили в таз стакан донышком вверх, а сверху кусочек колбасы. Дождик легко запрыгнул в таз и съел кусочек колбасы. Так его и помыли.
В это время вернулся папа, посовещавшись с мамой, сказал:
– Пожалуй, Дождь в нашем доме не помешает!
– Ура! – закричали дети.
На следующий день предстоял поход к ветеринару и в зоомагазин.
_____________________________________________________
Гаврикова Анастасия
Задетые осколками войны
Вологодская область – одна из северных областей русского Нечерноземья, обладает поистине огромной территорией – по площади в два раза больше Чехии, с запада на восток простирается на 700 км, это больше чем «ширина» Белоруссии и Польши – по 600 км и практически как ширина Германии. По немецкому плану «Барбаросса» – часть области подлежала оккупации по линии Архангельск-Астрахань. Продвижение немцев остановилось в ноябре в 100 км от границ области в Тихвине, а потом откатилось дальше к Киришам. Со стороны Москвы немцы остановились в 200 км в Калинине (Твери). Но настоящие сражения в области все-таки были. И это бомбардировки Череповца и диверсионные группы в районе северной железной дороги Вожега-Коноша. Плечом к плечу фронт и тыл ковали Победу над фашизмом в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг. Мужество воинов и тружеников тыла сливалось в единую силу, направленную для борьбы с общим врагом. В районном архиве есть книга о награжденных в Тотемском районе медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.». На благо общей победы в Тотемском районе земляки трудились в лесопунктах леспромхозов, машинотракторных станциях (МТС), артелях райпромкомбината, лесхимартелях, судоверфи, речном порту и многочисленных колхозах. Их вклад в разгром фашизма не менее ценен, чем тех, кто проливал свою кровь на передовой.
Бабушка Нина, мама моего папы, моей прабабушки Тони. Ей было четырнадцать, когда началась Великая Отечественная война. До войны семья жила в деревне Зыков-Конец Тотемского района Вологодской области. Её папа (мой прапрадедушка), Попов Фёдор Степанович, работал в деревне мельником, ему дали бронь, а в 1943 г. призвали в Красную Армию. С фронта пришло одно письмо, обратным адресом служил номер полевой почты. Все думали, что прапрадедушка Фёдор пропал без вести (в Советское время неоднократно делали запросы в райвоенкоматы, но ответа не получали). В семье у прабабушки Тони было семь детей: Ия, Клавдия, Антонина (моя прабабушка), Нина, Александра, Юлия, Александр. Когда прапрадедушка пропал, прабабушка Тоня пошла учиться на курсы фабрично-заводского обучения, после чего её отправили работать на Сокольский целлюлозно-бумажный комбинат имени В. В. Куйбышева трактористом-мотористом (запись в трудовой книжке). Бабушка Нина рассказала, что её мама часто вспоминала день, когда приехала в Сокол и пришла в паккамеру (общежитие). Комендант показала ей койку. Прабабушка начала разбирать вещи, а по радио объявили: «Воздушная тревога». Комендант позвала её в бомбоубежище, но прабабушка Тоня никуда не пошла. Оказалось, что это была последняя «воздушная тревога» в Соколе. В войну самолеты летали над Соколом, пытаясь взорвать мост через реку Сухона и остановить движение насеверной железной дороге Вологда-Вожега-Коноша. По ней на фронт отправляли продукты, снаряды, а с фронта везли раненых. Когда самолёты подлетали к городу, включалась сирена, объявляли «воздушную тревогу». Прабабушку Тоню определили работать на торфоразработки в посёлок Михалёво, в пяти километрах от Сокола. Она всю войну работала на тракторе. Всего было три девчонки-трактористки, правда, одна потом уехала. Трудно пришлось прабабушке, ведь на тракторе не было даже кабины. Трактор называли «Натик». Помощником у прабабушки работал Точин Павел Алексеевич. Он её на три года младше. После войны они поженились. Прадедушка Павел умер в сорок лет, прабабушке Тоне пришлой одной воспитывать трех сыновей и двух дочек. Моя прабабушка, Точина Антонина Федоровна, была награждена медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «Медалью материнства».
5 июля 2020 г. бабушка Нина обратилась с письмом в Архивный отдел администрации Тотемского муниципального района. На запрос бабушки Нины, прислали копии следующих документов: страницы «Книга памяти» 1993 год; учётную запись; учетную карту Попова Фёдора Степановича, на обратной стороне которой указаны жена и дети; извещение о гибели мужа прапрабабушке – Поповой Анне Васильевне и копии корешков извещения. «Книга Памяти тотьмичей, погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны 1941-1945», содержит сведения о 8066 земляках, положивших свои головы на алтарь Победы. В Тотемском муниципальном районе была проведена работа по проверке достоверности и дополнению данных о земляках, погибших в годы Великой Отечественной войны. Основой для представленной базы данных послужило печатное издание «Книга Памяти Вологодской области. Тотемский район», изданное в г. Вологде в 1993 г. В обновленную версию электронной книги вошли имена тотьмичей, умерших, погибших, пропавших без вести во время Великой Отечественной войны, ставшие известными после издания печатной Книги памяти.
На сайте «Чтобы помнили» бабушка нашла информацию, что мой прапрадедушка погиб: ☦Попов Федор Степанович. Год рождения: 1896. Место рождения: Вологодская обл., Тотемский р-н, Вожбальский с/с, д. Сродино. Звание: рядовой. Причина выбытия: Погиб. Дата выбытия: 13.07.1944. Место гибели/захоронения: Польша, в р-не г. Вроцлава, М. Плюксы.
Поисковые работы по составлению списков военнопленных Великой Отечественной войны, уроженцев и жителей Сокольского района Вологодской области 1941-1945 ведёт Г.А. Старыгина. Моя бабушка обратилась к Галине Александровне и узнала, где похоронили прапрадедушку – Попова Федора Степановича.
Когда я готовила эту работу, Галина Александровна прислала страницы из архива военкомата: «Плохо видно, но я разобралась, где ваш дед похоронен. Он воевал в 22 гв. сп 9 гв.сд 103 ск. Погиб 13.07.1944 года в Вилейской (Витебской сейчас) области Браславского района в районе деревни Плюссы. Сейчас его прах находится на мемориальном комплексе в г. Браславе. Даже нашла плиту с его ФИО, годом рождения и гибели. С 22.06.1944 по 28.08.44 шла Белорусская стратегическая наступательная операция». Буду надеяться, что там и похоронен мой прапрадедушка.
Гавриков Иван
Солдат Великой Победы
Прапрадедушка по папиной линии, Точин Алексей Александрович, родился в деревне Пустыня бывшего Кокошиловского сельского совета, ныне Сокольского округа Вологодской обл.
В деревне прапрадедушка работал счетоводом. В 1939 году устроился слесарем на ЦБК имени Куйбышева в г. Сокол и семью перевёз жить на станцию Печаткино Северной железной дороги. Но строительство собственного дома пришлось приостановить: прапрадедушку призвали в Красную Армию. Вернулся он 24 июля 1940 года, а в июне 1941 года вновь отправился на фронт. После войны вспоминал первый бой Второй мировой войны. Когда прозвучала команда: «Вперёд! В наступление!» – ему бы выскочить из окопа и бежать в атаку, но видит – вражеский танк мчится прямо на него. Оставалось лишь несколько секунд, чтобы перекреститься и рухнуть в окоп. Прапрадедушка рассказывал, что страха не было, всё-таки война для него не первая. В тот миг перед ним встал образ жены и детей: Саши, Павлика, Ольги, Али и новорожденной Вали. Прапрадед взмолился: «Прощайте, родненькие!» – судорожно сжался в комок и плотнее приник к земле-защитнице. Вся жизнь чёрно-белыми кадрами промелькнула перед глазами: «Дом родительский зря из деревни привёз, установить не успел, придётся жене с детишками ютиться в крохотной избе Софии. А может и это к лучшему, старшие сёстры Евстолия и София не оставят его семью, помогут Шуре поднять на ноги ребятишек. Вместе легче с трудностями справляться…» Поток мыслей остановился, когда рёв вражеского «Тигра» стал стихать. Немецкая громадина умчалась дальше, не развернувшись на окопе и не раздавив его. Прапрадед выдохнул: «Жив!» Поднялся во весь рос, по привычке, хотел стащить шапку: «Да что это?!» – волосы на голове выпрямились, встали дыбом и шапку подняли вверх.
Из документов, фотографии которых бабушке Нине прислали дочери прапрадеда, я узнал, что с октября 1942 года его направили в Московскую область в 11-й отдельный учебный автомобильный полк для переподготовки на шофёра автомашин системы «Форд». 10 декабря 1942 года красноармейцу Алексею Александровичу Точину выдали удостоверение шофёра третьего класса. После этого вплоть до самого Берлина он воевал, управляя автомашиной «Студебекер».
Ещё случай произошёл с прапрадедушкой, когда он вёз на фронт новобранцев. Мальчишки сидели в кузове, шутили: мол, всех немцев разбомбим, только бы добраться до места. Откуда ни возьмись – самолёты. Бомбёжка! Прапрадед не успел опомниться, как снаряд со свистом упал в кузов. Его из кабины выбросило взрывной волной. Контузило. Когда очнулся, осмотрелся – всех солдат-новобранцев от взрыва разнесло в разные стороны, осел он на сырую землю-матушку и злобно прошептал: «Я за вас отомщу!» Сжал душевную боль в кулак и покатил к своим на передовую. Дочери прапрадеда сказали, что контузия впоследствии дала осложнение на ухо.
Прапрадед награждён медалью «За отвагу», орденом Отечественной войны II степени, медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» Его ратная служба отмечена и пятью юбилейными медалями. А из наградных листов, я узнал, что прапрадед сражался: на Ленинградском фронте с 1941 по 1942 г.; на Южном фронте с 1942 по 1943 г.; на Прибалтийский фронте с 1943 по1945 г.Изучив боевой путь прапрадедушки, я понял, что он воевал на Курской дуге, прошёл с боями Белгород, Вейделевку, Валуйки. Что интересно, его дочь Ольга, выйдя замуж, уехала жить на Белгородчину, а потом и младший сын Алексей, родившийся после войны, перебрался жить туда.
Победу прапрадедушка встретил в Берлине. Проходя по чужим немецким улочкам, он никогда не убивал детей, наоборот помогал им, делился своими крошками хлеба, и не переставал думать о своих сорванцах. Всю войну прапрадедушка прошагал, имея за голенищем сапога необходимый инвентарь – алюминиевую ложку с короткой ручкой. Он ел только этой ложкой, охранял, как драгоценную реликвию, не разрешая никому прикасаться к ней.
Домой прапрадедушка вернулся в июле 1945 года. Прабабушка Соня (сестра моего прадедушки Павла) рассказала, что он с улыбкой на устах вспоминал, как шёл домой, торопился к жене и детям. Все взрослые были на сенокосе. Только ребятишки играли у дома. Вдруг младшая дочь Аля (когда он уходил, ей было три годика, а вернулся – исполнилось семь лет), увидев его, закричала: «Посмотрите, девочки, ведь к нам Ленин приехал!» (Волос на голове у дедушки от пережитого осталось мало). Тогда он подошёл к дочери, поднял её на руки и сказал: «Доченька, неужели не узнала меня? Я твой отец!» Вернувшись, прапрадед достроил дом, в котором на свет появились ещё два младенца: Алексей и София. Младшую дочь назвали в честь дедушкиной сестры, она ценой собственной жизни сохранила племянников (своих детей у неё не было). Так случилось, что все сдавали кровь в госпиталь, она берегла жену брата и вместо неё пошла сдала кровь. Когда вернулась домой, легла и больше не проснулась.
Прапрадедушка умел катать валенки, шить сапоги, был столяром, плотником, печником. Работал слесарем, кочегаром, машинистом паровоза, шофёром, продавцом, счетоводом, имел много почётных грамот. Самое главное – гордился женой Александрой Васильевной, не уставал повторять, что Бог ему за сиротство хорошую жену дал. А прапрабабушка добавляла, что в войну вымолила спасение мужу, обращаясь к Господу. Гордился прапрадед и наследниками, не только детьми – их было семеро, но и внуками, которых к тому времени насчитывалось более двадцати, и правнуками. Интересно получается, прапрадедушка ценил свою семью и наследников, а теперь мы – праправнуки гордимся его заслугами и подвигами! Умер прапрадед на восемьдесят втором году жизни, оставив о себе добрую, светлую память.
Моя семья через всю свою жизнь пронесла память о прапрадедушке. Теперь память о своей семье буду хранить я.
Евсевьева Эмилия
Под куполом
Вы многое упустили, если не были в цирке на улице Ленина до войны.
Много поколений артистов сменилось с тех пор, но никто не смог затмить, чьё детство пришлось на предвоенные годы, Грустного Старого Клоуна. Он сам так называл себя, хотя вовсе не был старым, – по только начавшим собираться около глаз морщинкам ему нельзя было дать больше сорока пяти, – и не так часто казался грустным: в глазах его светилась откровенная радость, которую с упоением впитывали в себя зрители.
Коллеги о нём знали мало: звали Алексеем Алексеевичем, есть маленькая дочь, которую любил больше жизни. Он носил маленький крестик на гайтане, спрятанный под клоунским нарядом, этого знания им достаточно, чтобы любить его. Для многих: от акробата до укротителя тигров – он был единственным человеком в цирке, который мог помолиться за них, пока они рисковали жизнью ради того, чтобы вернуться в свою комнатку с краюшкой хлеба. Он был единственным, помнившим слова молитв, которые все остальные предпочли забыть. Он молился, до боли в пальцах сжимая медный крест. Многие считали обязанными ему за спасение, когда верёвка чуть-чуть не сорвалась, а разъярённый лев вот-вот не срывался с цепи. Девушка, крутившая двойное сальто на кольце под самым куполом цирка, была особенно благодарна. Трудно не заметить её привязанности к одинокому в своей грусти клоуну. Каждый свой умоляющий взгляд после очередного успешного трюка она дарила ему, мирно стоящему в тёмном углу арены – старая привычка, выработанная за те годы, когда он спасал её на этой высоте. Она отчётливо слышала его голос, когда крутилась под куполом со своего первого дня в цирке.
Впервые она вступила в это здание девочкой лет за десять до начала войны. В цирке неспокойно: один гимнаст на репетиции сорвался с высоты – отказала страховка. Все суетились. Кто-то плакал. Пришёл брат погибшего. Вечернее представление отменили, но новенькая осталась, не желая убегать от всеобщего горя. Бродила в темноте по опустевшему цирку, ещё не своя, но уже не чужая, оглядывала свой будущий дом. Впитывая в себя мрак, проходила по последним рядам, а на арене промелькнула свеча. Потом вторая. Пришлось подойти. Из тени, неловко ступая, показался мужчина. В тусклом свете двух восковых свечей видны только его большие, широко распахнутые глаза и густые тёмные брови. Через минуту свечи оказались на полу. В руках мужчины появилась тряпка – он стоял там, где каких-то двенадцать часов назад лежал мёртвый гимнаст. Мужчина опустился на колени, позволив ей разглядеть его худое, ещё не тронутое морщинами, но заметно уставшее лицо. Он неприметный, каким должен быть обычный уборщик цирка. Она отвернулась. И тогда он запел. Вместе с ним запел цирковой купол. Им вторили души всех погибших на этой высоте. Слова были знакомыми – она слышала их, когда в деревенской церквушке невдалеке от тогда ещё Петрограда отпевали её отца. Всё её существо сконцентрировалось в этом голосе. Она знала, что не должна быть здесь. Мужчинане видел её – глаза его закрыты и смотрели в музыку, которая вырывалась из его существа. По щекам, едва заметные в полумраке арены, текли слёзы. Кем был для него гимнаст, душа которого под широким цирковым куполом в свете молитвы находила упокоение со святыми? Она подняла голову. В темноте кроме верёвок, которые оборвали жизнь, ничего не видно, завтра эти верёвки вновь заставят людей замирать от восторга. Ничего не видно, но купол сиял ярче расписных куполов петербургских церквей. Мужчине, стирающему кровь с пола и с её сердца, она готова доверить свою жизнь. Она убежала до того, как молитва смолкла. Узнала потом, что пел местный клоун. Он поёт для каждого, кто на протяжении тринадцати лет умирает в стенах цирка. Все знали, никто не слышал. Ей довелось.
Она не сразу познакомилась с ним. Их диалоги были простыми и однообразными. Оба хранили какой-то важный секрет. На выходе с арены обменивались дежурными фразами, он спрашивал один вопрос у неё и последние восемь лет получал один и тот же ответ. Но однажды разговор пошёл по-другому:
– Алексей Алексеевич. Мне пора возвращаться в Ленинград.
Он замер, ей показалось, что своими словами она забрала у него кусочек жизни.
– Как дела у вас? У Вали?
Алексей Алексеевич улыбнулся с тихим «замечательно» под аплодисменты зрителей вышел на арену. Он жил с дочерью Валей в крохотной комнатке в десяти минутах ходьбы от цирка. Девочка спала на кровати, он же умещался на жёстком диване в тёмном углу. Под этим диваном, сросшиеся с полом, лежали старые иконы, а пол заставлен стопками старых книг. У окна, выходящего на шумную улицу, стоял стол. На нём тетрадки, учебники и карандаши, которые перед школой он на ползарплаты купил год назад. Валя любила рисовать. Ей едва исполнилось пять, она тайком залезла под диван, нашла запылённые иконы. Долго разглядывала, вдыхала не до конца выветрившийся запах ладана. К приходу отца на листе сверкал, написанный неумелой детской рукой, лик Богоматери. И Грустный Старый Клоун вместо сказки на ночь стал читать дочери Библию.
– Пап, а я крещёная? – спросила Валя, при чтении о крещении Иисуса в реке Иордан.
– Крещёная, – выдохнул отец. И он почти не врал.
К семи годам Валя переписала все иконы, имеющиеся в доме, но сердце и рвущееся наружу вдохновение требовали у неё большего. По дороге в школу стоял закрытый храм, из него вывозили ценности. Оставался только старик-настоятель. Его не выгоняли. Местные жалели, а дети любили слушать его рассказы. Он напрямую не говорил им о Библии и Боге, но всякий, где царь с царицей, имея четырёх дочерей, десять лет вымаливали у судьбы наследника, где молодого царевича совращал тёмной магией злой волшебник и где любовь и крепость семейных уз в конце концов всегда оказывались сильнее смерти. Валя дольше всех задерживалась у старого настоятеля, расспрашивала его о вывезенных иконах, сохранившихся в храме настенных мозаиках, впитывала каждое слово, а на следующий день приносила набросок по его описанию. Её привлекали лики святых, рука её тянулась к карандашу, когда старик в храме или Алексей Алексеевич говорили о чуде.
Больше икон она любила рисовать отца. На белых стенах их комнатки появлялись портреты Грустного Старого Клоуна: в профиль, анфас, со смешным клоунским носом или наполовину смытым гримом. Но больше нравился портрет, написанный в начале года. Алексей Алексеевич, папа, когда в цирке не было представлений, смотрел на неё с листа большими зеленовато-карими глазами и улыбался той тёплой улыбкой, которую она знала, и никто не видел ни в цирке, ни за его пределами. Отец дарил ей нежность, на которую был способен. Вале стыдилась, что папу любит больше, чем маму, но она ничего не могла с этим сделать, когда мать приходила, она обнимала её скорее механически, чем радостно. Папа иногда упрекал её за это и хмурился. Валя не понимала, почему. В этот день он застал Валю за чтением потрёпанного блокнота.
– Папа, тут слова, которых я пока не знаю. Литургия. Клирос. Смиренномудрие
– Литургия – это служба. Клирос - там, где поют и читают молитвы на службе.
– А смиренномудрие?
– Что же ты читаешь?
Валя показала слипшиеся от влаги страницы. Что-то всколыхнулось у него в сердце.
– Вот послушай: «Волнение в уезде. Говорят, новые власти требуют излишки хлеба. У нас в амбарах при храме – запасы на зиму для сиротской кухни и вдов. Алексей, сын мой, вскипел да не успокоится никак: «Не отдадим ни зёрнышка! Это грабёж!». Спорил с ним долго. Убеждал: любая власть от Бога попущена, даже ежели сама она Бога и не ведает. Долг наш – повиноваться и молиться о вразумлении власть имущих. Но он упрям. Боюсь, гордыня говорит в нём, а не любовь к сирым. Молился о его смиренномудрии». Это про что?
Алексею Алексеевичу хватило первых двух слов, чтобы понять, что это была за тетрадка.
– Смиренномудрие – отсутствие гордости. То, чего когда-то не хватало мне, по мнению твоего дедушки.
– Это его дневник?
– Его.
– А сам он где?
Алексей Алексеевич на секунду замялся при виде Валиных тёмных, сосредоточенных глаз. Потом ответил:
– Умер.
Больше Валя ничего не спрашивала. Но он слышал, как следующим утром она едва слышно шептала, глядя в дневник и пытаясь осмыслить начертанные в нём аккуратным, витиеватым почерком слова:
– «Пришёл указ. Требуют, теперь уже официально, сдать все "излишки" зерна со склада к пятнице. Припас наш – не излишек, а необходимость. Показывал им расчёты – не вняли. Алексей рвался идти в комитет, спорить. Удержал силой. Уехал он в ту же ночь, смутный, гневный. Сказал – в соседний уезд, к другу-учителю из семинарии. Сердце ноет. Упрямство сына – крест тяжёлый. Но власть – от Бога. Повинуюсь».
Утром отец отвёл дочь в школу сам. Когда проходили мимо храма, не торопил её, пока она с блеском в глазах спрашивала у настоятеля об иконах, упомянутых в дневнике. Тот отвечал ей так, будто бы ждал эти вопросы. Подошли другие дети, началась история о далёкой-далёкой стране и о царевиче... Алексей Алексеевич тоже слушал. На обратном пути остановился у храма. Старик вышел к нему, едва переступая босыми ногами по земле.
– Не страшно вам, отец, такие сказки детям рассказывать?
Тот таинственно улыбнулся.
– Почему бы и не рассказывать, если правда всё?
– А ежели взрослые услышат? – обеспокоенно прошептал Алексей Алексеевич.
– Даже ежели и услышат, то что?
Старик всё ещё улыбался беззубой улыбкой.
– Вы думаете, я царя в этой сказке хвалю?
– Почти обожествляете.
– Обожествлять правителей не в моей власти. Не о царе с царицей и не о царевиче эта сказка.
Алексей Алексеевич смутился, глядя на седую голову старика.
– Она о любви, – это были последние слова, которые произнёс настоятель, вечером его нашли забитым до смерти у ворот храма.
***
Из школы Валя пришла поздно. Не обняла отца, только спросила, вглядываясь в его лицо своими пытливыми глазёнками:
– Пап, а почему ты не писал дедушке?
Алексей Алексеевич молчал, дважды за один день справедливо пристыженный.
– Он пишет, что вывезли зерно со склада. Что вдова Марфа плакала над голодными детками. Что ты со времени отъезда не написал ни строчки?
По его щеке скатилась одинокая слезинка. Валя повисла у него на шее и не размыкала объятий следующие полчаса.
– Понимаешь, я подвёл его, Валёнок. Очень сильно подвёл.
И Валя понимала. Понимала, потому что всё, что Алексей Алексеевич не сделал ради отца, он на протяжении вот уже восьми лет делал ради неё.
Следующие пару дней они так же ходили в школу, возвращались домой. Валя была счастлива этими прогулками, несмотря на исчезновение старика-настоятеля. Отец ничего не рассказал ей, только крепче прижимал к себе вечерами и чаще умилялся, глядя, как дочь, сжимая карандаш тоненькими пальцами, снова рисует что-то в тишине. Она поняла, что что-то не так, только когда в дверь их квартиры настойчиво постучали, и на пороге комнатки появилась её мать с рюкзаком за плечами и маленьким чемоданом для дочери.
– Кажется, своё я уже отлетала, – улыбнулась она Алексею Алексеевичу.
– Рад за вас, Наташа.
– И я рада. Спасибо вам.
Валя не смотрела на мать. Всё её существо стремилось к человеку, который был ей отцом все эти восемь лет. Который целовал её в лоб и пел колыбельные по вечерам, когда она была совсем маленькой. Она знала, что происходит. Мать не раз рассказывала ей, как красив Ленинград, как она немного заработает, и они уедут отсюда и будут жить вместе. Валя ей не верила. Ей не хотелось расставаться ни с храмом на соседней улице, ни со своей школой, ни с цирком. Ни со Старым Грустным Клоуном, которого Валя любила так, как, она была уверена, никогда не полюбит мать.
– Пап? – шепнула она, всеми силами прижимаясь к его худому, жилистому телу.
Он погладил её по голове, невесомо поцеловал в нос.
– Можно я заберу дедушкин дневник?
Алексей Алексеевич стоял, водя крючковатыми пальцами по тёмным, точь-в-точь как у матери, Валиным волосам.
– Можно, Валёнок.
– А твой портрет, который самый новый? Можно? Все остальные я оставлю тебе, честно-честно, – лепетала она, целуя его руку.
– Можно.
– А карандашики, которые ты подарил? Они много стоят…
Мать стояла, вытирая рукавом куртки собирающиеся у глаз слёзы.
– Можно, девочка, можно. Всё, что захочешь, бери, всё можно, только быстро, – говорил Алексей Алексеевич, с усилием отстраняя Валю от себя.
Они молча смотрели друг другу в глаза ещё с минуту. Потом Валя снова схватила его руку, нежно-нежно обводя своими маленькими ручками его запачканную чернилами ладонь. Он писал для неё письмо, которое хотел отдать ей при прощании. Не смог. Слёзы размыли чернила.
– Папочка, – проговорила она, проводя пальчиком по его линии жизни. – А иконку можно?
Алексей Алексеевич не ответил. Снял с шеи медный крестик на гайтанчике и молча надел на неё. Металл, впитавший в себя его тепло, теперь согревал её. Валя улыбнулась, жестом прося его наклониться поближе к ней. Он присел на колени. Она тихо, чтобы не услышала мать, сказала ему на ухо:
– Он простил тебя. И за тебя молился.
Больше они не говорили. Алексей Алексеевич помог собрать Валины вещи и просто стоял, уперевшись спиной о холодную стену.
– Ещё раз спасибо, – проговорила мать, глядя на него с печальной улыбкой. – Надеюсь, ещё увидимся.
Ему показалось, что она искренне верила в это. Как верила в него, когда восемь лет назад отдавала ему ребёнка, родившегося от директора цирка.Мать с дочерью вышли. Старый Грустный Клоун прекрасно понимал, что не увидятся они больше никогда.
Следующей ночью он плохо спал. В голове было только Валино круглое личико, по которому тихо текли и текли слёзы, а он ничего не мог сделать, кроме как стоять и смотреть. Он готов был защитить её от любой опасности, но не смог спасти ни её, ни себя от боли расставания. Когда Алексей Алексеевич уснул, во сне его ждала одинокая церковь на окраине его родного города и крики матери, зовущие его ужинать. Со службы возвращался отец. И Алексей Алексеевич с криком «Папа!» бросался к нему на шею. Но голос не был его. Это кричала девочка, вырывающаяся из маминых рук на пороге его квартиры.
В это самое время в поезде до Ленинграда, пока мать крепко спала на соседней полке, Валя перечитывала дневник. Последняя запись в тетрадке была такая: «Большевики стучат в ворота обители. Требуют: «Алексея Белова! По приказу Ревкома – к ответу!». Знать, сын мой, в гневе своём, наделал дел в том уезде. Значит, мне идти за него. Разъяснять. Пойду, куда меня поведут. Ничего более мне не страшно. Надеюсь, Лёша далеко и в безопасности. Да пребудет с ним Бог. Аминь».
– Аминь, – произнесла Валя, проваливаясь в сон и наблюдая за раскрывающимся перед ней сияющим куполом цирка.
____________________________________________________________
Рыбальченко Александр
Два мира
А старики выражаются непонятно,
Культурно слишком, умно, а иногда невнятно.
Детей называют по имени, отчеству,
К дождю относятся, как к некому пророчеству.
Живут в своих домах, где время замедляет ход,
Но счастливы, хоть смерть на два шага вперёд.
Смотря на них, невольно улыбнешься,
В их мир открытый окунешься.
Насколько их душа чиста и состоит из пылко
Обдуманных однообразных дней,
Которые твоих дней веселей.
Из славных времён тех пережитков,
Из добродушия, логики, простоты,
Из мудрости и прыткого ума,
Умения жить в любые времена.
А наблюдая за нашими культурами,
Где общество усеяно разными натурами,
Где девушки — актрисы, летят их образы, как пули.
Порой печалишься, какие же из них будут бабули!
Где парни,словно девочки, да не умны мозгами.
И вновь печалишься, какими они будут стариками!
Учись у стариков, в их мудрости — свет,
В их словах — жизни долгий завет.
Пусть годы прошли, но в душе — огонь,
Их опыт — как прочный и верный закон.
_____________________________________________________
Харитонова Екатерина
Осенний эскиз
В сентябре было по-летнему тепло и легко дышалось. После каменной клетки города царицынская золотисто-зелёная буря листьев казалась мистической. Между валунами и корнями мелькали хитрые мордочки эльфов-белок; откуда-то из серебристо-высоких облаков вываливались на траву божьи коровки. Издали не поймёшь, жучки это или россыпь рябины. Рыжие брызги на неуловимом оттенке дымчатого, нефритового зелёного. Упругие пледы сфагнума, разбросанные на кочках у подножья влажного леса, на вид были шелковистыми и тёплыми. Хотелось зарыться в них ступнями, пропитаться хвойным запахом, срастись с корой, стать частью леса. Всё вокруг казалось влюблённым, свежим, звонким, полупрозрачным. Ласковый сентябрь тёк по древесным стволам, росой оседал на отцветающих васильках, застревал в кленовых кронах; он почти осязаем – цвет сентября.
Этот неоконченный осенний эскиз – выхваченный из реальности лесной дух – лежал на одном из ресторанных столиков. Девушка отложила испачканную сентябрём кисть и улыбнулась сидевшему напротив юноше. Настроение – ласково-светлое, под стать наброску. Пахло покоем, яблоками, мхом; в воздухе витало счастливое предчувствие. Многозначительная улыбка, постукивание пальцами по столу, заказанное шампанское... Вдохновенный монолог юноши был соткан из тем вечной любви, блестящей карьеры, умного дома в ближайшей перспективе и пока состоящего из одного экземпляра парка машин (его гордости и страсти). Свою речь юноша шутливо закончил — к тому же у меня папа — генерал! — и сделал официальное предложение.
Мимо столика, сгорбившись, прошла морщинистая, похожая на грецкий орешек старушка – продавщица деревенских букетиков. Уловив заинтересованный взгляд спутницы, юноша ничуть не смутился и в очередной раз пошутил по поводу её романтичности и непрактичности. «Я приготовил для тебя кое-что получше. Цветы! только в отличие от... — он пренебрежительно кивнул в сторону удаляющихся хризантем, — словом, они будут радовать тебя не один день». Молодой человек преподнёс невесте большую прозрачную коробку. Из пластикового окошка выглядывал ворот украшенного искусственными цветами свадебного платья.
Две пары глаз: в одной разлит дымящийся горячий шоколад, бархатный, золотистый, вязкий. В другой – светло-синяя изморозь, ресницы присыпаны пеплом. Девушка пристально смотрела на своего спутника, в самую глубь сердца — пыталась почувствовать, угадать, отыскать неподдельную искренность. Вспомнив онегинскую строчку «стихи и проза, лед и пламень», она усмехнулась. «Наверное, это и есть счастье, а поэзия, картины – для бумаги. Не может быть, чтобы и на этот раз померещилось...» – мысли светлячками вспыхивали, мелькали, не давая сосредоточиться, принять решение. За столиком тем временем становилось темнее: небо обволакивали густые молочные облака.
Над головами рявкнул гром, и через секунду на прохожих опрокинулось небо. Глинтвейн в чашках помутнел, а печенье устало раскисло. Дождевые капли – ледяные и колючие. Солнце предательски спряталось за молочным пологом, оставив растерянных людей мёрзнуть в своих лёгких платьицах и футболках. Юноша увлёк свою спутницу внутрь кафе, к клетчатым шерстяным пледам, но даже туда через трещинки в оконных рамах просачивался осенний холодок, от которого кожа покрывалась цыпками. Укутавшись в стёганые шали, влюблённые стали похожи на большущих неуклюжих бабочек, заботливо укрывавших друг друга крыльями. «Нет, все же не мерещится...» – подумала девушка и уткнулась носом в его плечо. Они ждали, пока дождь утихнет; ждали молча и счастливо.
После грозы озябшие посетители стали понемногу показываться из своих укрытий, предзакатная площадь оживилась. В чашке – пара глотков уже остывшего капучино. Допивать не хотелось. Юноша взял с блюдца оставшийся пакетик сахара и машинально сунул в карман пальто. Влюбленные поспешили к машине, чтобы успеть добраться домой засветло. Он заботливо взял её за руку: «Какая холодная!»
«А вот и моя любимица!» – юноша с восхищением продемонстрировал невесте новый спорткар. Стоит под клёном, отливает иссиня-чёрным, будто сплетён из ночного воздуха. Капот успел высохнуть и нагреться на солнце, от дождевых капель остались белёсые разводы, покрывшие краску замысловатым узором. «Похоже на тёмный мрамор», – обронила девушка, пока её спутник бережно протирал автомобиль ворсистым полотенцем. Но сама она походила на мрамор куда больше: губы посинели, на замёрзших руках контрастно просвечивали венки, шоколадные глаза немного воспалились от сырости и осеннего ветра: уже не тёплый напиток в них, а чёрные грустные кристаллики. Шевелить пальцами было слегка больно – они окостенели и продрогли, будто кровь превратилась в лёд, а в подушечки воткнулись сотни крошечных иголок. Но девушка послушно ждала, когда юноша закончит свою работу. Он размеренно и обстоятельно полировал каждый сантиметр сначала полотенцем, а потом специальной бархатной тряпочкой, внимательно следя, чтобы не пропустить ни одной дождевой капли, ни одного мутного пятна. Редкие солнечные лучи из медовых сделались ржавыми, как бывает накануне сумерек. Холодало сильнее: девушке даже казалось, что голубая жидкость от разводов, которой её спутник обрызгивал машину, должна вот-вот превратиться в горстку снежинок. Через некоторое время спорткар был до блеска начищен: можно смотреться, как в зеркало. Девушка уже не могла скрыть мелкую дрожь от растекающегося по телу липкого холода. Она ёжилась, переходя от одного солнечного пятнышка на асфальте к другому в поисках тепла, но это не помогало, и, наконец, в надежде согреться положила ладони на блестящий горячий капот. Тёмный металл впитал дневную жару и охотно поделился ею с озябшими бледными пальцами.
Увидев гримасу на исказившемся лице юноши, девушка инстинктивно отдернула руки. На капоте остались отпечатки. Она уловила мимолетный ненавидящий взгляд, грустно посмотрела на свои мраморные венки: «нет, всё же померещилось».
Её спутник растерянно смотрел вслед удаляющейся фигурке в легком оранжевом платье и не мог понять, что произошло.
***
Женщина очнулась, положила пожелтевший осенний эскиз обратно в шкатулку, прогнала из мыслей подправленное фантазией воспоминание. Она никуда не ушла. Она села в машину, вышла замуж, поселилась в умном доме. Золотистые глаза с тех пор никогда не видели живых цветов. Она так и не стала художницей.
____________________________________________________
Шигабутдинов Даниил
Россия - это...
Россия – это ближе, чем у дома.
Россия – это в сердце у меня.
Россия – это тишь и раскат грома.
Россия многогранна, но одна:
Одна у разношёрстного народа,
Сплочённого хребтами мудрых гор,
Полями и лесами – в них свобода,
Единство и побед великих взор.
Ни у кого России нашей нету:
Ни у француза с беленьким флажком,
И итальянец с западного свету
Похвастаться лишь может сапожком.
Что немец?С грубоватой, чуждой речью.
Что бритт?Пленён в туманном островке.
А мы ж – согреты любо русской печью,
И на двуглавом взносимся орле
По необъятным собранным просторам
Отцами и дедами той страны,
С которою врагов сражали хором,
Звучит с которой гордо «Русь – есть мы!»
Россия, верно, крепче мира фронта:
Господней дланью выстланы края
Бескрайнего родного горизонта...
Россия – это всё, от "А" до "Я"!
На небосводе…
На небосводе мысли всё кружатся,
А на лугу – обида шелестит,
Что больше нам с тобою не обняться,
Что больше от разлуки – не болит.
Я дуб могучий с маленькой душою:
Ветвями счастья знатно поредев,
Ни корнем не ступлю впредь за тобою,
Покров из сажи осени одев...
А гнусь я как под натиском из ветра,
Несущего любимой лепестки!..
И рассосались подо мною недра
Надежд, что всё же мне явишься ты
Последним тёплым лучиком из лета,
В котором ещё тешилась б весна,
Когда мы, набегая километры,
Друг другу улыбались, не юля.
Как говорит естественно природа,
И тропы языку воспеть даёт!
Но шанса осушились наши воды,
Что кто-то что-то заново начнёт...
- Подробности
- Автор: Super User
- Категория: Работы участников
- Просмотров: 116
Бадрутдинов Родион
Великий подвиг сибиряков. Подвиг их незабвенен.
Имя им – Сибиряк
Недавно я с родителями ездил в Новосибирск на экскурсию. Мы посетили Сибирскую мемориальную картинную галерею - Великая Отечественная война 1941-1945 годов, в которой находятся полотна художника Вениамина Карповича Чебанова. Он сам был фронтовиком, имел ранения и награды. Вениамин Карпович подарил родному городу более пятисот картин. В галерее была проведена подробная экскурсия, многие картины поразили моё воображение.
Меня восхитила диорама. Её размер 2,7 на 10 метров. Это первая и единственная диорама в Сибири. Картина посвящена 22-ой Сталинской Гвардейской Стрелковой Сибирской добровольческой дивизии Красной Армии в боях на Вяземском плацдарме.
3 июля 1942 года во время войны Государственный Комитет Обороны одобрил постановление бюро Новосибирского областного комитета ВКПБ о формировании Сибирской добровольческой дивизии, которой было присвоено имя Верховного Главнокомандующего И.В Сталина. В эту дивизию вошли три пехотных полка: Новосибирский, Кузбасский, Кемеровский и Томский артиллерийский полк. Дивизия формировалась только из добровольцев коммунистов и комсомольцев. В ней насчитывалось более десяти тысяч бойцов. Командовал ею Николай Гузь.
Я видел портрет командира дивизии. Это молодой человек, но уже с морщинами на лице, со строгим задумчивым взглядом.
Именно он, Николай Гузь, по приказу командования поведет дивизию сибиряков к Ржевскому направлению.
Ржевская битва (её ещё называли мясорубка) длилась с 5 января 1942 по 31 марта 1943 года. Одна из самых кровопролитных за годы Великой Отечественной войны.
Немцы были хорошо вооружены. У них был пулемёт по прозвищу Косторез или Циркулярная пила Гитлера. Пулемёт этот выдавал 1200 выстрелов в минуту. И если попадали под такой обстрел, то он разрезал человека пополам. Но наши ребята - сибиряки, несмотря на шквальный огонь, дрались отчаянно.
Сам художник, изобразивший эту битву, рассказывал, что он слышал от бойцов такие подробности: «Мы наступали на Ржев по трупным полям. В ходе Ржевских боёв появилось много долин и рощ смерти. Трудно вообразить, что такое смердящее из покрытых червями тысяч человеческих тел поле. Лето, жара, а впереди вот такая долина смерти. И она хорошо просматривается и простреливается немцами. Обойти эту долину никак нельзя. По ней проложен телефонный кабель. Он перебит, и его надо соединить. Ползёшь по трупам, а они навалены в три слоя. Или зимой, когда холодно, стенки окопов скользкие. Ночью атакуют немцы, прыгают в окоп. Завязывается рукопашная…»
Именно рукопашная битва изображена на диораме. На ней видно, какое оружие было у советских воинов, а какое у немцев. У фашистов - холодное оружие. Штык - ножи они применяли как универсальный инструмент. Наши солдаты часто использовали самодельные финки. Были и такие бойцы, которые в рукопашной пользовались сапёрной лопаткой. Хорошо заточенная лопатка превращалась в смертоносное оружие. Некоторые так владели ею, что поражали врага на расстоянии. Красноармейцы шли на верную смерть, но находили в себе силы противостоять фашистам.
Рядом с диорамой напечатано стихотворение А.Т.Твардовского «Я убит подо Ржевом». Слова поэта – набат, который звучит как символ памяти о подвиге героев - сибиряков. Многие из них пали смертью храбрых за наше Отечество. По официальным данным, около 1,4 миллиона человеческих жизней унесла эта битва.
Рядом с бойцами, плечом к плечу, сражались и женщины санинструкторы.
Хотелось бы рассказать об Ольге Жилиной - участнице Великой Отечественной войны, инструкторе медсанбата.
На диораме, отражающей бои на Ржевско – Вяземском плацдарме, запечатлена Ольга. Находясь в окопе, она держит голову раненого бойца. Сама девушка сидит, подогнув под себя колени, на плече - сумка санитара. У бойца перебинтована голова и рука. Я понимаю, что художник Вениамин Чабанов хотел показать труд и бесстрашие медсестры.
Ольга родилась 8 октября 1914 года в поселке Колывань под Новосибирском. Летом 1942 года она одна из первых подала заявление с просьбой зачислить её в Добровольческую дивизию. Скромная, застенчивая девушка в минуты опасности преображалась. На лыжах или на плащ-палатке, а то и на собственных плечах выносила она из-под огня раненых, оказывала им первую медицинскую помощь. Девушка совсем не думала о себе. Отлично владела автоматом. Её часто видели в первой цепи атакующих. «Ты сестра или автоматчик?» - шутили бойцы. «И то, и другое!» - отвечала Ольга. За два года на фронте инструктор медсанбата восемь раз была ранена. И каждый раз она вновь становилась в боевой строй.
Ольга проявляла удивительное мужество: она выносила раненых на своих хрупких девичьих плечах с самых опасных огневых точек.
Однажды после боя санитары отвозили раненых в полевой госпиталь. Ольга принесла бойца и, рискуя жизнью, обратно пошла на поле боя. Девушка услышала стоны, отыскала солдата, которого уже успела замести поземка, и доставила его в госпиталь.
Медсестра спасла жизни 147 бойцам. Бесстрашная сибирячка героически погибла 8 октября 1944 года. Рана, полученная от осколка снаряда, оказалась смертельной. Подвиг Ольги Жилиной отмечен орденами «Красного Знамени», «Красной Звезды», орденом «Отечественной войны» I степени (посмертно), медалью «За отвагу».
В Новосибирске названа улица её именем. В Ленинском районе Новосибирска поставлен Монумент Славы в честь отважного инструктора медсанбата. В школе № 47 её родного города создан музей 22 – ой Сибирской Гвардейской добровольческой дивизии, который поначалу носил имя Ольги Васильевны Жилиной.
Сибиряки, участвовавшие в сражении, внесли огромный вклад в сохранение Москвы. Именно благодаря мужеству советских войск удалось уберечь столицу нашей Родины и обеспечить Победу.
Ржевская битва, проходившая в районе Ржевско-Вяземского выступа, завершилась 31 марта 1943 года Победой Красной Армии, которая была достигнута благодаря беспримерному героизму сибиряков.
Все солдаты и офицеры, павшие во имя Родины и Великой Победы, — настоящие Герои, их подвиг останется в нашей памяти навсегда.
Я преклоняю голову перед воинами 22-ой Сталинской Гвардейской Стрелковой Сибирской добровольческой дивизии Красной Армии. Честь и слава Сибирякам Победителям! Честь и слава моим землякам!
_______________________________________________________
Буяновская Дарья
Интервью с бабушкой «Старая мельница»
-Бабуля, а помнишь, в детстве ты нам рассказывала про брата
твоей мамы и старинную мельницу? Я была маленькой девочкой
и многое не понимала. Давай снова поговорим о дедушке Володе?
-Владимир Тарасович, как и я, родился в Гомельской области. Вся
его трудовая жизнь была связана с паровой мельницей,
которая сегодня является объектом культурной ценности.
История этойдостопримечательности очень интересна. В 1902 году помещик Гальмерсин рядом со своей усадьбой на реке Случь построил мельницу из красного кирпича. Изначально мельница имела два этажа: цокольный и наземный. Немного позже были достроены еще два.
Возле мельницы находилось небольшое озеро, за которым располагался живописный парк с деревьями редких пород: необычные дубы, эффектные грабы и необыкновенной красоты персидская сирень.
Мельница в поселке Погост, где проживал Владимир Тарасович, была подтверждением особого статуса поселка, мельников чтили и уважали.
Спустя шесть лет она дала первую муку, качество которой было отменным. Муку мололи трех сортов и даже манную. Поэтому мельница пользовалась большим спросом и молоть зерно в Погост ехали
жители всей округи. В 1940 году Владимир Тарасович стал заведующим мельницей. А вскоре началась Великая Отечественная война…
-И даже в войну труженица - мельница продолжала работать?
-Да, мололи муку и для односельчан и, увы, по приказу немцев, и тайно,
с большим риском, для партизан. Нелегким делом было продовольственное снабжение партизанской армии. По своей значимости продукты питания равноценны оружию и боеприпасам, если не более важны. Сегодня, возможно, ты не совсем понимаешь настоящей ценности хлеба, а в годы
войны он был святыней, его колоски хранили в кармане гимнастерки
до самой Победы. Он был символом будущего, и партизаны высоко
ценили эту помощь. Кроме того, помогала мельница советским солдатам
в качестве укрытия воинов, державших оборону при защите Погоста.
-Я помню ты рассказывала, что во время фашистской оккупации и сам Владимир Тарасович был непосредственно связан с партизанами?
-Верно. Он состоял в партизанском отряде им. Александра Невского.
-Бабушка, а что же случилось с мельницей?
-Во время войны в нее попал немецкий снаряд… Но мельница не рухнула, остались только выбоины. Когда муку стали изготавливать производственным путем и из мельницы извлекли жернова, то словно вырвали из живого организма сердце. Кроме того, сняли крышу,
но сломать прочные стены не смогли. Мельница, как и
Владимир Тарасович, прекратила работать в 1968 году.
Двадцать восемь лет он был начальником мельницы.
Сегодня от достопримечательности остался лишь 3-х этажный корпус из красного кирпича. Крыши нет, арочные окна зияют пустотой, но
старинное здание по - прежнему привлекает внимание туристов из
Беларуси и соседних стран. В 2018 году мельница внесена в список
историко-культурных ценностей, а в 2019 году поступило предложение восстановить мельницу и сделать на этом месте этнографическую
усадьбу. Ну а пока так и стоит гордая мельница в Погосте, бросая вызов
времени.
-Как бы я хотела, чтобы Погостская мельница снова заработала!
Воинов Владимир Тарасович 1909 г. р. родился в Гомельской области, проживал в пос. Погост Минской области. Владимир Тарасович был настоящим героем Великой Победы. С октября 1943 г. он состоял в партизанском отряде им. Александра Невского. Из данных наградного листа известно, чтов декабре 1943 г. Владимир Тарасович подорвал на мине одну вражескую автомашину; в феврале 1944 г. в боях в районе дер. Селец уничтожил 7 немцев,а в апреле того же года с засады убил3 мадьяр. При выполнении задания он подорвал рельсы железнодорожного полотна. За заслуги Владимир Тарасович представлен к правительственной награде и награжден медалью «Партизану Отечественной войны» II степени. С 1940 г. по 1968 гг. он был заведующим мельницы.
С супругойАнной Владимир Тарасович воспитывали 4 детей: Марию, Александра, Анатолия и Тамару. До последних дней он любил собираться
с родными в кругу семьи и проводить время вместе. Ему нравилось чтение газет и прогулки на свежем воздухе. Умер Владимир Тарасович в 2008 г., недожив 7 месяцев до своего 100-летия. Он прожил долгую жизнь и
очень надеялся взглянуть на свою подругу жизни-обновленную мельницу.
________________________________________________________________
Вдовин Алексей
Семейное достояние
Великая Отечественная война оставила в истории каждой семьи свою нестираемую строку – строку потерь, мужества и веры. В нашей же семье память о вкладе родных в Победу священна, как завет, передаваемый из поколения в поколение.
Центром этой семейной саги стал прадед, Долинин Сергей Иванович. Имея бронь от завода, 38-летний рабочий принял судьбоносное решение – 24 августа 1941 года он добровольцем ушёл на фронт из Мотолова (ныне Пермь) вместе с двумя братьями. Он оставил дома троих детей, младшей – моей будущей бабушке – было всего шесть месяцев. Его уход был не просто поступком, а жестом высшей ответственности, когда долг перед Родиной перевесил даже инстинкт защиты собственного очага.
Пока отец воевал, его старший сын, 12-летний подросток, встал к тому же заводскому станку. Чтобы дотянуться до рычагов, мальчишки подставляли под ноги деревянные ящики. Их украденное войной детство, тихое и самоотверженное, стало неотъемлемой частью великого подвига тыла. В звоне металла и стуке сердец ковалась Победа.
Память о трёх братьях Долининых теперь отлита в бронзе – их имена увековечены на мемориальной доске завода им. Дзержинского в Перми. В каждый наш приезд мы обязательно приходим сюда. Возложение цветов – это наш тихий долг и безмолвная благодарность, разговор через время с теми, кто ушёл, но остался.
Долгие годы поисков, как лучи сквозь туман прошлого, увенчались успехом – 9 мая 2016 года, благодаря помощи военкомата и Книге Памяти, мы нашли могилу прадеда в деревне Любно Новгородской области, где теперь создан Музей памяти. Экскурсия потрясает до глубины души: мы узнали, что бригада прадеда вступила в бой после стокилометрового марша. Измождённые, но несломленные бойцы дрались с невероятным упорством. 7 марта 1942 года сержант Долинин С. И. погиб. А через день враг начал отступать. Его жертва стала тем самым кирпичиком, тем камнем в основании грядущей Победы. Стоя у могилы, мы плакали – и от щемящей боли утраты, и от безмерной благодарности.
Война опалила своим дыханием и другую ветвь нашей семьи. Дед, Вдовин Николай Петрович (1925 г.р.), подростком пережил блокаду Ленинграда. В нечеловеческих условиях он сумел окончить разведшколу на Васильевском острове. После прорыва блокады его отправили на фронт. Свой боевой путь он закончил в 1945 году в Дрездене. Его послевоенная судьба глубоко символична: он стал заслуженным художником СССР. Его кисть, видевшая когда-то ужасы войны, посвятила себя творению мира и красоты – пройдя путь от разрушения к созиданию, от тьмы к свету.
Истории прадеда и деда – наше самое ценное семейное достояние. Мы бережно храним их, как живые иконы, чтим их память не только девятого мая, но ежедневно, передавая эти рассказы детям и внукам. Их подвиг, их любовь к Родине и своему долгу – это вечный нравственный ориентир для нас, потомков, компас в бурном море жизни. Пока мы помним – они с нами. Пока мы чтим – их жертва не напрасна.
______________________________________________________________
Вербицкая Анна
Язык фронтового письма
Наше поколение уже далеко от войны. Мало осталось участников этих военных лет, поэтому о событиях Великой Отечественной войны мы можем узнать из книг,кино, из документов. А еще символытой страшной войны - солдатские письма.Они были единственным способом связи с родными. Солдатские треугольники — это история, в них отрезки частной жизни участников войны. Читая письма, мы можем узнать, чем жили наши защитники, что вдохновляло их, помогало устоять перед врагом и защитить свою родину, свою семью.
С каждым годом ветеранов войны становится всё меньше, они уходят от нас, ослабевает связь поколений. Тем ценнее для нас становятся письма с фронтов Великой Отечественной войны
Фронтовые письма– это особые документы.Не было на фронте человека, который бы не скучал по родному дому. Неслучайно почти все письма начинаются с обращения к родным и близким: «милая мама», «мои родные», «дорогие мои дети», «любимая Маша» и т. д. Поскольку письма писали прямо с поля боя, «с переднего края», фронтовики по мере того, как шла война, все чаще указывали места, где шел бой. Обычно всего одной строкой: «пишу из Пруссии», «отстояли Одер», «привет из Беларуси».
Фронтовые письма были разных видов: треугольники, письма-конверты, письма- секретки.
Самые распространенные- письма-треугольники. Отправляли их бесплатно. Треугольник — это обычный лист из тетради, который сначала загибали справа, потом слева направо. Оставшуюся полоску бумаги вставляливнутрьтреугольника. Почтовая марка была не нужна, адрес писался на наружной стороне листа. На конверте или треугольнике обязательно ставился штамп полевой почты и дата отправления. Письмо не заклеивалось — его всё равно должна была прочитать цензура.
Письма писали чаще всего карандашом. Были раньше такие карандаши, называли их химические, очень похожие на простые карандаши, но, если кончик карандаша послюнявить, он писал как чернила.
Фронтовые письма бережно хранятся в семейных архивах или в музеях, ведь в каждом листочке чья-то судьба. Мне посчастливилось подержать в руках настоящие фронтовые письма, внимательно их изучить – прикоснуться к истории!
Писем всего два: письмо– треугольник и письмо - конверт.
Письма написаны карандашом, некоторые слова, особенно на сгибах, стерлись, трудно понять. От времени бумага пожелтела, стала хрупкой, на сгибах порвалась, поэтому работать с ними приходилось очень осторожно.
На лицевой стороне - адрес отправления и обратный адрес, печать полевой почты, отметка «Просмотрено военной цензурой ».
На письме-конверте - портрет Александра Суворова, под ним слова Сталина. Вверху надпись: «Смерть немецким оккупантам!». И портрет, и слова были призваны укреплять воинский дух солдат.
Письма из архива семьи Смирновых, хранились в шкатулке, в картонных корках от Примерного Устава сельскохозяйственной артели.(Приложение 1)
Автор писем – Козырев Куприян Андреевич, 1905 года рождения, уроженец д. Махони Ветлужского района Горьковской области. Воевал с1942 годав части 44 стрелковой дивизии, был стрелком. Убит 22 декабря 1942 года, место захоронения - Ростовская обл., Алексеево-Лозовский р-н, д. Арбузовка. (По данным портала «Память народа»).
Письма адресованы жене, Козыревой Пияне Ивановне, уроженке д. Махони Ветлужского района Горьковской области,
В письмах сохранены жанровые признаки.
Во-первых, они начинаются одинаково- с даты написания - «1942 года 8 декабря» и «1942 года 14/XII». Далее приветствие (орфография и пунктуация сохранены): «Добрый день Здравствуй милая жена Пияна Ивановна Милые дети Катя Шура Валя…Шлю я вам свой горячий привет и желаю наилучших успехов Вашей жизни…»
Заканчиваются письма тоже одинаково: «кланяюсь и желаю быть здоровыми», «нискониско кланяюсь и желаю наилучших успехов». Также передаются приветы и поклоны «всем родным и близким».
Большую часть писем занимают начало и конец: приветствие, пожелания здоровья, приветы.
О себе солдат рассказывает совсем немного в основной части писем: «нахожусь жив и здоров». Есть строчки, отражающие реалии эпохи: «…нахожусь на передовой линии от немца всего 2 км. Каждый день идет бомбежка» и «Нахожусь около фронта Близко но в бою еще не был ожидаем с часу на час». Далее вымарано черным карандашом, возможно, солдат написал какие-то сведения, которые не пропустила военная цензура.
Есть в письме и строки, отражающие фронтовой быт: «На ногах еще ботинки холодновато но благодаря стоит погода теплая нечего втерпеж». И снова: «…хлямает в ботинках не (здесь не смогла прочитать) кожа но все же не чего». Куприян Андреевич не жалуется, стойко переносит тяготы военной жизни, знает, что в тылу не легче живется.
Находясь далеко от семьи, солдаты тосковали о своих родных, это чувствовалось в их обращениях к ним. Вот и Козырев Куприян Андреевич в своих письмах называет жену «милая», уважительно обращается по имени и отчеству. Детей называет «милые дети», перечисляет их имена. Это говорит о том, что для автора семья – самое ценное.
Присутствует разговорная лексика: «…какие счастки будут у меня…», «…себя чуствую нечего как будьто нет некакой страсти».
Разговорная лексика перемешивается с высокой: «…предполагается скоро судьба решится… следующее письмо ожидай…или от раненого или хана одно из двух».
Имеются в письмах характерные речевые обороты: «шлю свой горячий привет», «желаю наилучших успехов», «целую всех крепко», «кланяюсь ниско», «передайте привет».
Письма написаны достаточно грамотно, но отсутствуют знаки препинания. Это говорит, скорей всего, о том, что у солдат было мало времени.
Больше писем не было, потому что следующим пришло жене извещение о смерти.
Фронтовые письма моего дальнего родственника дополнили личные знания о событиях Великой Отечественной войны.Я убедилась, что советский солдат воевал с высокимипатриотическими мыслями о Родине, своем воинском долге, с любовью к своим близким.
_______________________________________________________
Вопилова Эвелина
Путь добра
Волонтёрство — это не громкие подвиги и не редкие героические поступки, о которых пишут в новостях. Это ежедневный, тихий труд, наполненный искренним желанием помочь. Это внимание к людям, животным и окружающему миру, умение заметить чужую боль и откликнуться на неё. Волонтёрство начинается с простого вопроса: «Чем я могу быть полезен?» — и именно в этом заключается его главная сила.
Моё знакомство с волонтёрской деятельностью началось в четвертом классе школы. На одном из классных часов нам рассказали о людях, которые безвозмездно помогают тем, кто оказался в трудной жизненной ситуации. Тогда это показалось чем-то новым и даже немного непонятным. Однако вскоре появилась возможность не просто услышать о волонтёрстве, а стать его частью.
Первым опытом стала помощь приюту для бездомных животных. Нам рассказали, что там всегда не хватает рук: нужно кормить собак и кошек, убирать вольеры, мыть миски, играть с животными и просто уделять им внимание. Когда я впервые переступила порог приюта, меня охватило волнение. Повсюду были животные с разными судьбами — кто-то попал сюда совсем недавно, а кто-то жил в приюте уже долгое время.
Особенно запомнился один маленький котёнок. Он был очень осторожным и пугливым, прятался в уголке и не сразу шёл на контакт. Я просто села рядом, не делая резких движений, и через некоторое время он сам подошёл и позволил себя погладить. В тот момент я поняла, насколько важно терпение и спокойствие. Иногда помощь — это не действия, а присутствие.
Со временем поездки в приют стали регулярными. Мы приносили корм, игрушки, тёплые подстилки, помогали наводить порядок. Иногда устраивали небольшие акции: «день игрушек», «день прогулок» или фотосессии для животных, чтобы помочь им быстрее найти новый дом. Радость, которую испытываешь, когда узнаёшь, что питомца забрали в семью, невозможно передать словами.
Позже я узнала, что волонтёрство может быть разным. В школе проводились акции помощи пожилым людям: сбор тёплых вещей, книг, продуктов первой необходимости. Мы готовили открытки, писали добрые пожелания, старались вложить в каждую мелочь частичку тепла.
Посещение дома для пожилых людей стало для меня особенным опытом. Сначала было немного неловко — казалось, что я не знаю, о чём говорить и как себя вести. Но очень быстро это чувство прошло. Пожилые люди с радостью шли на контакт, делились воспоминаниями, рассказывали о своей молодости, профессии, семье. Каждая такая встреча превращалась в живой урок истории и человечности.
Иногда мы читали вслух книги и стихи, иногда играли в настольные игры, собирали пазлы или просто разговаривали. Особенно трогательно было наблюдать, как меняется настроение людей от простого общения. Улыбки, тёплые слова, благодарные взгляды — всё это давало понять, что наше присутствие действительно важно.
Со временем волонтёрство стало привычной частью моей жизни. Я стала участвовать в различных форумах по добровольчеству, обмениваться опытом с волонтерами и учиться новому. Я поняла, что помогать можно не только в рамках организованных акций. Это и забота о природе — уборка парков, посадка деревьев, изготовление кормушек для птиц. Это и помощь одноклассникам с учёбой, и поддержка тех, кому просто нужен разговор.
Волонтёрская деятельность многому учит. Она развивает сочувствие, ответственность и умение работать в команде. Ты начинаешь по-другому смотреть на мир, замечать детали, которые раньше оставались незамеченными. Появляется осознание собственной значимости и уверенность в том, что даже небольшие действия могут привести к большим изменениям.
Особую ценность в волонтёрстве представляет общение с единомышленниками. Люди, которые приходят помогать по собственной инициативе, как правило, открытые, добрые и искренние. Совместная работа объединяет, учит поддержке и взаимопониманию. Именно в такой среде легко найти настоящих друзей.
Иногда может показаться, что вклад слишком мал и незаметен. Но волонтёрство состоит именно из таких маленьких шагов. Из добрых слов, тёплых жестов, внимания и участия. Всё это постепенно складывается в большую и важную работу.
Быть волонтёром — значит быть неравнодушным. Это выбор замечать чужие проблемы и не проходить мимо. Это готовность делиться своим временем, силами и теплом. Волонтёрство не требует особых навыков или условий — оно требует лишь открытого сердца.
Со временем приходит понимание, что волонтёрство меняет не только тех, кому помогают, но и самого человека. Оно делает сильнее, добрее и мудрее. Помогая другим, ты учишься ценить то, что имеешь, и находить радость в простых вещах.
Волонтёрство — это путь, который можно выбрать в любой момент. Путь участия, ответственности и человечности. И каждый, кто идёт по этому пути, вносит свой вклад в создание более доброго и светлого мира.
__________________________________________________________
Гаврилова Дарья
Солдатский Георгий
Святой Георгий на Руси издавна считался покровителем воинов, землепашцев и всей земли русской. Изображение воина на белом коне, пронзающего копьём змия, можно увидеть на великокняжеских печатях, знаменах, шлемах и щитах воинов. Оно издревле украшает герб Москвы, ведь святой Георгий со времён Дмитрия Донского считается покровителем города. В 1036 году Ярослав Мудрый основал в Киеве монастырь в честь Георгия и ввёл празднование дня Святого Великомученика 26 ноября (по старому стилю), когда, по преданию, им был усмирён змий.
Георгий был воином в римской армии, отличился во многих боях и походах, был подвергнут за свою стойкость в христианской вере неслыханным мучениям. За свою веру каждый раз воскресал он по воле Божией. Одним из первых был причислен к лику святых.
Идея создания военного ордена имени Святого Георгия принадлежала Петру Великому, но учреждён он был 27 ноября 1769 года, в царствование Екатерины II. С этого времени в России появился Императорский Военный орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия, которым награждали за особые боевые заслуги. Орден св. Георгия имел четыре степени. Все четыре степени представляли собой золотой 4-х лучевой крест с расширяющимися от центра лучами, покрытыми белой эмалью. В центральном круглом медальоне орденского знака помещалось изображение св. Георгия на коне, поражающего копьем змия.
Заслужить его стало высшей честью для офицеров и генералов. С 1807 года для нижних чинов существовал Знак Отличия Военного Ордена Святого Георгия — знаменитый солдатский Георгиевский Крест. С гордостью носили на своих мундирах эту высокую награду герои Измаила и Бородино, Севастополя и Порт–Артура, герои Первой мировой. Георгиевскими кавалерами были Иван Тюленев, Василий Чапаев, Георгий Жуков, Константин Рокоссовский, Родион Малиновский, Семён Будённый.
Этой высокой награды удостоены и полковые священники, герои–пастыри, подвижники Святой веры, мученики священного долга.
Герои, примером мужества и гласом веры и утешения, поддерживавшие в войске непоколебимую храбрость и надежду на помощь Божию, полковые священники, понимая важность такого воодушевления, брали на себя эту святую обязанность. На поле битвы они всегда были достойными пастырями беззаветного храброго христолюбивого воинства, безропотно переносили тяготы походной жизни, ходили со своими частями на штурмы, безбоязненно напутствовали больных и умирающих под неприятельскими выстрелами, терпели раны, заключение в плену и самую смерть.
Первым высшей военной награды России - офицерского Георгиевского креста 4-й степени - был удостоен священник 19-го Егерского пехотного полка Василий Васильковский, герой 1812 года. Во время кровавого боя с французами под Витебском он шёл со Святым крестом вперед, благословляя однополчан. Здесь же, на поле битвы, исповедовал и причащал Святыми Тайнами тяжелораненых и умирающих воинов.
Вторым Георгиевским кавалером стал священник Тобольского пехотного полка Иов Каминский. При штурме города Рахова во время войны с Турцией в 1829 году отец Иов участвовал во взятии неприятельской батареи.
Протоиерей Могилёвского полка Иоанн Пятибоков — третий Георгиевский кавалер. В тяжелейшем бою, когда войска наши, потеряв многих командиров, дрогнули и смешались, отец Иоанн, возложив на себя епитрахиль и взяв в руки Святой крест, выступил вперёд солдат и громко сказал: "С нами Бог, ребята, и да расточатся враги его... Родимые, не посрамим себя! Сослужим службу во славу Святой Церкви, в честь Государя и на утешение нашей матушки России! Ура!!!" — и первым устремился на врагов. Солдаты дружным натиском вступили в бой и одержали победу.
Четвёртым кавалером ордена святого Георгия Победоносца был иеромонах Иоанникий Савинов, служивший в 45–м флотском экипаже и участвовавший в Крымской кампании. В самый решительный момент боя раздалось величественное пение молитвы за царя: "Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы Благоверному Императору нашему на сопротивные даруй",— и в рядах сражавшихся войск увидели отца Иоанникия. Вдохновлённые пастырем русские воины выбили французов из захваченной ими территории.
Военное духовенство подавало примеры моральной стойкости и мужества и во время Русско–японской войны 1904–1905 годов.
Священник 11–го Восточно–Сибирского стрелкового полка Стефан Щербаковский был удостоен ордена Георгия 4–й степени, также золотого наперсного креста на Георгиевской ленте. После того, как были убиты все командиры, поднял в атаку остатки полка. Раненый, он не покинул поля сражения и был взят в плен. Японцы, узнавшие о его подвиге, с почестями вернули отца Стефана на родину. В этом тяжелейшем бою рядом с полковым батюшкой до конца оставался унтер-офицер, церковник полковой церкви Перч, он также был представлен за героизм к солдатскому Георгию.
Многие военные священники, сражавшиеся в Маньчжурской армии, были удостоены боевых орденов, а шесть из них были представлены к золотому наградному кресту на Георгиевской ленте.
Если накануне Первой мировой войны в ведомстве Протопресвитера состояло 730 священников, то за время войны их пребывало в армии свыше 5000 человек. В период с начала войны и до 1 апреля 1915 года православные священнослужители получили: 4 ордена святого Георгия Победоносца, 1 панагию на Георгиевской ленте, 12 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте из Кабинета Его Императорского Величества, 5 орденов святого Владимира 3–й степени с мечами, 9 орденов святого Владимира 4–й степени с мечами, 39 орденов святой Анны 2–й степени с мечами и 52 ордена святой Анны 3–й степени с мечами. За проявленный героизм около 2500 священников были отмечены государственными наградами, в том числе было вручено 227 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте.
Назовем славные имена священнослужителей, причисленных к ордену Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4–й степени: иеромонах Бугульминского монастыря Антоний (Смирнов); благочинный 7-го Финляндского стрелкового полка священник Сергий Соколовский; священник 9-го драгунского Казанского полка Василий Шпичек; иеромонах Амвросий, 3-ий Гренадёрский Перновский полк; священник 5-го Финляндского полка Михаил Семёнов; иеромонах Филофей, 209-ый пехотный Богородский полк; полковой священник иеромонах Евтихий Тулупов; священник 42-й артиллерийской бригады Виктор Кашубский; священник 217-го Ковровского полка Владимир Праницкий; протоиерей 6-го Финляндского стрелкового полка Андрей Богословский; протоиерей 154-го пехотного Дербентского полка Павел Смирнов; священник 439-го пехотного Илецкого полка Михаил Дудицкий; священник Черноярского пехотного полка Александр Тарноуцкий; полковой священник 245-го Бердянского полка Василий Островидов.
Протопресвитер Г. Шавельский писал: "В Великую войну … священники делили с воинами все тяжести и опасности войны, возбуждали их дух, своим участием согревали уставшие души, будили совесть, предохраняли наших воинов от столь возможного на войне ожесточения и озверения".
После октябрьского переворота у Георгиевских наград была особая судьба. Приказом Главковерха Н. Крыленко от 30 ноября 1917 года разрешалось ношение Георгиевских наград - крестов, медалей и орденов как знаков личного мужества. "Солдатский Егорий" украсил грудь сотен тысяч простых русских мужиков и превратил эту воинскую награду в самую почитаемую в народе.
Возрождение георгиевской традиции приходится на годы Великой Отечественной войны. Когда в страшных боях с фашистами под Москвой родилась советская гвардия, то для орденов Славы, для гвардейских лент и знамён не нашлось ничего лучше чёрно–оранжевого муара - прямой "цитаты" с лент знаменитого Георгиевского креста и Георгиевского знамени, существовавших в русской армии как знаки особого отличия за воинскую доблесть. Очевидна общность ордена Славы с солдатским Георгием: те же степени, та же оранжево - чёрная лента. И самое гласное - статус, во многом напоминающий и повторяющий статус старинного Знака Отличия Военного Ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия.
Орден Славы давался за личные подвиги солдатам и сержантам. И задумывался он именно как солдатский орден, призванный напомнить награждаемым о воинском прошлом их Родины, вызвать гордость тех, кто удостоился его. Так и произошло. Этот орден стал самой почётной из солдатских наград.
На чёрно - оранжевой Георгиевской ленте носят ветераны медаль "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов". Георгиевские ленты украшают бескозырки моряков с гвардейских боевых кораблей.
Уже в наши дни в наградную систему России вернулись славные награды Отечества - орден святого Георгия и Георгиевский крест. В 1995 году в Положении о государственных наградах Российской Федерации определялось, что "в системе государственных наград сохраняются Военный орден святого Георгия и знак отличия - Георгиевский крест, военные ордена Суворова, Ушакова, Кутузова, Александра Невского, Нахимова". Среди этих знаков отличия, высокий авторитет которых подтверждён в боях за свободу и независимость Отечества, первое место по праву занимает орден святого Георгия.
Георгиевские кавалеры — подлинные патриоты Отечества, носители боевой славы Российской армии и флота. На протяжении столетий они были в числе первых, кто отстаивал его свободу и независимость, своими ратными подвигами умножая могущество Земли Русской. Их боевые дела незабываемы и достойны подражания.
_____________________________________________________
Горюнов Владислав
Мой звездный земляк
Мой родной город – Прокопьевск. В 2026 году ему исполняется 90 лет. Много пользы приносит Прокопьевск нашей Родине, но более всего он прославлен великими тружениками-людьми
Я хочу рассказать про человека, который прославил мой родной город Прокопьевск на весь земной шар. Это человек – легенда, дважды Герой Советского Союза Борис Валентинович Волынов. Он мой земляк.
Борис Волынов родился в декабре 1934 года в Иркутске, но всю жизнь свою, от детства до зрелости, он связал с маленьким городом нашей страны, с Прокопьевском. Его семья приехала в Кузбасс, когда Борису не было года.
Борис Валентинович учился в школе №1, возле которой находился стадион «Шахтер». Вместе с мальчишками они бегали туда, чтобы посмотреть на парашютную вышку. Прыгнуть с неё для многих была мечта. Борис же поставил уже тогда перед собой цель: стать летчиком. В 5 классе Волынов совершил свой первый прыжок с парашютом С этого времени мечта о космосе стала для него главной.
В школе Борис отличался огромным стремлением к знаниям, трудолюбием, упорством, целеустремленностью; отличительными чертами характера его были дружелюбие и честность. Таким Борис Волынов остался навсегда.
С детских лет он работал над собой. Занимался спортом: самбо, акробатикой, спортивной гимнастикой. Окончил школу Борис Валентинович «с отличием». Сегодня школа №1 носит имя легендарного космонавта.
К своей цели Борис Волынов шел настойчиво. Окончил авиационную школу в Павлодаре, затем Сталинградское военное авиационное училище лётчиков в Новосибирске. В 1956 году окончил Качинское Краснознамённое военное авиационное училище лётчиков имени А. Ф. Мясникова в Сталинграде. Во всем проявлял несгибаемую волю и трудолюбие, показывал отличные результаты в спорте.
Он служил в авиации ПВО в Московском округе. Его трудолюбие и целеустремленность были замечены. Молодого талантливого летчика стали готовить в космонавты.
В марте 1960 года Борис Валентинович был зачислен в отряд космонавтов. Первый отряд из 20 человек был сформирован в марте 1960 года. 7 марта набрали ударную группу из 12 человек. В число первых вошли Юрий Гагарин, Герман Титов, Владимир Комаров, Андриян Николаев. Среди них были и наши земляки: Алексей Леонов и Борис Волынов.
В 1965 году Борис Волынов проходил тренировку в качестве командира экипажа космического корабля «Восход-3», но в мае 1966 года полёт был отменён. С сентября 1966 по 1967 год проходил теоретическую подготовку по программе облёта Луны на космическом корабле «Л-1» в составе группы космонавтов.15 января 1969 года Борис Волынов (позывной «Байкал-1») совершил полёт на космическом корабле «Союз-5». Во время полёта впервые была осуществлена стыковка с другим космическим кораблём «Союз-4». Два космонавта, Евгений Хрунов и Алексей Елисеев, вышли в открытый космос и перешли в корабль «Союз-4» под управлением лётчика-космонавта В. А. Шаталова. Корабли «Союз-4» и «Союз-5» находились в состыкованном состоянии 4 часа 35 минут. 18 января 1969 года Борис Волынов вернулся на Землю на корабле «Союз-5». Во время спуска не произошло отделения приборного отсека от спускаемого аппарата корабля. По этой причине спуск был баллистический, с перегрузками около 10 g, а не скользящий, когда перегрузки примерно втрое ниже. Кроме того, из-за присоединённого отсека спускаемый аппарат был неверно сориентирован, что привело к нерасчётной работе его теплозащиты.
Из-за последствий травм Бориса Валентиновича на несколько лет отстранили от полётов. Но он не хотел мириться с этим. Упорные тренировки помогли ему встать в строй вновь. Этому событию посвящён документальный фильм о Борисе Волынове.
6 июля 1976 года Борис Волынов совершил свой второй космический полёт на корабле «Союз-21» вместе с лётчиком-космонавтом СССР Виталием Жолобовым. На следующий день произошла стыковка с орбитальной станцией «Салют-5».Полёт продолжался 49 суток. 24 августа 1976 года космонавты вернулись на Землю. За проявленное мужество, беспримерный героизм мой земляк был награжден высшим знаком отличия «Герой Советского Союза».
По прежнему он продолжал трудиться: в 1980 году защитил диссертацию, занимался научной деятельностью. 30 лет службы в отряде космонавтов позволили Борису Валентиновичу стать опытным наставником.
Конечно, жизненный пусть путь Бориса Волынова был труден, но благодаря своему волевому характеру, несгибаемой силе духа, мужеству, терпению, трудолюбию и духовной мудрости Борис Валентинович Волынов достиг своей мечты: он является одним из первопроходцев в космическом пространстве. Он тот, кто в когорте первых открыл для людей всего Мира космос.
Борис Валентинович Волынов -лётчик-космонавт, 30 лет прослужил в отряде космонавтов , кандидат технических наук. На груди его две звезды Героя Советского Союза, орден «За заслуги перед отечеством», орден Гагарина, орден Дружбы и другие ордена и медали. Про этого человека сняли документальный фильм. Его его именем названы улицы, парки, школы, музеи, а также международный аэропорт федерального значения в городе Новокузнецке Кемеровской области.
Я горжусь Борисом Валентиновичем. Он человек удивительной духовной щедрости, скромности, человеколюбия. Будучи прославленным человеком, он не забывает свой родной край и приезжает в Прокопьевск каждый год. Очень часто Борис Волынов передает нашему городу свой космический привет через видеосвязь, и это происходит не только по праздничным дням. Мы, прокопчане, всегда видим поддержку нашего земляка. Благодаря его помощи в школе №1, где он учился, был создан музей, который назван его именем. В музее есть настоящие скафандры космонавтов, камера, в которой находились космонавты; все это было привезено из Байконура. Когда Борис Валентинович приезжает в родной Прокопьевск, он всегда рассказывает о своей космической работе, делится своими знаниями и учит нас любви к Родине. Борис Валентинович Волынов сам стал героем и своими поступками побуждает людей к доброму и хорошему.
С именем Бориса Валентиновича в Прокопьевске связано очень много. Но самое главное – взаимная любовь и уважение героя - космонавта к его малой родине и огромная любовь и уважение жителей города к нему. Он наш звездный земляк!
______________________________________________________
Довгий Милана
Алехина Анастасия
Сражение чести не ради побед
Был он рождён в колыбели героев,
Крепнула сила его день за днём.
Так вдохновимся примером особым,
И про него мы Вам песнь пропоём.
В битвах многих он был победитель,
В сердце хранил завет предков святой.
России ангел, защитник и воин,
Непобедимый в сраженьях герой.
Ему покорились семь злых вершин,
До него так не смог ни один,
Этим гордится вся наша страна,
Ведь полководец творил чудеса.
Чрез горные тропы, засады врагов
Смог провести он могучих сынов.
Пусть сраженье его не имело успех,
Заслужил местосредь светлых небес.
Отваге его позавидует каждый,
Он величавый, гордый, бесстрашный.
Шёл смело всегда он в бой,
Не считая спасённых собой.
Про подвиг его я поведаю вам.
Слава герою! Русским полкам!
Дружба с Россией-не просто слова,
Друзьям вновь подастся опоры рука
Так в тысяча семьсот девяносто девятом
Стали Италии, Англии братом.
Братства союз
Для России свят
В секунды, когда близок
Грома раскат.
Мы не смогли остаться в стране,
Участие приняли не в нашей борьбе.
России войсками командовал Он-
Суворов страшащий тьмы легион.
В сентябре день десятый
Тусклый, ужасный, серый и мрачный
Шли смело вперёд отваги полки
Верили твёрдо в полководца они.
В Альпах высоких, где снег серебрится,
Где ветер поёт, и гроза всё звенит,
Суворова подвиг великий родится,
И имя Его на весь мир прогремит.
Петляя чрез горы,
Сражая врагов.
Понимали солдаты, что пусть путь жесток,
Их не сразить не за что, и взглянут победев лицо.
Чрез сотни преград, сквозь тучи и мрак,
Где даже орёл не решался летать,
Он вёл своих воинов, словно маяк,
Чтобы честь свою отстоять.
Они перешли Сен-Готард могучий,
Где скалы стоят, словно стражи веков,
И Чёртов мост, что казался не дюжим
Был Русскими взят во имя Отцов.
Там, где считали, что нет и тропы,
Смогли разглядеть мы дороги войны.
Суворов провёл свои чудо-войска,
Не побоявшись застрять на века.
В горах, где морозы сковали гранит,
Не знали солдаты нелепых обид.
Дружество, вера в победу, мечта
Закалили полководца войска.
Они оставались духом сильны
И только вперёд шли в строю храбрецы,
И даже в минуты тяжёлой борьбы,
Мечтать о покое они не могли.
Когда казалось, что рать ослабела,
Когда не хватало надежды, и сил,
Суворов сказал: «Мы не знаем предела!» —
И воины вновь поднимались на пик.
Прошли все вершины, достигли высот,
Но победу узнало лишь войско врагов.
Мы были преданы друзьями,
Но чести имя осталось за нами!
И ныне, когда мы читаем об этом,
Когда вспоминаем те славные дни,
Мы знаем — пример их бессмертен и светел,
Навеки будут жить в наших сердцах они.
_________________________________________________
Иванькина Юлия
Так что же есть ошибка?
На мягком ковре сидит младенец. Голубой мячик бегает между его руками, заставляя малыша сосредоточенно следить за плавными движениями. В какой-то момент ребёнок вдруг решает встать и, опершись на мяч, готовится выпрямиться, чтобы сделать первые шаги. Но что-то идёт не так: то ли мяч выскальзывает из его ещё непослушных рук, то ли тело его пока не готово к таким действиям. И в результате он падает, призывая громким плачем свою спасительницу, которая мгновенно поднимает его с пола, прижимает к себе и, целуя в макушку своё чадо, тихонько успокаивает, приговаривая: «Ничего, моё солнышко, ничего, сейчас попробуешь снова». С этими словами она опускает его вниз и, придерживая руками, позволяет шаг за шагом осваивать малышу новое для него событие. И удивительно, мальчик, падая снова, тут же поднимается и с улыбкой продолжает свой нелёгкий путь. А я, наблюдая за этой картиной, вдруг начинаю размышлять: а что есть ошибка в нашей жизни, что она нам даёт, чем за неё приходится платить и насколько она необходима? Что, если бы малыш из-за ощущения боли и страха прекратил свои попытки вставать раз за разом? А что, если бы он не получил поддержку вовремя и в следующий раз не захотел бы пробовать свои силы, предпочтя тихонько сидеть, ожидая, когда время для этого придёт само собой.
Так что же есть ошибка? Согласно определению в Википедии: «Ошибка — это непреднамеренное отклонение от правильных действий, мыслей, суждений или норм, а также разница между ожидаемой и реальной величиной; по сути, это неверное действие, результат или суждение». Получается, раз это непреднамеренное отклонение, полученный результат нуждается в анализе, и тогда стоит задать себе вопросы. А что именно я сделал не так? Почему я это сделал не так? Что мне нужно сделать, чтобы добиться нужного результата? И достаточно ли у меня смелости и упорства, чтобы продолжать повторять до тех пор, пока результат меня не устроит?
Мне двенадцать лет, я учусь играть в баскетбол. Раз за разом кидаю мяч в корзину, кидаю и промазываю, кидаю и снова промазываю, и так десятки, сотни раз. Много тренируюсь, устаю, мышцы болят, и кто-то хихикает, когда я в очередной раз промазываю. Меня никто не целует в макушку, как того малыша, но я всё равно продолжаю кидать и промазывать. И о чудо! Количество наконец-то переходит в качество: я стабильно забиваю восемь из десяти. Может, потому что меня всё же кто-то поддерживает? Мама, правда, на расстоянии, команда, с которой я учусь не только забивать мяч в корзину, но и взаимодействовать. Между прочим, это оказалось гораздо сложнее, чем просто забивать мяч в корзину. И вот первые соревнования. Наш тренер Евгений Олегович предупреждает: «Девочки, сегодня играем для опыта, но всё равно бьемся до последнего и не раскисаем». Это были важные слова, потому что мы проиграли, и, если бы их не было, мы вряд ли выдержали боль своего поражения, горькие слёзы и ликование соперниц. Если бы не они, мы вряд ли приняли неудачу и свои ошибки, которые заставили нас тренироваться снова и снова, чтобы опять количество перешло в качество. И вскоре уже соперницы переживали наше ликование от победы.
Вот так я поняла, что на этапе обучения ошибки неизбежны. Это обратная связь, «дельта» между ожидаемым результатом и фактическим состоянием дел, как стрелка компаса, показывающая направление движения. Прилагая усилия, мы углубляемся в процесс и постепенно становимся профессионалами.
Зима, мороз, на трассе гололёд, машину со встречной полосы несёт на папину, он успевает среагировать, отвернуть и вместо лобового столкновения удар приходится в бок машины. По счастливой случайности, пострадавших нет, но обе машины разбиты. Папа сообщает нам, что попал в аварию. Я вижу, как с каждым вопросом меняется лицо мамы: «Ты цел? Все живы?» Узнав ответ, медленно выдыхаю, осознавая, что чья-то ошибка вдруг могла лишить меня родного человека. Да, у таких ошибок есть своя цена. Видно, не случайно в народе говорят, что «правила дорожного движения написаны кровью». Думаю, каждый это понимает, но осмысливает не тогда, когда слушает диктора на ТВ, который совершенно буднично в новостях рассказывает, как «столкнулись две фуры, водитель погиб», «на перекрестке такой-то улицы столкнулись два легковых автомобиля, водитель и пассажир госпитализированы», а когда сам становится ошибкой водителей, дорожных служб, а иногда и пешеходов. Тогда, когда человек платит за эти ошибки своей жизнью, здоровьем, имуществом. А сколько их, таких ошибок, к которым стоит относиться серьезно. И сколько ещё тех, кто не оценивает их ущерб и не усваивает их уроки.
Да, много и тех, и других. Но ведь нельзя забывать, что есть и обратная категория просчётов, поэтому всё же не стоит впадать в некую крайность и жить, постоянно переживая страх ошибиться. И, чтобы не оказаться в этом состоянии, нужно понимать, что есть ошибки, которые можно предотвратить своими умениями и знаниями, своим бережным отношением к жизни своей и окружающих. А есть те, что двигают нас к новым открытиям, к важным изменениям, к формированию личности и к прогрессу в целом. А это значит, что необходимо сформировать здоровое отношение к своим ошибкам. Они естественная и нормальная часть жизни, через их преодоление и исправление мы получаем уроки, которые помогают развиваться и достигать поставленных целей. Так что, не стоит относиться к ним как к катастрофе, преувеличивая последствия. И уж тем более, не стоит думать, что если вы ошиблись, то стали никудышными, бесполезными. Ошибки, совершённые на этапе становления, не умаляют ваших ценностей или способностей. Они открывают путь для роста и новых возможностей, поэтому, приступая к какому-то делу, не позволяйте страху совершить ошибку парализовать свои стремления, утопить желания, просто верьте, что не ошибается лишь тот, кто ничего не делает, и рядом обязательно появится тот, кто поддержит, поцелует вас в макушку и скажет: «Ничего, моё солнышко, ничего, попробуй снова».
____________________________________________________________
Игнатова Мария
Пелагея
Её звали Пелагея, и мир её детства был размерен и прост: деревенская изба под соломенной крышей, запах печёного хлеба, старший брат Николай, учивший её заплетать кукол из луговых трав. Но этот мир, хрупкий, как яичная скорлупа, разбился в одночасье — грохотом по радио и страшным словом «война».
Старшего брата призвали на фронт. А Пелагее, тринадцатилетней девочке из Михайловского района Рязанской области, пришлось быстро стать взрослой. Она оглянулась — и вокруг были такие же женщины, старики и подростки, заменившие ушедших на фронт мужей, отцов, братьев. Так началась её война. Война без выстрелов, но оттого не менее суровая.
На её хрупкие, ещё по-детски узкие плечи легла непосильная ноша. Косить и сушить сено, когда каждая травинка отзывалась ломотой в спине. Ухаживать за бесконечным колхозным огородом, где вместо цветов росли капуста и картошка — спасение для фронта и тыла. Таскать воду, заготавливать дрова, работать на ферме, где тёплый бок коровы был единственным утешением в стужу. Техники не хватало, и всё делалось вручную, ценой нечеловеческих усилий. Иногда силы покидали её прямо в поле — она засыпала в прохладной борозде, чтобы с первым проблеском рассвета снова встать и взяться за работу. Её детство кончилось. Оно осталось там, в прошлом, вместе с луговыми куклами. А вместо него был труд — тяжёлый, бесконечный, святой. За это ежедневное, тихое мужество она получила позднее почётное звание «Ветеран Великой Отечественной войны». Но тогда, в сороковые, она просто делала то, что должно. Приближала Победу как могла.
А потом была другая битва — за мир. Послевоенные годы, торфяные разработки, где ноги вязли в холодной жиже, и участие в восстановлении разрушенных городов, кирпич за кирпичом. В пятидесятых она переехала в Рязань, устроилась на завод металлокерамических приборов. И снова — упорство, ответственность, те же самые, что и в поле, но теперь отлитые в детали для новой жизни. В 1973 году она стала победителем соцсоревнования, «Ударником коммунистического труда». В 1976-м получила орден Трудовой Славы III степени. Награды бережно хранились в шкатулке. Но главной своей наградой она считала другое.
Семью. Выращенную дочь Таню, мою бабушку. Внуков и правнуков, которых она пестовала уже своими добрыми, мудрыми руками. Я застала её, правда совсем маленькой, мне было три года. Но я хорошо помню. Помню её тихий, немного усталый голос, словно пришедший из далёкого прошлого. Помню лучистые морщинки у глаз — следы былых улыбок и забот. И её руки. Грубые, натруженные, с прожилками, как карта всей её жизни. Но такие тёплые и мягкие, когда она меня обнимала.
Подвиг… Он ведь не всегда грохочет на поле боя. Иногда он молчалив. Это — ежедневное преодоление. Это — труд в тылу под ледяным дождём или палящим солнцем. Это — забота о близких, когда силы уже на исходе. Прабабушка Поля, как и миллионы женщин её поколения, вынесла на своих плечах всю тяжесть войны и мира, что пришёл после. Она вложила в наше «сегодня» свою утраченную молодость, свой сон в борозде, свою бесконечную усталость. Она подарила нам, незнакомым тогда ещё правнукам, возможность жить под мирным небом.
И пока мы храним такие истории — тихие, без пафоса и громких слов — связь между поколениями не прервётся. Пока мы помним её тёплые, грубые руки, её подвиг продолжается. В нас.
____________________________________________________
Козлов Тимофей
Герой из нашей школы
За этой партой — тишина,
Царапин след, окно и свет.
Здесь начиналась жизнь одна,
Которой равных в школе нет.
Он здесь учился, как и мы,
Спешил он в школу по утрам,
Не знал тогда своей судьбы
И не искал геройских драм.
Прошли года. И вот — страна
Позвала твёрдо: «Время — встать».
И он пошёл. Не за слова —
За тех, кого нельзя предать.
Ему лишь двадцать три всего,
Но за плечами — боль и бой.
Он командир. Его звено —
Глаза, что видят край любой.
Он не в игре, он на войне,
Экран решает чью-то жизнь.
И там, где страшно в тишине,
Его решения сошлись.
«Моя семья», — он говорит,
Без громких фраз, без лишних слов.
И в этом выборе звучит
И честь, и верность, и любовь.
Мы смотрим молча на экраны,
И в классе будто свет сильней.
В глазах — не шум, а блеск мечты
И гордость за своих парней.
Герои — рядом. Не вдали.
Они из наших школьных лет.
И если он таким смог стать —
Нам пусть вперед! Сомнений нет
___________________________________________
Кокоулин Александр
Еще не время
Судьба трижды испытывала его - а он всякий раз отвечал: «Ещё не время» - и шёл дальше, к маю 45-го. Мой прадед. Кокоулин Евгений Романович, родом из костромской деревни Анисеменки. В 1938 году семья переехала в Омск, где юноша освоил слесарное дело и встал за станок завода, выпускавшего легендарные Т-34. Именно на этих танках 18-летний Евгений ушел на фронт в 1941 году. Он воевал башенным стрелком Т-34 на Брянском фронте. Под Орлом был ранен и госпитализирован. В декабре 1943 года его направили в Киров на курсы воздушных стрелков. Уже в марте 1944-го он воевал на Ленинградском фронте в составе 566-го штурмового авиаполка на легендарном Ил-2.
80 боевых вылетов. Цифра, за которой — небо, разорванное взрывами, рёв моторов и леденящий свист пуль. Трижды самолёт, на котором он летал с пилотом С. Огаяном, был подбит, но экипаж каждый раз ухитрялся дотянуть до своей территории, будто сама судьба берегла их для чего-то большего. Однажды их Ил-2 развалился прямо на взлётной полосе — и снова они остались невредимы. Чудо? Не только. Это была смелость, отвага, мастерство и везение, ставшие для них закономерностью, суровым законом фронтового неба.
С пулемётом Березина в руках воздушные стрелки отбивали атаки немецких истребителей. В групповых боях сложно определить личный счёт, но за те 80 вылетов экипажи его группы сбили 7 вражеских самолётов. Семь огненных крестов, упавших на землю, которую они защищали.
Прадед воевал на Ленинградском и 3-м Белорусском фронтах до самой Победы.Его подвиги отмечены орденами Красной Звезды и Отечественной войны II степени, медалями «За отвагу», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией». Война закончилась, когда герою исполнился лишь 21 год. Он служил ещё три года после войны, как будто не мог сразу отвыкнуть от строя, от чувства долга.
В нашей семье бережно хранится свидетельство тех лет - пожелтевший номер газеты «Боевая тревога» от 18 декабря 1949 года с заметкой о моем прадеде. Эти строки — как тихий голос из прошлого, напоминающий о том, что подвиг не гаснет с годами.Он не любил вспоминать войну, не кичился наградами — но в его молчании была вся правда о поколении, которое вынесло на своих плечах тяжесть века.
Мой прадед — воплощение мужества целого поколения, подарившего нам Победу. Не громкими словами, а тихой стойкостью, неброским героизмом, повседневной отвагой, ставшей для них обычным делом. И пока мы помним — они живы. Живы в каждой строчке старой газеты, в каждом блеске медали, в нашем сердце, где навсегда поселилось эхо того неба, через которое он прошёл, чтобы мы могли просто жить.
____________________________________________________
Колегов Дмитрий
Моя семья
Семья – это та первичная среда, где закладываются основы нашего мира, где ценности и принципы становятся неотъемлемой частью жизни. В моей жизни семья занимает особое место, именно благодаря ей я научился творить добро и понимать, что такое мораль. Моя семья – это маленькая крепость, где каждый из нас поддерживает и вдохновляет друг друга.
Среди множества родных людей особенно выделяется мой дядя. Его мудрость и жизненный опыт оказали на меня глубокое воздействие. Он всегда умел находить правильные слова, чтобы объяснить сложные вещи простым языком. Дядя часто говорил о важности доброты и взаимопомощи, используя примеры из своей жизни. Он научил меня тому, что даже маленькие добрые дела могут менять жизнь людей к лучшему.
Весь наш семейный уклад основан на любви, взаимоуважении и поддержке. Каждый член семьи стремится оказывать помощь другим, будь то трудные времена или просто повседневная жизнь. Эти уроки были заложены в моем сердце и сознании с детства.
Любой семейный праздник становится не только поводом для радости, но и возможностью объединиться, поделиться новыми достижениями и поддержать друг друга. Эти моменты укрепляют наши семейные связи и наполняют дом атмосферой тепла и уюта. Я всегда с нетерпением жду встреч с родными, на которых мы обсуждаем не только повседневные дела, но и мечтаем, строим планы на будущее.
На семейных торжествах мы создаем уникальную атмосферу, которая согревает наши сердца. Беседы, игры и разговоры становятся кирпичиками в нашей общей семейной истории. В эти минуты мы вспоминаем забавные моменты из прошлого, которые вызывают улыбку и смех, а иногда делимся переживаниями и трудностями, что позволяет нам еще больше сблизиться и поддержать друг друга в непростых ситуациях.
Моя мама всегда умела создать уют и сделать праздник особенным. Она с радостью готовит любимые блюда и оформляет дом, наполняя его теплотой. В её руках даже обычный вечер превращается в волшебное событие. Эти заботливые детали напоминают нам о том, как важно беречь и ценить моменты, проведенные с близкими людьми.
Моя бабушка тоже играет ключевую роль в нашей семье. Истории из времен её молодости вдохновляют нас, учат ценить каждое мгновение и находить радость в обыкновенных вещах. Она напоминает, что семья — это не только родственные связи, но и крепкие отношения, построенные на доверии и любви. Каждый её совет звучит как мудрость веков.
Я верю, что именно в этом семейном круге формируется наша личность. Каждый из нас, отражая ценности, привитые в детстве, становится источником света и добра для окружающих. Я надеюсь, что смогу сохранить и приумножить эти традиции, передавая их следующему поколению, подчеркивая силу семьи как основы моральных устоев, потому что семья — это наш фундамент в этом мире.
___________________________________________________
Лазарева Алина
Встреча с пограничником
Дядя Ваня встретил нас у калитки и пригласил в дом. Но дед пожелал посидеть в саду, и дядя Ваня провел нас в беседку. Пока они говорили о своем, я осмотрела сад. Яблони, ряды смородины, малинник, клумбы с цветами - все было ухожено. Но больше всего меня поразила беседка. Ее узорчатая крыша, столбики, украшенные фигурками, удобные скамейки, столбик посреди – все это было сделано руками хозяина. А теперь представьте: снизу и до самого верха беседка виноградником. Кисти винограда так и просятся в руки.
Тут подошел дядя Ваня, протянул мне ножницы: «Никогда, дочка, не приходилось тебе собирать виноград? Вот срезай любые кисти. Тут за столиком и поговорим». От его очень доброй улыбки, приятного голоса стало как-то спокойно на душе. Ему уже под шестьдесят (как мне сказал дед), но он подтянут, строен, силен. Мы наполнили вазу виноградом, и дядя Ваня начал свой рассказ.
«Служил я на Таджико-афганской границе, довелось мне охранять рубежи нашей страны, тогда еще Советского Союза. Скажу тебе, служба в пограничных войсках – дело было почетное. До армии я в школе много занимался спортом, не курил, вот и сейчас мне это зелье противно». Он помолчал, посмотрел на небо, глаза его словно дымкой подернулись. «Но мало быть сильным, закаленным физически, выносливым, чтобы стать пограничником. Поэтому полгода нас, призывников, обучали. Много премудростей, хитростей мы узнали в учебке, научились пользоваться огнестрельным и холодным оружием, учились бесшумно передвигаться, общаться знаками. Здесь же мне и дали «сослуживца». Это была красивая молодая овчарка по кличке Гордый. Четыре месяца мы вместе с Гордым бегали, ползали, захватывали «противника», искали след. Мне тогда казалось, что мы учились с ним разговаривать глазами, кивком головы.
И вот сама граница, большая часть которой проходит в горах и вдоль них. Бурый песок, камень и загадочные кромки гор до самого неба, а там через перевал чужая земля, чужие люди. Нести службу на границе очень трудно и ответственно, Командир нашей заставы был опытным, мудрым пограничником и справедливым человеком. Часто нам говорил: «Сынки, граница нашей Родины должна быть закрыта на надежный замок, а вот ключик от этого замка у каждого из вас на груди. Берегите его с честью». Служба пограничника опасна и тревожна. Ты эту службу несешь день и ночь, а не только в свое дежурство. Бывало так, что в сутки несколько раз поднимали по тревоге.
В одном месте нейтральная полоса проходила по почти ровной местности. Стоишь у кромки своей земли, и стоит сделать несколько шагов, как ты уже на чужой земле. Вроде бы ничего не изменилось: вот те же горы, то же солнце, небо, но это все уже на чужой стороне.
На заставе жизнь особая, а потому ребята сплочены, и жили мы по закону: «Один за всех, и все за одного». О подвигах было непринято говорить, хотя их было немало. Были и награды, но негласные. Непонятно? Приходилось задерживать большие партии наркотиков- это из Афгана, с оружием – это от нас. Имена пограничников оставались неназванными, потому что могла быть месть. Поэтому о наших наградах и подвигах не писали, не говорили по радио.
Вот расскажу один случай. Идем мы с Гордым вдоль нейтральной полосы, Он весь напрягся, вижу след на полосе в нашу сторону. След животного. Скорее всего ослик пробежал. Так метров двести пробежали, а он, ослик, стоит у валуна. Шепчу на ухо Гордому: «След». Он мигом мимо ослика . Только подумал, что здесь что-то не так, как увидел вспышку из-за валуна справа. Толчок в левое плечо, резкая боль. Гордый одним махом оказался у валуна, я дал сигнальную ракету и к Гордому на помощь. А он, оскалившись, стоял над стрелявшим. Вскоре пришла помощь. Недалеко от места схватки обнаружили скаток с зельем. Вот нарушитель пробрался на спине ослика, думал, что его не обнаружат. Чего только не выдумывали эти нарушители!
Две недели я лечился в госпитале. Потом нас, отличившихся, возили в Ферганскую долину. Конец сентября . Гранатовые деревья с плодами, грецкие орехи и виноград повсюду. У каждого дома беседка и вьющийся виноградник. Приехал домой, построил беседку,вырастил виноградник. Порой так душа защемит, так захочется вновь оказаться на той границе, обнять друзей. А по Гордому я долго тосковал. Когда уезжал, он смотрел на меня такими понимающими глазами. Я плакал. И жаль теперь, что та граница уже не наша граница».
Дядя Ваня замолчал, задумался. Небо нахмурилось, заморосил дождь. Дядя Ваня вздохнул, поднял глаза, в которых сверкала скупая мужская слеза.
______________________________________________________
Макарова Ксения
Бумажные треугольники
Есть в нашем доме одна заветная шкатулка. Она деревянная, украшена цветочными узорами, а внутри – настоящее сокровище! И это вовсе не золотые украшения, не бриллианты… Это хрупкие бумажные треугольники, на которых уже сильно выцветшие, но всё ещё видные, по-мужски строгие, без завитушек буквы, складывающиеся в такие важные слова.
Когда-то, будучи ещё совсем малышкой, я смотрела на эту шкатулку и просила маму позволить мне с ней поиграть, сложить туда свои детские богатства: одежду для кукол или заколочки с бантиками. Но мама лишь грозила мне пальцем и говорила, что эта шкатулка совсем для другого, что обязательно мне её отдадут, как только повзрослею. Было непонятно, к чему такие тайны, оставалось только ждать.
И вот наступило время идти в школу. Уроки. Буквы. Азбука. Первый школьный год подходил к концу, и я уже уверенно читала. Близилось 9 мая – День Победы. Наконец-то мама достала с полки заветную шкатулку, протянула мне:
– Доченька, теперь это твоё. Теперь ты сможешь понять всю важность того, что внутри.
Я с трепетом и волнением подняла тогда впервые крышку и увидела сложенные листы бумаги. В первый миг меня охватило разочарование. Ведь я ожидала россыпь драгоценных камней или что-то в том же духе.
– Не спеши расстраиваться, – сказала мама, заметив мой погрустневший взгляд. – Попробуй сначала прочесть эти письма. Их в годы Великой Отечественной войны писал твой прадедушка – Макаров Анатолий Константинович. Ему было лишь 16 лет, когда он попал на фронт, а в 17 лет – уже начал принимать участие в боях. Прадедушка прошёл всю войну, участвовал во многих страшных сражениях: в феврале 1944 года был на Первом Украинском фронте, а в мае того же года уже оказался на Первом Белорусском фронте. Он участвовал в боях по освобождению городов:Кавель, Люблин, Демблин и Варшава. Твой прадедушка был одним из тех, кто форсировал реку Одер и брал Берлин.
Так много в маминых словах было того, что рассказывала учительница про войну, что показывали в фильмах, которые любила наша семья смотреть в канун 9 мая, собираясь вместе перед телевизором. Неужели, мой прадедушка имел отношение к тем давним страшным событиям, к той Великой Победе?
Уже иными глазами я посмотрела на треугольники из бумаги. Достала их из шкатулки и стала аккуратно разворачивать, чтобы случайно не порвать. Мне не хватило одного вечера, чтобы прочесть все письма. Знакомство с ними растянулось на неделю. Иногда мама помогала разобрать непонятно написанные слова.
Прадедушка Толя часто писал домой. Но я не нашла в письмах рассказов об ужасах войны. Он не описывал взрывы, танки, ранения. Не было в письмах и жалоб на тяжёлые фронтовые будни… Это меня удивило. Там написано о… ЖИЗНИ. В одном письме прадедушка описал берёзку, которую увидел на опушке. Она напомнила ему о родных краях. В другом он рассказывал о том, какой хочет посадить сад, когда вернётся домой. Прадедушка Толя писал своей маме: «Мама, не грусти! Не плачь. Всё будет хорошо. Мы обязательно встретимся! Вот увидишь!». В каждом письме он интересовался, как обстоят дела дома, как здоровье у каждого члена семьи. Прадедушка сам находился в нечеловеческих условиях, терпел лишения, каждый день, и даже каждый час, рисковал жизнью. Но при этом он находил тёплые, добрые слова для своей семьи, старался подбодрить тех, кто ждал его. Совсем юный солдат на войне думал о мирной жизни, мечтал о ней и делал всё для её приближения. Для меня это проявление настоящей силы, настоящего мужества.
Каждый человек по-своему понимает, кто такой герой. Я считаю героем своего прадедушку Анатолия Константиновича Макарова. И не только потому, что он прошёл всю войну, что после ещё много лет жизнь его была связана с армией. Прадедушка стал для меня символом жизнелюбия, бесконечной доброты и заботы о близких. В этом я хочу быть похожей на него. В его строчках нахожу вдохновение и мотивацию всегда любить жизнь, никогда не опускать руки, быть внимательной ко всем, кто меня окружает, поддерживать родных.
В нашей семье вот уже несколько лет теперь существует традиция: за неделю до 9 мая (а именно 2 мая в 1945 году прадедушка вернулся с фронта) мы все вместе перечитываем письма из шкатулки. Хотя, признаюсь честно, иногда я берусь за них и в другие дни – когда мне почему-то трудно или грустно. Пробегая глазами по знакомым и уже почти выученным наизусть строчкам, чувствую, как доброта, забота, любовь и поддержка прадедушки распространяются и на меня. Его слова преодолели много десятков лет и призывают к жизни и борьбе за жизнь и сейчас. Разве это не чудо?
Хоть я и никогда не смогу лично сказать «спасибо», но пронесу благодарность и восхищение через всю свою жизнь. Я – его продолжение. Прадедушка стал для меня маяком, указывающим путь. Надеюсь, что не подведу, что буду всегда достойна его памяти.
__________________________________________________________
Медведев Илья
Сохраним историю
Великая Отечественная война прошла огненной чертой через судьбу всего советского народа, через сердце каждой семьи. Все, от мала до велика, сплотились в едином порыве, в борьбе за мир и свободу. И моя семья не стала исключением: мои родные сражались за Родину и на передовой, и ковали Победу в тылу, и некоторые из них были удостоены высоких наград. Но особенно трепетно и сильно отзывается во мне история моего прадеда — Медведева Николая Николаевича.
Он родился в 1922 году в Ленинграде. Когда грянула война, 19-летний юноша сразу ушёл на фронт простым солдатом. Но судьба готовила ему иное предназначение: через несколько месяцев его перевели в Ленинградское артиллерийское училище. Окончив его, он получил звание лейтенанта и сразу отправился на передовую — командиром зенитной батареи. Со своей батареей он стоял на защите Москвы, где их орудия разрывали небо, пресекая авиационные атаки врага.
После переломного момента в войне, когда советские войска перешли в контрнаступление, моего прадеда назначили командиром артиллерийского состава бронепоезда. Он участвовал в освобождении Польши, в том числе Варшавы. По его воспоминаниям, это были одни из самых тяжёлых дней — часами приходилось находиться в болотах, сражаться в ледяной воде, под непрерывным огнём. Для 23-летнего Николая Николаевича война закончилась в Восточной Германии. Чудом за весь период он не был ранен и вернулся домой живым. Его подвиг был отмечен орденом Отечественной войны, медалями «За отвагу», «За освобождение Варшавы».
Эту историю мне передал мой дедушка. Архивные документы по Николаю Медведеву до сих пор засекречены — ведь он служил в Народном комиссариате внутренних дел СССР. Но даже сквозь пелену времени его образ остаётся для нас живым и ярким — символом стойкости и верности долгу.
К сожалению, многие события того великого и трагического времени стираются из памяти, с каждым годом остаётся всё меньше живых свидетелей, а правду пытаются исказить, заслуги нашей армии — приписать другим. Но пока жива память — жив и подвиг нашего народа. Мы будем отстаивать свою историю, передавать её из уст в уста, от сердца к сердцу. Я верю, что общими усилиями мы сохраним эти истории — не только в наших воспоминаниях, но и в памяти наших детей, чтобы свет их подвига никогда не угас.
___________________________________________________
Метальников Антон
Разве можно жить без семьи?
Разве может современный человек жить без семьи?
Есть такие люди, которые ответят на мой вопрос, что может. И приведут много разных доводов, с которыми, вроде бы, можно и согласиться. Но я возражу и скажу, что нет, тысячу раз нет. У каждого ребенка, помоему мнению, должна быть СЕМЬЯ! Мама- женского пола и папа – мужского пола, а также братья-мальчики и сестры- девочки. И никак не иначе! И в свои пятнадцатьлет я в этом уверен! Уверен в том, что моя семья – это мой оплот, моя опора и источник силы! Это самый родной и самый близкий круг людей. Здесь меня понимают, уважают и любят. Именно в семье каждый впервые узнает сам себя, свой возраст, свое место среди людей, свои права. Мои родители учат меня различать добро и зло, мудрость и глупость, силу и слабость, уважать младшего и почитать старших. Для меня моя семья – это школа, где обучают человека, прежде всего, человечности.
Мою семью родители создали двадцать шесть лет назад. В 1998 году родился мой старший брат, а в 2011 родился я. Поэтому для меня семья началась с мамы, папы и брата. Мне кажется, что у меня было самое счастливое детство!
Маминой нежностью, лаской, теплом и заботой я был окружен с первых дней жизни. В нашей семье двое детей с большой разницей в возрасте, но родители находили время для нас обоих. Они никогда не делили детей. Мама и папа любят нас одинаково. Может быть, поэтому мой старший брат для меня - пример и опора! Иногда я спрашивал маму: «Кого ты из нас больше любишь?» На что она мне отвечала: «У тебя на руке пять пальчиков, и, если уколоть любой из них ,тебе будет больно? Вот так и мне, если любому из вас больно, плохо и мне, одинаково больно за вас».
Я часто слышу, что женщина может добиться прекрасных результатов в любом деле, но самый главный, пусть и не такой легкий, но очень важный труд ее жизни – это создание дружной семьи.
И у моей мамы это очень хорошо получается! Моя Мама – хранительница нашего домашнего очага. На ее хрупких плечиках держится весь дом. После работы ей нужно забрать меня из школы, приготовить ужин, помочь сделать уроки, проведать бабулю и деда. Благодаря маме в нашем доме всегда тепло и уютно. Она-очаг нашей семьи! Я иногда удивляюсь, как она все успевает?!
Но нужно понимать, что одна мама не справилась бы со всеми трудностями и задачами на своем пути. Она знает и уверена, что у нее всегда есть опора и поддержка – это наш папа и мы с братом. Папа – это фундамент и опора для нас. Это своего рода «тяжелая артиллерия», как в шутку называет его мама. Все проблемы родители решают вместе, сообща. Я никогда не слышал ссор между ними. Родители поддерживают друг друга и нас во всех начинаниях. Мы с братом уверены, что они дадут мудрый верный совет, подскажут, как правильно поступить в различных ситуациях.
Наша семья любит путешествовать. Выбором места для поездки в отпуск занимаемся заранее: читаем советы других путешественников, смотрим ролики в интернете, советуемся с друзьями.И только потом принимаем решение вместе. Мне кажется, что это очень важно, что родители считаются с нашим мнением. Для меня важно, что вместе.
А еще я люблю, когда вся наша семья собирается за просмотром новых художественных фильмов. А потом обсуждаем игру актеров и сюжет. На примере героев рассматриваем разные жизненные ситуации. Только когда я начал взрослеть, то стал понимать, как это важно в жизни.
Вечерами мама организовывает чаепития, где обсуждаем проблемы уходящего дня. Именно вечером мама ставит на стол особые чайные чашки – белые с золотым краешком. И это уже стало традицией в нашей семье. Где бы мы не были, всегда устраиваем вечернее чаепитие.
У нас православная семья, поэтому на Пасху и Рождество в нашем доме собираются гости. Даже меню на эти гуляния остается неизменным уже много лет. К приготовлению блюд родители всегда привлекали нас с братом. У каждого из нас есть свои обязанности. Праздники для нас – это улыбки, смех, подарки, задушевные разговоры и общение.
А в Новый год наш дом мама превращает в сказку. К украшению елки она подходит изысканно. Время для этого мы выбираем заранее. Важно, чтобы в этом действии принимали участие все члены семьи. Мама всегда говорит, что, вешая свой любимый шар на елку, нужно загадать желание, только тогда оно сбудется. Мы все знаем, какой шарик мамин любимый, и знаем,что у нее одно желание : чтобы мы все , дорогие ей люди, были счастливы!Я даже не могу представить себе, как человек может прожить без всего этого! Как можно жить без семьи?!
Семья – это главное, что есть у человека. Она держится на взаимопонимании и уважении, заботе и радости, которые связывают членов семьи, потому что мы есть друг у друга.
Без семьи человек не сможет жить, он так и остается одиноким, даже если его будут окружать миллионы людей. Все это не заменит семейного очага.
Моя семья – это место, куда я всегда буду возвращаться, где меня ждут и любят. Мой дом- это моя опора, моя крепость.
Я могу сказать с уверенностью, что у меня счастливая СЕМЬЯ!!!
___________________________________________________________
Минакова Анфиса
Лесник
Лето 1941 года было с грохотом разорвано надвое, мирная жизнь белорусского леса осталась в начале первого жаркого месяца. Отборные части немецких фашистов стремительно занимали территорию Советской Белоруссии. Гитлеровцы жестоко устанавливали свои порядки, жгли дома, убивали местных жителей и попавших в котлы окружений советских солдат.
За считаные дни линия фронта ушла далеко на восток от границы СССР. Советская Армия отчаянно противостояла врагу и отступала, оставляя разрозненные очаги сопротивления, тысячи советских воинов оказались почти без шансов выжить под натиском фашистской военной машины. Офицеры, коммунисты и лица еврейской национальности уничтожались немцами безоговорочно и беспощадно. По утвержденному Гитлером плану «Ост» уничтожению во вторую очередь подлежали цыгане и славяне: русские, украинцы, белорусы, поляки, сербы и другие с оговоркой, что первое время какое-то их количество понадобится рейху в качестве рабов. Мирных жителей сгоняли в помещения для скота и сжигали живьем, гибли целые поселения, каратели не щадили ни детей, ни стариков, ни женщин. Издевались, показательно расстреливали, вешали, пытаясь сломить сопротивление советских людей, патриотов и тех, кто был не намерен сдаваться оккупантам.
«Их судьбы в единую слиты…» Так можно сказать о нескольких моих предках волеюсудьбы оказавшихся в белорусских лесах в суровое время Великой Отечественной Войны. Леса оказались единственным спасением, средством выжить для советских партизан и мирных граждан. Среди которых оказалась моя прабабушка Ольга на руках с трехлетним к 1941 году Володей и годовалым Валей, моим родным дедушкой. Как она спасалась с двумя детьми в лесу известно мало, у Володи не было правой руки, её оторвало взрывом. В лес ушли они с отцом. Владимир, мой прадед, ушел в партизанский отряд, не дожидаясь директив, и воевал в лесах до освобождения Белоруссии. После попал в саперную роту, с которой после взятия советскими войсками укрепрайона Кёнигсберг вернулся домой. Но рассказать подробно я хочу, о своем другом дедушке, героически сражавшемся в белорусских лесах в 1943 году. Его история поражает воображение, в её подлинность можно было бы не поверить, но наградные документы заставляют это сделать. Историю жизни этого человека-патриота я просто обязана рассказать.
Яблочкин Дмитрий Михайлович родился 15 мая 1910 года в селе Верхний Икорец Воронежской области в семье лесника, детство его прошлов лесном доме, где служил отец, как тогда говорили «на кордоне». С 18 лет работал в родном лесничестве. В 1933 году окончил лесной техникум и к началу войны был уже опытным лесником. С июня 1941 года сражался с гитлеровцами на Калининском и первом Прибалтийском фронтах. Был командиром отделения десятого отдельного батальона минеров. Гвардии старший сержант Яблочкин особо отличился в боях на территории Витебской области Белоруссии. В начале мая 1943 года Дмитрий Михайлович возглавил группу из четырёх минеров-парашютистов, которые были заброшены во вражеский тыл для диверсионной работы и разведки на участке железной дороги Витебск – Смоленск. Группа разведала оборонительный рубеж немцев, полевой аэродром, артиллерийский склад и другие объекты, данные о которых были переданы по радио и в дальнейшем успешно уничтожены советской авиацией. Проникнув в расположение гарнизона противника, Яблочкин заминировал две автомашины, забрал из них сумку с документами, содержание которых после было получено по радиоэфиру советским командованием. 16 мая 1943 года группой был подорван эшелон противника в 28 вагонов, гружённый боеприпасами и продовольствием, был разбит паровоз и 13 вагонов. 20 мая был взорван резервный паровоз на железной дороге Витебск – Орша. 22 мая был взорван ещё один эшелон в 32 вагона. 23 мая 1943 года на автостраде Витебск – Орша Яблочкин взорвал две телефонно-телеграфных линии.
В июне 1943 года во время разведывательного рейда гвардеец Яблочкин был окружён фашистами, в перестрелке уничтожил больше 10 гитлеровцев, но сам был тяжело ранен и захвачен в плен. Фашисты решили его тут же расстрелять. Немецкий офицер в упор выстрелил Дмитрию в голову. Пуля прошла вскользь, каким-то чудом, патриот продолжал жить. Тогда фашисты остервенело стали добивать его прикладами, разбили голову, спину истыкали штыком, считая убитым, срезали знак «Гвардия СССР», раздели, разули и бросили тут же под деревом. Через десять часов Яблочкин пришел в себя, истекая кровью, превозмогая голод и боль, советский патриот два месяца пролежал на болоте, искусанный комарами. Благодаря неизвестной женщине-партизанке, которая, рискуя своей жизнью, помогала ему, он выжил и нашёл в лесу свою группу, успевшую оторваться тогда от немцев и влившуюся в состав местного партизанского отряда. Какое-то чудо, наверное, Бог два месяца хранил русского солдата, помог ему смертельно раненому выжить без врача, а кругом был враг, фашисты несколько раз проходили в двух метрах, но Яблочкин не выдал себя, продолжая бороться вопреки всему!
66 дней и ночей тяжело раненным гвардии старший сержант прожил в окружении фашистов и 23 августа после почти четырехмесячного пребывания в тылу врага, Дмитрий Михайлович на самолете был вывезен на «большую землю».
Указом президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1944 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и героизм Яблочкину Дмитрию Михайловичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
С 1945 года дедушка жил в городе Боброве, Воронежской области. До 1970 года работал в лесхозе, занимался любимым делом. Очень жаль, что я не могла видеть его живым, в возрасте 72 лет наш Воин скончался, и был похоронен в Боброве, где ему установили памятный бюст. Со слезами на глазах, каждое лето я приезжаю навестить моего Героя.
Вечная вам память, защитники Родины, ваш подвиг бессмертен!
_____________________________________________________________
Муравьёва Ульяна
Горькие слёзы воспоминаний
Прищур проницательных глаз, слегка насмешливая улыбка, спрятанная в уголках губ, неуёмная активность и натруженные, похожие на мужские руки… Это всё о моей прабабушке-Власовой Марии Васильевне, труженице тыла, о которых принято говорить, что они «ковали победу» над фашизмом, приближая долгожданный день священного для нашего народа праздника.
…В возрасте десяти лет я решила вести дневник, где можно было записывать события прожитого дня, свои мысли и впечатления. И даже дала ему название «Мой тайный друг», но через несколько лет пришлось изменить его на другое: он стал называться «По ступенькам памяти». А причиной этому стала моя прабабушка, общение с которой вызвало желание записать всё в мою тайную тетрадь. Сейчас, перечитывая её страницы, понимаю, что передо мной жизнь человека, прожившего почти век. Эта эпоха, богатая на события, уже ушла в прошлое и стала достоянием истории. А моя прабабушка- её живой свидетель!
Корни у Марии Васильевны Власовой крестьянские, да и прожила она большую часть своей жизни в селе КоповкаВадинского района Пензенской области. В семье было трое детей, которых с раннего детства приучили к деревенскому труду и его заботам. О начале войны жители села Коповка узнали из большого чёрного репродуктора, висевшего на столбе. Ранним сельским утром ничто не предвещало грозных перемен. Люди выгоняли коров, поэтому слышались лишь мычание животных и звук плётки пастуха. А в полдень эта страшная весть из репродуктора… В тот же день большинство мужчин получили повестки, а через несколько дней и отца Марии проводили на войну. А потом пошли похоронки… Правда, отец Марии, служивший на Дальнем Востоке, в 1945 году вернулся живым, хотя и на костылях. Рассказывая о событиях восьмидесятилетней давности, бабушка даже не замечает, как по её морщинистым щекам бегут слёзы. А я, слушая её, аккуратно смахиваю эти горькие слёзы воспоминаний. Бедная бабушка, сколько же ей пришлось пережить, перетерпеть, а ведь тогда девочке было всего десять лет! Школу, конечно, пришлось отложить на «потом», так как главным жизненным вопросом стала добыча пищи и помощь фронту. Их, девчонок села Коповка, вскоре снарядили в лес на заготовку хвороста. Тяжёлая, не детская работа! Но суровое время требовало и сурового отношения к людям, поэтому никто не отказывался ни от прополки картофеля, свёклы, ни от работы на ферме. Из учебника истории мы знаем, что тыл самоотверженно работал для фронта. Но что такое «тыл», и как ему жилось в это время, я узнала из уст бабушки Маши.
- Военные зимы были снежные, морозные… А одежду купить не на что! Ждали весны, чтобы поесть съедобной травы, сварить суп с крапивой. Картошку мёрзлую в полях собирали! Трудное было время…-рассказывает бабушка Маша, и на некоторое время в комнате виснет молчание. Наверное, картины тяжёлой жизни становятся как живые, и из старческих глаз снова текут слёзы. Моё сердце сжимается от жалости к этой с виду крепкой и уверенной в себе женщине, детство которое забрала ненавистная война.
-В 1943 году умерла наша мама, и мы на себе испытали, что такое сиротство. Про школу и думать было нечего! Лишь бы с голоду не умереть! Мы с сестрой приспособились прясть и ткать, а что наработали, то продавали в соседних сёлах. Это нас очень выручало! Хотя и хозяйство было: куры, корова. Но приходилось много продуктов сдавать для фронта, поэтому себе еле-еле хватало, чтобы не умереть с голоду. Но всё равно не унывали, а верили, что обязательно победим…
И победили! Доля труда моей прабабушки Власовой Марии Васильевны в этой нелёгкой победе, несомненно, тоже есть.
Перед самой пенсией Мария Васильевна переехала на жительство в Нижний Ломов, где вместе с сестрой купила небольшой домик. Сейчас его уже нет: состарился вместе со своей хозяйкой, и на его месте появился новый. Маленький, но очень уютный. Сюда я прихожу в свободное время, и сразу же начинаются наши длинные беседы, которые хочется запомнить, записать, потому что из рассказов бабушки Маши я узнаю о невероятно тяжёлой, суровой жизни. Удивительное поколение! Столько испытаний пережито, а какое поразительное жизнелюбие! В свои 94 года бабушка до сих пор сама обрабатывает огород! Как-то я услышала, что, пропалывая грядки, она напевает песенку. Строчки показались незнакомыми, а мелодия-лиричной. Интернет помог мне найти текст этой песни. И каково было удивление: это оказался хит советских времён «Каникулы любви», а исполнитель песни- РобертиноЛоретти.
-У моря, у синего моря, -снова напевала бабушка, а меня душили слёзы нежности к этой русской женщине, никогда не видевшей ни моря, ни городов с красивой жизнью, а знавшей только труд и ответственность за него.
9 Мая для бабушки, действительно, день «со слезами на глазах». Она ветеран тыла, и в этот день её чествуют: поздравляют, приносят подарки. На полочке лежат награды-«Ветеран тыла», «За доблестный труд в годы ВОВ». Хочется верить, что наш ветеран, конечно же, доживёт и до столетнего юбилея. Тогда мы, разные поколения, соберёмся за общим столом и с гордостью будем говорить о долгожительнице нашей большой семьи - о бабушке Маше. О корнях, которые крепко живут в нашей памяти. Пусть так и будет!
_______________________________________________
Орешкина Ксения
Жизнь в моём городе
Каждый город уникален по-своему, и мой родной город Иркутск, не исключение. Здесь, среди знакомых улиц, дорог, зданий, проходит моя жизнь, да не только моя, но и всех тех, кто родился и живёт.
Первое, что может бросаться в глаза-это то, что в центре города постоянно кипит жизнь своим чередом. Весной улицы наполняются ароматом распустившихся черёмух, сирени, яблонь.А летомже наш город ещё сильней оживает, благодаря многочисленным праздникам и мероприятиям. Осенью парки окрашиваются в золотые тона, листья постепенно падая на землю образуют сказочный ковёр. А зимой улицы и дома покрываются белым одеялом, с праздничными украшениями в честь наступающего Нового года.
В этом году мой город встречает свой 365-летний юбилей.Культура и история его поражает своим разнообразием и уникальностью. Музеи, памятники, галереи, здесь найдёшь занятие по душе.Когда-то сюда стекались купцы, золотопромышленники, исследователи Сибири, здесь жили декабристы. Иркутск - это родина наших писателей: Валентина Распутина, Александра Вампилова, Кима Балкова, музыканта и виртуоза-Дениса Мацуева и многих других. Иркутск ещё нам дал великих космонавтов. Особое место в жизни города занимают его жители. Все они создают ту самую необычную атмосферу, которая делает город по-настоящему чудесным и родным. Мой город - не просто слово. Это мой дом, где я чувствую себя уверенно и защищёно. Здесь переплетаются прошлое и настоящее, которое я люблю и ценю.
____________________________________
Сизова София
Преступления против детства в годы
Великой Отечественной войны 1941-1945 годов
Преступления против детства во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов являются одним из самых страшных и трагических событий в истории человечества. В этот период дети стали жертвами военных действий, которые привели к разрушению их жизней и надежд на будущее. Они были вынуждены жить в условиях голода, холода и страха. Дети теряли своих родителей, братьев и сестер, друзей, близких и дорогих для них людей. Многие были вынуждены работать на заводах и фабриках, чтобы помочь своей стране победить врага.
Однако не только физические мучения были причиной их бед, но и психологические травмы, главные из которых стали потеря близких людей, страх за свою жизнь и жизнь родных. Дети страдали от разлуки с родителями, от невозможности вернуться домой и жить нормальной жизнью.
Лишенные поддержки взрослых, они становились жертвами военных преступлений таких, как насильственное переселение, уничтожение в концентрационных лагерях и газовых камерах, принудительный труд и эксплуатация.
Несмотря на все ужасы войны, дети продолжали бороться за свою жизнь, за свободу русского народа. Проявляя невероятную силу духа и мужества, они помогали бороться с фашистскими захватчиками. Наравне со взрослыми дети стояли за станками на заводах. Работали по двадцать часов в сутки, тут же спали и ели. Нет, не думали они об игрушках и сладостях. Они жили со своей страной в унисон: «Все для фронта! Все для победы!»
Дети рыли окопы для солдат, сбивали с крыш домов фугасные бомбы. Были и такие, кто, приписав себе возраст, уходили добровольцами на фронт.
Одним из таких героев был Серёжа Алешков. Когда началась война, ему было всего шесть лет. Мальчик жил в деревне Грынь Ульяновского района Калужской области с мамой и тремя братьями. Всю семью Сережи уничтожили фашистские каратели. Мальчика, убежавшего в лес, весной 1942 года подобрали советские разведчики 510 Гвардейского стрелкового полка. Малыша усыновил помощник комполка – майор Михаил Данилович Воробьев. Так шестилетний мальчик стал самым юным «сыном полка» в Советской армии, пройдя со своими боевыми товарищами через все невзгоды военного лихолетья.
Во время войны дети стали незаменимыми. Маленькие разведчики были повсюду: ухаживали за ранеными в госпиталях, добывали информацию о передвижении фашистов, минировали железнодорожные пути, подрывали зажигательными смесями и гранатами немецкие машины, участвовали в партизанском сопротивлении.
Такой была и ленинградская девочка Зина Портнова. Когда началась война, она была у бабушки в Белоруссии. Из - за оккупации девочка не смогла вернуться домой, в Ленинград. Смелая и решительная по характеру, Зина стала работать в немецкой столовой. Она смогла подсыпать в еду яд, в результате более сотни фашистов погибли. Когда девочку допрашивали, её заставили съесть отравленную еду. Зина ни минуты не колебалась, хотя знала, что может умереть. Фашисты не заподозрили её, ведь она съела отравленную еду. Благодаря бабушке, девочка выжила, при этом еще более утвердилась в своем стремлении: уничтожить фашистов.
В 1942 году Зина Портнова вступила в подпольную комсомольскую организацию «Юные мстители». А ведь ей было всего пятнадцать лет. Вместе со своими товарищами она совершила много диверсий. К сожалению, все «мстители» были убиты. Зину тоже подвергли жестоким пыткам, но даже тогда, когда она находилась перед лицом смерти, юная Зина не сдалась. Во время допроса девочка сумела выхватить у врага пистолет и застрелила двух гитлеровцев. Зина Портнова была убита нацистами в 1944 году. Её подвиг стал примером беззаветной любви к своей стране.
Нацисты стремились уничтожить не только взрослое население нашей страны, но и детское потому, что дети – это будущее. А фашисты хотели уничтожить всех людей нашей Родины.
Война – это разрушение жизни целого народа, это боль и страдания, потери, которые никогда не восполнить. Прошло много времени со дня, когда последний вражеский снаряд упал на нашу землю. Мы живет в новом веке, но должны помнить о том, какие зверства совершали фашисты. Поэтому память о преступлениях против детства во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов должна быть сохранена и передана будущим поколениям.
_____________________________________________________________
Симушина Софья
Домой
Поезжай ко мне в край, в мой город родной.
За три дня донесётся вагон прицепной
Из панельного мира в живую Россию, домой.
Поезжай. Я тебе расскажу адреса.
По Москве прибавляя четыре часа,
Добавляя в гранёный стакан рафинад,
Заучи, как по рельсам вагоны шумят.
А потом выходи на горячий вокзал,
Понимая, как сильно с дороги устал.
Согласись на такси и ещё два часа
Наблюдай, как посёлки сменяют леса.
Ты не видел, наверно, таёжных лесов,
Где кукушка на дереве вместо часов,
Где тропинка заросшая к речке ведёт,
А над ней разрезает пустырь самолёт.
Там зимой по колено сугробы хрустят,
Там сугробы в ботинках счастливых ребят,
И мороз минус тридцать, и змейка-лыжня,
Там, наверное, кто-нибудь ждёт и меня.
Передай от меня им кронштадтский зефир
И почаще потом возвращайся в Сибирь
Рассказать, как чудесно живет Петербург,
Улыбаясь родному простору вокруг.
Привези для меня самый тёплый привет,
Расскажи, как за лесом разлился рассвет,
И о чем говорили скворцы по весне
На родной моей стороне.
_________________________________________________
Тараненко Сергей
Помним
В тихой гавани нашей памяти, куда не долетает грохот повседневности, навеки пришвартованы образы героев. Мы с благодарностью и трепетом вспоминаем подвиг наших прадедов и прабабушек, которые отдали за Победу в Великой Отечественной войне самое драгоценное — свою весну, здоровье, саму жизнь. Сегодня, когда ветер истории пытается выдуть из страниц правду, закручивая вихри забвения и лжи, особенно важно беречь подлинный облик прошлого. Знать историю своей страны, своей семьи — это уже не просто долг, а дело личной, почти священной ответственности каждого.
Самое светлое, самое выцветшее от времени и самое яркое воспоминание моего детства — мама и бабушка, склонившиеся над архивом нашей жизни. Их руки, бережные и неторопливые, перебирают пожелтевшие фотокарточки, в которых застыло время. Они показывают мне медали, холодные и тяжёлые на ладони, и рассказывают удивительную историю, историю настоящего Героя — моего прадедушки. Его судьба — не учебник, а живая страница истории.
Мой прадед, Дмитрий Берлинский, родился в Новгородской области, в суровой простоте рабочей семьи. Его путь вёл его через науку войны — он окончил военную академию РККА. А когда ему было 25, грянул гром, и началась война. С 1941 по 1943 год он сражался на родной, истерзанной земле, где каждый холм и овраг знал с детства, и эта знакомая земля словно помогала ему в бою. В 1944 году, в звании гвардии подполковника, его судьба повернула к польскому городу Варка, к холодным водам реки Пилица.
И наступило морозное утро 14 января 1945 года на Магнушевском плацдарме. Стужа и ледяной ветер, сковавшие всё живое, не смогли остановить его волю. Возглавив наступление, прадед организовал прорыв казавшейся несокрушимой вражеской обороны. Под его командованием полк, как стальной клинок, продвинулся почти на четыре километра, выполнив боевую задачу ценой невероятного напряжения сил. В том аду, где металл плавил снег, он проявил мужество и решительность, спасая жизни солдат, внося свою — огромную — лепту в освобождение Варшавы и в победное движение к самому сердцу врага, к Берлину. За этот подвиг Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 февраля 1945 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Орден Ленина и медаль «Золотая Звезда» стали немыми, но красноречивыми свидетелями его отваги.
Благодаря тёплому свету воспоминаний моей бабушки, сухой, но бесценной бумаге архивных документов, весь трудный и героический путь Дмитрия Берлинского навсегда останется не просто записью в фамильной книге, а живой душой нашей семьи. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы даже через много поколений, когда наша жизнь станет для потомков далёкой историей, в нашем роду не угасла память. Память о подвиге моего прадеда и о подвиге миллионов. О тех, чьи тени слились с землёй, а души — с мирным небом, которое они нам подарили. Это небо — их вечный салют.
__________________________________________________________
Халтубаева Ясмина
Моё будущее через двадцать лет
Через двадцать лет я вижу себя состоявшимся человеком. По моим планам, я буду иметь профессию, которая мне по-настоящему нравится и приносит пользу обществу.
Я представляю, что буду жить в уютном доме в современном городе с развитой инфраструктурой, где технологии делают жизнь комфортнее и безопаснее. В семье у меня будет поддержка и любовь — близкие люди, с которыми мы будем вместе путешествовать, учиться новому и радоваться жизни.
Также я уверена, что буду следить за здоровьем, заниматься спортом и уделять время саморазвитию. Через двадцать лет хочу быть не только успешным профессионалом, но и мудрым человеком, который умеет сохранять баланс и вдохновлять других.
_________________________________________
Черноиванова Кира
Дети на войне
Все, что меня окружает, можно назвать простым словом «счастье». Моя жизнь состоит из многого: уютного дома, наполненного теплом родительских сердец; любимых родственников, заботливых, ласковых, понимающих; школы, где я учусь; друзей, с которыми я разделяю свои забавы и увлечения. Я занимаюсь в спортивной секции, посещаю кинотеатры. У меня есть все! А главное - беззаботное детство! И поэтому я ощущаю себя счастливой.
Но всегда ли были счастливы дети?!
Я вспоминаю о детях, погибших в годы Великой Отечественной войны 1941-1945-х годов. Они пожертвовали собой для того, чтобы я, мы - все были живы.
А ведь они так же радовались миру, как и я, не думая о том, что у них отберут и детство, и жизнь. Но 22 июня 1941 года предрассветную тишину разорвали орудийные залпы, и для них началась иная точка отсчета.
Война …
Фашисты лишили их счастливого и мирного детства. Отняли у них все, кроме возможности сопротивляться.
Многие дети остались без крова. Дома были разрушены бомбардировками. Люди укрывались в подвалах, развалинах. Детей, оставшихся без родителей, помещали в детские дома.
Наравне со взрослыми дети боролись за победу. Одни свои игрушки сменили на работу у станка, заменяя взрослых; другие помогали в госпиталях, ухаживали за ранеными; иные воевали.
Многие стали жертвами геноцида. Фашисты уничтожали города, а взрослых и детей угоняли в концлагеря. Там их почти не кормили, не давали воды. Многие умирали из-за болезней. Для фашистов дети были биоматериалом. Нацисты проводили опыты на них: выкачивали кровь, вырезали кожу, чтобы лечить солдат гитлеровской Германии. В концлагерях фашисты истязали детей, подвергая их физическим и душевным наказаниям. Есть исторические свидетельства, которые подтверждают преступные действия нацистов. Так, например, детей выстраивали в шеренгу, а если кто-нибудь начинал плакать, того выводили перед всем строем и расстреливали. Много детей погибло в газовых камерах.
Вспомним историю, которая связана с Леонидом Дворниковым, воспитанником Ейского детского дома. Леонид - единственный выживший ребенок.
Осенним вечером 1942 года к корпусу детского дома подъехали грузовые машины, которые люди называли «душегубками». Это были мобильные орудия пыток. Спастись из этой газовой камеры было невозможно. Каждый, кто отвечал за детдомовцев, знал, что никто не останется в живых. Свидетели трагедии вспоминали, что при попытке сбежать, ребенка избивали. За два дня таким образом были уничтожены 112 мальчиков и 102 девочки. Им было от пяти до семнадцати лет.
Среди детей были и те, кто участвовал в боевых действиях. Мальчишки и девчонки помогали в партизанских отрядах: в тылу врага собирали необходимую информацию.
Мы знаем много детских имен, кто наравне со взрослыми помогал в борьбе с фашистами и приближал победу. Я вспоминаю Марата Казея, Валентина Котика, Зинаиду Портнову, Леонида Голикова.
Об удивительной смелости юной Зинаиды Портновой ходили легенды. В начале войны 15-летняя девочка оказалась в оккупации. Она стала одним из самых активных участников отряда «Юный мститель». Их отряд совершил более 20 успешных диверсий в 1943 году против фашистских захватчиков. Во время одной из диверсионных операций враги схватили Зину. Фашисты издевались над девочкой, они выкололи ей глаза. В январе 1944 года искалеченную, но не сломленную Зину расстреляли. Посмертно в 1958 году Зинаиде Портновой присвоено звание Героя Советского Союза.
Да, война - страшное слово. По чьей - то прихоти жизнь 27 миллионов человек оборвалась на полях сражений, в концентрационных лагерях и газовых камерах, были замучены голодом и холодом. Их не вернуть. Но мы должны помнить, какой ценой завоевано наше счастливое детство. Вечная память тем, кто отдал жизнь за нас! И за них, недоигравших, недоучившихся, недолюбивших, не познавших всей радости детства, мы живем.
________________________________________________
Шамонтьева Варвара
Память
«Родные мои, Катя и Танюшка!
У нас затишье. Светит пол луны.
Я положил листочек на катушку,
Пишу из непривычной тишины.
Ты знаешь, Катя, здесь мне снится дом,
И запах хлеба – теплого, с горбушкой…
Как мы на кухне пьем чаёк втроем,
И крошки ты стираешь за Танюшкой.
Я помню всё: как тикали часы,
И как береза шелестела за окном,
И как пуская капельку слезы,
Ты от Танюшки пряталась тайком.
Я обещаю, я вернусь домой!
Всё будет хорошо, я обещаю,
И снова, как тогда по мостовой,
Пройдемся мы, войны не зная.
Я бы сейчас…» И прервалась строка.
Лишь капля крови в середине.
А дальше рваные края листка…
И нет его уже в помине.
Стекло. Музей. И в залах тишина.
Лишь шёпот тех, кто мимо ходит.
Застыла в вечности далекая война,
И память горькая по залам бродит.
- Подробности
- Автор: Super User
- Категория: Работы участников
- Просмотров: 181
Мантурова Софья
Кёнигсбергский орган
Звучал орган в войну так громко,
Так упоительно звучал,
Как будто трубы пели звонко,
И органист с ним в такт дышал...
И каждый звук, что лился, - тонок
И всё до дрожи пробирал.
А музыкант, он как ребёнок
От тех мелодий уповал....
Казалось , что свершится чудо,
И обойдёт орган война,
Но чудо, есть оно и чудо
Ему доверится нельзя!
И тёплым августовским днём
Под гром армады смертоносной
Увы, не спасся под огнём
И полыхал он в час полночный
На утро как огонь угас -
Лишь серый пепел, пустота.
Для Кенинсберга - чёрный час-
Утеряна его душа...
Давно уж кончилась война…
А в сердце нашем тихо льётся
Та память, что через года
И мне и вам передаётся.
____________________________________________________
Гарлюпина Анастасия
Влюбленность
Ох, этот старшеклассник кареглазый
и брюнет!
Я не надеюсь на взаимность.
Конечно, нет!
Мне просто нравится любить…
А как мне быть?
Я стала наблюдать за ним
И, да, следить.
Я поняла, что шансов ноль,
Но все равно.
Так радостно бывает видеть
взгляд его,
Потом с подругой усмехаться
над собой
Это детство, это глупость…
Мой герой…
__________________________________________
Некрасов Павел
ПОДВИГ ЛЕНИНГРАДЦЕВ
Подвиг Героев бесценен
Подвиг Героев бессмертен
Подвиг Героев неповторим
Подвиг Героев помнит земля Ленинградская!
В эпоху войны сомкнулось кольцо
Вокруг Ленинграда
Враг хотел запугать ленинградцев
Но Ленинград не стал фашистам сдаваться!
Помним героев блокады Ленинграда!
Те дни обороны и прорыва блокады!
Те дни в которые подвиг носили герои блокады!
Педагоги, библиотекари и врачи!
Помнит еще земля Ленинграда
Как омыта кровью невинных она
Невинных детей рождённых в Ленинграде
И мирных жителей оказавшихся в кольце блокады.
Помнит героев вся наша страна
И Город-Герой помнит о том
Как разомкнулось кольцо блокады
Благодаря жителям блокадного Ленинграда.
И пусть мало уже в живых в настоящее время
Тех кто испытал на себе весь ужас войны
Мы гордимся всеми героями блокадного Ленинграда
Что врагу город не отдали они!
Мы память Героев почтим минутой молчания
И поминальные свечи на Пискаревском кладбище мы зажжём
И пусть немного осталось в живых героев Ленинграда
Мы честь и хвалу им снова и снова воздадим!
О, молодежь, гордись!
Своей страной и городом своим!
Не дадим ни мысли, ни врагу память блокады и войны мы стереть!
Мы гордимся Городом Героем Санкт-Петербургом – Ленинградом!
Был даже в пору войны и блокады не сломлен наш град
Санкт-Петербург – Ленинград-Петроград!
Нам нужно знать и помнить историю свою
И в памяти и сердце слагать слова, стихи и молитвы за тех
Кто отстоял город-герой Санкт-Петербург – Ленинград-Петроград!
_____________________________________________________________
Панова Полина
Корочки хлеба
Варя приехала на День рождения к прадедушке. Ему исполнилось 87 лет.
В большую комнату, освещенную тёплым светом люстры, внесли длинный
деревянный стол, быстро уставили салатами, напитками. Девочка вдохнула эти
разнообразные запахи и устроилась с краю клетчатого дивана, который глубоко
провалился под ней. Она любила именно эту комнату. Здесь на стене висел
большой красный ковер. Старый, со времен детства мамы и папы.
– Без остальных начинать невежливо, – сказала она младшему брату,
который примостился рядом и схватил кусок черного хлеба.
– А я и не ем, – отпихнул он её руку.
Мальчик принялся катать из мякиша шарики и катать их по столу.
– Прекрати.
Сначала шарики рассыпались, но вскоре Олег приноровился, и они стали
получаться довольно крепкими.
Тут в комнату вошли все, в том числе дедушка. Сели за стол, накрытый
яркой желтой скатертью. Гости пожелали дедушке здоровья и счастья. Сам
Валентин улыбался, благодарил. Олежек прищурился, прицеливаясь, и запустил
шарик. Когда он пронесся по столу и попал в тарелку с салатом дедушки.
– Гол! Победа! – закричал восторженные мальчик.
Дедушка на миг замер, смотря ещё недавно такими радостными, а сейчас
темными невидящими глазами на внука. Потом поспешно смахнул одинокую
слезу и сказал:
– Вот ты, внучек, забавляешься с хлебом зазря. А во время моего детства
мы просто подумать не могли про такое! За одну крошку готовы были далеко
ходить по сугробам, в холоде, пересиливая слабость.
– Почему, деда? – поднял всклокоченную голову Олег, остановив свой
шарик.
– Да потому что, – вздохнул Валентин, – голодали мы. Помню, как каждый
день просыпался от голода. Живот прилипал к позвоночнику, вы и не знаете, как
это было... и, надеюсь, не узнаете, – дедушка покачал головой, погрузившись в
воспоминания. – Страшно нам было. Помню историю одну. Мне тогда было лет
шесть. Мама моя из сил выбивалась, отдавала нам последние крошки. Коровушку
нашу зарезать пришлось, выбора не было. Но благодаря ей мы и выжили.
Кормилица наша...
Вот проснулся я утром и побежал за корками хлеба. Один бегал в магазин,
где хлеб выдавали. Удавалось иногда выпросить парочку корок. Вымеряли всем
точно, ни одного лишнего грамма. А я что. А я в одной тонкой куртейке,
проваливаясь в снег, добежал до дверей, да притаился. Как новую группу
запустят, я и внутрь. Там чуть теплее, но все же не как сейчас. Обогреватель в
каждой комнате... А тогда....
Люди вокруг высокие, меня не замечают. Я вперед пробираюсь, смотрю на
прилавок, а там... драгоценный хлеб, металлические весы, нож. Ровненько так
отрезала тетенька куски мякиша, меряла, ровняла, а потом отдавала людям,
которые, как и я, с радостью и нетерпением следили за её движениями. Многие в
тайне надеялись, что она случайно, по ошибке выдаст им чуточку больше.
Она обрезала корочки и откладывала. Вот на эти то корочки я и был
нацелен. Из них потом другой хлеб сделают. А я-то жить тогда хотел. Выгоняли
меня раза три. Не давали, ругались. Да я упорный. Пробрался ещё раз. Женщина
за прилавком посмотрела на меня, взяла несколько корочек и дала мне. Я
схватил эти драгоценные кусочки, дрожащими руками в карманы сунул,
благодарно взглянул на неё, молчаливую, но добрую, и бежать, спотыкаясь, но
будто светясь от радости.
Вы не представляете, как я был горд и счастлив. Думал, что приду домой,
достану эти сокровища и протяну маме. А она... она так обрадуется! Ведь я
самостоятельно принёс еду.
Решил пробежать через озеро, так короче, чем в обход. Солнце выглянуло
из-за тучи в тот миг, да скрылось. Запомнился мне этот луч света. Яркий,
радостный. Я мчался, стараясь как можно быстрее добраться домой. Но не
принял во внимание, что уже зима-то почти кончилась, ледок тонкий стал.
Бегу, бегу, и вдруг! Лёд подо мной проломился! Я ухнул в воду,
холоднющую! Она мгновенно намочила всю мою одежду. Я начал барахтаться.
Молочу руками, что есть сил, из воды вынырну, глотну воздуха, по сравнению с
водою уже теплого. Еще кричать успеваю. Тут вспомнил о корочках! Вы думаете,
что бросил я это, главное ведь спастись?
А я-то руку в карман совал, хватал по одному, а когда выныривал, так их и
выбрасывал на лёд. Сил всё меньше оставалось, я крикнул посильнее, и вода
попала в рот. Нахлебался ледяной воды. И тут меня рука схватила. Сильная,
мужская, вытащила, да поставила на лед. Я хрипел, жадно дышал, еле-еле
держался на ногах. Поднял глаза на своего спасителя, и увидел соседа нашего,
дядю Ефима. Он остался в деревне из-за какого-то ранения, я маленький был не
припомню. Но хромал он, это точно.
– Что ты, браток, на лед-то выскочил? Он тонкий уже в нескольких местах.
Весна ведь почти. Да ничего, не бойся, сейчас пойдем домой, а то дрожишь
больно.
Как вчера помню его чёрную бороду, голубые глаза под тяжелыми
бровями. Я начал было шагать, да упал. Ноги стали ватными.
– Ну, ну, – успокаивал меня.
Он протянул руки, чтобы поднять меня, но я подполз к пролому.
– Стой, ты куда!
Я схватил корочки и стал пихать их в карманы, не поднимая глаз. Они
стали холодные, мокрые, но такие желанные и ценные! Дрожащие руки не
слушались меня.
– Ну ты даешь, Валька... Молодец, парень! Ну, пойдём теперь. Не бойся,
отбирать не стану...
Как я тогда обрадовался. До сих пор часто вспоминаю дядю Ефима, да
благодарю мысленно. Его, матушку, отца, да коровушку нашу, – дедушка слабо
улыбнулся, – Вот так, Олежек. Такая история со мной приключилась. Видишь,
как дорожили мы хлебом? Под страхом гибели, я всё равно выкидывал корочки
из воды. Вдруг найдут?
Варин брат притих, опустил глаза. Потом тихо сказал:
– Я больше не буду...
– Ну вот и славно! Продолжим праздник! – до-доброму улыбнулся
дедушка.
Но внучке показалось, что он лишь притворился весёлым. Он отречёно
смотрел на свои шершавые ладони. Ладони, которые спасали семью. Ладони,
которые столько раз сжимали драгоценные корочки, в то время бывшие ценнее
золота. Ведь зачем людям во время войны в деревне золото? Хлеб не купишь,
магазинов нет. Лишь пункты выдачи точно отмеченных кусочков.
Поседевшие волосы, чёрные глаза. Варя помнила, как смотрела на
фотографии дедушки, видела его красивое улыбающееся лицо. Но какого цвета
были волосы? Картинки то черно-белые...
– Так, ну, кто хочет ещё салата? – Спросила бабушка.
А Варя подумала, глядя на старый ковер, как же так. Вот, перед ней сидит
ее любимый прадедушка, а он, оказывается, такое пережил! А ещё он так же, как
она, любил разглядывать ковер.
Чувство благодарности предкам разгоралось в душе: «Спасибо! Спасибо Вам за
мирное небо над головой, зелёную траву, чистую землю. За Ваш труд и старания
невообразимые, любовь и смелость. Спасибо за все. Спасибо за страну!»
_____________________________________________________________________________
Панова Таисия
Дождик
Однажды дождливым днём девочка Катя шла из школы. У неё был розовый
рюкзак и бело-голубой зонтик, который очень подходил этой погоде, так как был,
по мнению девочки, «дождливого» цвета. Катя любила ходить домой не
коротким путем, по пыльной дороге, а длинным, через парк.
Она бежала по дорожке с мелкими лужами, и вдруг увидела молодого
серого с полосками кота. Он сидел, съежившись, под деревом и не издавал ни
звука. Катя подошла к коту и погладила его. Кот повернулся к ней и будто
улыбнулся. Девочка сказала:
– Ты – «Дождик!»
Кот непонимающе взглянул на Катю.
– Имя такое, имя! – рассмеялась она.
Девочка взяла на руки Дождика и пошла домой. «Вот мама обрадуется», –
думала она.
Но когда Катя принесла кота домой, то мама не очень обрадовалась:
– Это кот с улицы, понимаешь?
– Да, я понимаю, – твёрдым голосом сказала Катя, – у меня есть деньги, я
отведу его к ветеринару.
Мама молчала. Она давно заметила, что дочка ничего не покупает на
карманные деньги. Со второго этажа спустился старший брат Коля.
– Сестренка, ты где взяла кота?
– Видишь, мам, и Коле кот нравится, – с мольбой в голосе сказала Катя, –
давай оставим? Пожалуйста.
– Посоветуемся с папой, а пока помойте его.
Катя так обрадовалась, что бегом понеслась в ванную. Коля тоже
поспешил: как можно пропустить такое интересное событие, как купание кота!
Несмотря на такое «мокрое» имя, Дождик не хотел идти в тазик с водой. Брат с
сестрой положили в таз стакан донышком вверх, а сверху кусочек колбасы.
Дождик легко запрыгнул в таз и съел кусочек колбасы. Так его и помыли.
В это время вернулся папа, посовещавшись с мамой, сказал:
– Пожалуй, Дождь в нашем доме не помешает!
– Ура! – закричали дети.
На следующий день предстоял поход к ветеринару и в зоомагазин.
_______________________________________________________________________
Гаврикова Анастасия
Задетые осколками войны
В 2025 году Россия отметила 80-летие Победы в Великой Отечественной
войне. Вологодская область – одна из северных областей русского
Нечерноземья, обладает поистине огромной территорией – по площади в два раза
больше Чехии, с запада на восток простирается на 700 км, это больше чем
«ширина» Белоруссии и Польши – по 600 км и практически как ширина
Германии. В области в основном леса и болота, население чуть более одного
миллиона человек. По немецкому плану «Барбаросса» – часть области подлежала
оккупации по линии Архангельск-Астрахань (непонятно правда – через Великий
Устюг или по ж/д через Вологду). Однако максимальное продвижение немцев
остановилось в ноябре в 100 км от границ области в Тихвине, а потом вообще
откатилось ещё дальше к Киришам. Со стороны Москвы немцы остановились в
200 км в Калинине (Твери). Но настоящие сражения в области все-таки были. И
это не разовые бомбардировки Череповца (ещё без Северстали и Фосагро) или
немногочисленные диверсионные группы в районе северной железной дороги
Вожега-Коноша, а нормальный фронт с окопами, минными полями и колючей
проволокой. Плечом к плечу фронт и тыл ковали Победу над фашизмом в
Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг. Их единство принесло победу
России, а имена достойны нашей памяти. Великая Отечественная война была
всенародной. Военкоматами, в том числе и Тотемским, мобилизовались граждане
не только в ряды Красной Армии, но и в промышленность, на оборонительные
работы. Подростки, мужчины и женщины, которые не были призваны на
действительную военную службу, стремились своим трудом помочь воинам
Красной Армии в разгроме фашистских оккупантов. Тыл питал фронт оружием,
боеприпасами, продовольствием, одеждой. Мужество воинов и тружеников тыла
сливалось в единую силу, направленную для борьбы с общим врагом. В
районном архиве есть книга о награжденных в Тотемском районе медалью «За
доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.». На благо
общей победы в Тотемском районе земляки трудились в лесопунктах
леспромхозов, машинотракторных станциях (МТС), артелях райпромкомбината,
лесхимартелях, судоверфи, речном порту и многочисленных колхозах. Их вклад в
разгром фашизма не менее ценен, чем тех, кто проливал свою кровь на
передовой.
Бабушка Нина, мама моего папы, рассказала о своей маме, моей
прабабушке Тоне, ей было четырнадцать, когда началась Великая Отечественная
война. До войны их семья жила в деревне Зыков-Конец Тотемского района
Вологодской области. Её папа (мой прапрадедушка), Попов Фёдор Степанович,
работал в деревне мельником, ему дали бронь, а в 1943 году призвали в Красную
Армию. С фронта пришло одно письмо, обратным адресом служил номер
полевой почты. Все думали, что прапрадедушка Фёдор пропал без вести (в
Советское время неоднократно делали запросы в райвоенкоматы, но ответа не
получали). В семье у прабабушки Тони было семь детей: Ия, Клавдия, Антонина
(моя прабабушка), Нина, Александра, Юлия, Александр. Когда прапрадедушка
Фёдор пропал, прабабушка Тоня пошла учиться на курсы фабрично-заводского
обучения, после чего её отправили работать на Сокольский целлюлозно-
бумажный комбинат имени В. В. Куйбышева трактористом-мотористом (запись в
трудовой книжке). Бабушка Нина рассказала, что её мама часто вспоминала день,
когда приехала в Сокол и пришла в паккамеру (общежитие). Комендант показала
ей койку. Прабабушка начала разбирать вещи, а по радио объявили: «Воздушная
тревога». Комендант позвала её в бомбоубежище, но прабабушка Тоня никуда не
пошла. Оказалось, что это была последняя «воздушная тревога» в Соколе. В
войну самолеты летали над Соколом, пытаясь взорвать мост через реку Сухона и
остановить движение на железной дороге (северной железной дороги Вологда-
Вожега-Коноша). По ней на фронт отправляли продукты, снаряды, а с фронта
везли раненых. Когда самолёты подлетали к городу, включалась сирена,
объявляли «воздушную тревогу». Прабабушку Тоню определили работать на
торфоразработки в посёлок Михалёво, в пяти километрах от Сокола. Она всю
войну работала на тракторе. Всего было три девчонки-трактористки, правда, одна
потом уехала. Трудно пришлось прабабушке, ведь на тракторе не было даже
кабины. Трактор называли «Натик». Зимой ватники примерзали к сиденью, летом
от жары и дождя не спрятаться. Помощником у прабабушки работал Точин Павел
Алексеевич. Он её на три года младше. После войны они поженились.
Прадедушка Павел умер в сорок лет, прабабушке Тоне пришлой одной
воспитывать трех сыновей и двух дочек. Моя прабабушка, Точина Антонина
Федоровна, была награждена медалями «За доблестный труд в Великой
Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «Медалью материнства».
5 июля 2020 г. бабушка Нина обратилась с письмом в Архивный отдел
администрации Тотемского муниципального района: «Здравствуйте! Обращается
к Вам Гаврикова Нина Павловна, внучка Попова Федора Степановича. Мне
нужна информация для поиска сведений о пропавшем во время Великой
Отечественной войны деда. Попов Федор Степанович с женой Анной (в
девичестве Новоселовой) жили в деревне Зыков-Конец Мосеевского с/с. В семье
было 7 детей. Дед работал мельником, был охотником. В 1942 году с него сняли
бронь и отправили на фронт. Пришло одно письмо. Моя мама — Антонина, после
окончания курсов ФЗО, в 1943 году приехала в Сокол. Тетя Нина уехала сначала
в Иваново, работала нянечкой, а получив паспорт переехала в Мончегорск, куда
позже переехал брат Александр и стал сварщиком. Ия жила в Магнитогорске,
работала проводником на железной дороге, Юля — в Свердловске управляла
башенным краном. Александра уехала в Иваново, трудилась на фабрике. Клавдия
жила в Тотемском районе (не помню деревню). У нее был сын Николай и дочери
Лена и Лида. Лида умерла в возрасте до 30 лет. Посмотрите, пожалуйста, в
похозяйственной книге какого года рождения был Попов Федор Степанович,
когда его призвали в Красную Армию, в какую часть? Может, по номеру части
сможем определить хотя бы место, где он воевал? Тетя Нина, сестра мамы,
делала запросы в райвоенком, но ответа не получила! Может мне повезёт узнать,
как погиб наш дедушка?! С уважением, Нина Гаврикова».
На запрос бабушки Нины, прислали копии следующих документов:
страницы «Книга памяти» 1993 год; учётную запись; учетную карту Попова
Фёдора Степановича, на обратной стороне которой указаны жена и дети;
извещение о гибели мужа прапрабабушке – Поповой Анне Васильевне и копии
корешков извещения. «Книга Памяти тотьмичей, погибших и пропавших без
вести в годы Великой Отечественной войны 1941-1945», содержит сведения о
8066 земляках, положивших свои головы на алтарь Победы. В Тотемском
муниципальном районе была проведена работа по проверке достоверности и
дополнению данных о земляках, погибших в годы Великой Отечественной
войны. Основой для представленной базы данных послужило печатное издание
«Книга Памяти Вологодской области. Тотемский район», изданное в г. Вологде в
1993 г. В обновленную версию электронной книги вошли имена тотьмичей,
умерших, погибших, пропавших без вести во время Великой Отечественной
войны, ставшие известными после издания печатной Книги памяти.
На сайте «Чтобы помнили» бабушка нашла информацию, что мой
прапрадедушка погиб: ☦Попов Федор Степанович. Год рождения: 1896. Место
рождения: Вологодская обл., Тотемский р-н, Вожбальский с/с, д. Сродино.
Звание: рядовой. Причина выбытия: Погиб. Дата выбытия: 13.07.1944. Место
гибели/захоронения: Польша, в р-не г. Вроцлава, М. Плюксы.
Та же самое о Попове Фёдоре Степановиче напечатано на сайте
Межрегиональной общественной организации «ВОЛОГОДСКОЕ
ОБЪЕДИНЕНИЕ ПОИСКОВИКОВ». Место захоронения стало известно, но
интересно в каких боевых действиях принимал участие мой прапрадедушка.
Сначала мы узнали, что в 1944 году Красная армия вышла на границу СССР и
остановилась. Сейчас Польша гордится своим городом Вроцлавом. Однако ещё в
мае 1945 г. Вроцлав звался Бреслау и до этого 600 лет подряд Польше не
принадлежал. Польша получила города в подарок. Разгром гитлеровской армии
на территории Польши — одна из наиболее ярких страниц Великой
Отечественной войны Советского Союза и крупнейшее событие в истории
Польши. Германия начала вторую мировую войну с нападения на Польшу.
1 мая 1944 г. в приказе Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина
перед Советской Армией была поставлена задача, не только полностью изгнать
вражеские войска из пределов нашей Родины, но и «вызволить из немецкой
неволи наших братьев поляков, чехословаков и другие союзные с нами народы
Западной Европы, находящиеся под пятой гитлеровской Германии». В середине
1944 г. военно-политическая обстановка благоприятствовала действиям
советских войск. К этому времени Советская Армия стала самой мощной и самой
опытной армией в мире. Она превосходила врага и по боевому мастерству, и по
технике, и по моральному духу. Благодаря героическим усилиям тружеников
советского тыла наши войска получили в 1944 г. в несколько раз больше
вооружения и боеприпасов, чем в первый год войны.
Поисковые работы по составлению списков военнопленных Великой
Отечественной войны, уроженцев и жителей Сокольского района Вологодской
области 1941-1945 ведёт Г.А. Старыгина. Моя бабушка обратилась к Галине
Александровне и узнала, где похоронили прапрадедушку – Попова Степана
Фёдоровича.
Бабушка уточнила, что в корешке извещения написано: 4.09.1944 г.
вручено жене – Поповой Анне Васильевне. Но если бы оно было вручено, почему
семья думала, что он пропал без вести, почему не назначили пенсии по потере
кормильца? Г.А. Старыгина ответила: «На счет пенсии: думаю, что, если бы
считали, что дед пропал без вести, то его жена делала послевоенный запрос о
судьбе мужа. Это всё происходило в 1946-1947 годах и позже. Обращались через
военкомат, заполняли анкету, где был вопрос о последней письменной связи.
Затем посылали в Москву эти анкеты с запросом военкомата, затем там
просматривали, писали ответы, военкомат отсылал адресатам. Я находила в
Сокольском архиве рассматривание в протоколах заявлений и назначение
пособий на детей и престарелых родителей с первого дня войны. Да, из деревень
передавали сельсоветы документы на таких людей. Заявления писались и пособие
предоставляли со дня призыва в РККА, так что, скорее всего возможно, как мужа
взяли на войну, она могла оформить пособие, а потом на пенсию перевели. Надо
в Тотемском архиве посмотреть фонды, если по соцобеспечению есть в архиве, то
сделать запрос туда о назначении Анне Васильевны пенсии на детей».
Когда я готовила эту работу, Галина Александровна прислала страницы из
архива военкомата: «Плохо видно, но я разобралась, где ваш дед похоронен. Он
воевал в 22 гв. сп 9 гв.сд 103 ск. Погиб 13.07.1944 года в Вилейской (Витебской
сейчас) области Браславского района в районе деревни Плюссы. Сейчас его прах
находится на мемориальном комплексе в г. Браславе. Даже нашла плиту с его
ФИО, годом рождения и гибели. С 22.06.1944 по 28.08.44 шла Белорусская
стратегическая наступательная операция». Буду надеяться, что там и похоронен
мой прапрадедушка.
_____________________________________________________________________________
Гавриков Иван
Солдат Великой Победы
В рядах Великого полка –
Кто жизнь отдал за мир спасённый,
Кто победил в боях врага,
Мы помним, помним поименно!..
Нина Гаврикова.
Прапрадедушка по папиной линии, Точин Алексей Александрович,
родился в деревне Пустыня бывшего Кокошиловского сельского совета, ныне
Сокольского округа Вологодской обл.
В деревне прапрадедушка работал счетоводом, так как имел хорошее для
того времени образование – четыре класса. В 1939 году устроился работать
слесарем на ЦБК имени Куйбышева в г. Сокол. Семья Точиных, в то время
насчитывавшая пятерых детей, переехала жить на станцию Печаткино Северной
железной дороги. Правда, строительство собственного дома пришлось
приостановить: прапрадедушку призвали в Красную Армию, откуда он вернулся
24 июля 1940 года, а в июне 1941 года вновь отправился на фронт. После войны
он часто вспоминал первый бой Второй мировой войны. Когда прозвучала
команда: «Вперёд! В наступление!» – ему бы выскочить из окопа и бежать в
атаку, но видит – вражеский танк мчится прямо на него. Оставалось лишь
несколько секунд, чтобы перекреститься и рухнуть в окоп.
Прапрадедушка рассказывал, что страха не было, всё-таки война для него
не первая. В тот миг перед ним встал образ жены и детей: Саши, Павлика, Ольги,
Али и новорожденной Вали. Прапрадед взмолился: «Прощайте, родненькие!» –
судорожно сжался в комок и плотнее приник к земле-защитнице. Вся жизнь
чёрно-белыми кадрами промелькнула перед глазами: «Дом родительский зря из
деревни привёз, установить не успел, придётся жене с детишками ютиться в
крохотной избе Софии. А может и это к лучшему, старшие сёстры Евстолия и
София не оставят его семью, помогут Шуре поднять на ноги ребятишек. Вместе
легче с трудностями справляться…» Поток мыслей остановился, когда рёв
вражеского «Тигра» стал стихать. Немецкая громадина умчалась дальше, не
развернувшись на окопе и не раздавив его. Прапрадед выдохнул: «Жив!»
Поднялся во весь рос, по привычке, хотел стащить шапку: «Да что это?!» –
волосы на голове выпрямились, встали дыбом и шапку подняли вверх.
Из документов, фотографии которых бабушке Нине прислали дочери
прапрадеда, я узнал, что с октября 1942 года его направили в Московскую
область в 11-й отдельный учебный автомобильный полк для переподготовки на
шофёра автомашин системы «Форд». 10 декабря 1942 года красноармейцу
Алексею Александровичу Точину выдали удостоверение шофёра третьего класса.
После этого вплоть до самого Берлина он воевал, управляя автомашиной
«Студебекер».
Ещё один страшный случай произошёл с прапрадедушкой, когда он вёз на
фронт новобранцев. Мальчишки сидели в кузове, шутили: мол, всех немцев
разбомбим, только бы добраться до места назначения. Откуда ни возьмись –
самолёты. Бомбёжка! Прапрадед не успел опомниться, как снаряд со свистом
упал в кузов. Его через лобовое стекло выбросило взрывной волной. Контузило.
Когда очнулся, осмотрелся – всех солдат-новобранцев от взрыва разнесло в
разные стороны, осел он на сырую землю-матушку и злобно прошептал: «Я за вас
отомщу!» Сжал душевную боль в кулак и покатил к своим на передовую. Дочери
прапрадеда сказали, что контузия впоследствии дала осложнение на ухо. Бабушка
Нина на основании этого случая написала стихотворение «Случай на войне»:
На Студебекере в войну
Прапрадед ехал до Берлина,
Но вот историю одну
Из памяти не выбить клином…
Бои гремели на фронтах,
Из тыла он спешил с подмогой.
Подросткам был неведом страх.
Смотрели мамы в след с тревогой:
«Как сохранить сынов от бед?»
Те шумно, радостно галдели,
Усов у многих даже нет...
Вдруг самолёты налетели.
Взорвался вражеский снаряд.
Осколки в кузове машины.
И разбросало всех ребят
На близь стоящие руины.
Прапрадед вылетел с волной,
Контузило, но жив остался.
И он с проклятою войной
По полной мере рассчитался.
За тех ребят, за всех бойцов
Он гнал фашистов до Берлина.
А вот безусых молодцов
Из памяти не выбить клином.
Мой прапрадед был награждён медалью «За отвагу», орденом
Отечественной войны II степени, медалью «За победу над Германией в Великой
Отечественной войне 1941–1945 гг.» Ратная служба Алексея Александровича
Точина отмечена и пятью юбилейными медалями. Из наградных листов, я узнал,
что прапрадед сражался: на Ленинградском фронте с 1941 по 1942 г.; на Южном
фронте с 1942 по 1943 г.; на Прибалтийский фронте с 1943 по1945 г.
Изучив боевой путь прапрадедушки, я понял, что он воевал на
Курской дуге, прошёл с боями Белгороде, Вейделевку, Валуйки. Что интересно,
его дочь Ольга, выйдя замуж, уехала жить на Белгородчину, а потом и младший
сын Алексей, родившийся после войны, перебрался жить туда. Прапрадедушка
помог ему построить там свой дом.
Победу мой прапрадедушка встретил в Берлине. Проходя по чужим
немецким улочкам, прапрадедушка никогда не убивал детей, наоборот помогал
им, делился своими крошками хлеба, он не переставал думать о своих сорванцах.
Всю войну прапрадедушка прошагал, имея за голенищем сапога необходимый
инвентарь – ложку, она была алюминиевая, круглая, с короткой ручкой. Он до
последних дней жизни пользовался только этой ложкой, охранял, как
драгоценную реликвию, не разрешая никому прикасаться к ней.
Домой прапрадедушка возвратился в июле 1945 года. Прабабушка
Соня (сестра моего прадедушки Павла) рассказала, что он с улыбкой на устах
вспоминал, как шёл домой, торопился к жене и детям. Все взрослые в это в то
время были на сенокосе. Только ребятишки играли около дома. Вдруг младшая
дочь Аля (когда он уходил, ей было три годика, а вернулся – исполнилось семь
лет), увидев его, громко закричала: «Посмотрите, девочки, ведь к нам Ленин
приехал!» (Волос на голове у дедушки от пережитого осталось мало). Тогда он
подошёл к дочери, поднял её на руки и сказал: «Доченька, неужели не узнала
меня? Я твой отец!» Вернувшись, прапрадед достроил дом, в котором на свет
появились ещё два младенца: Алексей и София. Младшую дочь назвали в честь
дедушкиной сестры, потому что она ценой собственной жизни сохранила
племянников (своих детей у неё не было). Так случилось, что все сдавали кровь в
госпиталь, а она очень любила и берегла жену брата, поэтому вместо неё пошла
сдала кровь. Когда вернулась домой, легла и больше не проснулась.
Прапрадедушка умел катать валенки, шить сапоги. Мог быть
столяром, плотником, печником. Работал слесарем, кочегаром, машинистом
паровоза, шофёром, продавцом, счетоводом, имел много почётных грамот. Самое
главное – гордился своей женой Александрой Васильевной, не уставал повторять,
что Бог ему за сиротство хорошую жену дал. А прапрабабушка добавляла, что в
войну вымолила спасение мужу, обращаясь к Господу.
Гордился прапрадед и наследниками, не только детьми – их было семеро,
но и внуками, которых к тому времени насчитывалось более двадцати, и
правнуками. Интересно получается, прапрадедушка очень ценил свою семью и
наследников, а теперь мы – праправнуки гордимся его заслугами и подвигами!
Умер прапрадед на восемьдесят втором году жизни, оставив о себе добрую,
светлую память.
Мы должны всегда помнить, какой ценой досталась Победа нашей страны.
Моя семья через всю свою жизнь пронесла память о прапрадедушке, сохранила
важные архивные документы военных лет. Теперь память о своей семье буду
хранить я. Я горжусь тем, что мой прапрадед с честью прошёл все испытания,
которые выпали на его долю. Нам, молодому, подрастающему поколению надо
стараться быть достойными памяти своих прапрадедов, отдавая дань уважения
ветеранам Великой Отечественной войны и труженикам тыла.
_____________________________________________________________________________
Евсевьева Эмилия
Под куполом
Вы многое упустили, если не были в цирке на улице Ленина до войны.
Труппа после её начала стремительно уменьшалась, и к сорок пятому году
не осталось уже почти никого из старой гвардии, кроме постаревшего сварливого
директора и двух силачей. Много поколений артистов сменилось с тех пор, но
никто не смог затмить в головах людей, чьё детство пришлось на предвоенные
годы, Грустного Старого Клоуна. Он сам так называл себя, хотя по правде
сказать, он вовсе не был старым, – по только начавшим собираться около глаз
морщинкам ему нельзя было дать больше сорока пяти, – и не так уж и часто
казался грустным: в глазах его всегда светилась бесконечно откровенная радость,
которую с упоением впитывали в себя зрители. По-настоящему грустил он только
в одиночестве, потому его прозвище в глазах других оставалось всё таким же
забавным и непонятным, как и в год, когда он сменил трико гимнаста на смешной
костюм клоуна. Его сложно было назвать выделяющимся среди других артистов,
но было в нём что-то, что заставляло зрителей не замирать от предвкушения и не
смеяться сытым и праздным смехом, а улыбаться той самой улыбкой, какой
улыбается ребёнок, впервые увидев снег за окном или радугу после дождя. Он не
говорил до самого окончания номера, только неуклюже кружился в каком-то
незамысловатом подобии вальса и насвистывал всем знакомую мелодию,
которую многие уже давно оставили в прошлой жизни, звавшейся
дореволюционным миром. И представьте себе: этого хватало.
Подобных ему не было и не будет. Сейчас клоуны стали другими. И были
другими до того момента, как старый грустный клоун появился на пороге этого
цирка. После войны он исчез так же неожиданно, как и появился. Кто-то даже
пытался искать его, но быстро понял, что даже не представляет, с чего начать.
Коллеги, даже когда он ещё служил в цирке, знали о нём мало. Знали, что
звали его Алексеем Алексеевичем, что был он якобы образованным человеком,
потому что кто-то когда-то как будто бы услышал, как он говорил с приезжими
артистами на французском, и что его жаловал даже строгий директор цирка, не
пускавший в свой кабинет никого, кроме этого, самого клоуна. Все знали о том,
что у Алексея Алексеевича была маленькая дочь, которую он любил больше
жизни, хотя не могли вспомнить, чтобы хоть раз видели его с женщиной. Знали,
что он носил маленький крестик на гайтане, спрятанный под клоунским нарядом.
Знали, что он хороший человек, и этого знания им было достаточно, чтобы
любить его. Для многих: от акробата до укротителя тигров – он был
единственным человеком в цирке, который мог помолиться за них, пока они
рисковали жизнью ради того, чтобы вернуться в свою комнатку с краюшкой
хлеба. Возможно потому, что он был единственным человеком, ещё помнившим
слова молитв, которые все остальные рано или поздно предпочли забыть. И
потому Алексей Алексеевич молился, когда его просили и когда не просили.
Молился в меру своих сил, всякий раз до боли в пальцах сжимая медный крест.
Многие тогда считали себя обязанными ему за спасение, когда верёвка
чуть-чуть не рвалась, а разъярённый лев вот-вот не срывался с цепи. Особенно
благодарна была молодая девушка, крутившая двойное сальто на кольце под
самым куполом цирка. Трудно было не заметить её привязанности к одинокому в
своей грусти клоуну, хоть никто и не понимал природы их отношений. Может
быть, она и сама этого не понимала, но любила его, как женщина может любить
творящего для неё добро мужчину и как дочь может любить нежного,
неравнодушного к боли своих чад отца. Как бы то ни было, каждый свой
умоляющий взгляд после очередного успешного трюка она дарила ему, мирно
стоящему в тёмном углу арены – это была старая привычка, выработавшаяся за
все те годы, когда он спасал её на этой высоте. Она отчётливо слышала его голос,
даже когда крутилась под куполом под восхищенные вздохи зрителей, – она
выучила его ещё со своего первого дня в цирке.
Впервые она вступила в это здание совсем девочкой лет так за десять до
начала войны. В тот день в цирке было неспокойно: один из гимнастов во время
репетиции сорвался с высоты – отказала страховка. Все суетились. Кто-то плакал.
Приходил брат погибшего, от которого тому не пришло ни весточки за последние
несколько лет. Вечернее представление отменили, но новенькая упорно
оставалась в цирке, не желая убегать от всеобщего горя. Она бродила в темноте
по опустевшему залу, ещё не своя, но уже не чужая, оглядывала свой будущий
дом на ближайшие несколько лет. Начиналась новая жизнь немногим лучше
предыдущей. В воздухе ещё витал никуда не девшийся за день запах крови,
которую так до конца и не отмыли. Саднило сердце. Разум просил уйти и никогда
больше сюда не возвращаться.
Она впитывала в себя мрак, проходя по последним рядам зала, когда на
арене вдруг промелькнула свеча. Потом вторая. Пришлось подойти ближе. Из
тени, неловко ступая, показался мужчина. В тусклом свете двух восковых свечей
были видны только его большие, широко распахнутые глаза и густые тёмные
брови. Через минуту свечи оказались на полу. В руках мужчины появилась
тряпка – он стоял на том самом месте, где ещё каких-то двенадцать часов назад
лежал мёртвый гимнаст. Вокруг свечей то и дело виднелись большие и маленькие
капельки крови.
Мужчина опустился на колени, позволив ей разглядеть его худое, ещё не
тронутое морщинами, но заметно уставшее лицо. Он не был красивым. Он
казался неприметным. Он был ровно таким, каким должен был быть обычный
уборщик цирка.
Она отвернулась.
И тогда он запел.
Вместе с ним запел цирковой купол. Им вторили души всех погибших на
этой высоте.
Слова были знакомыми – она слышала их, когда в деревенской церквушке
невдалеке от тогда ещё Петрограда отпевали её отца.
Всё её существо концентрировалось сейчас в этом голосе.
Она знала, что тряпка скользила по полу, знала, что пятна крови не
оттирались до конца. Знала, что её не должно было быть здесь сейчас.
Она взглянула на мужчину. Он не видел её – глаза его были закрыты и
смотрели в музыку, которая вырывалась сейчас из его существа. По щекам, едва
заметные в полумраке арены, текли слёзы. Кем был для него гимнаст, душа
которого под широким цирковым куполом в свете молитвы находила упокоение
со святыми?
Она подняла голову. В темноте ничего не было видно, кроме верёвок,
которые сегодня обрывали жизни, а завтра заставят людей замирать от восторга.
Ничего не было видно, но она знала, что этот купол сиял ярче расписных куполов
петербургских церквей. Так же, как и знала, что этому мужчине, стирающему
кровь с пола и с её сердца, она теперь готова была доверить свою жизнь.
Она убежала оттуда ещё до того, как молитва смолкла. Узнала потом, что
пел это местный клоун. Что поёт он для каждого, кто на протяжении тринадцати
лет умирает в стенах этого цирка. Все об этом знали, но никто никогда не слышал
его. Ей довелось.
Она не подошла к нему ни на следующий день, ни во многие дни после, не
сказала об этом. Она даже не сразу познакомилась с ним. Все их диалоги, когда
они пересекались перед представлениями, были простыми и однообразными. Оба
они хранили друг в друге какой-то важный секрет, и слов им было то ли слишком
много, то ли и вовсе недостаточно. Но так или иначе, всякий раз, когда она
встречала его на выходе с арены, они обменивались дежурными фразами, и он
задавал ей один и тот же вопрос:
– Ну что же, Наташа, долго вам ещё летать?
И она всякий раз отвечала:
– Долго, Алексей Алексеевич, пока не потеряю крылья.
Так он спрашивал у неё последние восемь лет и последние восемь лет
получал один и тот же ответ. Но в один день разговор их пошёл по-другому. Она
сказала ему:
– Три дня, Алексей Алексеевич. Пора возвращаться в Ленинград.
Он замер, и ей показалось, что своими словами она забрала у него кусочек
жизни.
– Как дела у вас? У Вали?
Алексей Алексеевич улыбнулся ей и с тихим «замечательно» под
аплодисменты зрителей вышел на арену.
Он не был к этому готов.
В этот день Алексей Алексеевич вернулся из цирка пораньше. Он жил с
дочерью Валей в маленькой комнатке в десяти минутах ходьбы от цирка. Девочка
спала на кровати, он же умещался на жёстком диване в тёмном углу комнаты.
Под этим диваном, уже давно сросшиеся с полом, лежали старые иконы, а сам
пол был заставлен стопками старых книг. У окна, выходящего на шумную улицу,
стоял стол. На нём были аккуратно разложены тетрадки с учебниками и цветные
карандаши, которые отец на половину зарплаты купил дочери год назад, когда та
пошла в школу.
Валя любила рисовать. Любила так, что не могла ни на секунду расстаться с
карандашом. Она рисовала везде: дома, по дороге в школу, в самой школе: на
уроках и переменах. Это никогда не мешало ей хорошо учиться. Рисование было
её жизнью.
Когда ей едва исполнилось пять, она в отсутствие отца залезла под старый
диван и нашла запылённые иконы. Долго смотрела на них. Слушала ещё не до
конца выветрившийся запах ладана. К приходу домой Алексея Алексеевича на
листе, данном Вале соседкой, сверкал, написанный пока ещё неумелой детской
рукой лик Богоматери. С этого дня Грустный Старый клоун стал читать дочери
Библию вместо сказки на ночь.
– Пап, а я крещёная? – потом спрашивала она у него после того, как они
читали о крещении Иисуса в реке Иордан.
– Крещёная, – говорил он. И почти не врал.
К семи годам Валей были переписаны уже все иконы, имеющиеся в доме,
но сердце и рвущееся наружу вдохновение требовали у неё большего. По дороге
в школу стоял уже несколько лет закрытый храм, из которого не так давно стали
постепенно вывозить ценности. Там не осталось никого, кроме старика-
настоятеля, не желавшего покидать место, в котором он жил ещё с юности. Его
не выгоняли. Местные даже жалели его, а дети до беспамятства любили слушать
его рассказы. Он никогда напрямую не говорил им о Библии и о Боге, но нечто
неприкосновенное всякий раз чувствовалось в его историях про сказочную
страну, где царь с царицей, имея четырёх дочерей, десять лет вымаливали у
судьбы наследника, где молодого царевича совращал тёмной магией злой
волшебник и где любовь и крепость семейных уз в конце концов всегда
оказывались сильнее смерти.
Валя тоже слушала эти сказки и всегда дольше всех задерживалась у порога
старого настоятеля. Она расспрашивала его о вывезенных иконах и ещё
сохранившихся в храме настенных мозаиках, впитывала каждое его слово и на
следующий день приносила набросок по его описанию. Её всегда привлекали
лики святых. Она и сама не знала, почему, но рука её всегда тянулась к
карандашу или кисточке, когда старик в храме или Алексей Алексеевич говорили
с ней о чуде.
Больше икон она любила рисовать только отца. На белых холодных стенах
в их комнатке то и дело появлялись новые портреты Грустного Старого клоуна: в
профиль, анфас, со смешным клоунским носом или только наполовину смытым
гримом. Но больше всего Вале нравился портрет, написанный ею в начале этого
года. Алексей Алексеевич, папа, каким она всегда видела его дома в дни, когда в
цирке не было представлений, смотрел на неё с листа своими большими
зеленовато-карими глазами и улыбался той тёплой улыбкой, которую, она знала,
никто, кроме неё не видел ни в цирке, ни за его пределами. Отец, сколько Валя
помнила, всегда дарил ей ту нежность, на которую только был способен его
грустный, зачастую усталый взгляд. Она старалась возвращать ему больше.
Иногда Вале было стыдно за то, что она любит папу больше, чем маму, но она
ничего не могла с этим сделать, и всякий раз, когда мать приходила к ней, она
обнимала её скорее механически, чем радостно. Совсем не так, как Валины
одноклассницы обычно обнимали приходивших за ними в школу мам. Папа
иногда упрекал её за это и хмурился. Валя не понимала, почему.
В этот день, вернувшись домой, он застал Валю за чтением потрёпанного
блокнота, который она вытащила будто бы из самого низа самой дальней
книжной стопки.
– Папа, тут слова, которых я пока не знаю.
– Это какие? – засмеялся Алексей Алексеевич, пытаясь вспомнить, где он в
последний раз видел эту книжонку.
– Литургия. Клирос. Смиренномудрие. Это что?
Он присел на край кровати и задумался.
– Литургия – это служба. Клирос - там, где поют и читают молитвы на
службе.
– А смиренномудрие?
– Что же ты читаешь?
Валя показала ему слипшиеся от влаги страницы. На других видна была
плесень. Что-то всколыхнулось у Алексея Алексеевича в сердце.
– Вот послушай: «Волнение в уезде. Говорят, новые власти требуют
излишки хлеба. У нас в амбарах при храме – запасы на зиму для сиротской кухни
и вдов. Алексей, сын мой, вскипел да не успокоится никак: «Не отдадим ни
зёрнышка! Это грабёж!». Спорил с ним долго. Убеждал: любая власть от Бога
попущена, даже ежели сама она Бога и не ведает. Долг наш – повиноваться и
молиться о вразумлении власть имущих. Но он упрям. Глаза горят непокорным
огнём. Боюсь, гордыня говорит в нём, а не любовь к сирым. Молился о его
смиренномудрии». Это про что?
Алексею Алексеевичу хватило и первых двух слов, чтобы понять, что это
была за тетрадка.
– Смиренномудрие – отсутствие гордости. То, чего когда-то не хватало мне,
по мнению твоего дедушки.
– Это его дневник?
– Его.
– А сам он где?
Алексей Алексеевич на секунду замялся при виде Валиных тёмных,
сосредоточенных глаз. Потом ответил:
– Умер.
Больше Валя ничего у него не спрашивала. Но он слышал, как следующим
утром она едва слышно шептала, глядя в дневник и пытаясь осмыслить
начертанные в нём аккуратным, витиеватым почерком слова:
– «Пришел указ. Требуют, теперь уже официально, сдать все "излишки"
зерна со склада к пятнице. Припас наш – не излишек, а необходимость.
Показывал им расчёты – не вняли. Алексей рвался идти в комитет, спорить.
Удержал силой. Сказал: «Не супротивься. Отдадим, что требуют. Господь не
оставит вдов и сирот, а тебя ярость погубит». Уехал он в ту же ночь, смутный,
гневный. Сказал – в соседний уезд, к другу-учителю из семинарии. Сердце ноет.
Упрямство сына – крест тяжёлый. Но власть – от Бога. Повинуюсь».
Этим утром он отвёл дочь в школу сам. Когда проходили мимо храма, не
торопил её, пока она с блеском в глазах спрашивала у настоятеля об иконах,
упомянутых в дневнике. Тот отвечал ей так, будто бы уже ждал всех этих
вопросов. Потом подошли другие дети. Вновь началась история о далёкой-
далёкой стране и о царевиче, больше жизни любившем своих родителей и
умевшем предсказывать людям скорую смерть. Алексей Алексеевич тоже
слушал. На обратном пути из школы он ненадолго остановился у стен храма.
Старик вышел к нему, едва переступая босыми ногами по земле.
– Не страшно вам, отец, такие сказки детям рассказывать?
Тот таинственно улыбнулся ему.
– А почему бы и не рассказывать, если правда всё?
– А ежели взрослые услышат? – обеспокоенно прошептал Алексей
Алексеевич.
– Даже ежели и услышат, то что?
Старик всё ещё улыбался беззубой улыбкой.
– Вы думаете, я царя в этой сказке хвалю?
– Почти обожествляете.
– Обожествлять правителей не в моей власти. Не о царе с царицей и не о
царевиче эта сказка.
Алексей Алексеевич смутился, глядя на седую голову старика.
– Она о любви.
Это были последние слова, которые произнёс настоятель, прежде чем тем
же вечером его нашли забитым до смерти у ворот храма.
***
Со школы в этот день Валя пришла поздно. Даже не обняла отца при
встрече, только тихо спросила, вглядываясь в его лицо своими пытливыми
глазёнками:
– Пап, а почему ты не писал дедушке?
Алексей Алексеевич молчал, дважды за день справедливо пристыженный.
– Он пишет, что вывезли зерно со склада. Что вдова Марфа плакала над
голодными детками. Что ты со времени отъезда не написал ни строчки.
По его щеке скатилась одинокая слезинка. Валя повисла у него на шее и не
размыкала объятий следующие полчаса.
– Понимаешь, я подвёл его, Валёнок. Очень сильно подвёл.
И Валя понимала. Понимала, потому что всё, что Алексей Алексеевич не
сделал ради отца, он на протяжении вот уже восьми лет делал ради неё.
Следующие пару дней они так же ходили в школу и возвращались домой
вместе. Валя была счастлива этими прогулками, несмотря на исчезновение
старика-настоятеля. Отец ничего так и не сказал ей, только крепче прижимал к
себе вечерами и чаще умилялся, глядя, как дочь, сжимая карандаш тоненькими
пальцами, снова рисует что-то в тишине. Она поняла, что что-то не так, только
когда в дверь их квартиры настойчиво постучали, и на пороге комнатки
появилась её мать с рюкзаком за плечами и маленьким чемоданом для дочери.
– Кажется, своё я уже отлетала, – улыбнулась она Алексею Алексеевичу,
протягивая ему руку.
– Рад за вас, Наташа.
– И я рада. Спасибо вам.
Валя не смотрела на мать. Всё её существо сейчас стремилось к человеку,
который был ей отцом все эти восемь лет. Который целовал её в лоб и пел
колыбельные по вечерам, когда она была ещё совсем маленькой. Она знала, что
происходит. Мать не раз рассказывала ей, как красив Ленинград, как она немного
заработает, и они уедут отсюда и будут жить вместе, каждый вечер гулять по
набережной и есть мороженое у Зимнего дворца. Валя ей не верила. Ей не
хотелось расставаться ни с храмом на соседней улице, ни со своей школой, ни с
цирком. Ни со Старым Грустным клоуном, которого Валя любила так, как, она
была уверена, никогда не полюбит мать.
– Пап? – шепнула она, всеми силами прижимаясь к его худому, жилистому
телу.
Он погладил её по голове, невесомо поцеловал в нос. – Можно я заберу
дедушкин дневник?
Алексей Алексеевич стоял, водя крючковатыми пальцами по тёмным, точь-
в-точь как у матери, Валиным волосам.
– Можно, Валёнок.
– А твой портрет, который самый новый? Можно? Все остальные я оставлю
тебе, честно-честно, – лепетала она, целуя его руку.
– Можно.
– А карандашики, которые ты дарил? Они много стоят…
Мать стояла, вытирая рукавом куртки собирающиеся у глаз слёзы.
– Можно, девочка, можно. Всё, что захочешь, бери, всё можно, только
быстро, – говорил Алексей Алексеевич, с усилием отстраняя Валю от себя.
Они молча смотрели друг другу в глаза ещё с минуту. Потом Валя снова
схватила его руку, нежно-нежно обводя своими маленькими ручками его
запачканную чернилами ладонь. Он писал для неё письмо, которое хотел отдать
ей при прощании. Не смог. Слёзы размыли чернила.
– Папочка, – проговорила она, проводя пальчиком по его линии жизни. – А
иконку можно?
Алексей Алексеевич не ответил. Снял с шеи медный крестик на гайтанчике
и молча надел на неё. Металл, впитавший в себя его тепло, теперь согревал её.
Валя улыбнулась, жестом прося его наклониться поближе к ней. Он присел на
колени. Она тихо, чтобы не услышала мать, сказала ему на ухо:
– Он простил тебя. И за тебя молился.
Больше они не говорили. Алексей Алексеевич помог собрать Валины вещи
и просто стоял, оперевшись спиной о холодную стену.
– Ещё раз спасибо, - проговорила мать, глядя на него с печальной улыбкой.
– Надеюсь, ещё увидимся.
Ему показалось, что она искренне верила в это. Как верила в него, когда
восемь лет назад отдавала ему ребёнка, родившегося от директора цирка.
Мать с дочерью вышли. Старый Грустный клоун прекрасно понимал, что
не увидятся они больше никогда.
Следующей ночью он плохо спал. В голове его было только Валино
круглое личико, по которому тихо текли и текли слёзы, а он ничего не мог
сделать, кроме как стоять и смотреть. Он готов был защитить её от любой
опасности и любой боли. Но не смог спасти ни её, ни себя от боли расставания
после восьми лет чистейшей любви, которую он больше никогда и ни с кем не
испытает. Когда Алексей Алексеевич уснул, во сне его ждала одинокая церковь
на окраине его родного города и крики матери, зовущие его ужинать. Со службы
возвращался отец. И Алексей Алексеевич с криком «папа!» бросался к нему на
шею. Но голос не был его. Это кричала девочка, вырывающаяся из маминых рук
на пороге его квартиры.
В это самое время в поезде до Ленинграда, пока мать крепко спала на
соседней полке, Валя перечитывала дневник. За окном мелькали огни
отдаляющегося города. Руки её отчаянно сжимали крестик на шее, мяли в руках
милый сердцу портрет. Последняя запись в тетрадке была такая: «Большевики
стучат в ворота обители. Требуют: «Алексея Белова! По приказу Ревкома – к
ответу!». Сердце упало. Знать, сын мой, в гневе своём, наделал дел в том уезде.
Значит, мне идти за него. Разъяснять. Пойду, куда меня поведут. Ничего более
мне не страшно. Нет ничего лучше для сердца, чем помочь своему сыну по мере
возможностей. Надеюсь, Лёша далеко и в безопасности. Да пребудет с ним Бог.
Аминь».
– Аминь, – произнесла Валя, проваливаясь в сон и наблюдая за
раскрывающимся перед ней сияющим куполом цирка.
______________________________________________________________
Хадеев Георгий
Как можно писать о науке?
Он стал поэтом – для математика
у него не хватило фантазии
Давид Гильберт
Я очень люблю читать. Следовательно, писать о прочитанном тоже обычно не
составляет для меня труда. Именно поэтому я нередко участвую в серьезных
литературных конкурсах. «На благо Родины» - один из любимых, но в этом году пробежав
глазами по строчкам положения, удивленно отметил для себя новую номинацию. Наука?
Нет, эта тема явно не для меня.
Завтрак, несколько пар в университете, вечер. Улегшись на диване с книжкой в
руках, я поймал себя на мысли, что не могу избавиться от непонятного раздражения,
вызванного неожиданным появлением научной темы в творческом конкурсе.
Зажмуриваюсь на мгновение - и продолжаю читать. Странный рассказ о счастливом
прошлом лирического героя. Здесь надо поразмышлять… Обхватив голову руками,
задумываюсь о том, в чем же для меня заключается счастье? Хмм… Уж никак не в науке!
Более странного повода для размышлений, пожалуй, не найдешь. Еще около часа листаю
страницы любимых книг, ищу вдохновения и к полуночи совершенно ясно понимаю: я
пишу о науке!
Говоря откровенно, в мире огромное число людей, которые боятся языка научных
символов и цифр. Я, с чистой совестью относящий себя к гуманитариям, часто прошу
старшего брата, связавшего свое будущее с физикой, объяснить мне какую-то сложную
тему «без формул». Помню, что это всегда злило его: он сравнивал меня с пациентом,
которому необходимо удалить аппендицит, но при этом тот просит врача обойтись без
операции. Да, пожалуй, периодически нужно-таки прибегать к этим непонятным, на
первый взгляд, цепочкам из символов и букв. Тем не менее, нельзя отрицать наличие
вечного спора или даже противостояния науки, искусства и их представителей. Это
проявляется даже в бытовых вопросах. Порой брат, неделями бьющийся над сложнейшей
задачей, так мне и говорил: «Тебе легко: выбрал тему – написал сочинение, а кто-то всю
ночь уравнения выводил». Я, конечно же, не соглашался, пытался доказать, что выражать
свои мысли порой сложнее, чем подставлять циферки в уже придуманные формулы.
А совсем недавно мне на глаза попалось интервью нобелевского лауреата Джона
Нэша, в котором великий математик отвечал на вопрос: не странно ли ему заниматься
вещами, которые, кроме него, в мире понимают не более трех человек? Предвосхищая
ответ ученого, я готовился прочитать об отсталости и общедоступности писательского
продукта, о величии настоящей науки. Каково же было мое удивление, когда я увидел
следующие слова: «Меня могут понять, по крайней мере, три человека, да. У нас есть
систематизированный язык для этого общения. А другого человека – например, вас –
вообще никто не может понять, именно потому, что вы не можете себя формализовать».
Стоп! То есть как это никто? Мы пишем на понятном языке, говорим о простых
человеческих вещах, а тут такое. Хотя, с другой стороны, писатели, поэты, художники –
все они, подобрав нужные слова и краски, могут поведать собеседнику о том внутреннем
мире, который не виден невооруженным глазом. Невозможно ошибиться, описывая
одному тебе ведомые чувства и переживания. В то же время ученые действуют с
точностью до наоборот. Они находят невероятные явления внешнего мира и делают их
доступными для внутреннего восприятия, превращают в умопостигаемые законы, которые
должны действовать без ограничений и стать понятным инструментом для дальнейшего
научного познания.
Для человека, далекого от науки, она становится чем-то вроде магии.
Действительно, как можно иначе назвать действие, когда математик или физик, не выходя
из комнаты, просто написав на бумаге пространное заклинание из неведомых нам
символов, вдруг узнает положение далекой звезды и может даже описать ее свойства. Это
порождает волнительные чувства, когда, с одной стороны, мы прикасаемся к чему-то
неизведанному, а с другой – осознаем, что прав был Энштейн, когда говорил: «Самое
непостижимое в этом мире – это то, что он постижим». При этом математические
открытия всегда остаются чем-то внезапным. Сравним их, к примеру, с языками разных
народов, которые развиваются на протяжении веков, очень медленно и неохотно
принимая в себя изменения и не терпящие революций в своих рядах. Нельзя, проснувшись
утром или бродя по маленькой улочке, вдруг осознать, что прекрасно понимаешь
«заумный» язык, придуманный А. Крученых, и можешь с легкостью объяснить значение
строчек:
Неужели в меня вселилось бритвенное Бри – Бри,
Луча бурунов яды
И стрекоча стрекалом.
При этом в науке вполне вероятен случай, когда исследователь в один момент
осознает, что гравитацию лучше описывать матрицами, а не одиночными числами. Итак,
она стремительна и внезапна. Странноватое, на мой взгляд, описание науки, но все же это
так!
Помимо этого, нельзя не удивляться «всепроникающей» природе науки. Ведь она
стремится познать не только наш, но и другие возможные миры, приложить известные ей
формулы и законы ко всем, без исключения, реальностям. Раньше я считал таким же
безграничным и искусство, но недавно задумался о том, что воображаемые события не
всегда возможны даже в воображаемых мирах. Возьмем, к примеру, сюжет «Гамлета» и
попытаемся представить, что где-то в параллельной реальности мужские и женские
персонажи поменялись местами. Смогла бы теперь главная героиня поехать учиться в
университет? Более того, теперь женский образ Гамлета должны окружать не друзья, а
подруги, в связи с чем, даже «превратив» Офелию в мужчину, мы вряд ли сможем в конце
произведения стать свидетелями дуэли. Так-так, в стремлении противопоставить науку и
искусство меня уже понесло в параллельные миры. Надо останавливаться. На самом деле,
есть множество примеров, когда наука и литература объединяются на страницах одной
книги.
Примерно такую «идиллию» содержит знаменитый роман Д. Гранина «Иду на
грозу». В нем ученый ведет постоянную борьбу с собой, с окружающим миром, проявляя
одновременно человеческие слабости и неимоверные усилия воли, чтобы оставить свой
след в истории, чтобы ответить на мучавшие его вопросы. Ученый! Человек! Ценность и
истинная сила этих слов открывается нам каждой новой строкой. Кто же они – эти герои?
Поодиночке они просто люди со своими переживаниями и страхами, невзгодами и
трудностями, а вместе они — Великая Сила, способная бросить вызов таинственной
Вселенной. Восторг! Величие! Вечность! Так художественное произведение становится
проводником в мир науки и законов развития мира.
Что же касается языка самой науки – формул и символов, то очевидным является
тот факт, что эти знания доступны далеко не каждому из нас. Но нужен ли этому самому
«каждому» перевод с загадочного языка, приведенный общедоступными фразами? Станет
ли нам проще, если мы потребуем от ученых поднять этот занавес, скрывающий сцену
научных открытий? Ведь далеко не любой человек, умеющий считать, может назвать себя
талантливым математиком, а наша способность запомнить какую-либо информацию не
всегда означает возможность ее по-настоящему понять. Надо сказать, что всегда найдутся
люди, полагающие, что «книга природы написана на языке математики», а их противники
будут настаивать на том, что это сами люди придумали сложный язык для описания всего
происходящего вокруг. Но, как бы то ни было, нельзя не согласиться с тем, что в
современном мире без загадочных формул невозможно представить себе эффективное
развитие науки. А вот что будет в будущем? На этот вопрос смогут ответить, пожалуй,
только Ученые. Что же касается меня, боюсь, что, подобно ученику знаменитого Давида
Гильберта, мне придется остаться поэтом - для математика у меня не хватает фантазии.
______________________________________________________
Якименко Вероника
Я не люблю говорить о войне
Я не люблю говорить о войне, чего никак не скажешь о моем младшем брате.
Создается впечатление, что в свои тринадцать лет Коля прочитал все книги и посмотрел
все фильмы, касающиеся событий Великой Отечественной войны.
Вот и сейчас, не успели гости переступить порог, как он тут же потащил всех
рассматривать старый альбом с фронтовыми письмами и фотографиями. Мне тоже
доводилось несколько раз пролистывать страницы семейных архивов, но дела давно
минувших дней, на мой взгляд, должны оставаться в прошлом.
В комнату заглянула мама.
- Вероника, а ты почему не встречаешь гостей? – удивленно спросила она.
- Я уже тысячу раз слышала все его истории, - со злостью бросила я в ответ, -
надоело хуже горькой редьки.
- Нельзя так, - мама покачала головой, - это же наша семья, кому как не нам
хранить о ней память?
Мама вышла, а я, сердитая на весь мир, осталась сидеть в кресле-качалке.
Подтянув под себя ноги, я с головой закуталась в одеяло. Кажется, это самый лучший
способ доказать себе, что ты самый несчастный человек в мире. Прошло, как мне
показалось, не более пяти минут. Темно и душно. Так долго не пролежишь. Я сбросила
плед и попыталась встать на ноги. Но все мое тело как будто сковало сном, я с трудом
двигалась, а в ушах немного звенело.
В этот момент я увидела, что в комнату вошел младший брат. Сразу бросился в
глаза его странный вид. На нем была длинная рубашка из грубой ткани и разорванные
на коленях штаны. Единственной достоверной приметой осталась привычка морщиться
перед тем, как сказать что-то важное. Но сейчас, привычно сморщив веснушчатый нос,
он призывно махнул рукой и молча вышел из комнаты.
Думая, что его послала за мной мама, я нехотя поплелась следом.
- А где все? – вырвалось у меня, как только я переступила порог комнаты.
Мы были явно не дома. Выйдя на улицу, мы очутились на огромном поле.
Вокруг стоял невообразимый шум, даже не знаю, как я могла не слышать его в доме.
Земля вокруг была покрыта рытвинами и огромными колеями. Неподалеку
расположились несколько танков. Я не разбираюсь в их разновидностях, но сразу же
поняла, что перед нами советские Т-34 со звездами на бортах и немецкие громадины с
черными крестами.
Взрыв! Еще один! Вот уже несколько танков объяты огнем. Вдруг откуда-то
выскочили два молоденьких солдатика и бросились к горящему танку.
- Откуда здесь люди? – невольно подумала я. – Здесь все поле боя должно
принадлежать железным монстрам, извергающим огонь! Людям здесь не место!
- Ваня! – донеслось сквозь шум битвы. – Тяни сильнее!
Я видела, как красноармейцы вытаскивали из люка экипаж погибшего танка, как
переносили товарищей на руках подальше от опасного места.
- Обрященко, доложить обстановку! – гаркнул кто-то практически рядом со
мной.
Совсем близко пробежал один из двух спасителей, на мгновение нас обдало
запахом гари. Я оглянулась и увидела, что он докладывает что-то суровому офицеру в
потертом мундире. Фамилия бойца показалась мне знакомой. Я вопросительно
посмотрела на брата. Тот укоризненно покачал головой.
Где-то совсем рядом грохнуло так, что вокруг затряслась земля. Я присела,
зажмурилась и инстинктивно закрыла голову руками. Через пару минут я осмелилась
открыть глаза и поняла, что снова не узнаю места, в котором была ранее.
Здесь было тише, хотя со всех сторон доносились звуки выстрелов. По поляне
носился мой брат, то и дело подбегая к солдатам, получившим ранения. Он помогал
добраться до окопов тем, кто был легко контужен и вытаскивал с поля боя бойцов,
которым требовалась помощь медиков. Суровый врач в сером халате хмурился, глядя на
его подвиги.
- Молодчина, Коля, весь в отца, - улыбнулась мальчику молоденькая
медсестричка, потирая озябшие руки.
- Откуда они знают моего брата? – изумилась я. – И как он попал на поле боя?
Ведь я думала, что здесь все ненастоящее, как во сне.
- Ко-оля-я, - позвала я брата.
Он не отзывался и даже, как будто, не слышал меня. Я подошла ближе, но брат
смотрел сквозь меня, жмурясь на свету. Я присмотрелась и к своему удивлению поняла,
что этот мальчик – не мой брат. Они были очень похожи. Та же белобрысая челка,
рыжие веснушки на носу, манера морщиться перед тем, как сказать что-то важное. Но
он был намного выше ростом, пожалуй, даже старше меня. Совсем запутавшись, я не
придумала ничего лучшего, чем разреветься. Всхлипывая, я размазывала по лицу
застилавшие мне глаза слезы.
В этот момент я почувствовала, что кто-то настойчиво трясет меня за плечо.
- Вера, ты чего? – младший брат смотрел на меня испуганно.
Я оглянулась по сторонам и с облегчением обнаружила, что наконец-то
вернулась домой.
- Коленька, это ты? – закричала я. – А там, значит, не ты…
- Где там? – совсем запутался братишка.
- Ну, там. Там война, и Обрященко, и мальчик, жутко на тебя похожий, -
затараторила я.
Вскочив, я обняла изумленного брата.
- Тебе сон страшный приснился? – рассудительно спросил он, не найдя другого
объяснения.
Я рассказала брату обо всем, что со мной произошло.
- Эх ты, - вздохнул Коля, - Ивана Яковлевича не узнала?
- Кого?
- Ты же столько раз встречалась с ним в школьном Музее Боевой Славы, – снова
вздохнул брат.
И тут меня осенило. Тот самый седой ветеран и молоденький боец из моего
видения – один человек. Мы не раз встречались, он рассказывал истории из фронтового
прошлого. А я, получается, слушала и не слышала?
- А мальчик? Тот, который вылитый ты?
Коля молча вышел из комнаты. Через пару минут он вернулся и протянул мне
старую фотографию, на которой улыбался молодой мужчина, как две капли воды
похожий на моего брата.
- Знакомься, - усмехнулся брат, - наш прадед Николай. В войну он был совсем
мальчишкой и помогал в уходе за ранеными солдатами.
Густая краска залила мои лицо и шею. Как можно было так глупо себя вести?
Ведь я их знала, видела, разговаривала с ними, держала за руку. А мои дети?
Получается, что у них не будет такой возможности, а я и рассказать-то ничего не
сумею? Совершенно нельзя было этого допустить.
- Рассказывай, - строго сказала я брату, - как к вам в экскурсоводы Музея Боевой
Славы попасть?
И взялась за старые письма и заметки военных лет…
Благодаря этому событию я поняла одну очень важную вещь. Да, я по-прежнему
не люблю говорить о войне, но и молчать о ней я просто не имею права!
__________________________________________________________________
Фролов Илья
Семейная история
Время летит очень быстро и незаметно, оставляя за собой лишь маленькую
нить прошлого, что связывает настоящее и будущее в жизни людей. Этой
нитью является память о наших победах и поражениях, счастливых секундах
и печальных часах, любимых и незабытых родственниках.
Многие люди считают, что воспоминания о чем-либо – это просто
слова и ненужная информация. Такие, как они, часто имеют
самовлюбленный и эгоистичный характер. Люди с таким складом ума
нередко становятся богатыми и самодостаточными. Но, к сожалению, а
может быть, к счастью, они навсегда останутся одинокими странниками в
поисках того, что уже не найдут.
Память о прекрасных моментах не даёт человеку затеряться в мире
бытия. Она не позволяет нам остаться одинокими. Пока мы помним наших
близких, они продолжают жить в наших сердцах!
К сожалению, очень печальная история случилась много лет назад с
моим родственником. Вы спросите: «Как я узнал об этом?». Отвечу, что эта
история случилась с моим прадедушкой. Потом она много лет передавалась
из уст в уста и дошла до меня. А теперь ваша очередь узнать всё в
подробностях.
Май 1941 года. Мой дедушка спокойно заканчивал восьмой класс
сельской школы. Ещё не подозревая, что на летних каникулах он и его
друзья не будут веселиться как прежде…
22 июня того же года фашистская Германия напала на Советский
Союз. Отцы моего деда и его друзей ушли на фронт защищать свою страну.
Почта обменивала письма: одни шли с поля боя, а другие, что писали
сыновья и матери, доставлялись солдатам для поддержания воинского духа!
Впоследствии, дедушка рассказывал моему папе, что он не спал ночами,
очень переживая за своего отца- Фролова Василия Никифоровича.
Шли часы, дни, недели, пронеслось несколько месяцев. В начале
октября бойцы, получившие ранения, должны были вернуться домой для
восстановления сил. И когда подошел военный эшелон, почти вся деревня
стояла на платформе, ожидая своих родных защитников.
- Папа! Он вернулся! Спасибо, боже! Мой отец жив! Ура! – слышалось
со всех сторон. Радостные крики детей были наполнены множеством эмоций.
Одни ребята плакали от счастья, другие обнимали пап, да так крепко, боясь,
что они снова сейчас уедут!
- Но где же мой папа… - спросил дедушка. Волнуясь, что больше
никогда не увидит любимого отца, он вырвался из крепких материнских
объятий и побежал по перрону станции. Заглядывая в каждый вагон, в
надежде найти родное лицо.
Оббежав последние шесть вагонов, он потерял веру, сел на холодную
каменную платформу и заплакал. Мама прижала к себе плачущего сына и
стала шептать ему утешительные слова. В этот момент к ним подошел
капитан и вручил письмо от прадедушки, сказав: «Он просил передать это
письмо вам и сказать, что он скоро вернётся!» – доложил капитан. Фроловы
стали спешно открывать конверт, в котором было написано: «Мои дорогие и
любимые, я скоро вернусь домой. Получил ранение в бою, нахожусь в
госпитале. Ждите! Целую и обнимаю!». Прочитав, они пошли домой и стали
молиться за здоровье отца.
Месяцы, предшествующие описанному, прожитые без родного
человека, дали о себе знать. Дедушка Юра стал хуже учиться, а его мама
перестала вязать теплые носки из шерсти. Всё это время семья Фроловых
жила только благодаря памяти!
Грустными вечерами мама вспоминала, как счастливы они были, гуляя
по лесу и купаясь в речке. Мой дед помнил, как папа учил его кататься на
велосипеде. Только память помогла не потерять надежду и веру, в которой
они нуждались.
И вот, в начале осени 1942 года пронеслась по деревне весть, что идет
военный эшелон. Дедушка с мамой пришли встречать своего героя. Но…
Вместо папы их снова встретил тот самый капитан, и не сказав ни слова, а
только проронив горькую слезу, он протянул похоронку, где было написано:
«Фролов Василий Никифорович, рядовой, пропал без вести».
Василий Никифорович Фролов служил в десантно-разведывательных
войсках. Однажды группу десантников, в числе которых был мой прадед,
отправили в сторону Ростова. Высадились они в Краснодарском крае. После
чего, ни писем, ни вестей от него не было…
В книге памяти, которая находится в школе села Федоровка, рядовой
Фролов числится, как пропавший без вести в августе 1942 года.
Память о герое Василии Никифоровиче до сих пор живет в наших
сердцах. Ведь память – это лучшее, что может оставить человек после себя.
Каждый раз, слыша данную историю, мне хочется плакать. Моя мама
начинает обнимать меня крепко-крепко, а папа, молча, скорбит.
На самом деле, память – это намного больше, чем мы можем себе
представить. Пока мы живы и помним наших героев, отдавших свою жизнь
ради мирного неба – они будут жить в наших сердцах. Скорбим, помним и
чтим!
____________________________________________________
Селиверстова Айдария
Сердце сына
Николай с даже несколько забавной осторожностью взял в руки письмо. Оно имело совершенно нетоварный вид: всё потрёпанное, порванное, затёртое, кое-где испачканное грязью. Однако это письмо было бесценной драгоценностью, ведь оно… Николай с трепетом поднес письмо к лицу и поцеловал его пожелтевшую бумагу. Ведь это письмо от его мамы. Юноша оторвал взгляд от бумажки в своих руках и повертел головой. Николаю хотелось найти более-менее тихое местечко посреди довольно оживленной комнаты, где такие же солдаты, как и он получали письма от своих родственников, друзей, знакомых. Юноша обвел взглядом помещение и наткнулся взглядом на пустующее место у стены. Николай обрадовался. Ему несказанно повезло найти такое место. Он немедля направился к примеченному местечку и вот уже спокойно расположился на полу у стенки. Внимание Николая вновь переключилось на письмо. Он с любовью посмотрел на него и нежно, затаив дыхание, начал разворачивать желтоватую бумагу. Потрепанные кончики легко отвернулись, и внутри рассыпался мелкий, прыгающий почерк матери. Юноша улыбнулся и тут же с головой ушёл в чтение. Его лицо не покидало умиротворенное и счастливое детское выражение. Николай по несколько раз перечитывал каждую строчку, каждое предложение, будто пробовал на вкус каждое слово. Сильно увлёкшись, он даже не заметил, как пролетело отведенное время. Впереди ждали тяжёлые тренировки. Николай вздохнул, аккуратно свернул письмо и тяжело поднялся. Немного позже юноша отнес письмо к своим вещам, где уже лежало несколько, буквально истертых до дыр постоянными перечитываниями писем. Всю последующую неделю солдаты были погружены в серьёзную подготовку к бою. Это было очень изнурительно. У Николая совсем не было времени , разве что пред сном юноша мог уделить минутку, чтобы просто коснуться рукой шершавой поверхности писем мамы. Сил и времени, чтобы их перечитывать у Николая не было, но ему хватало и этого. Когда же юноше всё же удавалось торопливо вчитаться в мелкий мамин почерк, его лицо будто озарялось, глаза загорались. Он чувствовал прилив сил и умиротворения, чувствовал поддержку любимой мамы и знал наверняка, что он сможет всё. С каждым днём все ближе становилось важное сражение. Голову Николая раздирали сотни мыслей, хотя, казалось, что и думать то было некогда. Юноша на секунду прислонился к стене и приложил руку ко лбу. «Война», – мелькало в его голове.
«А что если я умру?» «Я умру?» Николай вздохнул. Он постоял ещё несколько секунд и поспешил по делам. Вечером совсем не хотелось ложиться спать, потому что следующий день приближал их к бою. Конечно, как истинно русские люди, все поддерживали друг друга, пытались помочь чем могли, тихонько выговориться, излить наболевшее. Поддерживали друг друга, хотя у самих на лицах лежала тень усталости и тревоги. Каждый не по одному разу подумал: «Вернусь ли я?» До сражения оставалось немного времени, но вот наступил долгожданный «день писем». Солдаты с несколько посеревшими и постаревшими лицами собрались в большой комнате и обступили принесшего письма. Николай знал, что сегодня вряд ли прийдет письмо от мамы, но он за компанию зашёл в этот зал. Юноша пришёл одним из первых, поэтому спокойно занял место в уголке. Николай зажмурил глаза от солнечных лучей и, обхватив руками колени, тревожно вдохнул свежий воздух. «До чего же хорошо жить», – пронеслось в голове. Солнце нежно играло с черными волосами юноши, бегало по красивым чертам лица, прыгало по чистой одежде. Николай слегка задремал, как его толкнули в плечо. Спросонья он всё никак не мог сообразить, что хочет от него товарищ, а потом понял. Ему принесли письмо. Юноша вначале очень удивился, но затем по всему телу вместе с солнечным лучами начала разливаться такая простая, детская радость. Николай вскочил и чуть ли не бегом подошел к тому, кто раздавал письма. В руках юноши тут же оказалась маленькая желтоватая бумажка. Николай придал её к груди и вернулся в свой уголок. Улыбка не покидала его лица. Юноша, словно по традиции, поцеловал письмо и осторожно развернул. «Я люблю тебя, сынок. Возвращайся живым и здоровым…» – бросилась Николаю в глаза строчка. «…Возвращайся живым и здоровым…» Юноша неосознанно перевел взгляд на окошко, из которого струились золотые солнечные лучики. Николай улыбнулся. Ну конечно. Он обязательно вернется, ведь дома его ждет и любит мама. Юноша со спокойной душой продолжил читать, вычитывать, чуть ли не учить наизусть каждое слово. Через пару дней солдаты были отправлены в битву. Николай был спокоен. Он выживет. Он вернётся. К маме. После боя. Николай спал. Однако его сон был неспокоен. Вокруг юноши и ещё многих других солдат хлопотали врачи и медсестры. Раны давали о себе знать постоянной болью. Николай приоткрыл глаза, но тут же закрыл, зажмурившись от нахлынувшей боли. Увидев, что юноша очнулся, вокруг него засуетились ещё больше: спрашивали о самочувствии, старались отвлечь от боли разговорами. Николай на всё отвечал как через дымку, через сон. Юноше было больно и хотелось спать… «Письма пришли!» – раздался в коридоре громкий бодрящий голос. «Письма?» – всю сонливость как рукой сняло. Как там мать? Николай попытался приподняться, но бдительные медсестры его остановили. Однако долго ждать всё равно не пришлось, и вскоре к счастью здоровые руки юноши упало маленькое, совсем крошечное письмецо. На лице Николая снова появилось выражение детской радости. Его глаза словно ожили, а руки ловко развернули желтоватую бумажку. Мама Николая рассказывала сыну о своей немудреной жизни, о том, как любит его, своего сына,
желала ему удачи и здоровья. Ничего нового или необычного, но это было всё, в чём сейчас нуждался юноша. «Ну конечно я поправлюсь», – думал он. «Вот выздоровею и съезжу к маме. Война почти закончилась», – решил для себя Николай и уснул. А через некоторое время он действительно поправился. Добраться до своего дома – была не самая простая задача. Николай изрядно намучился. И вот уставший, но безмерно счастливый стоял у родной покосившейся калитки. Маленький домик сутуло привалился к засохшему дереву. Зелёная трава слегка трепетала на свежем, но приятном ветру. Николай сжал рукой ремень дорожной сумки и тихо направился к дому. Каждый шаг по родной земле отдавались в сердце юноши. Каждый глоток родного ветра запечетлялся в лёгких. Николай затаил дыхание и несмело постучал в такую родную, крепко знакомую с детства деревянную дверь. На секунду, казалось, во всем мире воцарилась тишина. Раздались шаги. Они были всё ближе и ближе, вот дверь со скрипом открылась и… На пороге стояла тетя Николая. Юноша чуть ли не плача от радости бросился её обнимать. Тетя вытирала слезы счастья и сжимала в ослабших руках племянника. Однако она почти сразу опомнилась и повела юношу в дом. Николай радостно ворвался на кухню в страстном ожидании встречи с матерью, но там царила лишь холодная чистота. Юноша обернулся и вопросительно посмотрел на тетю. Она поняла его без слов, но в ответ лишь наклонила голову, а потом негромко произнесла: «Она переехала, мы немного позже сходим к ней». Николай был недоволен, но всё же нехотя кивнул. Весь день тетя хлопотала по хозяйству, пыталась накормить племянника, постоянно расспрашивала про военную жизнь. Юноша с охотой рассказывал, помогал, но постоянно спрашивал про мать. Однако в ответ получал лишь неизменное: «Сходим к ней позже». В итоге это «Сходим позже» плавно перешло в «Сходим завтра». Николая это окончательно разозлило, но он не показал виду. На следующий день лучи солнца робко поднялись из-за гор. Когда юноша проснулся, тетя уже трудилась на кухне. На столе вскоре появился ароматный завтрак. Пожелав друг другу доброго утра и перекинувшись парой фраз, они молча позавтракали. «Сходи, нарви цветов, пойдем к твоей маме», – проронила тётя. Юноша ужасно обрадовался и с детским задором выбежал за ограду. У обочины рассыпались белые душистые цветочки. Николай нежно сорвал целую охапку и с улыбкой на пол лица побежал к дому. На пороге уже стояла тетя. Она взяла племянника за руку и они молча зашагали по заросшей тропинке. Вокруг благоухали цветы, мелькали разноцветные бабочки, светило солнце, ветерок игриво бегал по макушкам деревьев. Николай зажмурился от переполнявшего сердца восторга. Мягкая трава ласково переплеталась под ногами. Дорога завернула и перед юношей раскинулось кладбище.
«Дорога идет через кладбище?» – спросил юноша. Тетя ничего не ответила.
«Как разрослась деревня!» – сам себе ответил Николай.
Через несколько десятков шагов тетя завернула в неприметный светлый уголок.
«Разве нельзя пройти по прямой?» – удивился юноша.
«Не стоит», – отрывисто произнесла тетя.
«Мы уже пришли».
Николай повернулся к покосившемуся деревянному кресту и замер.
«Мама?» – спросил он в пустоту.
«Да. Теперь она живёт здесь», – срывающимся голосом ответила тетя.
У юноши подкосились колени и он упал на теперь казавшуюся холодной и серой землю. Он не хотел в это верить. Он… Николай не плакал. Ему казалось, что он не мог плакать. Сердце юноши будто засохло. Посерело. Он, как в бреду поднялся, потом снова сел, затем вдруг вспомнил про букет в своих руках и глупо посмотрел на него. Потом на могилу. Только через несколько секунд до него дошло такое простое действие, как положить букет на могилу. Николай сел на колени и дрожащими руками возложил цветы. Подул свежий, даже холодный ветер. Он остудил и прояснил голову юноши. Николай обернулся, однако тетя уже ушла. Видимо прошло уже довольно много времени. Юноша поднял глаза к небу. Оно было таким чистым и красивым… Вечер печально опустился на маленький покосившийся дом. Николай и тетя сидели за столом в сумрачной кухне. Юноша весьма заинтересованно смотрел на воду в своей кружке. Вдруг резко спросил: «Когда это случилось?» Тетя сразу поняла, что он спрашивает о смерти матери.
«Три месяца назад», – тихо сказала она. Николай молча уткнулся. Уставился в стену. «Три месяца назад», – крутилось в голове. «Так давно…» Стоп. Три месяца назад? Но… Это не правда! Николай нахмурился. Он же постоянно получал письма от мамы. И последнее было не больше недели назад
«Когда это случилось?» – со злостью повторил он свой вопрос.
«Три месяца назад», – повторила тётя.
«Ты врёшь!» – раздраженно закричал юноша.
«Почему это?» – пришло время раздражаться тете.
«Мама постоянно писала мне!» – ответил уже более спокойно Николай.
«А это…» – из глаз тети вдруг покатились слёзы. Она подошла и крепко обняла племянника. Юноша в ответ недоуменно посмотрел на него.
«Пойдем» – совсем тихо сказала тетя и направилась в свою комнату. В небольшой комнатушке в уголке тоскливо стоял маленький шкафчик. Тетя осторожно выдвинула самый верхний ящик. В нем лежали так хорошо знакомые Николаю письма его матери. «Твоя мама тяжело заболела. Она знала, что не сможет вылечится. Каждый день сидела и писала для тебя письма. Надеялась, что ты вернёшься…» – тетя говорила короткими предложениями. Рвала слова. На её глазах периодически выступали слезы. Николая же новость повергла в шок. Он просто не мог поверить. Как так? Получается он радовался просто мертвым, запланированным бумажкам? Ах, если бы он знал, что матушки больше нет… Не стоило и возвращаться. «Зачем я выжил? Чтобы вернуться и узнать это всё???» Николай от потрясения не мог сдвинуться с места. Он молча стоял посреди комнаты. Его голову ломало множество мыслей. Именно поддержка матери помогла юноше выжить, выздороветь, вернуться, но… нужна ли теперь эта жизнь?
____________________________________________________
Лаврова Зарина
Свеча
Тихо свеча утирает
Слезы из воска платком.
Вторя ей, горько вздыхает
Вьюга за старым окном.
Тонкие девичьи руки
Держат бумаги листок.
Вечная горечь разлуки
Без стука взошла на порог.
Девушка тихо привстала,
Скинув с плеч старую шаль.
Вьюга снаружи стонала,
Скорбь унося свою вдаль.
Девица встала к окошку,
Крепко послание сжав.
Смерть, словно черная кошка,
В дом залетела стремглав.
Снежные буйные вихри
С фронта в деревню пришли.
Смех и веселье затихли -
Вести с войны замели.
Вьюга рисует на раме
Милый, знакомый портрет.
Его освещает огнями
Свечки заплаканной свет.
Руки, дрожа, распахнули
Грубые створки окна.
Грянули крики, как пули,
Пала в ночи тишина.
«Ложь, будет наше свиданье!
Жив на века милый мой!..» -
Девушка пала в рыданиях,
Данных злодейкой - судьбой.
Тихо свеча проливает
Воск, будто белую кровь.
Войны в сердцах убивают
Светлую веру в любовь.
_______________________________________________________
Власова Дарья
Курган памяти
Послушай ветры над Саур-Могилой,
И ты поймёшь, кто эту землю спас,
Чьё мужество в боях освободило
Врагу не покорившийся Донбасс.
Серебрянский Ф.Д.
Если вы любите необъятный простор, пение ветра, музыку сверчков,
курлыканье птиц, запах степных трав, тогда приглашаю на Донбасс. Это мой
родной край! Здесь живут самые смелые, самые стойкие, самые трудолюбивые
люди! Много прекрасных уголков есть на нашей священной земле, но я
познакомлю с местом, к которому никогда «не зарастёт народная тропа».
Саур-Могила… Эти слова звучат как древний зов, как эхо, доносящееся из
глубины веков. Это не просто курган, не просто холм на бескрайних просторах
донских степей. Это живая летопись, овеянная легендами, пропитанная кровью
предков, ставшая символом стойкости и несгибаемости духа. Место, где
сливаются прошлое и настоящее, где земля хранит память о героях и трагедиях.
Саур-Могила – это не просто часть родного края, это его сердце, бьющееся
в унисон с биениями истории. Величественный курган, возвышающийся над
степью, издалека привлекает взгляд, заставляя остановиться и вглядеться в даль,
где, как кажется, сливается небо и земля. И в этом слиянии кроется нечто
глубокое, что затрагивает самые сокровенные струны души.
Очерки о Саур-Могиле часто начинаются с описания её внешнего вида, но
истинная её суть раскрывается в исторических событиях, которые проходили на
этой святой земле. Именно здесь переплелись судьбы множества народов:
скифов, кочевников, казаков, солдат Великой Отечественной войны. Каждый, кто
ступал на эту землю, оставлял здесь частичку своей души, свою молитву, свою
боль или свою славу.
Есть что-то мистическое в этом месте, словно сама земля здесь говорит с
нами. Говорит о стойкости, о жертвенности, о борьбе за свою землю, за свободу.
Здесь, на вершине кургана, чувствуешь себя ничтожно малым перед лицом
вечности, но в то же время – частью чего-то великого.
Слова известных поэтов, обращенные к родным просторам, обретают здесь
особую силу! Иван Бунин пронзительно писал о родной земле:
Родина! Родная земля!
И в сердце, и в душе,
Отчизна, Россия, Родина!
Ты – лучшая на земле.
Именно эти строки, кажется, обретают здесь, на Саур-Могиле, своё
наиболее полное воплощение. Здесь, стоя на вершине, ощущаешь глубокую
связь с этой землей, её историей, её народом.
Саур-Могила хранит в себе и вечность, и боль, и тишину. Здесь, среди
ветра, шелестящего в траве, кажется, можно услышать голоса тех, кто когда-то
боролся за эту землю, кто мечтал о мире и свободе.
Саур-Могила, с её бескрайними просторами и древней историей,
становится символом этого «заброшенного» и «убогого» края, который, тем не
менее, наполнен особой, неповторимой красотой и силой. Здесь, на этой земле,
человек чувствует себя связанным с природой, с её циклами, с её вечным
движением.
С чего всё началось? Народные легенды XVII века прославляют храбрых
казаков, одним из которых был Саур. Здесь стоял сторожевой казацкий пост,
который зажигал смолу в случае набега врага. В неравном бою погиб Саур.
Похоронили героя на этой высоте и по своему обычаю на его могиле шапками
насыпали большой курган, который стали называть Саур-Могилой.
Курган как ландшафтная доминанта издревле служил ориентиром. В XX
веке, особенно в годы Великой Отечественной войны, СаурМогила приобрела
стратегическое значение: здесь проходили кровопролитные бои, многие воины
похоронены прямо на склонах кургана.
Высота стала главным опорным пунктом на Миус-фронте. 29 августа 1943
года началось освобождение Саур-Могилы. Несколько разведчиков под
командованием младшего лейтенанта Шевченко, прошли через все заслоны
врага в ночь на 30 августа и водрузили красный флаг на высоте. Их подвиг
застыл в бетонной скульптуре пилона, посвящённого всем бойцам стрелковой
дивизии, который вы первым увидите, когда приедете на Саур – Могилу и
будете идти по аллее к основному памятнику-воину, который возвышается на
высоте 277,9.
На пилоне фигуры смельчаков-разведчиков взвода Г.П.Шевченко, как
живые. Невольно наворачиваются слёзы, смотря на лица защитников родного
края. Вот он мужественный, с большой силой воли младший лейтенант, который
навсегда остался таким молодым и привлекательным. Он поражает нас не только
внешне, но прежде всего внутренними чертами характера, своим патриотизмом,
верой в свой народ. Вечно будет держать в руке этот красный от собственной
крови флаг - символ Победы. Рядом с ним его шестеро боевых товарищей. Их
взгляды смелые, открытые, направленные вперед на врага. В глазах не видно ни
капельки страха. Воины подставили свою грудь, рискуя собой, но закрыв других.
А «этих других» миллионы, которые сегодня живут в покое, мире и согласии.
Авторы памятника правдиво отразили одежду воинов, орудия: кто с пистолетом,
кто с ружьём, кто с гранатой следует на врага. Силы были неравными, мы это
чувствуем, но эти смелые мужчины выстояли. По губам одного из воинов
поколение за поколением будет читать: «Ура!» Так в постоянном движении
«Вперед!» застыли воины-освободители Донбасса и всей Родины. Низкий
поклон вам!
Продвигаясь вперёд по аллее, увидите второй пилон, посвящённый
танковым войскам и моторизированной пехоте. Он состоит из трёх
композиционных групп. На пилоне изображен воин со связкой гранат, а также
гвардейцы под руководством командира, идущие в атаку.
Третий пилон посвящён артиллерии. На пилоне изображены миномётчики,
зенитчики, девушка-телефонистка, артиллеристы с орудиями.
Четвёртый пилон посвящён авиации, небесным защитникам родной земли.
Этот мемориальный комплекс, включающий памятник на вершине,
длинную аллею, вдоль которой расположены пилоны с барельефами воинов,
плиты с именами погибших героев, построили в 1975 году к 30-летию Великой
Победы.
Подвиг смельчаков 1943 года повторили бойцы Донецкой Народной
Республики в 2014 году, когда вновь чёрные вражеские тучи надвинулись на
наши земли. Именно тем летом вражеской артиллерией было всё уничтожено на
Саур-Могиле.
С 2014 года наши отцы, деды и братья защищают границы Донецкой
Народной Республики, проливается кровь смелых храбрый бойцов. В 2022 году
разрушенный Мемориальный комплекс Саур-Могила вновь восстал из пепла. На
десятки километров снова виден тридцатишестиметровый обелиск из гранита,
установленный на самой верхней точке кургана. Возле него многометровая
фигура советского воина с автоматом в поднятой руке. Спадающая с плеч плащ-
палатка вновь полощется на ветру.
К отреставрированным пилонам, на которых запечатлены танкисты,
артиллеристы, пехотинцы Великой Отечественной войны, добавились с
противоположной стороны аллеи три пилона с фигурами защитников
Новороссии. На них события наших дней и их герои.
На первом пилоне бетонная фигура в рост человека, в которой без труда
можно узнать Михаила Сергеевича Толстых (позывной «Гиви»), уроженец
Донбасса с грузинскими корнями, командир танка. Погиб в боях под Авдеевкой
в 2017 году.
Узнаваема фигура и Арсена Сергеевича Павлова (позывной «Моторола»), в
2014 году приехал защищать Донбасс, создал батальон «Спарта». Убит в 2016
году. За смелость и героизм в 2022 году посмертно награждён орденом
Мужества.
На третьем барельефе застыла фигура погибшего 3 августа 2022 года
командира ополчения Ольги Качуры, известной под позывным «Корса», которой
также посмертно присвоили звание Герой России и Герой ДНР. Дивизион
«Корса» с 2014 года уничтожал колонны противника, накрывал его опорные
пункты, защищая границы Республики.
На этом же пилоне портретная скульптура комбата «Спарты», Героя
России и ДНР, Владимира Артёмовича Жоги (позывной «Воха»). Он защищал в
2014 году наш родной Шахтёрск, где был ранен. Продолжал воевать до 5 марта
2022 года, погиб в Волновахе.
Эти события наполняют Саур-Могилу особым смыслом, делая её не просто
частью ландшафта, но и хранителем памяти и духа народа. Здесь, где земля
буквально пропитана историей, поэзия обретает особую глубину.
Римма Казакова о таких местах писала:
Как часто в жизни, уходя от боли,
Мы ищем место, где найдём покой.
Где ветер пропоет нам песни воли,
Где время остановит бег шальной.
И там, где холм, как древняя святыня,
Встречает солнце, провожает мрак,
Душа отчизны вечная отныне
Хранит забвенье, боль и славы знак.
Символическим сердцем комплекса является Храм-Часовня в честь
Святого Благоверного князя Александра Невского, воздвигнутая в память
ратного подвига воинов, защищавших эти места. Каждый обязательно заходит в
Часовню, молится за спокойный сон погибших героев, просит Всевышнего о
мирной жизни.
В современном мире, где так легко потерять связь с корнями и прошлым,
такие места, как Саур-Могила, приобретают особую значимость. Они служат
немым укором и призывом к сохранению исторической памяти, к почитанию
предков и к бережному отношению к земле, которая стала домом для многих
поколений. Это не просто холм, а живой организм, который дышит историей,
хранит тайны и передает послание будущим поколениям: цените мир, помните о
жертвах и будьте достойными своей Родины. Саур-Могила – это вечный маяк,
указывающий на неразрывную связь между человеком, землёй и историей,
призывающий к единству и памяти!
Приглашаю в гости на Донбасс!
______________________________________________________________________
Серкова Галина
Журавлинушка
Журавль – символ любви и верности.
Вечерело. Осень. На небе появились первые звездочки, воздух
стал холоднее, выйдя из автобуса, я решила идти домой тропинкой,
бегущей рядом с храмом Святого Духа. Быстро шагая мимо храма,
меня охватывали мысли о нашем прошлом, да, именно по этой
тропинке ходил прадед, дед, прабабушка. А сейчас я иду к бабушке
Гале, самой доброй и умной, очень заботливой.
Вот и калитка. Меня встречает Ромушка – кавказская овчарка,
которая очень любит деда и нас. Рома скачет, радуется, будто
просит: «Погладь меня».
Бабушка стоит на крыльце, ждет:
– Здравствуй, родная, я так рада тебя видеть, внученька.
– Как хорошо, что ты, бабушка, вновь встречаешь меня. Давно
хотелось приехать в деревню, побывать на твоих посиделках, я так
соскучилась. Встреча с тобой – праздник души.
Потом мы долго обнимаемся и заходим в дом.
В доме топится русская печь. Садясь за стол рядом с
бабушкой, наливаю чай в чашки из медного самовара, вдыхаю
запахи трав, которые положены в заварку, смотрю на бабулю,
замечаю морщинки на её лице, стареет, а глаза добрые светятся.
Начинается душевная беседа. С бабулей можно говорить
часами, и я люблю этот ласковый голос, доносящий самое родное и
далекое – историю семьи. Перед тем, как пойдёт рассказ, бабушка
Галя предупреждает меня:
– На завтра затеваю пироги, ты ведь любишь налеушки
яблошные, подорожники – вот завтра горяченьких и поедим. Ты
дождись меня и услышишь интересную историю.
Бабушка замешивает тесто, ставит кринку на печь и подходит
ко мне. Садясь ближе к печке, закутываюсь в плед и жду
бабушкиного рассказа. Вдруг чувствую, что с хозяйкой пришёл ещё
кто-то – это Маркизик, наш кот, ему восемь лет. Становится ещё
теплее, котик ложится мне под бок.
А сзади стоит бабушка Галя, обнимает меня за плечи, садится
рядом и начинает свой рассказ:
– Сегодня вспомним мою тетушку Валю, Валентину. Она
читала мне сказки, катала на санках.
– Ты изменилась даже в лице.
– Да, жизнь у неё была трудная, но Валентина – сильная,
способная на борьбу, честно работала и воспитывала единственную
дочь и меня.
Валя была старшей дочерью в семье моего деда, который брал
Зимний Дворец, освобождал Ленинград. За ней шли четыре брата и
маленькая Катеринка, которую любил отец Александр, и Валюшке
казалось, что сердце её сжимается, глядя на отношения отца к
маленькой дочке, но мудрая мама Аня подходила к старшей и
целовала её в затылок. Девочка радовалась и никогда не отказывала
матери в помощи.
Работы было много: уборка в доме, присмотр за маленькими
братьями и Катюшкой, огород. А вечером Валентина шла на ферму
помогать матери доить коров. Для молодой девчонки это было
тяжело, но она не сдавалась: коров много, а доили – руками.
Однажды на ферме появился парень. Он был высокого роста,
сильный, с черными кудрявыми волосами, ловкий, готовый прийти
на помощь в любой ситуации, да и с коровами красавец обращался
умело.
Вале дали задание: перегонить взрослого быка в другое
стойло, бык здоровый, девушка его очень боялась. Пока шла дойка,
Веня (так звали парня) вывел за кольцо в носу быка и поставил в
нужное место. Вале оставалось только радоваться. Парень
временами посматривал на милую доярочку, да и она приметила
молодца.
На улице вёдро. Валентина с матерью пошли на болото за
клюквой. Они напали на ягодное место, клюквы было много, а
рядом по кочкам ходила большая стая журавлей. Эти красивые и
гордые птицы питались ягодами перед своим отлетом в теплые
края. Но вдруг Валя услышала звуки: «Жур-жур-жур»… Журавли
не пугались. Они подошли к человеку близко-близко, и тут
Валентина увидела, что рядом с ними собирал ягоды Веня. К этому
времени в деревне досужие языки дали парню прозвище «Леший».
Да, он любил птиц, животных, умел понимать их язык, выполнял
самую тяжелую и трудную работу, спасал людей, выводил
заблудших и обладал неимоверной силой. Валентину что-то пугало
и очень тянуло к этому простому деревенскому пареньку.
Увидев девушку и её мать, Веня не стушевался и крикнул:
– Журавлинушка, Журавлинушка, иди сюда, здесь большой
ягодник.
Валентина оглянулась, рядом, кроме матери, никого не было,
но какая-то сила тянула её в ту сторону, где виднелась знакомая
рубаха. Это Леший звал её. Вале очень хотелось быстрее оказаться
рядом, но страх одолевал еще сильнее. Оглянувшись на мать,
Валентина решилась подойти.
Веня вывалил ей в зобеньку собранные им ягоды и помог
донести до деревни. Так они втроём и зашли в сени дома, в котором
жила семья Анны.
Опали листья с деревьев, в воздухе замелькали снежинки.
Председатель колхоза выдал Вене лошадку с санями. И красавец
стал заезжать за Валентиной перед вечерней и утренней дойкой.
Она видела, что нравится ему, что он готов ради неё свернуть горы.
В одном из разговоров парень намекнул, что в июне придет
свататься, с отцом Вали он уже разговаривал, и тот был согласен.
Зима заканчивалась, на улице стало тепло, время шло к лету.
Валю и Веню всё чаще видели вместе, идущими по стёжке, он
дарил цветы, обыкновенные полевые ромашки и колокольчики, эти
цветы девушке очень нравились. А как они любили встречать
вместе рассветы, казалось, что их счастью не будет конца.
Шёл июнь, на конец месяца была назначена свадьба. Но...
Загремели взрывы, началась война. 22 июня 1941 года по
единственному радио в деревне передали: «...На нашу Родину
вероломно напала фашистская Германия».
Вечером того же дня в дом к Валентине пришел Вениамин, за
спиной висел походный мешок – к утру должен быть в военкомате,
а идти надо пятнадцать километров пешком.
Валентина работала на ферме. Узнав, что ненаглядный уходит
на фронт, она бежала с летней дойки бегом. Прощались они на
краю деревни, он обнял Журавлинушку, поцеловал. Оба понимали,
что больше им вместе быть не суждено. На прощание Вениамин
сказал:
– Жди меня, моя Журавлинушка, я вернусь, только дождись...
Валентина долго махала своему милому платочком, плакала, а
потом медленно пошла домой.
Леший воевал на Ленинградском фронте. Сначала письма
приходили часто, но вдруг их не стало. Шли дни, месяцы, а писем
не было, Журавлинушка боялась, что парень её забыл, но верила,
что Вениамин жив.
Моросил мелкий дождь, хотелось плакать. Вдруг постучались
в дверь, это была почтальонша, она сообщила, что матери Вени
пришла «похоронка»: погиб жених геройски, вступив в
рукопашную схватку с фашистами. Ноги у Вали подкосились, и
девушка упала. Теперь своего Лешего она не увидит никогда.
Валентина была статной, красивой, с длинной чёрной косой,
уложенной вокруг головы. С каждым годом она становилась всё
дороднее, и мужики часто посматривали ей вслед. Когда подросла
дочка, Валентину Александровну начал уговаривать выйти за него
замуж инженер Павел. Его взгляд чем-то напоминал Веню, но Валя
не решилась предать своего погибшего любимого, она так и
осталась одна. Её женская красота многих парней сводила с ума, но
необдуманных поступков женщина не совершала.
Любовь Журавлинушки к Лешему жила с ней всю оставшуюся
жизнь. Валентина каждую осень провожала стаи журавлей,
улетавших на юг, передавая привет своему Вениамину, вспоминая
простого деревенского парня. Чистая его любовь давала ей силы,
чтобы выжить, выстоять.
Простого бабьего счастья Валентина Александровна так и не
узнала, остаток жизни она прожила с матерью и отцом, храня
верность и любовь, воспитывая Богом данную дочь.
Бабушка замолчала:
– Ты так тепло вспоминала о тёте Вале, что тронула меня до
глубины сердца. Я поняла, любовь может жить всю жизнь, если она
искренняя.
– Внученька, верь в такую любовь. Это счастье.
В доме стало тихо, пахло ходелым тестом, а в моей голове все
жила история простой девушки Вали, тёти моей бабушки.
__________________________________________________________________
Осташкина Вероника
Аниматор
Я подрабатываю аниматором больше года. Других возможностей со средним
образованием, нет. За минувший год были разные заказы: от приглашения на день
рождения до развлечений в банях. Перебирать не приходится, потому что надо
зарабатывать, чтобы оплачивать съём квартиры.
Просматривая предложения, я наткнулся на объявление, которое гласило: «Ищем
аниматоров на новый год для больных детей». Решил откликнуться. Сразу решил – это не
будет слишком сложно. Немного подозрительно, зачем больным ребятам проводят
поздним вечером праздник?
Пришел на место — «Онкологическая больница» — меня нарядили в приготовленный
шутовской костюм, нанесли весёлый грим клоуна, прицепили красный нос и проводили в
седьмую палату. В дверях, было маленькое окно, сквозь которое можно было разглядеть
ребят – обитателей палаты: по внешнему виду им было не больше тринадцати лет. Все без
волос, руки белые до прозрачности и тонкие-тонкие, казалось, прикоснись и сломаются.
Несколько ребят ходили по палате и были те кто лежал на кроватях. Взгляды открытые,
безэмоциональные и долгие. У некоторых к рукам прицеплены прозрачные трубки, а на
шее висела на ленте колба с прозрачным пузырём.
Пока я разглядывал ребят, ко мне присоединились Снегурочка и несколько кошечек, в
которых нарядились медсёстры отделения. Все вместе мы вошли в палату. Новый год для
ребят начался. При появлении нашего весёлого балагана ребята приободрились. Их лица
озарились счастливыми улыбками. Мы подходили к каждому ребенку и для него
исполняли новогодний музыкальный номер. Я присаживался на стул или на кровать к
лежачему ребёнку, шутил, балагурил и жонглировал мандаринами, конфетами и затем
вручал маленькому, благодарному зрителю.
Один из мальчишек, лет пяти-шести, ходил следом за нами и старался ухватить меня за
рукав. Медсестры отвлекали его, и я уходил к другим ребятам, но мальчишка не отрывал
от меня восторженных глаз и упорно следовал за мной, и каждый раз старался ухватить за
рукав. Я мельком поглядывал на забавного маленького пациента, а он постоянно ловил
мой взгляд и тут же хватал меня за рукав. Так мы и дошли к последней кровати, на
которой лежала маленькая девочка. Она звонко смеялась шуткам и всё норовила пальцем
потрогать мой красный нос, невольно заставляя меня улыбаться тоже, и нарисованная на
моём лице улыбка растягивалась ещё шире, делая моё лицо ещё смешнее.
Уже в коридоре я прильнул к стене, пытаясь сдержать эмоции. Мне не хотелось, чтобы эти дети увидели клоуна, который плачет.
Неожиданно меня снова кто-то потянул за рукав — рядом стоял тот самый мальчишка и
рассматривал меня широко раскрытыми глазами. Я только сейчас рассмотрел его лицо —
на неё не было ни ресниц, ни бровей и только два чёрных глаза.
— Дядя, а можно я вам что-то расскажу? — тихо проговорил он.
От перехватившего горло кома я только и смог одобрительно покачать головой и
опустился на кушетку.
— А вот мне Миша рассказывал, — мальчишка сел рядом и начал свой рассказ: — что у
него мама космонавт, а мои мама и папа, — он на мгновение прервал свой рассказ, из-за
прерывисто задышал и сильно прокашлялся, а мне спокойно пояснил: — это ничего
страшного, дядя доктор сказал, скоро пройдёт.
— Конечно пройдёт, — только и нашёлся я что ответить.
— Мои папа и мама, — продолжил свой рассказ мальчишка: — археологи, они ушли
далеко-далеко в Африку, поэтому они не могут меня навещать часто, — с этими словами
мальчик подвинулся ко мне, и уставился пристальным взглядом, словно желая
удостовериться в том, что я верю ему. Его безбровые глаза смотрели на меня не мигая и я
увидел как они наполнились слезами.
— Я их так давно не видел, — голос мальчика дрожал, но он ясно выговаривал каждое
слово: — до больницы они всегда были рядом, и моя сестра тоже рядом, но все
изменилось, я здесь, а они — я не знаю где они.
Невольно я погладил мальчишку по голове и с его глаз по щекам стекли крупными
ручьями слёзы.
— Дядя, — неожиданно спокойно проговорил мальчишка: — Они меня бросили?
— Все хорошо, — выпалили я, но и тут же осёкся, резко отвернувшись, чтобы перевести
дыхание: — у них просто нет времени. Они же геологи. А это знаешь какая тяжёлая
работа? Я рассказывал ему о тяжёлой, но очень важной для людей и страны работе
геологов, а мальчишка обнимал меня за руку, и одними губами, вёл свой рассказ, как они
все вместе праздновали дни рождения, и даже новый год, но теперь он здесь и никто к
нему не приезжает. Мы закончили говорить одновременно. Мальчишка влез на кушетку, обвил своими белыми тоненькими руками мою шеи и тихо проговорил:
— Спасибо!
Я поднял голову, чтобы слезы закатились обратно, уставился на потолок с ошметками
шпаклевки и впервые в жизни почувствовал, как весит сердце, а слёзы всё равно
предательски скатились по щекам.
__________________________________________________________________
Курносенко Артём
***
Про город, зиму и тандем
Пугающий холод нежданно красивый,
Но люди и город вздыхают сонливо.
И слякоть с морозом привычны в Сибири,
Об этом шутили в недавнем эфире.
Петляют следы по заснеженным тропам,
Неправильный путь станет чьим-то уроком.
Им нет здесь конца и не сыщешь начала.
Они появлялись, а Обь замерзала.
Заплачут метели, вздымая сугробы,
А город объявит про новые пробы.
Следы через реку как шаг на трамплине
Где дальше учиться – решать мне отныне.
Лёд речку запрятал от сильных морозов,
Ни город, ни я не боимся заносов.
Мой выбор понятен и шаг предсказуем:
Мы в будущем верный тандем образуем.
___________________________________________________________
Кузьмина Ангелина
История одного героя
(эссе по книге С. С. Смирнова: «Брестская крепость»)
В школе мы часто говорим о взаимовыручке и помощи. Нас учат помогать младшим,
старшим, пожилым. В транспорте нередко слышим голос кондуктора: «Уступите место
пожилому человеку, помогите сесть женщине с ребёнком». Нас учили этому вчера, учат
сегодня, будут учить и завтра. А у них какая была наука? У тех, кто сражался на
страницах книги Смирнова «Брестская крепость»? У тех, кто был там, в то «страшное
пробуждение» 22 июня 1941 года, когда противник атаковал казармы, когда в
непрерывных боях первого дня стрелки израсходовали почти все свои патроны. Тогда,
глядя на несколько немецких автоматов и обойм с патронами, которые были сняты с
убитых противников, люди с тоской думали о том, что будет завтра, когда этот запас
иссякнет, что будет завтра, если не придёт помощь. А Пете Клыпе думать об этом было
некогда, он спасал создавшееся положение.
Воспитанник музыкального взвода, четырнадцатилетний подросток небольшого роста
«шёл в бой в первых рядах бойцов и смело сражался бок о бок со взрослыми мужчинами».
Посланный в разведку, он смело пробирался на самые опасные участки, как и в этот раз,
когда ему поручили выяснить расположение вражеских пулемётов на берегу Буга.
Пятнадцать метров открытого пространства под автоматной очередью – и ни тени
сомнения, ни мгновения страха. Когда успел этот паренёк уразуметь такую науку, где
брал он и другие герои очерка Смирнова мужество и силы на взаимовыручку в те
непростые первые часы войны? В тот день Петя наткнулся на уцелевший склад
боеприпасов и оружия, а потом вместе с солдатами, «ловко перебегая открытое место, по
которому то и дело стрелял немецкий автоматчик», радостно перетаскивал ящики, давая
возможность успешно продолжать борьбу на этом участке. Вот так просто, не раздумывая,
юный трубач стал героем дня и примером храбрости для некоторых растерявшихся
бойцов, как и тогда, в первые минуты вражеского обстрела, когда, очнувшись от
контузии, окровавленный мальчик схватился за оружие, готовый встретить врага.
Они принимали присягу и готовы были сражаться до конца. Петя Клыпа тоже был
готов. Когда ему как подростку предложили вместе с женщинами и детьми идти в плен из
крепости, чтобы сохранить себе жизнь, он отказался, потому что считал себя
красноармейцем. Читая об этом в книге, я представила мальчишку, который с горящим
взором гордо заявляет, что останется с товарищами и драться будет до последнего. Я
отчётливо видела его в рукопашном, с винтовкой и его меткими выстрелами,
«уложившими не одного гитлеровца», я отчётливо видела неустрашимого разведчика,
которого не успели научить воевать, но его научили Родину любить и помощь другим
оказывать, когда время позовёт. Как звала солдат его труба, играющая сигнал атаки, как
учил других своими поступками Петя Клыпа, шагающий в рядах атакующих бойцов.
Он выжил, самый юный герой Брестской крепости из книги Смирнова; с другими
товарищами вышел из крепости, был взят в плен, организовал дерзкий побег из лагеря,
мечтая «опять сражаться с гитлеровцами с оружием в руках». Вот только схвачен был
полицаями и отправлен на работы в Германию, где много тяжёлого пришлось ему
пережить, бесстрашному трубачу Пете Клыпе, который защищал не только крепость, но и
наше право жить, любить, мечтать. И учить других помощи и взаимовыручке, которая
начинается с малого: с протянутой руки старушке, уступленного места в автобусе,
помощи родным и близким. А ещё с ощущения радости от исполненного долга в простых
человеческих поступках и гордости за подвиги, которые совершают не только герои
литературных произведений о Великой Отечественной войне, но и мои современники.
____________________________________________________________________
Кузьмина Ангелина
Несколько мыслей о нужном и важном
(из дневника открытий и размышлений)
Год 2025. От других отличительный. Важный. Нужный.
15 января
Привет. Я снова о важном. Сегодня на английском мальчишки заспорили с учителем о том, что им совсем не нужно глубокое знание языка, а для путешествий и десяти дежурных фраз вполне хватит. Завязался нешуточный спор, где и то, и другое мнение имело место быть. Каждый в классе старался высказаться, присоединившись к какой-то из сторон. А я вдруг вспомнила Грибоедова. Да-да, не удивляйся, Александра Сергеевича. И всё потому, что в шесть лет он уже свободно владел тремя иностранными языками, а в нашем возрасте шестью! Позднее – десятью! Почему ему это нужно было?! Ведь точно не для путешествий. Вряд ли он думал об этом в шестилетнем возрасте. Тогда почему моим одноклассникам это не нужно? Пробую понять… Я опять с тобой. Мысли весь день крутятся вокруг писателя. Для меня это странно. Пытаюсь разобраться, что так зацепило моё сознание. Пока безуспешно.
16 января
Кстати, я вот о чём подумала. Смотри, в тринадцать лет Грибоедов уже имел учёную степень кандидата словесности в Московском университете, а потом стал драматургом, дипломатом, лингвистом, историком, востоковедом, прозаиком, пианистом и композитором. И всё это в тридцать с небольшим лет?! Как так?! Просто в голове не укладывается! Снова привет. Я поняла! Цепляет его жажда знаний. Всё, много, интересно, нужно, потому что важно. Потому что не только за ради себя, будущего своего, но и ради государства российского, Земли своей. Тогда, может, просто наши мальчишки ещё не осознали, что для них важно? Или ради чего им это нужно? 230 лет со дня рождения… 200 лет со дня написания комедии в стихах, прославившей его на весь мир… Комедии, читаемой и сегодня. Удивительно! Получается, время летит, а её актуальность не улетучивается. «Горе от ума» - классика, которую все знают и, кажется, немного презирают за обязательность. Мол, скукота и всё такое. Если так, то почему же я заморочилась? Может, потому что пьеса о том, что волнует меня сейчас? Надо подумать. Пошла…
17 января
Перечитала «Горе от ума». Знаешь, совсем другое впечатление! Оказывается, полезно сначала узнать об авторе, потом знакомиться с его произведением. Раньше в тексте видела только навязшие в зубах цитаты. Теперь – живых людей, пусть и гротескно, но узнаваемо изображенных. Фамусов –типичный чиновник, который боится перемен и живёт по старинке. А разговоры у него на балу напоминают пересуды и фейки в наших соцсетях. Молчалин – подлиза и карьерист, таких и сейчас пруд пруди. А Софья… Её мне даже немного жаль. Запуталась, влюбилась, но не в того. Правда, и сама не без греха, строит из себя непонятно что. Прям, как моя соседка. Вот что значит ложь в глазах смотрящего. Оттого и мечется она, подстраиваясь под правила игры, теряя искренность в отношениях.
18 января
Интересно, а что сам Грибоедов думал о своем творении? Надо почитать. Зачем? Спросишь ты. Да потому что комедия высмеивает нравы московского общества и нужно быть смелым, чтобы так открыто говорить о лицемерии, пустоте светской жизни и невежестве. Да и Грибоедов вряд ли не догадывался, что за такое его по головке не погладят. И такую сатиру скорее всего не пропустят. Согласись, дерзкий! Как и его Чацкий. Пришёл, нашумел и…остался в истории и умах многих поколений. Нашла слова Александра Сергеевича. Представляешь, оказывается, сначала он сказал, что в его пьесе 25 глупцов на одного умного, а потом изменил окончание фразы, закончив её по-другому: «…ни одного умного». Получается, Чацкий не умён? Надо разобраться! Пошла читать заново…
19 января
Это опять я. В Чацком пока не разобралась. Зато теперь начинаю понимать, почему «Горе уму» превратилось в «Горе от ума», перешагнув «Горе и нет ума». Невероятно, но у каждого героя пьесы есть своё представление об уме. А это значит, что каждый из них страдает от непонимания мнений других. Каждый! А не только Чацкий?! А если один ум противопоставляется другому, выходит, глупо презирать пьесу за обязательность. Нужно сказать спасибо, что она до сих пор в школе. Сказать спасибо, что на земле русской такие авторы рождаются. И читать! И искать себя, ведь в ней кого только нет! Нужно искать своё представление о жизни и сопоставлять его с другими. А нужно ли? И важно ли понять другое мнение? Ты как считаешь? Надо подумать, так сразу и не ответишь…
20 января
Забыла сказать, что нашла письмо Пушкина к Бестужеву, где он рассуждает о Чацком. Представляешь, в нём поэт вообще отказывает Чацкому в уме, считая, что отличительным признаком умного человека является то, что он способен видеть, с кем разговаривает. А если бы ты прочитал комедию, то увидел бы, что герой то не к месту произносит свои обличительные монологи, не понимая, что окружающим это не интересно; то в конце третьего действия вообще не видит, что слушателей у его речи нет. Разве умный человек стал бы «метать бисер перед репетиловыми и ему подобными»? Нет! Считает А.С. Пушкин. И я ох как с ним согласна!
21 января
Кстати! Как тебе мои находки? По-моему, начинаю открывать для себя героев пьесы. И по- другому смотреть на людей. Ты не представляешь, как много среди моих знакомых её прототипов. Спустя 200 лет! Взять хотя бы Нику. Ну по любому вопросу не можем прийти с ней к единому мнению! Вот тебе и Грибоедов! Вот тебе и комедия! Выходит, мне самой пора учиться слушать других. И слышать, и принимать…
22 января
Ещё накануне подумала о связи «Горя от ума» с театром. Ведь это пьеса! Представляю, какова она на сцене. Яркие образы, выразительные лица актёров! Думаю, особенно тяжело играть Чацкого. Он должен быть искренним в своем негодовании, но при этом не выглядеть карикатурным. Исполнителю важно передать его ум, его тонкий юмор, и конечно, его горе от непонимания того, почему происходит то, что происходит. Глупец! Стоп! Это слово пришло первым. Неужели в этом и есть загадка названия пьесы? И точность изменения автором характеристики своего произведения: «…ни одного умного»?
23 января
Зашла в Интернет. Оказывается, «Горе от ума» можно увидеть по всему миру. Нужно обязательно посмотреть постановку, чтобы обнаружить то, что скрылось за строчками текста. Грибоедов написал пьесу, а значит, считал, что игра актёров – это лучшее, что позволит читателю точнее понять его замысел и прочувствовать страдания героев. Тем более, что в жизни, даже если мы и встречаемся с горем от ума, то навряд ли сразу это осознаём. Ведь для всего нужно время. Согласен?
24 января
Не удивляйся, но я опять про него. Сегодня днём думала про «след» Грибоедова в литературе. «Лишний человек», герои, что не находят себе места в мире, галерея узнаваемых типов, язык, полный афоризмов, основы реалистической комедии. Одно произведение – и так много начал в русской литературе. Так много поводов для наших размышлений уже 200 лет. Вот он какой, человек русский: и почувствовать время умеет, и в далёкое будущее заглянуть может, и мысли потомков не на шутку взбудоражить.
25 января
Знаешь, как-то непроизвольно продолжаю в телефоне заводить имя этого писателя, как будто мне не хватает чего-то главного, важного об этом человеке, как будто хочется понять, откуда силы берутся, когда ради долга перед государством российским не жалеешь жизни; когда не боишься своей пьесой бросить вызов всему обществу. Как-то не получается пока поставить точку, чтобы просто оставить его в своей памяти и доставать оттуда героев произведения только по необходимости…
26 января
Ты не поверишь, но я вдруг задумалась о бренности жизни и вечности искусства. Наверное, пример талантливого человека, который до последнего вздоха служил отечеству, и его бессмертное наследие так на меня повлияли. Вот я и думаю, а что останется после меня? Мои дневниковые записи? И если искусство есть способ сохранить важные мысли для будущих поколений, то, может, и я смогу внести свою лепту в эту бесконечную цепь творческого выражения? Может, и мои размышления кому-то пригодятся и дадут возможность открыть для себя ранее не совсем интересное, а теперь заинтриговавшее после моих рассуждений «Горе от ума» А. С. Грибоедова? А кого-то заставят посмотреть на окружающих по-другому? Я же начала смотреть!
27 января
Привет. Я снова здесь и опять думы о жизни и пьесе, о человеческой сущности. Знаешь, после знакомства с Грибоедовым я всё чаще в поиске вопросов о своём месте в этом мире и всё чаще у меня возникают мысли о том, что ищу ответы в книгах. Неужели и правда они имеют такое важное значение в моей жизни? А может, и не только в моей? Да конечно же, не только в моей! И в жизни одноклассников моих тоже, я уверена. Ведь кто такой Чацкий? Бунтарь, который не хочет жить по чужим правилам? Или человек, который хочет что-то изменить в обществе, и конечно, к лучшему? А разве это не то, о чём мы, молодые, мечтаем? Вот то-то же! И поэтому важно помнить о том, что книга не просто средство самовыражения, это ещё и рука, которую протянет тебе её автор в нужный момент. Вот поэтому надо помнить, что, когда взрослые говорят: «Подрастешь – поймешь», - не стоит этого ждать, стоит просто начать искать то важное и нужное, что даст тебе возможность понять суть ближнего твоего и твой жизненный путь. И то, ради чего ты на Земле своей живёшь. А.С. Грибоедов не ждал. Он просто жил, будущее своё без благополучия государства российского не видел; творил, и был нужным стране, и был важным в жизни жены, верно служил, нежно любил, честно писал. Да так, что ум и дела его стали бессмертны в памяти русской… И как тут не пожелать Земле нашей побольше сынов таких: преданных и отважных, нужных и важных для будущего её.
28 января
Ну что, мой молчаливый собеседник, ты готов к завершению ещё одной страницы моих жизненных размышлений и открытий? Готов принять точку в моих познаниях жизни драматурга Александра Сергеевича Грибоедова и его пьесы «Горе от ума», которая не стала для меня просто очередной страницей из учебника литературы, а заставила чувствовать каждой клеточкой моего разума и сердца, что пришло время осознания своей важности и нужности для тех, кто со мной рядом, для того, без чего мир не существует? Для мира, любви и добра! Для процветания моей страны. Для поиска истины и себя.
____________________________________________________________________
Кузьмина Ангелина
«Окно возможностей» родного города
Часто в тишине вечера или в шуме большого города я ловлю себя на том, что думаю о тех
нитях, которые связывают меня с людьми и местами, что формируют мой внутренний мир,
настраивают душу. Эти мысли как река Обь, что течёт через Новосибирск, неся с собой мои
воспоминания о безоблачном детстве, дружбе, природе. И Новосибирск, мой родной город,
рождённый из сибирской силы и многонационального духа, где история народов
переплетается с личными судьбами, стал местом моего прошлого, настоящего и будущего.
Новосибирск – это не просто мегаполис на карте России, это живая эпопея, начавшаяся в
конце XIX века. Кривощёково – скромное село у Транссибирской магистрали, где
обосновались строители, переселенцы, народы Сибири – русские, татары, алтайцы, буряты,
чтобы вместе прокладывать путь в тайгу, возводить мосты через Обь. Там начиналась как
история города, так и история многонационального единства, которая продолжается и
сегодня. Я из рода, чьи предки кочевали по алтайским горам, а мой лучший друг – татарин,
его семья приехала в Новосибирск из Поволжья. Мы родились в одном дворе
Академгородка, где наука соседствует с лесами, и наше детство стало отражением той самой
стальной сибирской дружбы народов.
Моё прошлое – это беззаботное детство в любимом городе, и это не просто время без
забот, это время, когда мир кажется бесконечным приключением. Мы с Рустамом проводили
все каникулы вместе. Летом удирали на берег Оби – той могучей реки, что делит
Новосибирск пополам, символизируя и разлуку, и единство. Вода в Оби холодная, как
алтайские родники, а берега поросли ивами и берёзами. Мы ловили рыбу, мечтали о далёких
путешествиях и дружили без слов о национальностях: для нас это было естественно, словно
дыхание.
Вспоминаю, как однажды мы заблудились в лесу за городом. Было страшно, но мы крепко
держались за руки, подбадривали друг друга, шли на звук реки и выбрались из ловушки,
потому что в Новосибирске, в городе, где татары и алтайцы строили общий дом, мы учились
доверять миру вокруг нас. И он нас не подвёл. А ещё мы часто спорили: чья река лучше –
Волга, Катунь или Обь. Но природа научила нас гармонии, благодаря чему пришло
понимание, что алтайские горы – это сила, татарские степи – простор, сибирские леса –
бесконечность, а вместе они – единство. Так Новосибирск с его историей – от деревянных
изб до небоскрёбов – дал понять нам, что народы, точно корни дерева, сплетаются в единую
силу. Вот и текут мои мысли, словно нитями связывая меня с природой, что меняется от рук
человека, с дружбой, что выдерживает расстояния.
Моё настоящее – это немного другой Новосибирск, это город возможностей, где у каждого
его жителя есть благоприятные условия для создания намерений и воплощения желаний. И
сейчас я вам докажу, что это не пустые слова, что это заложено историческими фактами, но
об этом я расскажу немного позже.
А пока про моё сегодня. Ни для кого не секрет, что целый месяц со всех каналов ТВ
кричали про чёрную пятницу, о том, что именно 11.11, во «Всемирный день шопинга»,
исполнятся все наши мечты, потому что в этот день мы получим желаемые скидки буквально
на всё, в каждом торговом центре, на каждом маркетплейсе – стоит только зайти в интернет
или отправиться на шопинг. И в Новосибирске, скажу я вам, для этого есть все условия.
Попробуйте узнать в интернете про ТЦ, и он сразу выдаст вам 627 адресов. Представляете!
Среди них не только помещения с разными магазинами внутри, но и уникальные центры, где
можно как закупиться, так и замечательно провести время. Например, «Галерея» славится
своими фонтанами, что особенно радует в зимний период, и выставкой картин современного
искусства. В «Ауре» вас порадуют зелёные насаждения и уютные скамейки для отдыха, ТРК
«Ройял Парк» отличается куполом, сквозь который можно увидеть небо, а в «Сибирском
молле» вряд ли кого оставит равнодушным аквариум с рыбками и симулятор виртуальной
реальности. Таким образом, в Новосибирске можно совместить в «День шопинга» приятное
с полезным.
11.11 отмечается и «Международный день энергосбережения». Так вот именно в
Новосибирске разработали уникальный комплекс по экономии электроэнергии. Инженеры и
учёные из НГТУ создали минигрид, который позволяет подавать электричество малой
генерации в общую сеть, уменьшать нагрузку и снижать расход газа на ТЭЦ на двадцать
процентов.
В этот же день праздник у офтальмологов. Им также есть чем гордиться. В
новосибирском филиале МНТК «Микрохирургия глаза» первыми в России освоили и
внедрили в практику новый метод лечения глазных болезней. А экономисты Новосибирска,
ведь это их день тоже, стали обладателями премии правительства страны в области науки и
техники: команда учёных получила звание лауреатов за исследование перспектив развития
нефтегазовой отрасли. Да и вообще, созданные в Новосибирске установки работают во
многих аэропортах России, на станциях метро и в других местах. И всё потому, что
новосибирский Академгородок – сердце сибирской науки – привлёк в наш город гениальных
российских учёных и стал эпицентром передовой научной мысли.
Конечно, можно перечислять и другие праздники этого дня, бесконечно рассказывать о
достижениях жителей нашего города, но, думаю, пора перейти к обещанным историческим
фактам. Оказывается, 11.11.1925 года инженер Константин Тульчинский написал: «Вся
Сибирь революционирует к новой жизни, строит действительно новую жизнь, столице её
наиболее подошло бы наименование «Ново-Сибирск»». Правда, произошло это только 12
февраля 1926 года, кстати, в пятницу. Но именно 11.11.25 исполнилось ровно 100 лет, как
родилось название моего родного города.
Моё будущее… Оно, естественно, связано с Новосибирском, но сегодня это только
ниточки, что накручиваются на клубок, который со временем придётся распутывать, чтобы
остановиться на том, что оправдает ожидания моего прошлого и настоящего. А ниточек этих
достаточно много, поскольку из года в год новосибирские вузы входят в рейтинг лучших
российских университетов. И в этом году это не только НГУ, НГТУ НЭТИ и НГУАДИ, но и
другие высшие школы города, которые тоже получили признание в своих областях. НГПУ,
например, занял первое место среди профильных вузов Сибирского федерального округа.
Вот и получается, что ждёт меня в недалёком будущем совсем непростой выбор, так как
подобные результаты говорят о неуклонном повышении уровня высшего образования в
нашем регионе, что существенно затрудняет определение места моей будущей учёбы. Но это
будет, наверное, самая приятная трудность в моей жизни.
Сейчас я просто живу в Новосибирске, горжусь его достижениями, любуюсь его природой,
развиваюсь, взрослею вместе с ним и смело смотрю вперёд, ведь существует мнение, что
11.11 считается «окном возможностей», что в его числовом коде «защиты» мощные энергии,
открывающие необходимые пути для комфортной, счастливой и благополучной жизни. А это
как раз то, что нужно мне, моему другу, нашему городу и его жителям.
____________________________________________________________________________
Кузьмина Ангелина, МАОУ «Инженерный лицей НГТУ»,
город Новосибирск
Про жизнь, о встречах и немного о цене…
Сегодня жизнь меня не торопила. Она решила не подбрасывать мне свои сюрпризы и
отпустить в свободное плавание. Я была этому очень рада, тем более что наконец-то
наступили приятные предновогодние дни. И хотя впереди ещё маячила парочка
контрольных, настроение было приподнятым. До собрания лицейского актива оставался час,
и я решила прогуляться по торговому центру. Рассматривая витрины магазинов, я мысленно
проводила экспертизу соотношения цены и качества выставленных товаров, представляя
себя в некоторых из них. Неожиданно громкий возглас заставил оглянуться. «Грош тебе
цена!» - раздражённо кричала женщина кому-то в трубке, нарушая мою гармонию и хорошее
настроение. Ничего себе! Долго не думая, незнакомка тоже провела экспертизу цены и
качества. Только уже человека!
Вот так открытие! Получается, у всего и каждого есть своя «цена». И у меня? От этих
мыслей я немного оторопела. Но что же такое нужно совершить, чтобы тебя мгновенно
обесценили! По мне так только предательство заслуживает таких слов. Любое! Родины,
семьи, любви, страны…
Значимость! У всего и каждого. Своя! Будь-то новое пальто, победа на олимпиаде,
подвиг на поле боя или приятель по школе… Но ведь это абсолютно разные понятия. Разве
можно ставить в один ряд вещь, достижения, патриотизм и человека? Цена, ценность, ценить
– эти слова, казалось бы, одного ряда, одного значения. Но это только на первый взгляд, это
как куда-то ввысь, но будто не всегда наверх. Это как всё понимать, но не сразу осознать.
Ценить жизнь, ближнего своего, друзей, знакомых, вещи, время… мы все понимаем, что нам
это нужно, что без цены и ценности не прожить нам, и неважно, это ценность бумаг, личных
достижений или важных поступков. Понимаем, но иногда забываем и порой теряем.
Мы такие разные, у каждого своя жизнь, значит, наши ценности тоже различны. А
может, нет? Ведь это ориентиры, формирующие наше поведение, выбор, отношение к себе и
окружающим. Именно они помогают нам определить, что действительно играет главную
роль в нашей жизни. Это они влияют на карьеру, дружбу, семью, на наше ощущение своей
удачливости, успешности, значимости, на наше настоящее и будущее. На нашу «цену»! Как
оказывается!
И тут мне вспомнился первый общий сбор в «Городском Совете старшеклассников»,
куда я вступила в прошлом году. Ребята из разных школ не очень желали общаться друг с
другом. Кто-то поглядывал на часы, проверяя, когда всё это закончится, кто-то сидел в
телефоне, кто-то открыто скучал. В общем, контакта не было. Пара физкультуры,
тренировка, автобус, дорога отключили мой мозг, оставив только одну мысль: «Что я тут
вообще делаю?» И вот после нескольких неудачных попыток наставников Совета пробудить
в нас активность один из них предложил продолжить фразу: «Жизненные ценности – это…».
Что тут началось! Слова летели как из рога изобилия: еда, сон, видеоигры, кино, телефон,
велосипед… Смешки, хлопки становились всё громче, шум нарастал. Наставники растерянно
переглядывались, не понимая, что с этим делать. Но вдруг звонкий голос моей соседки враз
остановил этот балаган: «А я папу своего люблю. Он сегодня служит, но каждый день обо
мне думает». Зал как-то сразу затих, а потом, словно глотнув свежего воздуха, заговорил
наперегонки.
- А мои жизненные ценности – это семья.
- А я в дружбу верю и в честных людей.
- А я люблю свои цветы, за которыми ухаживаю. Они живут благодаря мне.
- Дедом горжусь своим, он с войны героем вернулся, с орденом.
- А мы с друзьями записались в волонтёры.
Удивительно, но каждый сидящий в этом зале вдруг захотел рассказать о себе что-то
важное, хорошее, нужное. И про любовь к маме и к брату, что на важном посту сейчас, и про
город свой, и о том, что книги читать о войне любит, и фильмы про героев Великой
Отечественной не пропускает, и гордость за народ русский и страну свою испытывает. И
после слов таких разговор наш совсем в другое русло повернулся: ребята о деле заговорили,
о том, какие мероприятия стоит провести, чтобы не еда у подростков на первом месте стояла,
а чтобы каждый проверил внутреннюю ориентацию в себе и правильную иерархию
жизненных ценностей выстроил.
Я смотрела вслед уходящей женщине и думала о том, почему жизнь сегодня меня не
торопила, зачем она подкинула мне эту встречу и напомнила о прошлой. Может, чтобы
поставить точку во вчерашнем споре в классе о коде нашего поколения? Может, всё же наши
убеждения мало чем отличаются от ценностей поколения тех тревожных сороковых?
Конечно, когда Родина позвала их, они, не задумываясь, пошли на защиту её, своей страны и
семьи, потому что в иерархии ценностей этих людей патриотизм и героизм стояли на
верхней ступени. Но ведь и моё поколение рядом со словами успешность, независимость
обязательно ставит такие, как любовь к Родине, доблесть, мужество. И в этом я лично
убедилась и теперь уверена: от того, что немного изменилась шкала наших значимостей,
наше отношение к ним осталось таким же, как и у военного поколения. Важно понимать это
и не растерять, чтобы, если снова окажется в беде земля русская, встали мои ровесники без
раздумий на её защиту, как наши деды и прадеды в 1941 году. Вот об этом я и буду сегодня
говорить с другими членами актива при обсуждении нашей работы уже с новым поколением,
чтобы никому из них не довелось услышать в трубке обидные слова: «Грош тебе цена!»
______________________________________________________________
Бледнова Валерия
Там, где идёт война…
Там, где идёт война, детям негде играть!
Там, где идёт война, нельзя цветы собирать!
Пронеслись вдруг строчки песни, когда я наклонилась, чтобы поправить гвоздичку,
соскользнувшую с постамента. Отходя в сторону и пропуская одноклассников, что торопились передать героям свои признания, я подумала: «А вот сейчас можно. И срывать, и собирать можно. Цветы! И дарить тем, кто был там, где шла война. И тем, кто там остался». Пока нет её, этой войны! Там, где её нет! Можно! Кто-то сказал однажды, что у каждого поколения своя война. Значит, и нашим мальчишкам достанется? Значит, снова невинные жертвы и снова «детям негде играть»? Значит, снова будут маленькие герои, у которых отнимут детство?
Милые, добрые взрослые! Отмените войну!
А я разноцветными звёздами украшу для вас весну.
Продолжали наседать строчки, словно призывая меня к диалогу. Или к действиям. Уже сейчас, пока я подросток, пока могу ещё что-то изменить. В себе, в других, в своих сверстниках, чтобы не появилось ещё одно поколение войны; чтобы не позволить случиться ещё одному трагическому июню, после которого дети вдруг не понимают, почему одни причиняют боль другим, почему папа всё ещё не вернулся и зачем прятаться в подвалах, а не жить как раньше. Чтобы не возродить то особое поколение, чьё детство было украдено пулями, бомбёжками и голодом. Чтобы новые воспоминания, письма, рисунки и дневники — страшные свидетельства того, как война наносит неизлечимые раны в детских сердцах — никому не оставить в наследство.
Самые умные взрослые, сделайте что-нибудь!
Чтобы войну эту грозную как-нибудь припугнуть!
Чтобы не случилось больше детям с умершими в одной комнате жить, чтобы в их дневниках только счастливые строчки появлялись. Не такие, как у этих детей. Детей блокадного Ленинграда. Таня Савичева. Девять страниц дневника. Короткие записи о том, как умирали родные. Один за другим. И история. На века! А сколько их было ещё, таких историй Великой Отечественной войны, сколько ещё напрасно загубленных, исковерканных жизней – никому не известно. Как и то, во что верил каждый из них, чтобы однажды всё стало как раньше. Так, маленькая Нина, что жила недалеко от Тани, верила в ангела-хранителя. И тоже вела дневник, тоже по-будничному просто, с высоты своих небольших лет записала 22 июня 1941 года: «Все кричат: «Война, война!» Как-то не по себе. Страшно почему-то. Но меня успокаивает мой ангел. Мой хранитель. Мне мама про него рассказала. Начинаю в него верить». В феврале 42-го появилась запись о том, как умер брат Серёжа, которого ангел не сберег. Зато на небо забрал. К себе. И что как раньше уже не будет Нина тоже в феврале написала. А строчки про маму - в марте. Строчки про то, как смотрит она на неё уже третий день и надеется, что мама ещё жива, что это просто сон, что всё не по-настоящему. А ещё в дневнике есть про мечту строчки. Нина мечтала проснуться, а рядом с ней все: и папа, и мама, и брат, и сестра. И счастье, что война закончилась. И наконец-то всё как раньше!
Там, где идёт война, никто на вопрос не ответит:
За что во все времена погибают невинные дети?..
А ведь детям как-то не принято дарить цветы. Так зачем же нарушать это правило?! И почему в мире приходит время детей, для которых цветы на постаменте? И взрослость их раньше времени приходит, и развитость не по годам, и работа у станков днём и ночью, чтобы помочь фронту. И сквозь усталость и постоянное чувство голода понимание того, что без них не будет снарядов для армии, не будет долгожданной Победы. Зачем случается время, когда названия и награды приходят посмертно? И к детям иногда тоже. А потом цветы на постаменте и слёзы на глазах. Молодых и старых.
Милые, добрые взрослые! Отмените войну!
А я нарисую вам солнышко, которое будет смеяться...
И больше не буду плакать, и больше не буду бояться...
Цветов на постаменте… Дыма из печей… Страха в глазах маминых от безысходности происходящего. Бояться того, что пережили узники фашистских лагерей, среди которых были дети. Много. Больных, испуганных, голодных… Живущих в ожидании смерти и в страхе не только за себя, но и за сестру, которая вечером не вернулась с работ, за маму, которая, наверное, всё ещё в соседнем бараке; за паренька, что помог вчера подняться; за каждого, с кем свела судьба этих маленьких страдальцев в таком страшном, далеко не детском месте, где они выживали и мечтали заложить сады, накормить всех детей конфетами, стать лётчиками, победить врага и обязательно быть счастливыми! А главное, сделать всё, чтобы никогда не было войны, потому что…
Там, где идёт война, детям негде играть!
Там, где идёт война, нельзя цветы собирать!
Я всматривалась в имена и фамилии, написанные на пилонах Монумента Славы у и Вечного огня, и чувствовала, что «больше не буду бояться» цветов на постаментах. Я буду гордиться тем, что живу в стране, где в памяти народа хранятся истории о героических людях, слагаются песни и делается всё возможное, чтобы июнь сорок первого никогда не повторился. Я буду помнить, что дети войны хотели просто жить, что они не выбирали войну, это война выбрала их. И я буду приносить им цветы и не устану повторять:
Милые, добрые взрослые! Отмените войну!
______________________________________________________________________
Бледнова Валерия
Удивительное рядом
Он такой холодный, серый, морозный, дождливый, пыльный, но такой непредсказуемый,
удивительно родной. Его пространство с непривычки кажется тесным, улочки грязными, а
дома безликими. За завесой тумана и запахом пыли сложно увидеть его красоту. Его ругают, не принимают, надеются покинуть. Правда, это только сначала и далеко не все, потому что однажды в жизнь каждого его жителя приходит момент, когда открывается совсем другой мир этого города, когда неожиданно приходит понимание того, что удивительное рядом, что он совсем другой, мой любимый Новосибирск. И происходит это у всех по-разному. Я расскажу о себе.
Тот день явно не задался. Проспала, не собранный с вечера рюкзак добавлял минуты
опоздания, а невкусный завтрак окончательно испортил настроение. Поднимать его было
некогда, да и нечем, поэтому, наскоро одевшись, я ринулась на остановку. Нужного автобуса не было, хотя в тот день по-другому и не могло быть. Через двадцать минут ожидания он всё-таки соизволил подъехать к начинавшим замерзать людям, которые тут же бросились к его дверям. Я не стала исключением и, благополучно оказавшись внутри, протиснулась к ещё не заледеневшему окну. Угрюмые попутчики, серое небо, вереница машин, спешившие по своим делам прохожие – картинка, которая, конечно же, улучшить моё настроение тогда не могла, поэтому я надела наушники и уткнулась в телефон, не обращая внимания на толкающихся со всех сторон пассажиров. Правда, через пять минут моё терпение иссякло, оторвав глаза от очередного клипа, я приготовилась возмущаться, и… буквально потеряла дар речи, увидев «золотое сердце».
Живописная стена дома в одно мгновение перевернула мои мысли. Выражение лица
человека на стене, его немного уставший взгляд и сердце, которое он бережно держал в
своих руках, прогнали все волнения того дня. В тот момент мне вдруг вспомнилась
больница, бабушка, мама, не находившая себе места, пока шла операция, и глаза доктора,
когда он произносил: «Всё прошло успешно». У него тоже был немного уставший взгляд.
Помню, тогда, не отрывая глаз от увиденного, я думала о том, насколько мы иногда теряем главное, поддавшись своим эмоциям, как часто мы раздражаемся по пустякам, волнуемся не по делу, вместо того чтобы сосредоточиться на чём-то важном и нужном для родных, для себя. Как часто мы размениваемся по мелочам, упуская возможность побыть рядом с близкими, подумать об их здоровье, да и просто сказать «спасибо» за сердце, которое спасли в прямом и переносном смысле. Сердце, которое начинает любить, верить, сопереживать, возвращать любовь и заботу тем, от кого уже её получил.
Удивительно, но это изображение в тот день сделало то, что навряд ли смогли сделать
другие. Мне совсем расхотелось скандалить, расстраиваться дальше, видеть вокруг только
серость и безликость. Захотелось улыбаться и видеть то же самое на лицах окружающих.
Невероятно, но все, стоявшие рядом, тоже улыбались. Вот так за несколько минут «Портрет врача» изменил мой настрой, а выразительные краски полотна мигом превратили мир и город в тот, который может впечатлять, радовать и восхищать. Я смотрела на удаляющийся фасад дома и понимала: да, вот в таком городе хочется жить. И как здорово, что в нём есть то, что помогает людям чувствовать его красоту, заботу о жителях. А ведь это правда!
Оказывается, этот портрет хотели закрасить, но сначала решили узнать мнение горожан. И
только два человека из опрошенных с этим согласились. Так что, новосибирцы отстояли его, отдавая дань всем тем, кто трудится над спасением других жизней. Необычные и привычные, узнаваемые и незнакомые, радующие взгляд и вызывающие недоумение. Это всё они: те, что превратили пресные стены домов в страницы книг, скучные арки в любимые сюжеты, холодный бетон в яркие акценты родного города. Да, это всё они!
Муралы Новосибирска.
Интересно, что муралы – это не граффити, их отличительная черта в художественной
идее и эстетической ценности. Они могут стать визитной карточкой города или района,
отражая их уникальность, историю. Через них художники несут послания, поднимают
важные социальные проблемы. Взять, например, мурал новосибирской художницы, на
котором молодая русская барышня обнимает соболька – символ Новосибирска. Этот образ не просто украшает город, он призывает людей оберегать те немногие достопримечательности, которые остались со времен его создания. И ведь правда, смотришь на эту работу и сразу думаешь о чём-то удивительно родном, уютном, сибирском, думаешь о том, что хорошо бы сохранить как можно больше того, что отличает наш город от других.
Новосибирск – это город контрастов, где монументальность советского встречается с
легкостью современного искусства. Еще десять лет назад он говорил с нами языком стали и бетона, а сегодня его голос стал образнее и выразительнее. Новосибирск – это живой
организм. И голос Новосибирска – это муралы, гигантские картины, созданные благодаря
фантазии художников, это смелый ответ на запросы горожан о красоте и осмысленности
городского пространства. И поверьте, однажды обратив на них своё внимание, вы впустите их в свою жизнь, как это сделали все, кто хоть раз побывал в студенческом городке НГТУ.
Каждый мурал здесь – это часть огромного пути. Часть длинной красной ленты, которая
ведет к знаниям и экспериментам. Возьмите хотя бы мурал «Эволюция 3.1». Вы удивитесь, но его рисовали мальчик и девочка, а разрабатывала команда программистов. Почему не художников? Да потому что малышами были дроны, с глазками, а девочка ещё и розового цвета, чтобы их можно было различать, ведь работали они попеременно. Роботам тоже нужен отдых. Кстати, эти беспилотники были запрограммированы работать с творческим подходом и максимально приближены к живому художнику. И сделано это было впервые: никогда раньше дрон-художник не создавал культурные объекты. Так что, здесь наш Новосибирск оказался в числе первопроходцев. И знаете, ни сильный ветер, ни дождь не смогли остановить работы, потому что трудились над этим проектом люди, увлечённые тсвоим делом, преданные вузу, своему городу. Удивительные люди, которые верили, что открывают новые горизонты для преображения Новосибирска.
Странно, но, гуляя по студенческому городку, я каждый раз открываю для себя что-то
новое. Может, потому что муралы здесь — это нечто поразительное, это то, что вызывает
восторг. В прошлом году, я увидела один арт, который до этого будто не замечала. Мурал
называется «Инклюзия», и он тоже является важной частью НГТУ. Эта работа о гуманизме, принятии, поддержке и товариществе. Художественная сказка о фантазёрах и мечтателях, которые учатся в вузе. Они не похожи, но удивительно совпадают друг с другом, несмотря на свою уникальность, потому что их лица живые, мечты реальны и связывает их университет, его история, успехи, жизнь и город, путешествие по улицам которого превращается в увлекательное погружение в мир искусства и науки одновременно. Превращается в открытие совсем другого Новосибирска: колоритного, красноречивого, с новыми визуальными акцентами, которые не закроют ни туманы, ни дожди. В настоящее время направление стрит-арта – современного уличного искусства –
стремительно развивается. Там, где еще недавно были безжизненные панели, появляются
картины, которые дарят нам чувство радости от понимания того, что можно менять
пространство вокруг себя, делая его приятным, благоустроенным и комфортным. Причём
настолько, что незаметно оно вплетается в повседневные маршруты и личные истории
горожан, создавая новые точки притяжения и ориентиры: «Давай встретимся у Тихомирова.
Я подожду тебя у Кондратюка». И всё это потому, что муралы – это больше, чем краска на
зданиях. Это смелая попытка напомнить жителям Новосибирска о красоте, мысли,
творчестве. Напомнить, что удивительное рядом. Стоит только присмотреться.
_________________________________________________________________________
Бледнова Валерия
Спешите! Пока ещё не поздно, спешите…
Пока человек чувствует боль —
он жив. Пока человек чувствует
чужую боль — он человек.
Анатолий Приставкин
Я стою. Одна. В это тусклое, серое, декабрьское утро. Снег падает на моё чёрное пальто. Редкие снежинки мгновенно исчезают, в отличие от мыслей, что не дают покоя, перебегая с одного на другое. По той стороне улицы спешит мальчик в наушниках, наверное, мечтает, как родители подарят ему новый телефон, а рядом с ним ковыляет старушка с большими сумками, но он не обращает на неё никакого внимания, потому что он никого не видит и не слышит. Он занят своими мыслями, мечтами, пока теми, которые не впускают чужих, не из его планов. Может, поэтому он ещё не умеет думать о других и чувствовать их. А я? Почему замерла вдруг посреди улицы, вместо того чтобы торопиться в школу? Ведь понимаю, что, если опоздаю, меня отчитают. Но это пустяк, ведь на следующий урок литературы я точно приду вовремя. А вот если я не успею сказать простое «спасибо за всё» близкому человеку, может не успеть прийти это «вовремя». И я стою. Одна. И падает снег прямо на моё чёрное пальто. А перед глазами портрет бабушки на камне. И «спасибо», которое она уже не услышит. Как часто мы откладываем, казалось бы, простые дела на потом, не задумываясь об их важности. «Позвоню бывшей однокласснице завтра», «скажу маме спасибо, когда она вернётся из командировки» … Мы живем в постоянной спешке, думая, что у нас впереди целая вечность. Но жизнь — это не просто время, это периоды взросления, становления. И самые дорогие из них те, когда мы возвращаем добро тем самым «спасибо». Они высоко ценятся в этом мире и наполняют нашу жизнь моментами, которые приятно вспоминать. Моя бабушка Люба любила повторять: «Кто сделает добро другому, тот обязательно получит его обратно». Она была светлым человеком, прожила нелёгкую жизнь, но время не ожесточило её, а наоборот, оно научило её чувствовать чужую боль и вовремя оказываться рядом с теми, кому она нужна. Помню, мы пили чай с моим любимым клубничным вареньем. В дверь кто-то постучал. На пороге стояла девушка, промокшая до нитки. Она приехала из соседнего села поступать в колледж, но обещанную комнату уже сдали, и она оказалась одна в неизвестном месте, на улице. Отчаяние в глазах, непонимание, что делать, как теперь быть и боязнь, что её прогонят, я вижу до сих пор. «Заходи, родная, простудишься», - услышала я тогда мягкий голос бабушки и увидела, как выдохнула незнакомка и заплакала, словно вместе со слезами избавляясь от чувства страха за свою жизнь. Я помню, с каким теплом бабушка успокаивала незнакомку, как располагала её к себе, наливая горячий чай, как чувствовала чужую боль и делала всё, чтобы она растворилась. И снова, как тогда, от этих воспоминаний меня наполнило чувство гордости за мою бабушку, за проявленное ею милосердие. В тот день я поняла: она не просто дала ей ночлег, она дала ей надежду на хороших людей и безоблачное будущее. Утром я спросила её: «А вдруг она нас обманывает? Мы же ничего о ней не знаем». Бабушка посмотрела на меня, улыбнулась и ответила, что, если даже один человек из тысячи окажется нечестным, но твоя помощь спасёт его, это уже того стоит, потому что мир пополнится ещё одним человеком, перешедшим на сторону добра. Со временем я заметила: добро создаётся и распространяется не только в кругу семьи и друзей. Оно словно река – вытекает из одного человека, протекает через другого. Только в отличие от реки добро бесконечно. Оно есть и будет. И я это знаю, потому что в каждом человеке его по-своему много. Аня стала успешным кондитером и никогда не забывала бабушку и её поддержку, проявленную в тот дождливый вечер. Она помогала ей всегда, когда в этом была необходимость и относилась к ней с той же нежностью, с какой когда-то получила помощь. Добро вернулось к тому, кто его когда-то проявил. Выражение «Спешите делать добро!» давно стало крылатой фразой, призывающей к активному состраданию и милосердию. Вот только почему нужно спешить? Ведь добро — это не такое уж и быстрое дело, которое способно «выйти из строя» в современном мире. Мне кажется, смысл этой фразы гораздо глубже. Она напоминает нам о хрупкости и человеческой жизни, о том, что возможность помочь есть не всегда и что промедление может сделать добрый поступок бессмысленным, как полёт тех снежинок, что исчезают в складкахмоего пальто, не успевая долететь до земли и стать её зимней защитой. А ещё порой мы довольствуемся лишь благими намерениями. «Я хочу помочь бездомной собачке», «надо бы съездить к бабушке», «хорошо бы поддержать одноклассника в трудной ситуации» … Мы думаем о добре, планируем его, но почему-то не совершаем. А жизнь течёт, иногда угасает. И однажды мы вдруг понимаем, что опоздали. Что не смогли помочь. Навестить. Поддержать. «Спешите!» — это призыв перейти от намерений к действиям. Призыв помнить, что добро обретает силу и смысл только в момент его воплощения. И про необратимость времени тоже нужно помнить. Мы не сможем вернуться в прошлое, чтобы исправить ошибку или сказать важные слова. Мы можем только горько осознавать, что не успели попросить прощения, не успели выразить благодарность, не успели просто побыть рядом с теми, кого больше нет. И тогда добро, сделанное с опозданием, превращается в сожаление. Вот и выходит, что спешить делать добро означает ценить момент и дорожить людьми, пока они здесь, рядом. Пока они могут услышать то самое «спасибо». Конечно, чтобы осознать, что милосердие – это жизненно необходимая сила настоящего, что оно даёт надежду на обретение внутреннего спокойствия в условиях стресса и одиночества, нужно время. Как и на постижение того, что сегодня, когда многие испытывают трудности и надеются на поддержку, наше современное общество как никогда нуждается в милосердии. Ведь именно оно способно создать атмосферу понимания вокруг каждого человека, и даже протянутая рука споткнувшемуся незнакомцу, предложение помощи соседям или участие в благотворительных акциях могут стать началом большого пути добра. Я бегу на уроки. Я уже не одна в это тусклое, серое, декабрьское утро. Снег падает на моё чёрное пальто. Редкие снежинки мгновенно исчезают, в отличие от мыслей, что успокоились, потому что я верю: моя бабушка точно слышит моё «спасибо» за её жизненные примеры, которые не раз показывали, что однажды добрый поступок может изменить чью-то жизнь, что, посылая добро, ты не истощаешь себя, а наполняешь и, отдавая частичку тепла, становишься светлее. Тот, кому ты помог сегодня, обязательно завтра поможет тебе, другому, и эта цепочка добра будет продолжаться. Я верю в это, потому что сама уже стала частью этой цепи, и этот мальчишка в наушниках обязательно станет её звеном когда-нибудь. Я знаю это, потому что во мне много добра, благодаря и моей бабушке тоже, за что ей моё бесконечное «спасибо». Конечно, невозможно помочь всем и каждому, но забота о своих близких, помощь друзьям, маленькие услуги знакомым и незнакомым – это начало обновлённого мира. Мира, в котором тепло и уютно, надёжно и спокойно. Так спешите творить добро, люди, пока ещё не поздно. Спешите!
________________________________________________________
Мосина Мария
Пример истинного героизма
Моя семья, как и миллионы других семей в Советском Союзе, внесла свой,
пусть и скромный, вклад в Великую Победу. Мой прадед, Шереметьев
Владимир Константинович, в 1941 году был совсем молодым человеком, ему
едва исполнилось 20 лет.
В первые же дни войны он был призван на фронт. Служил в артиллерийском
полку водителем, участвовал в ожесточенных боях на передовой. Несмотря
на юный возраст, он проявил мужество и стойкость, защищая родную землю
от врага. Был награждён Медалью «За боевые заслуги», Медалью «За
отвагу», Орденом Красной Звезды и Медалью «За победу над Германией в
Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
Его вклад, возможно, не был столь масштабным, как у прославленных
полководцев, но он был одним из тех солдат, которые день за днем, рискуя
жизнью, приближали Победу. Он ковал её в окопах, под огнем противника, в
тяжелейших условиях. И я горжусь тем, что в этой великой Победе есть и его
заслуга. Его героизм – пример для меня и будущих поколений нашей семьи.
Война оставила неизгладимый след в его судьбе. Он потерял волосы, когда
после взрыва их с товарищем накрыло землёй с головой. Он прошел через ад
сражений, видел смерть товарищей, испытал голод и холод. Но ничто не
сломило его дух. Он верил в Победу и продолжал сражаться, несмотря ни на
что.
После войны прадед вернулся домой, к мирной жизни. В мирное время
продолжал работать водителем. Но раны войны долго напоминали о себе.
Он не любил рассказывать о пережитом, но мы, его потомки, всегда помнили
и чтили его подвиг. Он был скромным и немногословным человеком, но в его
глазах всегда читалась сила и мудрость. Он научил нас ценить мир, любить
свою Родину и быть стойкими в любых испытаниях. Мой прадед рано ушёл
из жизни. У него остановилось сердце.
Память о нем живет в нашей семье, передаваясь из поколения в поколение.
Мы рассказываем младшему поколению в нашей семье о его подвиге, чтобы
они знали и помнили, какой ценой была завоевана Победа. И чтобы они
гордились своим прадедом, как гордимся им мы.
Его жизнь – это пример истинного героизма, самоотверженности и любви к
Родине. И я уверена, что его подвиг никогда не будет забыт.
__________________________________________________________
